Майкопская резня

Майкопская резня — массовые казни, проведенные 21—22 сентября 1918 года в Майкопе по приказу генерал-майора Покровского во время Второго Кубанского похода.

История 
Летом 1917 года в Майкоп прибыли большевистские агитаторы — Щеглов, Чекан, братья Мешковы, Козлов, Чередниченко, Кудрявцев — и стали вести агитацию среди сочувствующих и бывших фронтовиков. Уже в августе 1917 года в городе была сформирована большевистская партийная организация, однако в ноябре несколько руководителей были арестованы.

Утром 8 января 1918 года в городе было поднято большевистское восстание и Майкоп перешёл в руки большевиков. Летом 1918 года было сформировано два красногвардейских полка, которые обороняли город от частей генерал-майора Покровского и генерал-майора Геймана.

Бои за Майкоп 

Город 10 сентября был без боя оставлен красными по приказу главкома И. Л. Сорокина. Гарнизон, состоявший из 1-го и 2-го Майкопских революционных полков, отступил с артиллерией на 20—25 км и занял позиции на Кужорских высотах. Майкоп был занят частями генерала Геймана, учинившими, по словам В. Т. Сухорукова, «жестокую расправу с населением города».

12 сентября генерал Покровский, разбитый таманцами у Белореченской, вызвал себе на помощь отряд Геймана, тем самым ослабив белый гарнизон Майкопа. Большевики воспользовались этим, и 18 сентября 1-й Майкопский полк Шрамкова, 2-й Татаркова и кавалерийский эскадрон Войцеховского, выступив с Кужорских высот, внезапным ударом вернули себе город. Узнав об этом, Покровский оставил для преследования таманцев, ушедших на соединение с Сорокиным, небольшой отряд, и повернул основные силы на Майкоп.

19 сентября дивизия атаковала позиции красных. Казаки обошли противника с флангов и ударили в тыл Майкопским пехотным полкам. По утверждению Сухорукова, бой был упорным и кровопролитным; расстреляв боеприпасы, майкопцы сражались штыками, но к концу дня были окружены и большей частью перебиты, лишь 250 бойцам удалось прорваться и уйти на Лабу. 20 сентября Покровский вступил в город.

Расправа 

Массовые казни, происходившие 21—22 сентября и в последующие дни, упоминаются различными авторами, но подробных сообщений об этих событиях довольно мало.

Эсер Н. В. Воронович, командовавший черноморскими зелеными повстанцами, приводит следующие сведения:

Прибежавший в Сочи крестьянин села Измайловка Волченко рассказывал еще более кошмарные сцены, разыгравшиеся у него на глазах при занятии Майкопа отрядом генерала Покровского. Покровский приказал казнить всех не успевших бежать из Майкопа членов местного совета и остальных пленных. Для устрашения населения казнь была публичной. Сначала предполагалось повесить всех приговоренных к смерти, но потом оказалось, что виселиц не хватит. Тогда пировавшие всю ночь и изрядно подвыпившие казаки обратились к генералу с просьбой разрешить им рубить головы осужденным. Генерал разрешил. На базаре около виселиц, на которых болтались казненные уже большевики, поставили несколько деревянных плах, и охмелевшие от вина и крови казаки начали топорами и шашками рубить головы рабочим и красноармейцам. Очень немногих приканчивали сразу, большинство же казнимых после первого удара шашки вскакивали с зияющими ранами на голове, их снова валили на плаху и вторично принимались дорубливать…
Волченко, молодой 25-летний парень, стал совершенно седым от пережитого в Майкопе. Никто не сомневался в правдивости его рассказа, ибо сочинские обыватели едва сами не стали свидетелями таких же бессудных казней.

