Р у с с к и й о р н и т о л о г и ч е с к и й ж у р н а л
T h e R u s s i a n J o u r n a l o f O r n i t h o l o g yИздаётся с 1992 года

Том

XXX

Э ксп ресс -выпу с к • Ex pre ss-i ssue

2021 № 2087
СО ДЕ РЖАН ИЕвстреча бурунного кулика Calidris virgata в Евразии.
3039-3044 Первая
Э.СТАББИНГС, А.П.ИВАНОВ,Е.А.ХУДЯКОВА, Д.С.ДОРОФЕЕВ
садовой формы василька синего Centaurea cyanus
3044-3046 Семенав летнем питании седоголового щегла Carduelis caniceps
в Семиречье. Н . Н . Б Е Р Е З О В И К О В ,В.Л.КАЗЕНАС
исключения овсянки-ремеза Ocyris rusticus
3047-3055 Оизнеобходимости
Красной книги Российской Федерации. М . Ф . Б И С Е Р О Вэкология гаги-гребенушки Somateria
3056-3066 Сравнительная
spectabilis и очковой гаги S. fischeri в Чаунской тундре.
А.В.КОНДРАТЬЕВ, Л.В.ЗАДОРИНА
Falco subbuteo, дербник Falco columbarius и ушастая
3066-3069 Чеглок
сова Asio otus и их связь с врановыми птицами в Алтайском
заповеднике. О . Б . М И Т Р О Ф А Н О Ввспышек численности азиатской саранчи Locusta
3069-3074 Влияние
migratoria на ход осенней миграции хищных птиц в дельте
Волги. Н . О . М Е Щ Е Р Я К О В А , В . А . С Т Р Е Л К О В ,Г.М.РУСАНОВ, М.Н.ПЕРКОВСКИЙ
фауна куликов низовий реки Кумы.
3075-3079 Летняя
А.Н.ХОХЛОВ, М.П.ИЛЬЮХ
Редактор и издатель А.В.Бардин
Кафедра зоологии позвоночныхСа нк т- Пе те рбу р гс ки й у ни в е р си те тРоссия 199034 Санкт-Петербург

© Русский орнитологический журнал, 2021Дата опубликования 28 июня 2021Р у с с к и й о р н и т о л о г и ч е с к и й ж у р н а л
T h e R u s s i a n J o u r n a l o f O r n i t h o l o g y
Published from 1992

VolumeXXX

Ex pre ss-i ssue

2021 № 2087
CO N TEN TS
first record of the surfbird Calidris virgata in Eurasia.
3039-3044 The
E.STUBBINGS, A.P.IVANOV,
E.A.KHUDYAKOVA, D.S.DOROFEEVof the garden form of cornflower Centaurea cyanus
3044-3046 Seeds
in the summer diet of the grey-headed goldfinch Carduelis
caniceps in Semirechye. N . N . B E R E Z O V I K O V ,V.L.KAZENAS
the need to exclude the rustic bunting Ocyris rusticus
3047-3055 On
from the Red Book of the Russian Federation. M . F . B I S E R O V
ecology of the king eider Somateria spectabilis
3056-3066 Comparativeand spectacled eider S. fischeri in Chaun tundra.
A.V.KONDRATIEV, L.V.ZADORINA
hobby Falco subbuteo, merlin Falco columbarius and long-eared
3066-3069 The
owl Asio otus and their relationship with corvids in the Altai
nature reserve. O . B . M I T R O F A N O V
influence of the migratory locust Locusta migratoria number
3069-3074 The
outbreaks on the course of autumn migration of birds of preyin the Volga River delta. N . O . M E S C H E R Y A K O V A ,V.A.STRELKOV, G.M.RUSANOV,
M.N.PERKOVSKY
fauna of waders in the lower reaches of the Kuma River.
3075-3079 Summer
A.N.KHOKHLOV, M.P.ILYUKH

A.V.Bardin, Editor and Publisher
Department of Vertebrate Zoology
St. Petersburg University
St. Petersburg 199034 Russia© The Russian Journal of Ornithology, 2021

ISSN 1026-5627
Русский орнитологический журнал 2021, Том 30, Экспресс-выпуск 2087: 3039-3044

Первая встреча бурунного кулика
Calidris virgata в Евразии
Э.Стаббингс, А.П.Иванов,Е.А.Худякова, Д.С.Дорофеев
Эдвард Стаббингс. Централ Кресент, д. 25, Хетерсетт, Норфолк, NR9 3EP, Великобритания
Антон Павлович Иванов. Государственный биологический музей им. К.А.Тимирязева, ул. Малая
Грузинская, д. 15, Москва, 123242, Россия. Всероссийский научно-исследовательский институт
охраны окружающей среды (ВНИИ Экология), 36 км МКАД, двлд. 1, стр. 4, Москва, 117628, Россия
Екатерина Александровна Худякова. Ивановский государственный университет,ул. Ермака, д. 39, Иваново, 153025, Россия
Дмитрий Сергеевич Дорофеев. Всероссийский научно-исследовательский институт охраны
окружающей среды (ВНИИ Экология), 36 км МКАД, двлд. 1, стр. 4, Москва, 117628, Россия.
Биологический факультет, Московский государственный университет им. М.В.Ломоносова,Ленинские горы, д. 1, стр. 12, Москва, 119234, Россия. E-mail: dmitrdorofeev@gmail.com

Поступила в редакцию 25 июня 2021*

В июле 2019 года в эстуарии рек Хайрюзова и Белоголовая на западном побережье Камчатки (57°04′19″ с.ш., 156°39′50″ в.д.) впервые на территории Евразии был отмечен бурунный кулик Calidris virgata (Gmelin,1789).
В гнездовой период бурунный кулик встречается на Аляске и северозападе Канады, зимует на восточном побережье Тихого океана от Аляскидо Чили. Гнездится в каменистой альпийской тундре, во время миграции и зимовки предпочитает скалистые изрезанные береговые линии
(Senner, McCaffery 1997). Внешне бурунный кулик похож на большого
песочника Calidris tenuirostris и имеет сходную экологию размноженияс большим и исландским песочниками Calidris canutus (Piersma et al.
1996; Tomkovich et al. 1998).
Эстуарий рек Хайрюзова и Белоголовая известен как одна из основных миграционных остановок куликов на Камчатке (Dorofeev, Kazansky2013). С 2015 года в этом районе работает экспедиция ФГБУ «ВНИИЭкология» по изучению миграции ряда видов куликов восточноазиатско-австралазийского пролётного пути, занесённых в Красную Книгу
России. К этим видам относятся большой песочник (максимальная численность до 23000 особей), малый веретенник Limosa lapponica (до 4500
особей), дальневосточный кроншнеп Numenius madagascariensis (до 500особей), исландский песочник (до 500 особей). Также нами регулярно
отмечаются кулики-лопатни Calidris pygmaeus и дальневосточный подвид кулика-сороки Haematopus ostralegus osculans.
* Русская версия статьи, опубликованной на английском языке:Stubbings E., Ivanov A., Khudyakova E., Dorofeev D. 2020 To Russia with love – first record of Surfbird(Calidris virgata) in Eurasia // Wader Study 127, 1: 65-67. DOI 10.18194/ws.00179.

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3039

Н а б л ю д е ни я и о п и с а ни еБурунный кулик первый раз отмечен нами 13 июля 2019. Кулик находился в эстуарии с 13 июля по 2 августа; за это время он был отмечен
5 раз всеми четырьмя членами нашей исследовательской команды.

Рис. 1. Бурунный кулик Calidris virgata. Эстуарий рек Хайрюзова и Белоголоваяна западном побережье Камчатки. Июль 2019. Фото Э.Стаббингса.

Рис. 2. Бурунный кулик Calidris virgata. Эстуарий рек Хайрюзова и Белоголоваяна западном побережье Камчатки. Июль 2019. Фото E.Худякова.

Морфологические характеристики птицы соответствовали внешним
видовым признакам бурунного кулика, что подтвердилось в ходе наблюдений и анализа фотографий, сделанных 27 и 30 июля 2019, где птица
запечатлена в смешанных стаях с большим и исландским песочниками.
Определительные признаки включали: относительно короткий и толстый клюв с характерным жёлтым основанием подклювья (рис. 1); широкую белую перемычку на крыльях у основания первостепенных и второстепенных маховых перьев (рис. 2); крепкие жёлтые лапы (рис. 1, 2);3040

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

тёмные отметины на груди (рис. 1, 2); хвост с белым основанием, широкой чёрной субтерминальной полосой и узкими белыми окончаниями
рулевых перьев (рис. 2); светлые лоб, надбровье, щека и горло (рис. 3).

Рис. 3. Бурунный кулик Calidris virgata с исландским C. canutus и большим C. tenuirostrisпесочниками. Эстуарий рек Хайрюзова и Белоголовая на западном побережье
Камчатки. Июль 2019. Фото Д.Дорофеева.

По размеру и внешнему виду кулик был схож с большими песочниками, но выглядел компактнее. Более короткий клюв с жёлтым основанием подклювья и жёлтые лапы сразу бросались в глаза и заметно отличали птиц этих видов друг от друга (рис. 3). За счёт светлого лба, надбровья, щеки и горла птица выглядела бледнее, чем большинство больших песочников, сохранявших брачный наряд. В полёте ярко выделялось широкое белое основание хвоста и чёрная субтерминальная полоса, а также белые перемычки на крыльях. Снизу, от головы до подхвостья, оперение белое с тёмными прожилками, пятнами и характерными
отметинами. Отметины концентрировались на шее и верхней части
груди, становясь более редкими на нижней части груди, боках и подхвостье. При этом живот был единственной областью без тёмных отметин. Клюв выглядел коротким и мощным (напоминал клюв ржанки,например, тулеса Pluvialis squatarola или бурокрылой ржанки Pluvialis
fulva), а подклювье имело жёлтое основание. Ноги и пальцы также были жёлтыми, коренастыми и казались немного короче, чем у большого
песочника, что делало наблюдаемого кулика более приземистым.
Все описанные полевые признаки соответствуют C. virgata. Также
нами была рассмотрена возможность того, что это гибрид virgata × tenuirostris или virgata × canutus, однако птица имела чёткие видовые признаки и не была похожа на описание возможного гибрида в статье П.
Лемана (Lehman 2012).
Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3041

П о в е д е ни еК информации о поведении и питании следует относиться с осторожностью, поскольку действия птицы, наблюдаемой за пределами ареала
обитания своего вида, могут быть нетипичны. Однако возможно следующие наблюдения могут быть интересны.
Во время первого наблюдения мы видели, как кулик подбегал и атаковал больших песочников, издавая агрессивные пронзительные звуки.
Такое поведение, как внутривидовое, так и межвидовое, обычно для стайкормящихся куликов (Recher, Recher 1969; Burger et al. 1979). Наблюдения 27 июля 2019 были довольно продолжительными. Бурунный кулик
кормился с большими песочниками около 40 мин. В тот же день в другом месте мы наблюдали его в смешанной стае больших и исландских
песочников (рис. 3). Во время кормления своим поведением бурунный
кулик напоминал ржанок (тулеса, бурокрылую ржанку) – чередование
коротких пробежек с непродолжительными резкими остановками. Тогданам не удалось увидеть, чем кормилась птица. Однако 30 июля и 2 августа бурунный кулик собирал с поверхности литоральной осушки балтийскую макому Macoma balthica, которая в этом эстуарии служит основным кормом для большого песочника. Это основная пища для большого и исландского песочника, однако они добывают её зондированием
(рис. 4).

Рис. 4. Бурунный кулик Calidris virgata среди больших песочников Calidris tenuirostrisсобирает балтийскую макому Macoma balthica. Эстуарий рек Хайрюзова и Белоголоваяна западном побережье Камчатки. 30 июля 2019. Фото E.Худякова.

