Фермы будущегоEnglish title: Farms of the Future (blog, June 4th, 2019)Written by: Isabel Marlens – Special Projects Coordinator, Local FuturesПеревод/ translated by: Elena Fedina/ Елена ФединаМать из Шанхая Хоу Щуиньг устала от постоянного волнения о пищевойбезопасности и от того, насколько городская жизнь оторвана от земли. Она ссемьей переехала за город, чтобы научиться устойчивому фермерству. Ееродители, потратившие много сил для обеспечения ее комфортной жизни вгороде, не одобряли ее выбор. Они не могли понять, почему она готова от всегоотказаться. Когда она приехала в свой новый дом, она обнаружила, чтопредыдущее поколение фермеров могло научить ее только тем приемам, которыеони сами использовали - работе с химическими удобрениями и токсичнымиинсектицидами.
Несмотря ни на что она выстояла и сегодня она управляет разнообразнойорганической фермой, "самодостаточной экосистемой" как она сама ее называет.
Она выращивает большое количество разнообразных животных и растений,используя изобретательные приемы: например, она позволяет уткам заходить врисовые поля. Это позволяет удобрять растения и уничтожать вредных насекомыхбез использования химикатов. Она также превратила свою ферму в местообучения, где она проводит занятия для детей из города, рассказывая им, откудаберется их еда. Благодаря всему этому Хоу Щуиньг впервые нашла сообщество,разделяющее ее ценности. Она верит, что фермерский образ жизни важнее, чемпросто выращивание еды к столу. Она объясняет в короткометражном фильме"Фермерство с любовью": "Только осознанные гурманы могут спасти мир."Многие из нас слышали одну из версий этой статистики: средний возрастфермеров в мире колеблется около 63 лет. В США на одного фермера моложе 35приходится шесть фермеров старше 65 лет. Такие люди как Хоу Щуиньг плывутпротив течения, которое уносило молодых людей прочь от земли на протяжениимногих лет, оставляя стариков на фермах в одиночестве и без возможностизаменить их после смерти (если не считать роботов, что становится все болеечастой практиков). В то время как старшее поколение фермеров отходит от дел, топоколение, которое по большей части приняло принципы масштабногоиндустриального фермерства, все более остро встает вопрос: кто будетвыращивать еду в будущем и как будут выглядеть эти фермы?
Всем людям на земле ежедневно нужна еда. Каждый день за пищей ухаживают, еесобирают, перевозят, хранят и подают на наши столы. В буквальном смысле еда неможет быть отделена от самой жизни. Считается, что изменение того, как мыLocal  Futures  www.localfutures.org  1  	  	  выращивает и потребляем еду - это один из наиболее действенных инструментовдля изменения нашей экономики и общества в целом.
Поэтому вместо вопроса "Как будут выглядеть фермы будущего?" мы должныспрашивать "Как мы хотим, чтобы выглядело наше будущее?". Возможно тогдастанут появляться ответы.
Хотя многие влюблены в технологические решения, существуют неотделимые отних экологические последствия. Они варьируются от укрепления корпоративныхмонополий до уже очевидного, но непредвиденного эффекта на общества,включая человеческое здоровье и счастье. Когда я смотрю на знакомую молодежь,на основные волнующие их проблемы, проступают четыре главных. Их можнопримерно сгруппировать так: климат и окружающая среда, разнообразие в сотневозможных проявлений, экономическое неравенство и отсутствие сообществ,одиночество. Молодежь не хочет работать на земле, если это означаетненормированные часы и низкую зарплату, использование опасных химикатов,когда плоды их трудов отдаются ради прибыли корпоративных директоров,которых они никогда не увидят. Однако это не гарантирует будущего, где мы впринципе не обрабатываем землю. На деле это означает прямопротивоположное.
Изменения климата и сельское хозяйство неразрывно связаны.
Многие из нас уже знают, что наша глобальная индустриальная пищевая системаявляется одним из основных соучастников в антропогенном изменении климата.
