Збышевский, Владислав Иеронимович

Владислав (Феликс) Иеронимович Збышевский ( — ) — граф, лейтенант Русского Императорского флота; некоторое время исполнял обязанности командира пароходо-корвета «Америка»; после службы стал успешным предпринимателем.

Биография 
Владислав Збышевский родился в Скале-Подольской в 1834 году в семье богатого польского помещика, который позаботился о хорошем образовании для двух своих сыновей. Начал военную службу в 1851 году юнкером на Черноморском флоте Российской империи.

Произведенный в 1853 году в мичманы, он на корвете «Пилад» в ходе Крымской войны вёл бомбардировку захваченного турецкими войсками укрепления Святого Николая. Храбрость и расторопность Збышевского была отмечена командованием и по возвращении в бухту Севастополя ему было объявлено «Высочайшее монаршее благоволение».

Позднее, на линейном корабле «Париж», был в кампании на Севастопольском рейде; в 1854—1855 годах он находился в составе севастопольского гарнизона при защите Севастополя от нападения англо-французской эскадры.

За заслуги проявленные в ходе вышеописанных военных кампаний Владислав Иеронимович был награждён командованием орденом Святой Анны 4-й степени («за отличную храбрость и мужество, оказанные при бомбардировании города Севастополя») и орденом Святой Анны 3 степени с мечами («за отличие при вылазке с 10 на 11 марта 1855 года»).

После войны Збышевского перевели с Черноморского на Балтийский флот Российской империи. Прибыв в Кронштадт, он получил назначение в штаб отряда винтовых корветов и клиперов, однако канцелярская работа тяготила его и он, к большому неудовольствию своего непосредственного начальника капитана 1-го ранга А. А. Попова (впоследствии полный адмирал), сумел добиться  назначения с 26 июля 1857 года вахтенным офицером на достраивающийся в Санкт-Петербурге фрегат «Аскольд». В августе 1857 года он был произведён в лейтенанты флота.

Состоя в приёмной комиссии фрегата «Аскольд», после даже непродолжительного обследования корпуса и его машины, Владислав Иеронимович подал рапорт о серьёзных нарушениях. Но несмотря на его ожидания, разбирательств по выявленным фактам не последовало, и фрегат был принят в казну. После этого «Аскольд» под командованием капитана 1-го ранга И. С. Унковского был отправлен на Дальний Восток. На переходе фрегат сопровождали ремонты: только покинув Кронштадтский рейд, вышла из строя машина; на следовавшем через экватор корабле в корме открылась течь; при вступлении в Тихий океан, от порыва ветра подломились две мачты и был повреждён рангоут. Плавая на Дальнем Востоке Збышевский на фрегате побывал в Китае и Японии. 10 мая 1860 года «Аскольд» вернулся в Кронштадт, но к сожалению, часть команды из-за болезней и разбойных нападений была потеряна. По возвращении фрегат спешно списали и разобрали на дрова. За этот поход Збышевского наградили орденом Святого Станислава 2-й степени, а командир фрегата отметил его как моряка заслуживающего продвижения по службе.

После отпуска положенного ему после длительного похода  Владислав Иеронимович вернулся в Кронштадт, где его назначили старшим офицером корвета «Новик». Далее Збышевский должен был занять освободившееся место командира одного из кораблей в эскадре А. А. Попова, но из-за сложных отношений во флоте к полякам, должность получил другой претендент, а Збышевский получил назначение на корвет «Богатырь». И следующее повышение так же не было подписано Поповым, вместо этого был осуществлён перевод на корвет «Рында» всё также старшим офицером, хоть Владислав Иеронимович был первым в списке на занятие командирской должности.

Предвзятое отношение к полякам на флоте, несмотря на перенесенные им лишения на службе,  привели Збышевского к выводу о невозможности далее служить стране. Так, во время очередной командировки, находясь в Австралии, Збышевский получил предложение от Жонда Народового возглавить повстанческий польский флот во время Польского восстания. Далее Збышевский прибыл в Японию, где в ремонте находился пароходо-корвет «Америка», ремонт котлов которого затянулся. Чтобы дать новый импульс ремонту, действующий командир корвета был отправлен адмиралом А. А. Поповым лично отслеживать процесс в производственные мастерские, а временно исполнять его обязанности поставлен Збышевский. В продолжении ремонта, «Америка» перешла с адмиралом А. А. Поповым и штабом эскадры на борту в Шанхай, где прошли корпусные исправления пароходо-корвета. По завершении ремонта, 26 июня 1863 года Збышевский принял на борту гостя и оставив распоряжение о подготовке корабля к утреннему отходу сошел на берег. Больше Владислав Иеронимович на борт «Америки» не подымался. По поддельным документам он сначала переправился в Сан-Франциско, затем в Панаму, Нью-Йорк, Ливерпуль и Париж, где встретился с князем В. А. Чарторыйским. Когда командир не вернулся на корабль, старший офицер лейтенант Нелединский организовал поиски, которые успеха не принесли.