Практически во всех случаях бурунный кулик находился на краюстаи независимо от того, кормился он или нет. Он часто сторонился других куликов, но не уходил далеко и в случае беспокойства мгновенно

3042

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

взлетал вместе со стаей. После приземления бурунный кулик быстро
возвращался на край стаи.
З а л ё т ны е с е в е ро а м е ри к а нс к и е в и д ы к у л и к о в в Р о с с и иРяд залетных видов куликов Северной Америки были зарегистрированы на русском Дальнем Востоке (Коблик и др. 2006), а некоторые виды имеют гнездовые ареалы, простирающиеся от Аляски до Чукотского
полуострова (Лаппо и др. 2012). Из-за близости к Аляске Чукотка обычно является первым и зачастую единственным местом, где отмечаются
залёты североамериканских видов. Так, зарегистрированы встречи песочника-крошки Calidris minutilla, бонапартова песочника C. fuscicollis(Томкович, Соловьёв 1988) и чёрной камнешарки Arenaria melanocephala (Сыроечковский и др. 2004). Известны случаи, когда американских
куликов, впервые обнаруженных на Чукотке, затем отмечали и в других
регионах. Например, чёрный кулик-сорока Haematopus bachmani (Чукотка: Клеонухов, Зубакин 1988; Камчатка: Лобков 1995) и желтоногий
улит Tringa flavipes (Чукотка: Томкович, Сорокин 1983; Дорогой 1991;Камчатка: Герасимов и др. 2018). Поэтому весьма необычно, что бурунный кулик, американский вид, впервые был встречен на западном побережье Камчатки.
Мы благодарим Министерство экологии и природных ресурсов РФ за финансовую поддержку проекта и выражаем благодарность всем, поддерживавшим наши работы в посёлке Усть-Хайрюзово, а особенно Н.Котову, А.Гусейнову, Е.Мироновой.

Литература
Герасимов Ю.Н., Гринькова А.С., Худякова Е.А. 2018. Желтоногий улит Tringa flavipes‒ новый вид Камчатки // Биология и охрана птиц Камчатки 11: 96.
Дорогой И.В. (1991) 2012. К фауне и распространению птиц на северо-востоке Чукотки //Рус. орнитол. журн. 21 (780): 1826-1835.
Коблик Е.Ф., Редькин Я.А., Архипов В.Ю. 2006. Список птиц Российской Федерации.
М.: 1-279.
Конюхов Н.Б., Зубакин В.А. (1988) 2011. К авифауне Восточной Чукотки // Рус. орнитол.
журн. 20 (654): 910-913.
Лаппо Е.Г., Томкович П.С., Сыроечковский Е.Е. 2012. Атлас ареалов гнездящихся куликов Российской Арктики: Атлас-монография. М.: 1-448.
Лобков Е.Г. (1995) 2013. Залёт чёрного кулика-сороки Haematopus bachmani на Камчатку
// Рус. орнитол. журн. 22 (863): 857.

Сыроечковский-младший E.Е., Томкович П.С., Бузун В.А., Лаппо Е.Г., Карху X.,
Цёклер К. (2004) 2018. Новости в фауне куликов Чукотского полуострова // Рус. орнитол. журн. 27 (1705): 5957-5963.
Томкович П.С., Соловьёв М.Ю. 1988. Новые находки куликов на Чукотке // Зоол. журн.
67, 11: 1756-1757
Томкович П.С., Сорокин А.Г. 1983. Фауна птиц Восточной Чукотки // Распространениеи систематика птиц (Исследования по фауне Советского Союза). М., 21: 77-159.
Burger J, Caldwell H.D., Chase J. 1979. Aggressive interactions in mixed-species flocks of
migrating shorebirds // Anim. Behav. 27: 459-469.
Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3043

Dorofeev D.S. Kazansky F.V. 2013. Post-breeding stopover sites of waders in the estuariesof the Khairusovo, Belogolovaya and Moroshechnaya rivers, western Kamchatka Peninsula, Russia, 2010-2012 // Wader Study Group Bull. 120: 119-123.
Lehman P. 2012. San Diego’s hybrid wader // Birding World 25: 346-349.
Piersma T., van Gils J., Wiersma P. 1996. Family Scolopacidae (Sandpipers, snipes andphalaropes) // Handbook of the Birds of the World. Vol. 3: Hoatzin to Auks. Barcelona: 444533.
Recher H.F., Recher J.A. 1969. Some aspects of the ecology of migrant shorebirds: II. Aggression // Wilson Bull. 81: 140-154.
Senner S.E., McCaffery B. 1997. Surfbird (Aphriza virgata) // The Birds of North America. №
266. Washington.
Tomkovich P.S., Gill R.E., Jr., M.N.Dementiev. 1998. Surfbird in its non-surfing habitats //Dutch Birding 20: 233-237.


ISSN 1026-5627
Русский орнитологический журнал 2021, Том 30, Экспресс-выпуск 2087: 3044-3046

Семена садовой формы василька синего
Centaurea cyanus в летнем питании седоголового
щегла Carduelis caniceps в Семиречье
Н.Н.Березовиков, В.Л.Казенас
Николай Николаевич Березовиков, Владимир Лонгинович Казенас. Институт зоологии,Министерство образования и науки, проспект Аль-Фараби, д. 93, Алматы,050060, Казахстан. E-mail: berezovikov_n@mail.ru; kasens_vl@mail.ruПоступила в редакцию 25 июня 2021

Уже давно замечено, что выкармливание птенцов в гнёздах седоголового щегла Carduelis caniceps в Алматинской области при первом репродуктивном цикле приходится на время массового созревания семян
одуванчика Taraxacum officinale во второй половине мая – первой половине июня (Березовиков, Казенас 2019). В это же время происходит докармливание на одуванчиках вылетевших молодых. В качестве дополнительно корма щеглы используют также семена некоторых других сорных растений, созревание семян которых начинается в июне. Одним изних является садовая форма василька синего Centaurea cyanus – популярное декоративное растение в усадьбах и на дачах Алматы и других
населённых пунктов (рис. 1). Кормление взрослых седоголовых щегловна васильках наблюдалось нами 18-19 июня 2021 в южной части города
Алматы на одном из приусадебных участков в микрорайоне «Нур-Алатау» (рис. 2). Начиналось оно каждый раз с расклёвывания довольно
плотной зелёной оболочки корзинки и последующего извлечения из нееплодов-семянок (рис. 3). Ранее случаев кормления C. caniceps на садовых
васильках нами не отмечалось.

3044

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

Рис. 1. Садовая форма василька синего Centaurea cyanus – кормовое растение
седоголового щегла Carduelis caniceps. Алматы. 19 июня 2021. Фото В.Л.Казенаса.

Рис. 2. Седоголовый щегол Carduelis caniceps расклёвывает корзинку василька Centaurea cyanus.
Алматы. 18 июня 2021. Фото В.Л.Казенаса.
Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3045

Рис. 3. Седоголовый щегол Carduelis caniceps во время кормёжки семенами
василька Centaurea cyanus. Алматы. 18 июня 2021. Фото В.Л.Казенаса.

Литература
Березовиков Н.Н., Казенас В.Л. 2019. Космея Cosmos bipinnatus – новое кормовое растение седоголового щегла Carduelis caniceps в культурном ландшафте Казахстана //Рус. орнитол. журн. 28 (1728): 545-548.


3046

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

ISSN 1026-5627
Русский орнитологический журнал 2021, Том 30, Экспресс-выпуск 2087: 3047-3055

О необходимости исключения овсянки-ремеза
Ocyris rusticus из Красной книги
Российской Федерации
М.Ф.Бисеров
Марат Фаридович Бисеров. Государственный природный заповедник «Бастак».
Ул. Шолом-Алейхема, 69а, Биробиджан, Еврейская АО, 690013, Россия.
Государственный природный заповедник «Буреинский». Ул. Зелёная, д. 3,
посёлок Чегдомын, Хабаровский край, 682030, Россия. E-mail: marat-biserov@mail.ruПоступила в редакцию 26 июня 2021Овсянка-ремез Ocyris rusticus широко распространена в Северной
Евразии от Швеции до Западной Чукотки и Камчатки. К югу в Швециии Финляндии до 58 параллели. В европейской части России и в Западной Сибири до 55 параллели, до Алтая, Западного и Восточного Саяна,Хамар-Дабана, северной окраины Витимского плоскогорья, Станового
хребта, долины Уды, полуострова Камчатка, Северного Сахалина, Северных Курил (Степанян 1990).
Ранее овсянка-ремез почти повсеместно на пространстве ареала считалась обычным видом, состояние популяций которого никогда не вызывало опасений (Данилов 1957; Kretchmar 2000; Соловьёв 2011; Наумов
2013; Блохин 2019; и др.). Но в последнее десятилетие ряд исследователей всё чаще стали относить овсянку-ремеза к видам, тренды численности которых стали вызывать большие опасения, причём в глобальном
масштабе. Так, утверждается, что только за 2005-2015 годы отмечено
снижение численности всей популяции вида на 32-91% (Edenius et al.
2016). Начиная с 2013 года стало появляться всё больше сообщений орезком сокращении численности этого вида, преимущественно в северозападной части ареала – Норвегии, Карелии (Dale et al. 2013; Edenius
et al. 2016; Heim 2017; Яковлева 2017; Яковлева, Сухов 2017). Позже появились аналогичные сообщения из восточной части ареала (Вальчук и
др. 2017; Антонов, Дугинцов 2018; Дурнев, Морошенко 2020; и др.).
Наконец, в 2020 году вид был включён в Красную книгу Российской
Федерации как сокращающийся в численности уязвимый вид (ПриказМПР РФ от 24.03.2020. № 162), хотя в период обсуждения данного вопроса были голоса и против (Бисеров, Медведева 2020).
Между тем, анализ публикаций последних 10-15 лет, касающихся
овсянки-ремеза, показывает, что в разных частях центральной и восточной части ареала вид по-прежнему является обычным или многочисленным. Так, на Камчатке овсянка-ремез продолжает оставаться однимиз самых многочисленных гнездящихся видов. Данные за последние 17
Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3047

лет показывают, что там ярко выраженной отрицательной тенденции
изменения численности не отмечается, хотя ежегодные колебания плотности населения этих птиц в разные годы на одной и той же территории
могут быть более чем двухкратными. В последние 3 года численность
овсянки-ремеза во многих районах Камчатки заметно возросла и тренд
изменения численности стал положительным (Герасимов и др. 2019; Герасимов, Бухалова 2020; Герасимов и др. 2020).
В других частях ареала, расположенных к западу до Уральских гор,овсянка-ремез также либо обычна, либо многочисленна. Таковы данные,касающиеся горных систем Северо-восточной Азии (Ларионов, Чепрасов
2018; Мелихова 2018; Секов, Егоров 2018; Романов и др. 2019). Аналогичные данные по бассейну реки Алазеи (Егоров 2014), низовьям рекиМаи (Вартапетов и др. 2008), Алданскому нагорью (Шемякин и др. 2015;Шемякин и др. 2018), Западной Якутии (Вартапетов и др. 2018), Южной
Якутии (Архипов Кондрашов 2011), Средней Лене (Вартапетов, Гермогенов 2013), Центральной Якутии (Вартапетов, Ларионов 2013), районам Средней и Западной Сибири (Рябицев, Рябицев 2015; Вартапетов
и др. 2016), центральному Уралу (Лупинос, Гашев 2012; Колбин 2019),
Саянам (Доржиев и др. 2019).
Примечательно, что ни в одном источнике не встречено указаний нанеблагополучное состояние вида где-либо в восточной части его ареала.
Лишь для некоторых районов южной части северо-западной Якутии
(река Оленёк) имеются указания на его редкость (Егоров, Охлопков 2007)или незначительное снижение численности в ряде мест центральной
части Восточной Сибири в 2010-е годы (Sekerina, Savchenko 2019).
В районах, где овсянка-ремез регистрируется только на пролёте: Забайкалье, Нижнем и Среднем Приамурье, Приморье, – она также обычна или многочисленна. Так, на крайнем юге Буреинского хребта и Буреинско-Хинганской низменности этот вид обычен, доля его в отловах
птиц в апреле составляет там до 20% (Антонов, Парилов 2010). Многочислен он и в Приморском крае (Глущенко и др. 2016). На крайнем югеПриморья, где была замечена многолетняя тенденция резкого сокращения численности многих птиц, в том числе и овсянки-ремеза (Вальчук
и др. 2017), эта овсянка, по данным этих же авторов, тем не менее, ежегодно доминирует, являясь одним из самых массовых транзитных мигрантов (Вальчук и др. 2015). По сведениям В.П.Шохрина (2017), на югеПриморья в Лазовском заповеднике вид обычен или многочислен, нобывают годы, когда его пролёт практически отсутствует. Наши ежегодные наблюдения за миграцией птиц в период 2008-2019 годах в центральной части Буреинского нагорья показали, что и там овсянка-ремез
обычна и многочисленна, но также отмечается на пролёте не ежегодно
(Бисеров 2003а,б 2020а). Собственно, такая особенность миграции овсянки-ремеза в Приамурье отмечена ещё в 1990-х годах (Смиренский,3048