Используемые индустриальными фермами машинное оборудование и химикатысильно зависят от ископаемого топлива. То же относится к упаковке иохлаждению, не говоря уже о перевозке еды по всему миру на грузовиках,кораблях и самолетах. Многие страны импортируют и экспортируют практическиодинаковое количество одних и тех же продуктов. Все это создает экономическуюактивность, которая добавляет к таким индикаторам "прогресса" как ВВП. Что неотражается в этих цифрах так это экологическая стоимость всего ископаемоготоплива, сжигаемого в процессе. В то же время уничтожается все больше ибольше лесов, лугов и заболоченных территорий, которые помогалиподдерживать почти идеальный баланс углеродного цикла до началаиндустриальной революции. Эти земли используются под территории длядомашнего скота или однолетних культур, которые не играют той же роли визолировании углерода. Это сеет хаос в естественных системах, стабилизирующихклимат.

Local  Futures  www.localfutures.org  2  	  	  С другой стороны изменения климата угрожают сельскому хозяйству в нашемсовременном понимании. Все более экстремальные температуры и погодныеявления вредят урожаю. Исследования показали, что в те части Глобального Юга,где люди уже ощущают отсутствие продовольственной безопасности, страдаютсильнее всего. Многие из подобных регионов менее индустриализованные, менее"развиты", поэтому успели меньше поучаствовать в создании этого кризиса,однако последствия сказываются на них сильнее всего.
Индустриальные монокультуры, эти огромные фермы с полями кукурузы илисои, простирающиеся на километры, не говоря уже о гигантских загонах дляскота, эти системы со временем деградируют и в конце концов умирают. Онипроизводят больше выбросов углерода, чем изолируют. Их пестициды убиваютнасекомых, включая опылителей, и этот тренд скоро может спровоцироватьначало "краха природы". Каждый год они высасывают полезные вещества изземли и заменяют их токсичными химикатами. Они забирают воду из бассейновместных рек, загрязняют их и позволяют им стекать в канализацию илииспаряться в жаркую погоду, вместо того, чтобы применять техники управления,которые позволили бы воде стекать обратно и пополнять местный водоносныйслой. В конце концов земля, с которой обращаются подобным образом,оказывается бесплодной, размывается и создает мертвые зоны в реках и океанахили сдувается ветром и становится частицами в воздухе, отравляя легкие людей.
Показательно, что согласно недавнему отчету Фресно и Бейкерсфилд в самомцентре Калифорнийской Центральной Долины, наполненной индустриальнымифермами, имеют наиболее сильное загрязнение частицами в США. В таких местахвоздух буквально становится коричневым. Урожай, выращенный на таких фермахотправляется на грузовиках или кораблях на заводы, где его обрабатывают иупаковывают, используя еще больше ресурсов, и наконец доставляют в наши домазачастую в таком виде, которые так же плох для наших тел, как пыль плоха длянаших легких.
Именно так выглядит сельское хозяйство в глобальной корпоративной экономике,где, подобно полезным веществам из почвы, средства к существованию
высасываются из фермерских сообществ и перенаправляются в казну горсткигигантских корпораций.
Как многие из вас наверняка знают, сельское хозяйство может выглядеть совсеминаче. Фермы могут быть восстановительными, живыми системами, которыеприносят щедрый урожай без излишних потерь. Они могут удовлетворять нуждылокальных сообществ, если эти сообщества готовы употреблять сезонные,адаптированные под местность продукты. Так отпадает потребность в дальнихперевозках на грузовиках, кораблях или самолетах. Фермы не должны стремитьсяк нулевому выбросу углерода. Поскольку растения при фотосинтезе потребляютLocal  Futures  www.localfutures.org  3  	  	  СО2 и крайне медленно его выделяют через дыхание и разложение, согласноисследованиям при правильном управлении фермы, фруктовые рощи и дажесельские выпасы могут изолировать СО2.
Более того, те же виды разнообразных фермерских систем позволяют людям бытьболее устойчивым к изменениям климата. Например, если мы выращиваем одинтип бобов в качестве прибыльного продукты, и случилось слишком жаркое летодля этого сорта, то мы потеряем абсолютно все - всю нашу прибыль, которую мыбы использовали для покупки еды на протяжении всего года. Однако если мывыращиваем разнообразные растения с немного отличающимисяклиматическими ограничениями, тогда тепловая волна не сможет нам навредить,и мы сможем накормить самих себя, прямо с нашего огорода, несмотря ни на что.
Более того, у небольших разнообразных ферм есть много преимуществ. Былодоказано, что даже небольшое разнообразие увеличивает урожайность, а более
интенсивные системы в традиции пермакультуры (которая только недавно сталанаконец-то признана наукой) имеют потенциал кардинально изменитьконцепцию продуктивности и что такое "ферма".