Збышевский имел, как временный командир, полный доступ к огромным материальным средствам, хранившимся на корабле, но с собой он взял у потенциального врага лишь сумму, причитающуюся согласно установленному жалованию и ни копейки более (хотя терять ему было уже нечего: за оставление места службы его и так ждал расстрел или в лучшем случае каторга). Также он отправил письмо начальнику отряда судов капитану 2-го ранга П. А. Чебышёву, в которой говорилось:
Прошу Вас сохранить всё в секрете и скрыть этот скандал в семье или объявить об этом всему свету.Но с моей стороны я принял все меры, чтобы никто об этом не знал. План был устроен так, что ни один из моих знакомых не будет знать что со мной случилось. Я уже давно был проникнут убеждением что продолжать службу мне не следует, но невозможность получить отставку меня приводила в отчаяние. Нынче же, когда я, может быть ошибочно, убеждён, что следует ожидать войны с защитниками моего бедного истерзанного отечества, оставаться здесь с вами было бы дважды подло против вас всех, против моего священного дела, как поляка. Вы, как начальники, может быть, даже как русские, меня будете клеймить и осуждать, но как частные и честные люди подумайте над трагичностью моего положения и у вас грустно сожмётся сердце. Подумайте, как сильна должна быть причина, заставившая меня, прослужившего с преданностью к делу и усердием, равным каждому из вас более 13 лет, дезертировать. Кто из вас не читал свою историю, не благословляя в душе имена Минина и Пожарского, благодаря которым, вы, счастливцы, чтя их имена, не знаете и не понимаете, что значит ненавистное иго чужеземцев. Кто чувствует, тот понимает то священное чувство, которое заставило меня расстаться с вами. У вас ещё остаются на эскадре поляки, но тем предстоит роль зрителей. Они доктора или механики, мне же приходилось, кто знает, может быть командовать судном в бою и изменить тогда я бы не смел, привыкши с уважением смотреть на ваш флаг, как на мой родной. Я, может быть, стал бы защищать его против всех своих убеждений и против долга. Одним словом, оставаться более нельзя. Прощайте.Пётр Афанасьевич, из сумм парохода я взял всё, что мне следует по 1 июня. Все счета мною проверены. Консульство уплачивало, хотя довольно мошенническим путём, постоянно потворствуя своим протежированным мастерам. Всё, одним словом, сделано… и примите все предосторожности, чтобы по возможности принести менее ущербу моим бегством. Но Вы будьте так добры, прикажите сейчас же поверить все суммы на пароходе и оградите меня от того, чтобы кто-нибудь, пользуясь неизвестностью, не запятнал бы моей чести …

Збышевский так и не принял участия в открытом военном противостоянии против Империи, так как пока он искал подходящий корабль восстание поляков было подавлено. Он поселился в Европе где открыл патентное бюро, быстро ставшее процветающим, а вскоре женился на близкой родственнице барона Ротшильда и вскоре стал одним из распорядителей крупнейшего банка «Crédit Lyonnais», отделение которого имелось и в российской столице.

При строительстве Морского канала Россия испытывала острую потребность в новейших землечерпательных машинах, да и для обеспечения судоходства на других реках они тоже были крайне востребованы. Волею случая, патенты на эти машины оказались в руках Збышевского. Потребность в этих машинах была так велика, что агентура организовала на одной из европейских технических выставок «случайную встречу» между Збышевским и Великим князем Константином Николаевичем. Збышевский пошёл навстречу интересам русского царя. В 1879 году он обратился за русским паспортом (до этого ему позволяли бывать в России негласно) и после сообщения агентуры, что помимо дезертирства за ним нет других преступлений он получил российское гражданство и прощение монарха.

Несмотря на дарованное прощение, в прессе имя Збышевского осталось под запретом, который наложил Александр II. Это спровоцировало последующую путаницу с датой его смерти. В «Общем морском списке» говорилось, что он скончался 1 октября 1863 года, а в официальной части «Морского сборника» за 1863 год был помещен приказ, которым опальный офицер исключался из списков личного состава флота. Обычно это происходило в связи со смертью или переходом в другое ведомство, о чём традиционно сообщалось в приказе, но в случае со Збышевским таких пояснений не последовало. В «Русском биографическом словаре» Половцева, где в качестве источника использовался «Общий морской список» также говорится, что Збышевский «по совершении плаваний в Тихом океане у берегов Китая и Японии скончался 1-го октября 1863 г.». На самом деле Владислав Иеронимович Збышевский умер в 1909 году в городе Париже и был похоронен на кладбище в Монморанси. Надпись на его могиле гласит: «Збышевский-Старжа, граф Владислав-Феликс».

Публикации 
В 1857 году Владислав Иеронимович опубликовал в одном из номеров журнала «Морской сборник» свои исследования под заглавием: «Несколько мыслей относительно машин высокого давления, применяемых к мореплаванию» по работе паровой машины и её механизмов, которые он будучи мичманом провёл при эксплуатации колесного «Дарго» (бывший товаро-пассажирский пароход «Ласточка»), который во время Крымской войны был вооружён и включён в военную кампанию.

В 1859 году Владислав Иеронимович вновь в журнале «Морской сборник» опубликовал свои наблюдения и выводы, сделанные на фрегате «Аскольд» во время плавания в Тихом океане, в которых он описывал масштабы браконьерского боя китов у северо-восточных берегов России. Вот что он написал о браконьерах из США: «В шантарских водах нынче американцы распоряжаются если не так, как дома, то так, как в покорённой ими стране: оставляют после себя следы, напоминающие если не древних варваров, то по крайней мере татарские и запорожские пожоги». Действия американцев поддаются анализу — почти ежедневно в период с 1848 по 1860 год 200 американских китобойных судов охотились у российского побережья, тем самым принося 4 миллиона долларов в казну США налогами ежегодно. Министр Военно-морского флота США в то время открыто заявил в прессе: «Вся торговля США с Востоком незначительна по сравнению с ловлями в Беринговом проливе; и занимались ими больше американских моряков, чем было во всём торговом флоте США».

Примечания

Литература 
 
 H. P. Kosk, Generalicja polska t. 2, wyd. Oficyna Wydawnicza «Ajaks», Pruszków 2001
 
 

Офицеры Русского императорского флота
Участники Крымской войны
Польские повстанцы 1863 года
Предприниматели по алфавиту
Предприниматели Франции
Банкиры по алфавиту
Банкиры Франции
Похороненные на кладбище Монморанси