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

Смиренская 2010), то есть задолго до появления сообщений о резком сокращении численности вида.
Обращает внимание, что все сведения о сокращении популяции овсянки-ремеза на востоке страны поступают не из районов гнездования,а с территорий, где вид встречается только на пролёте: Забайкалья июга Дальнего Востока (Heim 2017; Вальчук и др. 2017; Антонов, Дугинцов 2018; Дурнев, Морошенко 2020).
Большинство современных наблюдений на юге Дальнего Востока
свидетельствуют о том, что в рассматриваемый период времени, вплоть
до 2021 года, овсянка-ремез на весеннем и осеннем пролёте по-прежнему многочисленна, а местами весьма многочисленна (Волков, Атрохова
2008; Аверин и др. 2012; Вальчук, Лелюхина 2015; Бисеров 2016; Глущенко и др. 2016; Бисеров, Медведева 2020). Наши наблюдения, проведённые в южной части Буреинского нагорья (заповедник «Бастак»), показали, что в сентябре и октябре 2020 года овсянка-ремез вообще быласамым многочисленным пролётным видом хвойно-широколиственных
лесов (Бисеров 2021).
Значительные видимые колебания численности, а порой полное отсутствие встреч в отдельные годы, отмечаемые на стационарных пунктах наблюдений, расположенных на путях миграций, можно объяснить
сменой районов концентрации вида на зимовках в зависимости от обеспеченности кормами этих территорий, что приводит к изменению миграционных маршрутов этого преимущественно зерноядного вида, имеющего к тому же обыкновение держаться скоплениями в миграционный
период. Это хорошо заметно при сравнении хода весеннего пролёта овсянки-ремеза в окраинных и внутренних районах Буреинского нагорья
за 12 лет наблюдений (Бисеров 2020). Подтверждением данного вывода
являются наблюдения за пролётом овсянок-ремезов в Ленинградской
области, в ходе которых специальный выбор времени и места работ показал, что данный вид, как и некоторые другие, относительно редко отмечавшиеся в определённой местности, не столь уж редок, как это принято считать, а обычен и даже многочислен (Носков 2015).
Что касается сокращения численности овсянки-ремеза на крайнем
западе ареала, то хорошо известно, что периферийные популяции птицхарактеризуются спорадическим распределением, резкими колебаниями численности и нерегулярным гнездованием птиц.
Известно, что в XX веке на западе ареала в европейской части России зарегистрировано несколько волн расселения птиц, преимущественно в северном направлении, однако в последнее время экспансия некоторых видов, в числе которых и овсянка-ремез, остановилась и началось их отступление. При этом продолжают сокращать присутствие идругие виды воробьиных птиц (Хохлова и др. 2018). Эти авторы пришлик выводу, что одной из основных причин этого процесса является измеРус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3049

нение климата. Так, продолжительность теплого периода (>5ºC) на широте заповедника «Кивач» за последние 50 лет увеличилась почти на 3недели, что способствовало продвижению к северу южных видов (Яковлева 2017). Вообще, потепление наблюдается на всей территории России во все сезоны. Но оказалось, что в период 1976-2020 годов (современное потепление) наиболее заметное увеличение среднегодовой температуры в России отмечалось для европейской части страны, где оносильнее всего проявилось на юге и северо-западе. А в азиатской части
России оно в этот же период было наиболее заметным на территориях,прилегающих к Северному Ледовитому океану (Доклад… 2021).
Не меньшую роль в изменении численности птиц таёжного комплекса играет вырубка коренных лесов и их замена вторичными лесами,что весьма характерно для северо-западных регионов страны, что привело к сокращению пригодных местообитаний для обитателей северной
тайги и их расширению для вселенцев с юга (Хохлова и др. 2018). В Нечерноземье овсянка-ремез в 1970-1980 годах была обычна по коренным
лесам, но в 2000-е годы в образовавшихся на их месте вторичных лесах
практически исчезла. Вновь она вошла в число обычных видов только в
2008 году (Преображенская 2013).
В целом, как отмечают Т.Ю.Хохлова и А.В.Артемьев (2011), популяция овсянки-ремеза в Северной Европе, в связи с широкомасштабной вырубкой коренных лесов и замещением их вторичным древостоем, сократилась, что неудивительно, поскольку овсянка-ремез – вид фауны сибирского типа, тесно связанный с тайгой (Штегман 1938), который стал расселяться из Сибири лишь после ледникового периода (Соловьёв 2011).
Например, в северные районы Ленинградской области овсянка-ремез
проникла относительно недавно – в начале XX века (Мальчевский, Пукинский 1983; Мальчевский 1989).
Поэтому наблюдаемое в последние десятилетия потепление климата, наряду с масштабными вырубками лесов, безусловно, должно былонегативно отразиться как на численности данного вида, так и на сокращении его распространения в западной и северо-западной частях ареала. В то же время, в отличие от европейской части ареала, масштабные
рубки леса менее характерны для северных лесных территорий к востоку от Уральского хребта – в Сибири и на Дальнем Востоке.
М.В.Яковлева (2017) проанализировала динамику численности птицв старовозрастных лесах заповедника «Кивач» за период 1986-2016 годов на фоне происходящих климатических изменений. По поводу стабильного снижения численности овсянки-ремеза всего за несколько летею был сделан вывод, что такое снижение можно объяснить обычным
колебанием численности, спад и увеличение которого может заниматьпо нескольку лет. Тем не менее, вслед за рядом исследователей (Dale etal. 2013; Kamp et al. 2015; Edenius et al. 2016; Heim 2017), ею всё же было3050

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

допущено, что катастрофический спад численности овсянки-ремеза, зарегистрированный на западе ареала и на местах зимовок в юго-восточной Азии, связан, по примеру овсянки дубровника Ocyris aureolus, главным образом с неблагополучием на местах зимовки (отлов птиц с целью
употребления в пищу, использование ядохимикатов).
Уничтожение части популяции овсянки-ремеза на местах зимовок в
Юго-Восточном Китае, безусловно, происходит. Однако возникает вопрос, почему катастрофическое снижение её численности вследствие отловов и отравлений прослеживается в популяции, населяющей западную (европейскую) часть ареала, но никак не отражается на популяции
восточной (азиатской) его части? Также интересно, почему, например, невключена в Красную книгу России желтобровая овсянка Ocyris chrysophrys – эндемик Восточной Сибири, давно занесённая в Красные книги
ряда регионов России, зимовки которой также располагаются в Юго-Восточном Китае и на состоянии численности которой также должно отражаться неблагополучие на зимовках? По нашим многолетним наблюдениям обилие желтобровых овсянок во время сезонных миграций в пределах Буреинского нагорья за период 1995-2020 годов не претерпело никаких изменений (Бисеров 2020б). Это же относится вообще ко многим
видам воробьиных птиц. Что касается дубровника, то он начал сокращать численность, а местами полностью исчезать в западной части ареала ещё в конце 1960-годов в результате вырубки кустарников в поймахи их распашкой (Иванов, Штегман 1978). Вместе с тем, на востоке ареала
(Камчатка), где антропогенное вмешательство в природную среду весьма
локально, в настоящее время наблюдается существенный рост численности этого вида (Герасимов и др. 2019). В ряде районов Нижнего Приамурья дубровник в настоящее время, как и в прежние десятилетия,становится многочисленным (Пронкевич 2009, устн.сообщ.).
Расхождения в представлении о численности овсянки-ремеза, скорее
всего, объясняются несколькими причинами. Известно, например, чтозаметные межгодовые колебания численности многих северных видов
птиц на местах гнездования связаны с экологическими факторами, воздействующими на них, что в своё время было подробно рассмотрено А.А.
Кищинским (1983). Очевидно, имеют значение и методы, используемыепри изучении миграции. Так, использование метода регулярных, в томчисле ежедневных учётов численности на постоянных маршрутах (Бисеров 2020) показало, что по годам численность мигрирующих овсянокремезов лишь изменяется в ту или иную сторону (Аверин и др. 2012;Бисеров 2020), тогда как информация о резком и стабильном сокращении вида чаще приходят с мест отловов стационарными ловушками. Так,в Муравьёвском парке (Амурская область) при отлове птиц паутинными
сетями на одной и той же площади и на одних и тех же участках в 20112014 годах численность овсянки-ремеза и ряда других видов ежегодно
Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3051

сокращалась на 15%. (Kamp et al. 2015). Такие же данные получены ина стационарном пункте кольцевания на юге Приморья (Вальчук и др.
2017). Однако подобные результаты вполне совпадают с обычным колебанием численности любого вида, спад и увеличение которого может занимать по нескольку лет. Следует также учесть, что овсянка-ремез в период миграций перемещается чаще всего в составе больших скоплений,маршруты перемещения которых по годам могут меняться из-за изменения продуктивности как мест зимовок, так и мест миграционных остановок, а также других причин.
Вслед за А.В.Секериной и Ф.П.Савченко (2019) следует согласитьсяс тем, что в настоящее время ограниченный масштаб исследований воробьиных птиц не позволяет в полной мере проследить изменения их популяций, особенно в условиях удалённых и труднодоступных районов,какими является северные территории. К примеру, по данным этих авторов, около 40% видов (в первую очередь птиц) при подготовке Красной
книги Красноярского края в 2012 году были переведены в IV категорию –виды с неопределённым статусом (Sekerina, Savchenko 2019).
Надо отметить, что включение в Красную книгу России столь многочисленного вида, как овсянка-ремез, распространённого на огромной малоосвоенной территории Северной Евразии, само по себе беспрецедентно. Абсурдность возникшей ситуации видна на примере Камчатки (Герасимов и др. 2019), где теперь статус уязвимого, сокращающего своючисленность получил вид, являющийся обычным, а чаще многочисленным во всех местообитаниях с древесной растительностью, к тому же иувеличивающим свою численность в течение последних лет.
Включение какого-либо вида в Красную книгу предполагает проведение соответствующих мероприятий по исправлению ситуации, угрожающей существованию вида. Какие мероприятия можно и нужно проводить в районах обитания овсянки-ремеза, в большом количестве населяющей малоосвоенные, а порой и вовсе безлюдные северные лесные
территории, совершенно не ясно. Однако следует ожидать, что будут
предприниматься попытки принятия превентивных мер в виде ограничения или полного запрета на какое-либо вмешательство в среду обитания данного вида. На просторах севера нашей страны, где разворачиваются масштабные работы по освоению запасов углеводородов, других
ископаемых и их последующей транспортировки, это вполне вероятно
обернётся совершенно безосновательным созданием препятствий длябольшинства намечаемых там энергетических и других проектов (свежий пример: многочисленные препоны, чинимые строительству трубопровода «Северный поток-2» под разными, в том числе и якобы экологическими предлогами).
Итак, заметное сокращение численности овсянки-ремеза характернодля популяций, населяющих западную часть ареала, где в наибольшей

3052

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

мере проявляются последствия климатических изменений (потепление)и масштабного сведения коренных лесов. В восточной же части ареала
заметного сокращения численности овсянки-ремеза не происходит, а вряде регионов наблюдается её увеличение.
Необходимо скорейшее принятие решения об исключении овсянкиремеза из Красной Книги Российской Федерации.
Литература
Аверин А.А., Антонов А.И., Питтиус У. 2012. Класс Aves – Птицы // Животный мирзаповедника «Бастак». Благовещенск: 171-208.
Антонов А.И., Дугинцов В.А. 2018. Аннотированный список видов птиц Амурской области // Амур. зоол. журн. 10, 1:11-79.
Антонов А.И., Парилов М.П. 2010. Кадастр птиц Хинганского заповедника и Буреинско-Хинганской (Архаринской) низменности. 1995-2009 гг. Хабаровск: 1-104.
Архипов В.Ю., Кондрашов Ф.А. 2011. Материалы по фауне птиц бассейна Олёкмы иокрестностей Олёкминска (Южная Якутия) // Рус. орнитол. журн. 20 (641): 543-555.
Бисеров М.Ф. 2003а. Птицы Буреинского заповедника и прилегающих территорий // Тр.
заповедника «Буреинский» 2: 56-83.
Бисеров М.Ф. 2003б. Материалы по орнитофауне заповедника «Бастак» // Тр. заповедника
«Буреинский» 2. 83-97.
Бисеров М.Ф. 2016. К весенней миграции птиц в южной части Буреинского нагорья // Региональные проблемы 3: 93-102.
Бисеров М.Ф. 2020. Весенняя миграция овсянки-ремеза Ocyris rusticus на Буреинском
нагорье // Рус. орнитол. журн. 29 (1885): 583-600.
Бисеров М.Ф. 2021. Осенний пролёт наиболее массовых видов птиц в южной части Буреинского нагорья // Рус. орнитол. журн. 30 (2085): 2971-2975.
Бисеров М.Ф., Медведева Е.А. 2020а. К вопросу о необходимости включения овсянкиремеза Ocyris rusticus в Красную книгу Российской Федерации // Рус. орнитол. журн.
29 (1896): 1061-1064.
Бисеров М.Ф., Медведева Е.А. 2020б. Осенняя миграция желтобровой овсянки Ocyris
chrysophrys в районе Буреинского нагорья // Рус. орнитол. журн. 29 (1973): 4253-4257.
Блохин Ю.Ю.2019. Майские наблюдения за птицами на реке Белой (бассейн реки Пенжины, Парапольский дол) // Рус. орнитол. журн. 28 (1769): 2175-2188.
Вальчук О.П., Лелюхина Е.В. (2015) 2019. Разнообразие осенних миграционных стратегий овсянковых Emberizidae в Южном Приморье // Рус. орнитол. журн. 28 (1760): 18401841.