И это только начало.
Когда мы говорим о "разнообразных фермах" мы обычно подразумеваемразнообразие растений. Однако есть еще природное разнообразие, человеческоеразнообразие, культурное разнообразие, языковое разнообразие, разнообразие вобразе мыслей и образе жизни, - все это противостоит корпоративномупотребительству человеческой монокультуры, которая так быстро и вероломнораспространяется. Исследователи нашли корреляцию между биоразнообразиеми языковым разнообразием, в то время как некоторые регионы по сути являются"био-культурное убежищем", скрывающим "особые для места социальныевоспоминания, относящиеся к пищевой безопасности и управлениябиоразнообразием". Легко заметить, что эти идеи появились на свет в контекстелокальной пищевой культуры: типы растений, локальные виды и география, языки другие аспекты культуры как приготовление еды, праздники, пути передачизнаний следующему поколению, - все они глубоко связаны. Потеря одного из этихэлементов угрожает всей системе в целом. Колонизаторы давно отодвинулиместных жителей с их земли, зная, что это приведет к отчуждению их от ихпищевой культуры, и сделает зависимыми от колонизаторской экономики,создавая все более глубокие расколы.

По такому же принципу как колонизаторская культура надеется заставить мирработать ради единственной цели (обычно создание благосостояния дляограниченного круга колонизаторских элит), обширные индустриальные фермыLocal  Futures  www.localfutures.org  4  	  	  уничтожают разнообразные экосистемы и заменяют их одиночными видамивроде кукурузы. Это было движущим фактором в шестом массовом уничтожении,которое сейчас критически угрожает жизни на земле. Однако люди принадлежатк животному царству, и могут играть поддерживающую роль в разнообразныхэкосистемах вместо того, чтобы выступать агентами уничтожения. Например, укукурузы во многих частях света плохая репутация, однако кукуруза и люди,которые много лет назад подтолкнули ее эволюцию, не виноваты. Мало что так жепрекрасно как подобные драгоценным камням ядрышки кукурузы, которая многолет давала базу для здоровой, яркой и сбалансированной диеты для людей натерритории современных Мексики и США, и которая для некоторых продолжаетэто делать сегодня. Подобные виды адаптировались к засухам, экстремальнымжаре и холоду, и являются ключевым звеном культур, которые опираются на неедля выживания.
Это возвращает нас к идее изменения климата, крайностей. За все те годы, чтолюди сажали семена, они также участвовали в процессе эволюционнойадаптации: они выбирали семена, которые процветали в их почве, с их особымипогодными условиями, их световым днем. Банки семян - это отличное решение,особенно те, которые сохраняют местные, не корпоративные запатентованныевиды, но этого не достаточно. Нам нужны живые банки семян, семена, которыесажаются каждый год и тем самым постепенно адаптируются к неопределенномубудущему, если мы хотим иметь реальную надежду на выживание.
Но это еще не все. Фермеры, которые выращивают только один тип растенийвместо того, чтобы выращивать для своего локального сообщества, зависят от силыболее переменчивой, чем погода: глобальной экономики. Многие из нас помнятроман "Гроздья гнева", где люди окунали апельсины в керосин, бросали картофельв реку и охраняли их с ружьями наперевес, в то время как голодающие детиработников-иммигрантов наблюдали со стороны. Подобное происходит исегодня. Миллионы людей голодают, однако количество выбрасываемойежедневно еды ошеломляет.
Этот абзац написан Джоном Стейнбеком в 1939 году и он все еще отражает самусуть сегодняшней глобальной пищевой системы:"""Это преступление, которому нет имени. Это горе, которое неизмерить никакими слезами. Это поражение, которое повергает в прах всенаши успехи. Плодородная земля, прямые ряды деревьев, крепкие стволы исочные фрукты. А дети, умирающие от пеллагры, должны умереть, потомучто апельсины не приносят прибыли."""Local  Futures  www.localfutures.org  5  	  	  Конечно глобальная экономика в целом крайне неравна. Это относится к пищевойсистеме в разной мере в разных частях света. В более богатых, индустриальноразвитых странах свежая, локальная, органическая еда считается доступной толькодля людей с высоким доходом (и в большой степени это правда), в то время какорганическое фермерство считается профессией доступной дляпривилегированных людей (что опять же правда в некоторых случаях). В то жевремя в менее "развитом" мире еда, выращенная локально и адаптированная кместным особенностям, наряду с фермерством, зачастую стигматизирована исчитается отсталой, в то время как полная жиров и сахаров обработанная пища,которая посеяла хаос в здоровье развитого мира, считается символом будущего.