Цитируемый историком И. С. Ратьковским приказ генерала Покровского о взимании контрибуции, якобы ставший прелюдией к расправе, взят из одного из литературных «этюдов» советского писателя Артема Весёлого, который собирался включить этот миниатюрный рассказ в новую редакцию своего романа «Россия, кровью умытая». Текст был впервые опубликован в 1988 году, через 50 лет после предполагаемой даты гибели его автора под пытками в Лефортовской тюрьме:

Месть
Приказ № 2 городу Майкопу 8 сентября 1918 г.
За то, что население города Майкопа (Николаевская, Покровская и Троицкая слободки) стреляло по добровольческим войскам, налагаю на вышеупомянутые окраины  города контрибуцию в размере одного миллиона рублей. Контрибуция должна быть выплачена в трехдневный срок.
В случае невыполнения моего требования вышеупомянутые слободки будут сожжены дотла.
Сбор контрибуции возлагаю на коменданта города есаула Раздерищина.
Начальник 1-й Кубанской казачьей дивизии генерал-майор Покровский.

У слобожан миллиона не оказалось.Слободки запылали.На тополях и телеграфных столбах ветер тихо  раскачивал удавленников. Живые уходили в горы.По ночам в небе играли зарева пожаров — по всей Кубани горели слободки и мужичьи села.

Третьим свидетельством, которое также цитирует Ратьковский, является текст неизвестного происхождения, опубликованный в нескольких блогах и на сайтах общеновостной и развлекательной тематики под названием «Копия агентурного донесения в Особое отделение контрразведки Отдела Генерального штаба при Главнокомандующем Вооруженными силами Юга России. Ноябрь 1918 года». В этом тексте опровергаются утверждения о том, что с окраин Майкопа производился обстрел отступавших частей Геймана, содержится цифра в 2500 жертв резни, якобы озвученная самим Покровским на одном из банкетов, и описываются массовые и групповые изнасилования женщин казаками.

Число жертв 

Число жертв массовых казней сильно варьируется в литературе. В наиболее раннем источнике, воспоминаниях Е. И. Ковтюха, приводится цифра в 800 человек:

Заняв Майкоп и захватив в нем около 800 красноармейцев, белые пригнали их под конвоем к начальнику гарнизона, какому-то полковнику, который приказал вывести пленных за город и ждать распоряжения. Вскоре появился и полковник; он приказал конвою построить всех пленных в две шеренги, одна от другой на 20 шагов, лицом к лицу, а затем подал команду всем пленным стать на колени и наклонить головы вперед, а конвою — рубить «этим босякам головы», что конвой и исполнил. Трупы полковник приказал не убирать несколько дней — для острастки местному населению.

Цифра в 2500 человек, основанная на тексте «агентурного донесения», приводится в книге Ратьковского и Ходякова «История Советской России».

В советской литературе наиболее распространенной была оценка числа жертв в 4000 человек: такую цифру, появившуюся в 1930-е годы, сообщают Сухоруков и член РВС Красной Армии Черноморья И. Б. Шевцов. В современной историографии её приводят адыгейский историк Н. А. Почешхов и специалист по истории революционного насилия В. П. Булдаков, дающий при этом характеристику Покровскому:

В. Л. Покровский, которому в 1918 г. было двадцать восемь лет, одно время, казалось, отстаивал идею создания особой кубанской армии в соответствии с «конституцией края». Оказалось, что его стремление было связано с нежеланием подчиняться кому бы то ни было. Этой цели, вероятно, соответствовал демонстративно-устрашающий характер насилия — говорили, что в ночь на 4 октября по его приказу в Майкопе было расстреляно 4 тысячи рабочих, крестьян, красноармейцев (Почешхов Н. А. Гражданская война в Адыгее: Причины эскалации (1917-1929 гг.) — Майкоп, 1998. С. 102. Количество жертв в данном случае безусловно преувеличено — это делала вовсе не обязательно пропагандистская машина противника, а просто людская молва — прим.)

Наибольшая цифра — 7000 человек, расстрелянных за две недели, сообщается на основании неуказанных советских источников в учебном пособии «История Кубани с древнейших времён до конца XX века» с оговоркой, что «приведённые сведения не поддаются проверке».

После занятия города Красной армией в 1920 году трупы казнённых были обнаружены и похоронены в братской могиле, а жертвам расправы поставлен памятник.

Комментарии

Примечания

Литература 

 
 
 
 
 Почешхов Н. А. Гражданская война в Адыгее: Причины эскалации (1917—1929 гг.) — Майкоп, 1998
 
 
 
 
 

Кубанская народная республика
Белый террор
Майкоп
1918 год в Адыгее
Сентябрь 1918 года