Вальчук О.П., Масловский К.С., Лелюхина Е.В., Ириняков Д.С., Гордиенко И.Н.
Прокопенко О.Д., Горбунова П.М. 2017. Многолетняя динамика и тренды численности некоторых воробьиных птиц в периоды миграций в Южном Приморье // Динамика численности птиц в наземных ландшафтах. М.: 100-108.
Вартапетов Л.Г., Гермогенов Н.И. 2013. Анализ фауны и классификация населения
птиц долины Средней Лены // Зоол. журн. 92, 1: 77-86.
Вартапетов Л.Г., Ларионов А.Г. 2013. Классификация населения птиц ЦентральноЯкутской равнины // Вестн. Омск. ун-та 2: 137-141.
Вартапетов Л.Г., Егоров Н.Н., Дегтярёв В.Г., Исаев А.П. 2008. Летнее население птицдолины нижнего течения р. Мая // Сиб. экол. журн. 1: 161-170.
Вартапетов Л.Г., Ларионов А.Г., Егоров Н.Н. 2016. Пространственное разнообразие
населения птиц Средней тайги Среднесибирского плоскогорья // Сиб. экол. журн. 1:
13-23.
Вартапетов Л.Г., Железнова Т.К., Юдкин В.А. 2018. Пространственная организация
населения птиц средней тайги Западной Сибири // Изв. РАН. Сер. биол. 1: 71-78.
Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3053

Волков С.Л., Атрохова Т.А. 2008. Осенний пролёт птиц в окрестностях посёлка Чегдомын
(Хабаровский край) в 2007 году // Тр. заповедника «Буреинский» 4: 113-120.

Герасимов Ю.Н., Герасимов Н.Н., Бухалова Р.В. 2019. Овсянка-ремез Ocyris rusticusна Камчатке // Рус. орнитол. журн. 28 (1726): 487-490.

Герасимов Ю.Н., М.В. Бухалова, Герасимов Н.Н. 2019. Овсянка-ремез, численность иеё динамика на полуострове Камчатка за последние 20 лет // История изучения и современное биоразнообразие Камчатки. Петропавловск-Камчатский: 59-62.
Герасимов Ю.Н. Бухалова М.В. 2020. Динамика численности птиц каменноберезников
хребта Низкого, Усть-Камчатский район // Сохранение биоразнообразия Камчатки иприлегающих морей. Петропавловск-Камчатский: 55-58.
Глущенко Ю.Н., Нечаев В.А., Редькин Я.А. 2016. Птицы Приморского края: краткий
фаунистический обзор. М.: 1-523.
Данилов Н.Н. (1957) 2019. Расселение птиц и перелёты на границах ареалов // Рус. орнитол. журн. 28 (1719): 197-204.
Доклад об особенностях климата на территории Российской Федерации за 2020 год. 2021.
М.: 1-104.
Доржиев Ц.З., Дурнев Ю.А., Сонина М.В., Елаев Е.Н. 2019. Птицы Восточного Саяна.
Улан-Удэ: 1-400.
Дурнев Ю.А., Морошенко Н.В. 2020. Критическое снижение численности овсянки-ремеза Ocyris rusticus: современная ситуация в области Байкальского рифта // Рус. орнитол. журн. 29 (2016): 6118-6120.
Егоров Н.Н., Охлопков И.М. 2007. Наземные позвоночные животные особо охраняемых
территорий Республики Саха (Якутия). Сообщение 1. Наземные позвоночные животные ресурсного резервата «Алакит» // Наука и образование 2: 46-56.
Иванов А.И., Штегман Б.К. 1978. Краткий определитель птиц СССР. М.: 1-560.
Кищинский А.А. (1983) 2013. О структуре и динамике областей гнездования птиц на Севере // Рус. орнитол. журн. 22 (838): 107-120.
Колбин И.А. 2019. О редких видах птиц на Вишерском Урале // Рус. орнитол. журн. 28(1768): 2142-2150.
Ларионов А.Г., Чепрасов М.Ю. 2018. Летнее население птиц ресурсного резервата
«Очума» (Западная Якутия) // Астраханский вестник экол. образования 5 (47): 95-100.
Лупинос М.Ю., Гашев С.Н. 2012. Население и экология птиц природного парка «РекаЧусовая» // Вестн. Томск. ун-та. Биол. 1 (17): 95-108.
Мальчевский А.С. (1989) 2008. Об охране птиц в Ленинградской области // Рус. орнитол.
журн. 17 (450): 1675-1684.
Мальчевский А.С., Пукинский Ю.Б. 1983. Птицы Ленинградской области и сопредельных территорий: История, биология, охрана. Л., 2: 1-504.
Мелихова Е.В. 2018. География фауны птиц гор Северо-Восточной Сибири. Дис. … канд.
геогр. наук. М.: 1-181 (рукопись).
Наумов Р.Л. 2013. О биологии некоторых птиц Средней Сибири // Рус. орнитол. журн. 22(881):1388-1398.
Носков Г.А. 2015. Некоторые данные о пролёте «редких» видов птиц в Ленинградской области // Рус. орнитол. журн. 24 (1198): 3608-3609.
Преображенская Е.С. 2013. Тенденции динамики гнездового населения птиц Костромского Заволжья в последние десятилетия // Бутурлинский сборник: Материалы 4-хМеждународ. Бутурлинских чтений. Ульяновск: 224-235.
Пронкевич В.В. 2009. Фауна и население птиц Эворон-Тугурской равнины. Автореф. дис.
… канд. биол. наук. Хабаровск: 1-22.
Рябицев В.К., Рябицев А.В. 2015. Птицы Верхне-Тазовского заповедника и его окрестностей (Ямало-Ненецкий автономный округ) // Фауна Урала и Сибири 2: 174-205.
Савицкий Р.М. 2015. Овсянка-ремез Emberiza rustica на юге Европейской России // Международ. журн. прикладных и фундаментальных исследований 11/12: 277-299.

3054

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

Секов А.Н., Егоров Н.Н. 2018. Летнее население птиц озера Кюкяй (среднее течение рекиВилюй) // Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии: Материалы 6-й Международ. орнитол. конф. Иркутск: 213-217.
Смиренский С.М., Смиренская Е.М. 2010. О сроках пролёта овсянок на юге Среднего
Приамурья // Рус. орнитол. журн. 19 (590): 1452-1454.
Соловьёв А.Н. 2011. Динамика фауны востока Русской равнины в XX веке // Успехи соврем. биол. 131, 5: 440-452.
Степанян Л.С. 1990. Конспект орнитологической фауны СССР. М.: 1-728.
Хохлова Т.Ю., Артемьев А.В. 2011. Значение зелёного пояса Фенноскандии для сохранения таёжного орнитокомплекса Европы // Тр. Карел. науч. центра РАН 2: 127-132.
Хохлова Т.Ю., Артемьев А.В., Яковлева М.В. 2018. Многолетняя динамика границ ареалов птиц на Северо-Западе России // Рус. орнитол. журн. 27 (1579): 1171-1173.
Шемякин Е.В., Исаев А.П., Вартапетов Л.Г. 2015. Летнее население птиц особо охраняемой природной территории «Унгра» (Южная Якутия) // Проблемы биологии и биологического образования в педагогических вузах: Материалы Всерос. науч.-практ.
конф. с международ. участием. Новосибирск: 97-100.
Шемякин Е.В., Вартапетов Л.Г., Исаев А.П. 2018. Изученность и современный состав
птиц Алданского нагорья // Природные ресурсы Арктики и Субарктики 25, 3: 87-97.
Шохрин В.П. 2017. Птицы Лазовского заповедника и сопредельных территорий. Лазо:1-648.
Штегман Б.К. 1938. Основы орнитогеографического деления Палеарктики // Фауна СССР:Птицы 1, 2: 1-157.
Яковлева М.В. 2017. Тенденции численности дендрофильных видов птиц в заповеднике
«Кивач» в условиях потепления климата // Динамика численности птиц в наземных
ландшафтах. М.: 47-54.
Яковлева М.В., Сухов А.В. 2017. Овсянка-ремез Ocyris rusticus в заповеднике «Кивач» //Рус. орнитол. журн. 26 (1409): 726-731.
Dale S., Hansen R. 2013. Population declines in the Rustic Bunting Emberiza rustica in Norway // Ornis fenn. 90: 193-202.
Edenius L., Choi C., Heim W., Jaakkonen Т., De Jong A., Ozaki K., Roberge J. 2016. The
next common and widespread bunting to go? Global population decline in the Rustic Bunting Emberiza rustica // Bird Conservation International 27, 1: 35-44.
Heim W. 2017. Population declines in eastern Palaearctic passerines // Vogelwelt 137: 181-183.

Kamp J., Holzel N., Wolanska K., Oppel S., Ananin A.A., Durnev Y.A., Gashev S.N.,
Mishchenko A.L., Pessa J., Timonen S., Smirenski S.M., Strelnikov E.G., Chan S.
2015. Global population collapse in a superabundant migratory bird and illegal trappingin China // Conservation Biology 29: 1684-1694.

Kretchmar E.A. 2000. The Rustic Bunting Emberiza rustica on the mid-Anadyr River // Рус.
орнитол. журн. 9 (123): 14-24.

Sekerina A.V., Savchenko F.P. 2019. Modern condition of Yelow-breasted bunting (Emberizaaureola) and Rustic bunting (E. rustica) in the territory of Central Siberia // Материалы
12-й Международ. науч.-практ. конф. Красноярск: 219-295.