Я считаю, что в целом неправильно говорить кому-либо что они должны или недолжны есть, но важно подвергать сомнениям подобные предположения. Наданный момент качественная, локальная, органическая еда это символпривилегированного положения в развитых странах. Однако это только из-занесбалансированной экономической системы, в которой законы оналогообложении, договоры о торговле, правительственные субсидии ивозмутительные бюджеты на рекламу для таких продуктов как газированныенапитки и обработанная еда систематически поддерживают международныекорпорации, а не из-за качества самой еды. Не так давно как раз экономическименее удачливые люди на своих огородах, фермах и пустырях выращивалисвежую, традиционную органическую еду такого качества, которой многиесегодня могут только позавидовать. Сегодня мы считаем, что обработанная еда ифаст фуд - это более дешевый вариант. Однако это вновь потому, чтоправительства раздают субсидии фермерам, выращивающим кукурузу и сою,повышая ставки по страховке и кредитам для фермеров, выращивающих фруктыи овощи, и передавая все больше влияния большому бизнесу. Мы думаем овыращивании собственной еды как о чем-то, что доступно только как привилегия,и во многом это также правда. Цены на землю крайне высоки, а времени вкапиталистическом обществе всегда мало, это один из самых ценных ресурсов.
Средний генеральный директор получает в год в 162 раза больше, чем их самыйнизкооплачиваемый сотрудник, поэтому многие вынуждены работать нанескольких работах 80 часов в неделю, если они хотят накормить свои семьи.
Конечно, низкое качество доступной еды добавляет к проблемам со здоровьем,которые занимают все больше времени и добавляют финансовых проблем.
Это ужасная структурная несправедливость, и структуры, которые закрепляюттакое положение дел, должны быть разрушены. Однако хоть пищевая система этоотличное начало, мы не должны забывать, что многие люди, ответственные завыращивание еды в последние несколько веков, делали это будучи в рабстве, вневыгодном договоре аренды или являясь иммигрантами, что добавилотравмирующие связи с землей и пищей и об этом важно помнить.
Local  Futures  www.localfutures.org  6  	  	  Однако несмотря на совершенно бесспорную несправедливость, многие начинаютсоглашаться, что без продовольственного суверенитета (определяемого здесь как"право людей на здоровую и культурно подходящую пищу, произведенную всоответствии с экологически ответственными и устойчивыми методами, и ихправо на определение их собственной пищи и сельскохозяйственной системы") мыне можем надеяться получить контроль над собственной жизнью и будущим. ЛиаПенниман, соосновательница фермы Soul Fire в Олбани, штат Нью Йорк,отмечает, что пищевая система пронизана расизмом, пищевой расовойизоляцией (как она это называет) и отделением определенных людей от земли ихорошей еды не было случайным. Она одна из немногих на передовой движения,которое заново связывает систематически маргинализированных людей с почвойи пищей. Это может быть так же легко как выращивание своей еды на пустыре, накрыше дома, на землях таких общественных зданий как библиотеки, школы илицеркви. "Обмен посевом" или движения вроде #FoodIsFree (варианты обменыпродуктами по низкой цене или бесплатно) - это замечательные решения,которые не только выравнивают шансы в пищевой игре, но и сближают людей ипомогает создать настоящие сообщества.
В то же время на Глобальном Юге некоторые отказываются от идеи, что переездиз деревни в загрязненные, перенаселенные города - это признак прогресса.