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3055

ISSN 1026-5627
Русский орнитологический журнал 2021, Том 30, Экспресс-выпуск 2087: 3056-3066Сравнительная экология гаги-гребенушки
Somateria spectabilis и очковой гагиS. fischeri в Чаунской тундре
А.В.Кондратьев, Л.В.Задорина
Второе издание. Первая публикация в 1992*Данная работа посвящена сравнительному изучению особенностей
биологии очковой гаги Somateria fischeri и гребенушки S. spectabilis впериод размножения в условиях совместного гнездования.
Районы совместного обитания близкородственных видов представляют крайний интерес, поскольку дают возможность проводить сравнительные исследования экологических привязанностей таких видов, выделять общие и специфические черты их биологии. В литературе, посвящённой биологии водоплавающих птиц, такие работы хорошо известны
(например: Bustnes, Erikstad 1988).
Гаги – хорошо оформленная группа морских нырковых уток, включающая 4 современных вида, относящихся к 2 родам. Все виды этой группы имеют арктическое распространение, за исключением обыкновенной
гаги Somateria mollissima, распространённой в умеренных и южных широтах. Этому виду посвящено наибольшее количество работ, подробно
освещающих разнообразные стороны его биологии. Обыкновенная гагагнездится и водит выводки почти исключительно в морских биотопах.
Гага-гребенушка имеет спорадичное распространение, нигде не бывая многочисленной. В разных районах арктического побережья гнездится как на море вместе с обыкновенной гагой, так и на пресных водоёмах на значительном (до 400 км) удалении от морского побережья (Кречмар 1966; Боржонов, Савельев 1971; Данилов и др. 1984).
Очковая гага с более узким ареалом в своем распространении приурочена к дельтам крупных рек Сибири и Аляски (Dau, Kistchinski 1977;Кищинский, Флинт 1979).
Последний вид из этой группы – малая гага Polysticta stelleri – наименее изучен. Сведения о биологии размножения малой гаги в литературе практически отсутствуют.
На Северо-Востоке Сибири перекрываются области гнездования всех4 видов гаг. Однако мест, где все эти виды гнездились бы в непосредственной близости друг от друга, практически нет. У морских лагун и накосах арктического побережья Чукотки на запад до Чаунской губы мож* Кондратьев А.В., Задорина Л.В. 1992. Сравнительная экология гаги-гребенушки (Somateria spectabilis)и очковой гаги (S. fischeri) в Чаунской тундре // Зоол. журн. 71, 1: 99-108.

3056

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087но встретить совместное гнездование обыкновенной гаги и гребенушки.
На севере Якутии и на Западной Чукотке в районе устьев крупных рекперекрываются гнездовые биотопы очковой гаги и гребенушки. Однимиз таких мест является приморская часть Чаунской низменности. Навостоке Чаунской губы гнездится и обыкновенная гага, однако в районе
дельты системы рек Чаун–Паляваам–Пучевеем её нет. Изредка встречается малая гага, но гнездования не отмечено.
Материал собран в 1988-1989 годах в приморской части дельты рек Чаун–Паляваам. В орнитологическом отношении этот район изучен сравнительно хорошо
(Кречмари др. 1989). Для определения численности и распределения птиц периодически (в среднем – еженедельно) проводили маршрутные учёты на контрольном
участке дельты площадью приблизительно 30 км2. Регулярно проводили наблюдения за парами и выводками, картировали перемещения при кормёжке. Параметры
кормодобывания – длительность погружения головы в воду, длительность опрокидывания, ныряния и промежутки между этими действиями хронометрировали припомощи секундомера. Водных беспозвоночных собирали с резиновой лодки и с берега гидробиологическим сачком с размерами рамки 15×25 см. Для определения
состава питания исследовали содержимое пищеводов и желудков отстрелянных ипопавших в рыболовные сети птиц. Было обследовано 20 очковых гаг и 13 гребенушек. Анализировали также содержимое помёта, собранного на островах в местах
отдыха птиц, если можно было точно установить видовую принадлежность экскретов. Было просмотрено около 10 проб помёта каждого вида.
Всего найдено 101 гнездо очковой гаги и 8 гнёзд гребенушки. Биотопическое
распределение выводков оценивали на основе 35 встреч в послегнездовой период.
За поведением птиц было проведено более 150 ч наблюдений.

Г а г а - г ре б е ну ш к а S o m a te r i a s p e c ta b i l i sФенология и биотопическое размещение. В Чаунской низменности
гребенушки появляются в начале июня уже в парах. Вдали от моря гребенушек можно встретить нечасто, главным образом во время брачных
полётов. Первые несколько дней после прилёта гребенушки вместе с очковыми гагами держатся на сухих озёрных котловинах, которые весной
заливаются талыми водами, тогда как остальные водоёмы в это времяещё покрыты льдом. Через несколько дней, сразу после того, как появляется открытая вода на озёрах узкой приморской полосы, гребенушки
практически полностью перекочёвывают в эту зону. Здесь они активно
кормятся и устраивают гнёзда (табл. 1). Эта приморская полоса расположена примерно на 1 м ниже уровня основной дельты и может заливаться морем во время сильных штормов. От остальной части тундры
приморскую зону хорошо отделяет полоса плавника и мусора. Для этойзоны характерны мелкие водоёмы (менее 70 см глубиной) с чрезвычайно изрезанной береговой линией и множеством островков. Эта зона простирается на 100-1000 м от моря, для неё характерны отсутствие кочек,плоский рельеф. В растительности преобладают осоки прямостоячая Carex stans и обёртковидная С. subspathacea. Фоновые виды гидрофауны –Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3057

личинки Chironomus sp., в планктоне многочисленны дафнии Daphniasp., присутствуют здесь и жаброногие раки рода Branchynecta. В летнее
время многие озёра плотно зарастают по поверхности нитчатыми зелёными водорослями.
Таблица 1. Встречаемость пар гаг в предгнездовой период (%)Биотопы
Вид, дата

Очковая гага до 12.06
Очковая гага после 12.06
Гребенушка до 12.6
Гребенушка после 12.06

РекаЗалитая дернина
«сухих» озёрПриморская
тундра

КолониичаекОзёрас островами

13
0
8
0

58
23
42
11

6
4
34
44.5

10
59
0
0

13
14
16
44.5

Число
встреч
8469
24
18

Таблица 2. Биотопическое распределение гнёзд очковой гаги и гребенушки
Число гнёзд, приуроченныхк поселениям чаекВидОчковая гагаГребенушка

Число гнёзд, не связанныхс поселениями чаекО1

О2Плакорная
тундра

Приморская
тундра

О1

О2Плакорная
тундра

Приморская
тундра

14
0

79
0

0
0

0
0

4
3

0
0

5
1

2
4

Обозначения: О1 – островки с 1 гнездом; О2 – острова с более чем 1 гнездом.

Гнёзда гребенушки устраивают как на небольших островках среди
приморских озёр, так и просто в тундре, но обычно недалеко от воды(табл. 2). Гнёзда характеризуются значительной толщиной пухового валика и наличием пуха на дне лотка. Яйца голубовато-зелёного цвета,по размерам не отличаются от яиц этого вида на Ямале и Таймыре (Боржонов, Савельев 1971; Данилов и др. 1984) (табл. 3).
Таблица 3. Размеры гнёзд и яиц очковой гаги и гаги-гребенушки
Параметры
Глубина лотка, смДиаметр лотка, смДиаметр гнезда, смРасстояние до воды, мЧисло яиц в полной кладке
Длина яйца, ммШирина яйца, ммОчковая гагаГага-гребенушка

Среднее ± SE

NСреднее ± SE

N

6.5 ± 0.1
14.3 ± 0.1
22.9 ± 0.3
1.3 ± 0.2
4.6 ± 0.2
67.9 ± 0.1
45.4 ± 0.1

85
90
93
65
101
458
458

7.3 ± 0.9
14.5 ± 0.5
24.4 ± 1.4
4.6 ± 0.3
4.9 ± 0.3
66.3 ± 0.3
44.3 ± 0.2

4
4
5
8
7
34
34

В первые дни инкубации около гнёзд, расположенных на островках,иногда можно видеть самцов, сидящих в 10-15 м от самки. В дальнейшем самцы улетают на линьку и на пресных водоёмах летом не встречаются. Последний самец был встречен в тундре 10 июня. В августе наморе и в приморской тундре встречаются уже перелинявшие селезни.

3058

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

Самки насиживают плотно, близко подпуская к гнезду. Во время отлучек они от гнезда далеко не удаляются, кормятся на прилежащем водоёме либо в одиночку, либо присоединяясь к группе холостых самок,которые в течение всего лета встречаются на приморских озёрах. Судяпо содержимому помёта, собранного на островках приморских озёр, основу питания самок в этот период составляют личинки хирономид.
Птенцы вылупляются 15-30 июля (по данным 1988 года). Размеры имасса птенцов приведены в таблице 4.
Таблица 4. Масса и размеры вылупившихся птенцов
очковой гаги и гаги-гребенушки
Параметры
Масса, гДлина головы, ммДлине цевки, ммОчковая гагаГага-гребенушка

Среднее ± SE

NСреднее ± SE

N51.2 ± 0.7
42.2 ± 0.3
25.1 ±0.2

32
32
32

44.4 ± 0.7
41.2 ± 0.3
24.0 ± 0.2777Сразу же после вылупления самки уводят птенцов из приморской
зоны. Эти водоёмы во второй половине лета бедны кормами для птенцов
гаги. Из беспозвоночных в них многочисленны только дафнии, лишьизредка встречаются жаброногие раки и на некоторых озёрах личинки
хирономид.
Выводки гаг-гребенушек откочёвывают в глубь дельты, но далеко отморя не уходят. Характерной особенностью выводкового периода, отличающей гаг обоих видов, является отсутствие долговременной привязанности к определенным озёрам, в противоположность другим видам морских нырковых уток.
Растут птенцы быстро и в 1.5-месячном возрасте (в начале сентября)уже поднимаются на крыло. В конце августа хлопунцов нередко можно
видеть в нижнем течении реки.
Питание. До появления птенцов гаги-гребенушки кормятся на мелких водоёмах. Вне приморской зоны их изредка можно встретить на залитых половодьем сухих озёрных котловинах. Самцы в парах кормятся
мало, большую часть времени они заняты брачными демонстрациями исопровождением самок. Желудки у самцов, отстрелянных в это время,чаще всего пусты. Самки кормятся главным образом личинками ручейников и хирономид. Птицы добывают корм, как правило, погружая вводу голову и шею, реже становясь столбиком, медленно перемещаясь
вдоль берега с задержками на определенных небольших участках,реже – ныряют (табл. 5). Выводки кормятся в большинстве случаев нанебольших водоёмах с прозрачной водой (площадью от 300 до 1000 м2 иглубиной до 1.5 м). Обязательным является наличие значительной плотности жаброногих раков родов Polyartemia или Branchinecta и щитней
Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3059

Lepidurus arcticus. Такие водоёмы разбросаны по тундре спорадическии иногда далеко отстоят друг от друга. Выводки на них кормятся 1-3 дня,затем переходят на следующий водоём, нередко на значительное расстояние. На озёрах с такой же гидрофауной, но имеющих площадь более
1 га, мы выводков гребенушек не встречали (табл. 6). Перечисленные
выше ракообразные играют ведущую роль в питании птенцов (табл. 7).
Таблица 5. Временны́ е параметры кормодобывания самок
очковой гаги и гаги-гребенушки
Очковая гагаПогружение в воду головы и шеиИнтервал между 2 погружениями
Опрокидывание столбиком
Интервал между 2 опрокидываниями
Ныряние
Интервал между 2 ныряниями

Гребенушка
(негнездовые птицы)самки в период
инкубации

негнездовые птицы

Способы добывания корма

Среднее ± SE

NСреднее ± SE

NСреднее ± SE

N

5.6 ± 0.1
1.8 ± 0.05
7.8 ± 0.4
2.5 ± 0.06
22.2 ± 0.6
9.9 ± 0.8

290
210
84
70
24
24

3.2 ± 0.2
3.5 ± 0.4
7.6 ± 0.1
1.9 ± 0.2
–
–

60
60
33
33
—

5.3 ± 0.1
1.6 ± 0.1––
11.5 ± 0.1
–

95
84
—
—
16

Таблица 6. Биотопическое распределение выводков очковой гагии гаги-гребенушки (в процентах от общего числа встреч)Биотопы

Очковая гагаГага-гребенушка

Провальные озёра с жаброногими раками
Круглые блюдцеобразные озёра с ракушковыми раками
Старицы
Число учтённых птенцов

25
58
17
150

100
0
0
33

Таблица 7. Питание самок и птенцов очковой гаги и гаги -гребенушки(в процентах от общего объёма)Виды объектов
Насекомые
личинки Trichopteraличинки ChironomidaeРакообразные Branchipoda
Lepidurus sp.
Cyzicus sp.
Растения
Разное

Очковая гагаГага-гребенушка

Самки n = 7Птенцы n = 8Самки n = 4Птенцы n = 4

4.8
34.9
27.2
13.9
4.8
12.9
1.5

1.8
0
33.0
26.2
36.5
1.3
1.2

16.7
33.7
16.7
0
0
0
33.3*

50
0
25
25
0
0
0

* – имаго комаров в день вылета хирономид.

У птенцов гребенушки уже с самых первых дней жизни наблюдается
довольно разнообразный набор кормовых методов. В самые первые дниутята склёвывают комаров с поверхности воды и береговой растительности, а также добывают жаброногих раков, опуская голову в воду. Кроме
того, уже в первые дни они могут нырять, доставая со дна личинок ручейников. Добыча корма без ныряния обычно наблюдается в редкие дни

3060

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

массового вылета комаров, имаго которых в это время служат массовым
кормом утят.
Во время кормёжки выводки гаги-гребенушки перемещаются медленно, часто подолгу ныряя на одном месте (табл. 8).
Таблица 8. Временны́ е параметры кормодобывания птенцов
очковой гаги и гаги-гребенушки
Очковая гагаСпособы
добывания корма

Погружение в водуголовы и шеиИнтервал между
двумя погружениями
Ныряние
Интервал между
двумя ныряниям

Возраст
менее 10днейВозраст
от 10 до 30днейГага-гребенушка
Возраст
более 30днейВозраст
менее 10днейВозраст
от 10 до 30днейСреднее
± SE

NСреднее
± SE

NСреднее
± SE

NСреднее
± SE

NСреднее
± SE

N

3.0±0.0391

4.6±0.0224

6.5±0.1

15

–

–

–

–

0.9±0.04
8.5±0.19180–
10.3±0.02–50

1.6±0.1
13.1±0.11522–11.5±0.2–40–13.З±0.1

–
22

–

–

9.7±0.250

12.0±0.122––10.2±0.122О ч к о в а я г а г а S o m at e r i a f i s c h e r iФенология и биотопическое размещение. По распространению очковая гага – обычный вид низовий крупных рек Сибири и Аляски (Кищинский, Флинт 1979). Сроки и характер прилёта очковой гаги и гагигребенушки совпадают. Самцов моложе двух лет мы встречали только
один раз. Численность очковой гаги значительно превышает численность гребенушки. С удалением от моря она существенно снижается.
Пары очковых гаг весной кормятся преимущественно на залитых
половодьем моховых дернинах на днищах «сухих озёр», но в небольшом
числе встречаются и на озёрах приморской зоны (табл. 1).
Гнездятся очковые гаги как поодиночке, около озёр дельты или вприморской тундре, так и в колониях, расположенных на островах больших озёр, обычно среди колоний чайковых птиц (табл. 2). Величина
кладок, диаметр гнезда и размер лотка существенно не отличаются оттаковых у гребенушки, однако удалённость гнезда от воды у очковыхгаг несколько меньше, а размеры яиц – больше, чем у гаги-гребенушки
(табл. 3). В Чаунской тундре они такие же, как и в дельте Индигирки
(Кищинский, Флинт 1979).
В колониях гнёзда защищены от влияния наземных хищников, номогут страдать от крупных чаек и поморников, если самки надолго оставляют гнездо. В 1988 году мы наблюдали несколько случаев разорения
гнёзд серебристой чайкой Larus argentatus s.l. Как правило, после посещения острова человеком гаги быстро возвращаются к своим гнёздам,чтобы успеть раньше чаек. Насиживают самки очень плотно, отлучаются
Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3061

от гнёзд ненадолго и кормятся недалеко от гнезда около берега острова,не ныряя и поедая личинок хирономид.
В 1989 году наблюдалась экстраординарная ситуация. После возврата холодов и снегопада в конце июня практически все птицы мелких исредних размеров, включая вилохвостых чаек Xema sabini, оставили
гнёзда. После этого колонии очковых гаг, приуроченные к поселениям
чаек, были практически полностью разорены кочующими поморниками(Stercorarius pomarinus, S. parasiticus, S. longicaudus), количество которых (всех трёх видов) из-за отсутствия леммингов было чрезвычайно велико. Ими разорено 95% гнёзд очковых гаг на островах, недоступных
песцам Alopex lagopus. Последние же уничтожили практически всегнёзда, найденные в неостровных биотопах.
Период инкубации длится в среднем 23 дня. Дружность и скорость
вылупления варьируют в зависимости от погоды от одновременного вылупления в течение суток до растянутого почти на 2 суток. Интервал
между вылуплением первого и последнего птенца может достигать 20 ч.
Птенцы вылупляются в те же сроки, что и у гребенушки, но их размеры
больше (табл. 4). После вылупления птенцы быстро покидают гнездовой водоём и начинают кочевать по озёрам тундры, нигде подолгу незадерживаясь. В отличие от выводков гаг-гребенушек, выводки очковой
гаги нередки на больших озёрах (до 10 га), где они обычно держатся
также не более 2-3 дней. На этих озёрах встречаются выводки и других
нырковых уток (табл. 6). Растут птенцы так же быстро, как и утята гагигребенушки, поднимаясь на крыло в начале сентября в 1.5-месячном
возрасте.
Питание. Самки очковой гаги весной питаются преимущественно
личинками хирономид и ручейников, позже – жаброногими раками ищитнями (табл. 7). Временны́е параметры кормодобывания не отличаются от таковых у гребенушки. У самок, находящихся в отлучке отгнезда, больше времени уходит на осматривание и меньше – на добывание корма по сравнению с холостыми самками при кормлении на мелководье (табл. 5). Кроме того, гнездовые самки практически не ныряют.
Птенцы очковых гаг в первые дни жизни питаются так же и тем же,что и птенцы гребенушек, однако уже в это время заметна большая привязанность очковых гаг к береговой линии. Хотя птенцы способны нырять с первых дней жизни, они предпочитают добывать корм с поверхности воды и прибрежной растительности. При этом они либо склёвывают мелких летающих насекомых (имаго хирономид или ручейников),либо питаются рачками в приповерхностном слое, опуская в воду головуи шею. В возрасте около 1 недели ныряние начинает занимать до половины времени, затрачиваемого на кормёжку. Птенцы постоянно чередуют кормёжку на поверхности воды и ныряние. Продолжительность
каждого акта этих активностей составляет в среднем 1 мин.

3062

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

В 3-4-недельном возрасте утята становятся способными длительное
время кормиться исключительно нырянием. Однако ныряние не становится преобладающим способом добычи корма, так как птенцы всегда
используют возможность питаться на мелководьях другими способами.
Оценить соотношение разных способов кормёжки трудно, так как онозависит от особенностей водоёмов и распределения беспозвоночных поглубинам. Закономерностей в использовании каких-либо определённых
водоёмов, даже из числа пригодных и отвечающих всем требованиям,выявить не удалось, хотя со временем начинает наблюдаться чёткая
приуроченность выводков к озёрам определённого типа. Это небольшие
округлые блюдцеобразные водоёмы с бордюром береговой растительности (обычно арктофилы), со светлым илистым дном и взмученной ветром водой. В этих озёрах к середине июля достигают большой плотности
раковинные рачки рода Cyzicus (подкласс Conchostraca). На таких озёрах эти рачки составляют основу питания птенцов очковой гаги. В других местах птенцы питаются щитнями и жаброногими раками (табл. 7).
У подросших утят старше 1 месяца временны́е параметры кормодобывания те же, что и у взрослых птиц (табл. 5 и 8).
Взаимоотношения близкородственных видов в зоне симпатрии, особенно видов одного рода – достаточно хорошо освещённая в литературе
проблема.
Как правило, различия между видами одного рода довольно тонкиеи касаются главным образом использования местообитаний, тогда какспособы, стратегии кормодобывания и сроки размножения у них довольно сходны. Весьма сходна у таких видов и морфология. Это известно излитературы для таких пар видов, как обыкновенная гага и гребенушка
(Bustnes, Erikstad 1988), хохлатая Aythya fuligula и морская A. marilaчернети (Ulfvens 1987; Кондратьев 1988), американская синьга Melanitta americana и горбоносый турпан M. deglandi (Кондратьев 1989), американский Bucephala albeola и исландский B. islandica гоголи (Savard1982), большой Mergus merganser и длинноносый M. serrator крохали
(Ивантер 1975).
В нашем случае особенности биотопического распределения очковой
гаги и гребенушки в предгнездовой период заключаются в том, что гребенушка приурочена главным образом к узкой приморской полосе, тогда как очковая гага менее ограничена в своем распространении.
Анализ биотопического распределения гнёзд показывает, что большая часть очковых гаг (75% пар) гнездится колониально, причём колонии всегда приурочены к поселениям чайковых птиц. Одиночные гнёзда, не связанные с поселениями чаек, могут быть найдены как на островках приморской тундры, так и в открытой тундре по берегам озёр.
Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3063

Гнёзда гребенушек встречаются только одиночно, иногда попарно – срасстоянием 10-50 м одно от другого, но никогда не образуют колоний ине связаны с поселениями чаек. Привязанность колоний очковой гагик поселениям чайковых птиц – характерная черта, описанная Кищинским и Флинтом (1979) и для дельты Индигирки. Для дельты реки Индигирки характерно также сочетание колониального и одиночного гнездования. Таким образом, сравнительный анализ биотопического распределения гнёзд очковой гаги и гребенушки так же, как и в случае
биотопического распределения пар, выявляет большую эвритопность
очковой гаги и стенотопность гребенушки.
К аналогичному выводу мы пришли при сравнении двух видов в послегнездовой период. Главные различия наблюдаются в биотопическом
распределении выводков. Разнообразие типов водоёмов в Чаунской низменности довольно велико. Выводки гребенушек используют из всего
этого спектра, как видно из наших данных, лишь ограниченное количество типов местообитаний, тогда как очковая гага гораздо более эвритопна и в этом случае.
Кормодобывательное поведение птенцов двух видов в значительной
мере сходно. Оба вида предпочитают кормиться на мелководье, не ныряя. Ныряние наблюдается главным образом у холостых птиц. Как набор способов добывания корма, так и временны́е параметры кормодобывания, подвижность, организация ритма активности и т.д. не позволяют
выявить значительных межвидовых различий.
Спектры питания видов в предгнездовой период сходны, оба вида гагкормятся преимущественно личинками хирономид и ручейников, собирая их на мелководье. Подобные данные приводят Кищинский и Флинт
(1979) для Индигирки. Спектр питания птенцов очковой гаги шире, чемгребенушки, что зависит от спектра используемых местообитаний. Натех типах озёр, где встречаются оба вида гаг, питание птенцов сходно.
В пище преобладают жаброногие раки и щитни (табл. 7). Присутствиев питании птенцов очковых гаг ракушковых рачков рода Cysicus связано с использованием таких типов водоёмов, где эти рачки многочисленны и составляют основу гидрофауны. Таким образом, различия вспектре питания являются производными от различий в использовании
местообитаний.
Наблюдаемая картина взаимоотношений двух видов птиц одного
рода в зоне симпатрии – достаточно характерна, и, как мы уже указывали, разнообразные примеры таких взаимоотношений описаны в литературе. Одна из типичных ситуаций – когда в ареал одного вида, находящегося в относительном оптимуме в данном месте, проникает другой
близкий вид, условия обитания которого в данном месте далеки от оптимальных. Примеры такой ситуации – пары Anas discors и A. cyanoptera(Conelly, Ball 1984), Aythya fuligula и A. marila (Ulfvens 1987), A. marila