Возможно, доход будет выше у того, кто работает на городском заводе, чем у того,кто живет в деревне. Однако этот более высокий доход не всегда отражает болеевысокое качество жизни. В деревнях, где люди владеют собственной землей иживут так, как поколениями жили их предки, используя чистую воду, употребляяместную пищу, делая одежду и другие товары из местных материалов, опираясьна поддержку сообщества в таких вещах как присмотр за детьми, комфортнаяжизнь может быть почти бесплатной. (По этой причине корпоративный захватземель для горной или древесной промышленности, бурения нефти илипромышленного сельского хозяйства являются наиболее острыми проблемамиправ человека в наше время.) В подтверждение этого Продовольственная исельскохозяйственная организация ООН объявила, что небольшие семейныефермы - это единственный способ накормить растущее население, в то время каксуществующие экономические силы подтвердили это, создав климат при которомлюди, борющиеся за земельные права, рискуют жизнью.
Можно сказать, что в конце концов все сводится вот к чему. Если мыперенаправим все наше время, силы и деньги от корпораций, которые заполняютмегамагазины и супермаркеты, и вложим в себя, в локальных фермеров инебольшие локальные бизнесы, мы сможем удержать деньги и драгоценныересурсы в обращении в наших сообществах. При таком подходе созданиелокальных пищевых экономик может играть значимую роль в выравниванииобщества в целом. Также существуют дополнительные выгоды. Когда люди иLocal  Futures  www.localfutures.org  7  	  	  локальные правительства вновь обретают свои ресурсы, это ослабляетэкономическую власть корпораций и укрепляет демократию. Кроме тогообщества, которые не оставляют людей без надежды - это общества, где люди сменьшей вероятностью восстанут друг против друга. Есть надежда, что снизитсяксенофобия и количество конфликтов, и вместо этого разнообразные сообщества
объединяться против реального врага: тех, кто получает невообразимую выгоду отсистемы отвратительной несправедливости и неравенства.
Нашира - это урбанистическое экопоселение недалеко от Колумбийского городаКали. Им управляют преимущественно женщины, в основном измалообеспеченных семей, многие из которых также оказались матерямиодиночками из-за длящегося не одно десятилетия гражданского конфликта.
Некоторые женщины, живущие в Нашире, пережили домашнее или сексуальноенасилие. Все хотят найти спокойное место, где можно растить детей, ивозможности для того, чтобы прокормить свою семью.
Нашира предоставляет им и то, и другое, и даже больше. Этосамоподдерживающаяся экодеревня с матриархальной демократическойсистемой управления, которая построена и управляется согласно строгимэкологическим принципам. Жители Наширы сообща выращивают общую еду, атакже производят и продают устойчивую еду за деньги, и это дало многим из этихженщин и их семьям настоящую безопасность, свободу и стабильность в первыйраз за всю их жизнь.
По всему миру появляются экопоселения более или менее похожие на Наширу.
Они становятся домом любому, однако у них всех есть одна общая черта: онифокусируются на важности выращивания еды сообща ради устойчивости,экономической независимости, здоровья и счастья.
Было много обсуждений как лучше назвать наше время в истории, возможно"Технологический век"? Однако Джордж Монбиот заявил, что наиболее точноеназвание это "Век Одиночества". Статистика нашего психологического здоровьяоставляют желать лучшего: особенно плохо выглядит статистика посамоубийствам среди фермеров, борющихся за место под солнцем виндустриальной пищевой система (вот несколько примеров из США и Индии).
Мы работаем допоздна и зависим от горстки корпораций для удовлетворениявсех наших базовых нужд (это про тебя, Амазон), в то время как технологиипозволяют иметь все меньше взаимодействий с людьми (многие мои знакомыезаказывают продукты на дом с работы и никогда не заглядывают в продуктовыемагазины). В то время как онлайн сообщества появились с благой целью, этого недостаточно. Люди - социальные животные. Мы эволюционировали, опираясь другна друга, во всех областях жизни. Нас успокаивают взаимозависимые,Local  Futures  www.localfutures.org  8  	  	  взаимовыгодные отношения своей поддержкой и возможностью делиться. Повсему миру выращивание еды благоприятно сказалось на заключенных,школьниках, молодежи в приютах, бездомных и людей, пережившихпсихологическую травму.
И конечно мы все хорошо знаем, что ничто так не сближает людей, как совместнаяеда. Это может быть организация поездки от работы на сбор ягод, планированиевечеринки по обмену едой, приготовление разных блюд для совместного обеда поторжественному случаю или даже случайная встреча с друзьями на местномрынке во время еженедельного похода за продуктами. Взаимодействия в контекстекультуры локальной еды делает мир чуть менее одиноким местом.