3064Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

и A. fuligula (Кондратьев 1988). Второй вид во всех этих случаях малочислен, консервативен в отношении выбора местообитаний и зачастую
агрессивен по отношению к другому виду.
Хотя в нашем случае нельзя сказать, что один из видов находитсяна краю ареала, но в зоне оптимума (дельты крупных рек) находится
именно очковая гага. Мест, подходящих для гаги-гребенушки, здесь немного. Этот вид нигде не бывает многочисленным, и при совместном
гнездовании с наиболее близкой к ней обыкновенной гагой (Портенко
1972) в морских лагунах ситуация напоминает описанную выше: гребенушка более консервативна и ограничена в выборе биотопов. Оптимумом для обитания этого вида, видимо, следует считать материковые
тундры Таймыра и Восточной Якутии, где у гребенушки нет конкурентов и плотность её достигает 5-10 пар на 10 км2.
Очковая гага – вид с более узким географическим распространением и с более строгим ландшафтно-географическим предпочтением,нежели гребенушка, поскольку всегда связана с придельтовыми и приустьевыми участками крупных рек. Однако в зоне своего оптимума онаболее пластична в использовании типов местообитаний, нежели гагагребенушка.
Таким образом, можно говорить о большей ширине экологической
ниши, занимаемой очковой гагой, по сравнению с нишей гаги-гребенушки по всем рассматриваемым аспектам, при этом последняя включена в первую. Такая ситуация – обычное следствие конкуренции между
близкородственными видами, приводящей к разделению их по местообитаниям при перекрывании по типу пищи (Джиллер 1988).
Литература
Боржонов Б.Б., Савельев В.Д. 1971. Экология гаги-гребенушки на Таймыре // Проблемы
охотничьего хозяйства Красноярского края. Красноярск: 115-120.
Данилов Н.И., Рыжановский В.Н., Рябинцев В.К. 1984. Птицы Ямала. М.: 1-335.
Джиллер П. 1988. Структура сообществ и экологические ниши. М.: 1-189.
Ивантер Э.В. (1975) 2013. Материалы по экологии большого Mergus merganser и длинноносого M. serrator крохалей // Рус. орнитол. журн. 22 (935): 2985-2995.
Кищинский А.А., Флинт В.Е. 1979. К биологии очковой гаги Somateria fischeri // Экология и морфология гаг в СССР. М.: 194-207.
Кондратьев А.В. (1988) 2016. Сравнительная экология морской Aythya marila и хохлатой
A. fuligula чернетей в пойме среднего течения реки Анадырь // Рус. орнитол. журн. 25(1268): 1138-1144.
Кондратьев А.В. 1989. Сравнительная экология американской синьги, горбоносого турпана и морянки в бассейне среднего течения р. Анадырь // Зоол. журн. 68, 8: 93-103.
Кречмар А.В. 1966. Птицы западного Таймыра // Тр. Зоол. ин-та АН СССР 39: 185-311.
Кречмар А.В., Андреев А.В., Кондратьев А.Я. 1989. Птицы северных равнин. М.: 1-228.
Портенко Л.А. 1972. Птицы Чукотского полуострова и острова Врангеля. Л., 1: 1-423.
Bustnes J.О., Erikstad К.Е. 1988. The diets of sympatric wintering population of common
eider Somateria mollissima and king eider S. spectabilis in Northern Norway // Ornis fenn.
65: 163-168.
Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3065

Conelly J.W., Ball J.J 1984. Comparison of aspects of breeding blue-winged teal and cinnamon teal in Eastern Washington // Wilson Bull. 94, 4: 626-633.

Dau C., Kistchinski A.A. 1977. Seasonal movement and distribution of the Spectacled Eider// Wildfowl 28: 65-75.

Savard J.P. 1982. Intra- and inter-specific competition between Barrow’s goldeneye (Bucephalaislandica) and bufflehead (Bucephala albeola) // Can. J. Zool. 60: 3439-3446.

Ulfvens J. 1987. Feeding niche relations in the tufted duck Aythya fuligula and the scaup
Aythya marila // Mem. Soc. Fauna and Flora Fenn. 63, 4: 107-109.


ISSN 1026-5627
Русский орнитологический журнал 2021, Том 30, Экспресс-выпуск 2087: 3066-3069

Чеглок Falco subbuteo, дербник Falco
columbarius и ушастая сова Asio otusи их связь с врановыми птицамив Алтайском заповеднике
О.Б.Митрофанов
Второе издание. Первая публикация в 2015*Явление использования многими видами хищных птиц и сов гнёзд
врановых птиц широко известно (Гаврин и др. 1962; и мн. др.). В Алтайском заповеднике прослежена связь между гнездованием сороки Pica
pica и чёрной вороны Corvus corone orientalis с некоторыми видами соколов и сов. Материал собран за период с 1987 по 2014 год, с экскурсиями пройдено 1460 км. Учёты птиц проводились по методике Ю.С.Равкина (1967) в её новой интерпретации (Равкин и др. 1999). Обилие птицпредставлено по шкале А.П.Кузякина (1962). Большинство встреч хищных птиц и сов зафиксировано на Яйлинской террасе (северная часть
заповедника) и в островных лесах Джулукульской котловины (южнаяего часть). Два этих участка разделяют более 300 км. Яйлинская терраса расположена на северном побережье Телецкого озера в среднем навысоте 480 м над уровнем моря; лесные насаждения на террасе представлены берёзово-сосновыми лесами и берёзово-садовыми луговыми
ассоциациями. Джулукульская межгорная котловина находится на высоте 2200 м н.у.м.; островные леса котловины состоят из чистых лиственничников разного возраста.
Первые гнёзда чёрной вороны и сороки отмечены в заповеднике всередине 1980-х годов сразу в двух местах: на Яйлинской террасе и в* Митрофанов О.Б. 2015. К экологии некоторых видов хищных птиц// Тр. Тигирекского заповедника 7: 254-256.

3066

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

Джулукульской котловине (Митрофанов 1990). Первый выводок чеглока Falco subbuteo встречен в июне 1990 года в посёлке Яйлю; ранее этотсокол в посёлке отмечался только в период сезонных миграций (Ирисов
и др. 1985; Стахеев 2000). Нами отмечена определённая зависимость
между количеством гнездящихся пар чёрной вороны в посёлке Яйлю иего окрестностях и количеством занятых чеглоком гнёзд. Количество
жилых гнёзд чёрной вороны колебалось от 1 в 1987 году до 5 в 1992 году,после чего отмечен спад этого показателя вплоть до полного отсутствия
гнёзд этого вида. Последний раз пара чёрных ворон заселилась в районе посёлка в 1999 году.
Количество занятых чеглоком гнёзд чёрной вороны менялось параллельно с общим их числом, но с некоторым отставанием от числа гнёзд
последней с 1 в 1990 году до 3 в 1994; с 1995 года отмечен постепенный
спад числа гнёзд чеглока, а после 1997 года этот соколок в посёлке и егоокрестностях на гнездовье не отмечен.
Считается, что чеглоки устраивают гнёзда минимум в 1-2 км друг отдруга и нередко используют их по нескольку лет (Коблик 2001). В посёлке Яйлю этот сокол использовал под кладку гнёзда чёрной вороны
только текущего года, устроенные на вершинах молодых сосен на высоте 20-25 м. Расстояние между гнёздами чеглоков составляло от 300 до
500 м. В одной из пар самка начала кладку только после того, как птенцы вороны покинули гнездо (8 мая 1995).
В настоящий момент чеглок отмечен в берёзово-сосновых лесах прителецкой части заповедника, а также по скалам на сопредельной территории по долине реки Чулышман до посёлка Язула (Митрофанов
2008). В посёлке Яйлю в середине 1990-х годов чеглок был многочислен
(Митрофанов 1998); в последние годы здесь он обычен (6 ос./км2), меньше его отмечено в берёзово-сосновых прителецких лесах (2 ос./км2).
В Джулукульской котловине чеглока заменил дербник Falco columbarius. Он меньше привязан к гнёздам врановых и использует как гнёзда чёрной вороны, так и старые гнёзда чёрного коршуна Milvus migrans.
Впервые жилое гнездо дербника с птенцами найдено 3 мая 1992 в островном лиственничном лесу долины реки Тустуоюк Джулукульской котловины; гнездо было устроено в старой постройке чёрного коршуна. Доэтого момента дербник считался здесь очень редким кочующим видом
(Стахеев 2000). Вторично он встречен на гнездовье 18 июня 1994 в урочище Боксе, там найдена самка дербника, насиживающая кладку в старом гнезде чёрной вороны, которое устроено на вершине молодой лиственницы. По нашим данным, этот сокол редок (0.6 ос./км2) по островным
лиственничным лесам этой части заповедника (Митрофанов 2005).
Ушастая сова Asio otus найдена на гнездовье 25 мая 1992 в берёзовосадовых луговых ассоциациях в старом сорочьем гнезде; в лотке было 3разновозрастных птенца от 8 до 15 дней. Прежде эта сова отмечалась как
Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3067

редкий кочующий вид (Фолитарек, Дементьев 1938; Ирисов и др. 1985;Стахеев 2000). В Джулукульской котловине выводок ушастой совы ввозрасте 20-25 дней держался неподалёку от старого гнезда сороки востровном лиственничном лесу урочища Массив архарий по правобережью реки Богояш. В обоих случаях в сорочьих гнёздах была разобрана
крыша. В целом ушастая сова найдена обычной в островных лиственничных лесах Джулукульской котловины (3 ос./км2) и редкой – в берёзово-садовых ассоциациях Яйлинской террасы (0.3 ос./км2).
Отрицательное влияние на гнездование врановых и хищных птиц впосёлке Яйлю и его окрестностях оказывают факторы абиотической иантропогенной природы. Выявленные случаи антропогенного воздействия сводились к фактам разрушения гнёзд чёрной вороны отдельными
жителями посёлка из-за кражи этой птицей яиц домашних кур. Науспешности гнездования сороки, вероятно, сказались случаи изъятия
птенцов детьми для домашнего воспитания. Из негативных абиотических факторов следует назвать сильный ветровал в июне 1995 года, когда в районе посёлка сильным ветром было повалено много деревьев, втом числе и с гнёздами чеглоков. В Джулукульской котловине на количество гнездящихся пар врановых и хищных птиц влияют только абиотические факторы, а именно: поздние вёсны последних лет с продолжительными заморозками, которые длятся до середины июня. Отмечено,что это негативно сказывается на величине кладки и выживаемости
птенцов (Блинов 1998).
Литература
Блинов В.Н. 1998. Врановые Западно-Сибирской равнины. М.: 1-284.
Гаврин В.Ф., Долгушин И.А., Корелов М.Н., Кузьмина М.А. 1962. Птицы Казахстана. Алма-Ата, 2: 1-780.

Ирисов Э.А., Баскаков В.В., Ирисова Н.Л. 1985. Дневное перемещение птиц в Прителецкой части Алтая в период миграций // Орнитология 20: 60-75.
Коблик Е.А. 2001. Разнообразие птиц (по материалам зоологического музея МГУ). М.,
1: 1-384.
Кузякин А.П. 1962. Зоогеография СССР // Учён. зап. Моск. обл. пед. ин-та им. Н.К.Крупской 52: 3-182.
Митрофанов О.Б. 1990. О гнездовании сороки в Алтайском заповеднике // Зоологические
проблемы Алтайского края: Тез. докл. к конф. Барнаул: 30.
Митрофанов О.Б. 1998. Сезонное распределение хищных птиц в Алтайском заповедникеи на прилежащих территориях // 3-я конф. по хищным птицам Восточной Европы иСеверной Азии. Ставрополь, 1: 80-81.
Митрофанов О.Б. 2005. Орнитофауна Джулукульской котловины // Актуальные вопросы
изучения птиц Сибири: Материалы Сиб. орнитол. конф. памяти Э.А.Ирисова. Барнаул: 132-138.
Митрофанов О.Б. 2008. Распространение и численность дневных хищников и сов в Алтайском заповеднике // Биоразнообразие, проблемы экологии Горного Алтая и сопредельных регионов: настоящее, прошлое, будущее: Материалы международ. конф.
Горно-Алтайск, 1: 136-140.

3068

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

Равкин Ю.С. 1967. К методике учёта птиц лесных ландшафтов // Природа очагов клещевого энцефалита на Алтае. Новосибирск: 66-75.

Равкин Ю.С., Ливанов С.М., Покровская И.В. 1999. Мониторинг разнообразия позвоночных на особо охраняемых природных территориях (информационно-методические
материалы) // Организация научных исследований в заповедниках и национальных
парках. М.: 103-143.
Стахеев В.А. 2000. Птицы Алтайского заповедника. Итоги инвентаризации орнитофаны в 1970-1979 годы. Шушенское: 1-190.
Фолитарек С.С., Дементьев Г.П. 1938. Птицы Алтайского государственного заповедника
// Тр. Алтайского заповедника 1: 7-91.