Таким образом фермы будущего должны быть восстановительными,разнообразными, доступными, общественно-ориентированными местамипразднования. Однако для многих из нас, особенно для тех, кто хочет сам статьфермером, все еще есть много преград на пути.
Цена на землю - одна из главных преград. В США между 1992 и 2012 годамикаждую минуту три акра фермерской земли передавались под застройку.
Особенно вблизи городских центров, где органические фермеры находят свойглавный рынок сбыта. Застройщики могут платить много больше, чем фермерымогут позволить (банки не любят одалживать деньги фермерам даже вблагоприятных обстоятельствах, а для молодых фермеров, начинающих состуденческим кредитом, перспективы еще хуже). В настоящий момент
застройщики срывают куш на новых зданиях. ВВП растет, когда еда пересекаетгосударственные границы, а индустрия ископаемого топлива все еще выигрываетот больших расстояний между производителями и покупателями, как бы странноэто ни звучало в нашем горящем мире. Существует не так много стимулов для тех,кто находится у власти, для изменения системы. К счастью ряд организаций илокальных правительств приступили к трудной задаче изучения альтернативныхмоделей владения землей, организовывая трасты фермерских земель и выдаваякредиты с низкими или нулевыми процентами для начинающих фермеров.
Модели как Солидарное земледелие (CSA, Community Supported Agriculture), вкоторых члены сообщества платят доли в начале посевного сезона, что даетфермерам критически необходимую финансовую безопасность, позволяющую имоставаться на плаву.
Обретение прав на воду и поиск земли, не загрязненной промышленностью,может представлять дополнительные преграды. Так же как преодолениеожиданий вроде "Я имею право есть свежую клубнику зимой вне зависимости оттого, где я живу". На самом деле употребление сезонных, выращенных локальнопродуктов скорее приведет к более полноценной и качественной диете, особенноLocal  Futures  www.localfutures.org  9  	  	  для тех, кто готов принять это как вызов их изобретательности. То же относится ик опровергающим аргументам вроде "органическое сельское хозяйство менеепродуктивно" или "небольшие фермы не смогут накормить мир". Хотя поначалуможет казаться, что это правда, но если сравнить органические и обычныемассовые производства того же продукта, статистика обычно специальноотбирается, чтобы поддержать корпоративные интересы. Весь спорпереворачивается, если расширить дискуссию и включить другие методысельского производства - как высоко разнообразную, интегрированную систему.
Когда доходит до сравнения больших и маленьких ферм, у нас уже есть многоданных: небольшие и средние фермы производят более 80% мировой еды,используя всего 12% сельхоз земель. Огромная проблема скрывается за фактом,что за малым исключением, большой агробизнес финансирует все научныеисследования.
Также есть препятствия по получению местного фермерского знания, особенно врегионах, где люди давно покинули землю. Наконец, есть трудности впреодолении стигм, как пришлось делать Хоу Щуиньг, против работы на земле,борьба с идеей, что фермерская жизнь - отсталая и не современная, выяснениекорней этих идей и искоренение их. Мы можем только надеяться, что появятсяновые культуры еды, а старые эволюционируют по всему миру, и такой процессраспространится и расширится самостоятельно.
К счастью, этот рост уже начался.
Люди по всему миру работают над созданием разнообразных, реальных вариантовферм будущего. Хочется верить, что как образ жизни это будет подхвачено икогда-то станет доступно большинству из нас. Нам только нужно продолжитьбороться за доступ, предоставлять друг другу поддержку, и находить конкретные,осязаемые доказательства того, что локальное пищевое будущее реально, а неплод воображения, который будет скоро забыт, не призрачная мечта о том, чтомогло бы быть, о которой мы горько вспоминаем в то время как роботыпродолжают сеять.
Фото: "Детский огород - Стимс Фарм CSA (Community Supported Agriculture Солидарное земледелие), Фрамингам." Офис по путешествию и туризму штата
МассачусетсLocal  Futures  www.localfutures.org  10  	  	  Для немедленного вдохновения посмотрите цикл видео от Planet Local о Пище иФермерстве. Если вы хотите скопировать этот блог, пожалуйста, напишите наinfo@localfutures.orgRead blog in English here: https://www.localfutures.org/the-farms-of-the-future/Read all our blogs here: https://www.localfutures.org/blog/Local  Futures  www.localfutures.org  11