ISSN 1026-5627
Русский орнитологический журнал 2021, Том 30, Экспресс-выпуск 2087: 3069-3074

Влияние вспышек численности азиатской
саранчи Locusta migratoria на ход осенней
миграции хищных птиц в дельте Волги
Н.О.Мещерякова, В.А.Стрелков,Г.М.Русанов, М.Н.Перковский
Второе издание. Первая публикация в 2020*Вспышки численности саранчовых известны на территории России
много веков, особенно остро обстояла ситуация с ними в южных регионах страны. В Астраханской области одним из самых опасных вредителей является азиатская, или перелётная саранча Locusta migratoria.
Массовые вспышки численности азиатской саранчи в низовьях рекиВолги были известны в первой половине XX века. В результате работ порегуляции численности саранчовых в советский период исчезли многие
классические очаги формирования вспышек их массового размножения
(Сергеев 2010).
Ряд условий, сложившихся к концу XX века в Нижнем Поволжье,привёл к возобновлению массового размножения азиатской саранчи (Каменченко и др. 2012). Основными факторами, сыгравшими значительную роль в данном процессе, стали климатические условия, совпавшиес социально-экономическими и политическими переменами в России.
Климатические изменения обусловили засушливые погодные условия,а нарушение системы защиты агроценозов от вредителей и механизмових мониторинга привели к формированию благоприятных условий для* Мещерякова Н.О., Стрелков В.А., Русанов Г.М., Перковский М.Н. 2020. Влияние вспышек численности

азиатской саранчи на ход осенней миграции Соколообразных в дельте Волги // Хищные птицыв ландшафтах Северной Евразии: Современные вызовы и тренды. Тамбов: 332-338.

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3069

размножения азиатской саранчи (Сергеев 2010). Особенно важную рольв размножении саранчовых в условиях Нижнего Поволжья играет влагообеспеченность вегетационного периода (Каменченко и др. 2012).
В Астраханской области в последние десятилетия после длительного
перерыва вновь стали наблюдаться миграции азиатской саранчи и еёмассовое размножение, в том числе по акватории авандельты Волги.
Существенное влияние на эти процессы оказывает сложившаяся в последние годы ситуация с гидрологическим режимом. Недостаточное обводнение многих участков надводной части дельты способствует выживанию кладок саранчи в тех местах, где ранее они гибли при затоплении прибрежных территорий.
При всей негативной роли азиатской саранчи в сельском хозяйстве
нельзя не отметить её биоценотическую важность в качестве пищи длямногих животных (Стрелков, Кособокова 2019).
Миграции азиатской саранчи по территории дельты Волги наблюдаются в летний и осенний периоды. Высокая численность насекомых
способствует концентрации разных видов животных, в частности, дневных хищных птиц. Особую роль в их территориальном распределениии численности играют осенние миграции саранчи, проходящие с конца
августа до начала октября. Хищные птицы перемещаются за стаями саранчи, при этом некоторые виды образуют крупные, в том числе смешанные скопления, не характерные в обычных условиях для этого региона. В годы отсутствия вспышек численности саранчовых эти хищники не формируют крупных скоплений, пролет многих видов проходит
одиночно.
Концентрации и крупные скопления хищных птиц наблюдались с
2010 по 2019 год. Наблюдения проводились в основном в западной, атакже центральной и восточной частях дельты Волги, на участках Астраханского заповедника, в том числе в низовьях дельты в Камызякском
районе Астраханской области. Питание азиатской саранчой во время
осенних миграций отмечено у 10 видов хищных птиц – 8 ястребообразных и 2 соколообразных.
Чёрный коршун Milvus migrans. Этот вид является одним из самых регулярно встречаемых в местах концентрации азиатской саранчи.
Крупные скопления коршунов фиксировались на осеннем пролёте в
2011, 2014, 2015 и 2017 годах. Самая высокая численность в скоплениях
достигала 455 и 645 особей в сентябре 2017 года на Дамчикском участке
заповедника (Русанов, Перковский 2018). По многолетним фенологическим наблюдениям, такой высокой численности чёрных коршунов в заповеднике ранее не наблюдалось. Коршуны отмечаются в дельте Волгина пролёте стаями в несколько десятков особей. При этом с середины ХХвека их численность в дельте Волги резко сократилась, после чего видбыл занесён в Красную книгу Астраханской области (Русанов 2013).

3070

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

Степной лунь Circus macrourus. В 2011 году на Трехизбинском
участке заповедника отмечена группа из 6 степных луней, кормящихся
азиатской саранчой (Реуцкий 2012). Степной лунь занесён в Красные
книги России и Астраханской области, в дельте на пролётах отмечается
нечасто, но довольно регулярно.
Болотный лунь Circus aeruginosus. Является доминирующим видомиз хищников на акватории култучной зоны и авандельты Волги. Кормящихся саранчой луней наблюдали в 2011, 2014, 2015 и 2019 годах.
Наибольшая численность болотных луней отмечалась в конце августа
2015 года на Обжоровском участке заповедника, когда в одном скоплении было зарегистрировано 60 особей (Мещерякова 2016).
Перепелятник Accipiter nisus. Обычный пролётный вид, мигрирующий одиночно. Эти ястребы, поедающие саранчу, часто наблюдалисьв скоплениях вместе с другими хищниками. В 2014 году на Дамчикском
участке птиц фиксировали с конца августа до конца октября обычно по
1-3 особи, максимум 18 особей (23 августа) (Мещерякова, Русанов 2015).
При этом Д.Б.Левченко, имеющий многолетний опыт наблюдений заптицами, отмечает, что такие крупные скопления не встречались им завсё время работы. В первой половине сентября 2017 на том же участке
заповедника в месте концентрации саранчи держались 10 перепелятников* (Русанов, Перковский 2018).
Обыкновенный канюк Buteo buteo. Обычный пролётный вид, мигрирующий одиночно. На весеннем пролёте в 2015 году на Обжоровском
участке Астраханского заповедника учитывали большие скопления канюков (от 5 до 300 особей), что, скорее всего, было связано с отрождениемв этот период азиатской саранчи. Подобное явление отмечалось на томже участке и на осеннем пролёте, когда канюков регистрировали в скоплениях, содержавших от 7 до 200 особей (Мещерякова 2016). В сентябре
2017 года на Дамчикском участке в скоплениях с чёрными коршунами
саранчой кормились и обыкновенные канюки (от 30 до 100 особей) (Русанов, Перковский 2018).
Степной орёл Aquila nipalensis. На участках Астраханского заповедника эти орлы на осеннем пролёте в годы отсутствия саранчи регистрируются нерегулярно, поодиночке, не образуя скоплений. В годы массовой вспышки численности саранчи орлы объединялись в большие стаии встречались так же часто, как коршуны. На осеннем пролёте на Дамчикском участке Астраханского заповедника в местах, где была сосредоточена азиатская саранча, степные орлы регистрировались в больших
скоплениях: в 2014 году – 50 и 300 особей (вероятно, в этом крупном скоп* В дельте Волги, по наблюдениям в сентябре 2019 года, среди перепелятников нередко встречаются также
тювики Accipiter brevipes, которые являются характерными потребителями саранчи. Поэтому в августе и сентябре 2014 и 2017 годов в скоплениях среди перепелятников тоже могли быть тювики, визуальное опознание
которых на расстоянии нередко вызывает затруднения – В.П.Белик и П.Д.Венгеров, редакторы сборника.

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3071

лении держались также молодые орланы-белохвосты, а численность
степных орлов была ниже) (Мещерякова, Русанов 2015); в 2015 году –100 и 200 особей (Мещерякова 2016). В 2017 году степные орлы держались в кормовых стациях всю вторую половину сентября. 21 сентября
147 особей (рис. 1) отмечены в скоплении с другими хищниками, гдечисленно доминировали коршуны (Русанов, Перковский 2018). Степной
орёл включён в Красные книги России и Астраханской области, является редким пролётным видом Астраханского заповедника (Реуцкий 2014),его крупные скопления крайне необычны для его территории.

Рис. 1. Часть скопления степных орлов Aquila nipalensis на Дамчикском участке
Астраханского заповедника 21 сентября 2017. Фото В.А.Стрелкова.

Орёл-карлик Hieraaetus pennatus. В дельте Волги является залётным (Реуцкий 2014), однако в последние годы отмечался несколько раз.
19 сентября 2014 на Дамчикском участке заповедника среди коршунов,кормившихся азиатской саранчой, был замечен одиночный орёл-карлик
(Мещерякова, Русанов 2015). Однако неизвестно, была ли эта птица привлечена именно саранчой.
Орлан-белохвост Haliaeetus albicilla. Является оседлым и кочующим видом с относительно высокой численностью (Русанов 2013), доминирующим среди хищных птиц в лесах тростникового пояса дельты Волги. Скопления орланов-белохвостов в местах концентрации азиатской
саранчи наблюдали регулярно, особенно крупные концентрации (30 и
50 особей) встречали в сентябре 2017 года (Русанов, Перковский 2018).
Чеглок Falco subbuteo. Чеглок – обычный пролётный вид, но во время миграций через дельту Волги при отсутствии саранчи скоплений необразует. В августе 2012 года на Дамчикском участке отмечали в скоплениях от 10 до 50 чеглоков, на Обжоровском участке в первой половине
сентября их количество в одном месте достигало 300 особей (Реуцкий
2013). По сообщениям наблюдателей, на Обжоровском участке в начале

3072

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

осени 2014 года было зарегистрировано смешанное скопление кормившихся азиатской саранчой кобчиков и чеглоков общей численностью
около 1500 особей (Мещерякова, Русанов 2015).
Кобчик Falco vespertinus. Обычный пролётный вид, не образующий
скоплений во время миграций в дельте Волги в периоды отсутствия саранчи. Однако скопления кобчиков регулярно регистрируются в местах
концентрации азиатской саранчи. Во второй половине августа 2010 года отмечали стаи кобчиков по 20, 30, 50 и 100 особей (Бондарев 2011). В
2011 году эти соколы в скоплениях кормились саранчой уже в первых
числах июля (26 особей), их отмечали в конце августа (11, 15, 24 особи)и сентябре, а тёплая погода и обилие пищи позволили оставаться некоторым кобчикам в угодьях до середины октября (Реуцкий 2012). На осеннем пролёте 2012 года учитывали стаи от 15 до 300 особей (Реуцкий
2013), в 2014 году – от 40 до 200 особей (Мещерякова, Русанов 2015). В2015 году в Камызякском районе встречено скопление кобчиков из 200особей (рис. 2). В сентябре 2017 года на Дамчикском участке кобчики
(38 особей) регистрировались в скоплении с другими хищниками (Русанов, Перковский 2018).

Рис. 2. Часть скопления кобчиков Falco vespertinus в Камызякском районе Астраханской
области в низовьях дельты Волги 10 сентября 2015. Фото Н.О.Мещеряковой

Таким образом, наиболее часто в низовьях дельты Волги на пролётев местах концентрации азиатской саранчи образуют скопления чёрные
коршуны, степные орлы, чеглоки и кобчики. Причём последние двавида в общих стаях достигают самой высокой численности – до полутора
тысяч особей.
Обилие доступного корма позволяет птицам задерживаться в дельте
Волги и накапливать жировые запасы, что повышает успешность их
Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3073

дальнейшей миграции к местам зимовок. Для хищных птиц, гнездящихся в дельте Волги, вспышки численности саранчи создают благоприятные условия в гнездовой и послегнездовой периоды. Кроме хищных, азиатская саранча в качестве корма привлекает и многих других
птиц, таких как черноголовый хохотун Larus ichthyaetus, хохотунья Larus cachinnans, озёрная чайка Larus ridibundus, фазан Phasianus colchicus, удод Upupa epops, сизоворонка Coracias garrulus, белая трясогузка Motacilla alba, обыкновенный Sturnus vulgaris и розовый Pastor
roseus скворцы, сорока Pica pica, галка Coloeus monedula, грач Corvus
frugilegus, серая ворона Corvus cornix и др. (Русанов 2018; Стрелков, Кособокова 2019). Азиатская саранча сыграла важную роль в повышении
численности ряда хищных и воробьиных птиц в дельте Волги. В годыобилия саранчи скворцы и белые трясогузки успешно выкармливали подва выводка за лето (Русанов 2018). Также в многочисленных фенологических наблюдениях регистрируется, что азиатская саранча имеет
большое значение в питании многих видов рыб и млекопитающих.
Литература
Бондарев Д.В. 2011. Птицы. Отряд Соколообразные // Летопись природы 2010 год. Астрахань, 2: 36-42.

Каменченко С.Е., Стрижков Н.И., Наумова Т.В. 2012. Факторы, влияющие на динамику популяций вредных саранчовых в Нижнем Поволжье // Земледелие 1: 41-43.
Мещерякова Н.О., Русанов Г.М. 2015. Птицы. Отряд Соколообразные // Летопись природы 2014 год. Астрахань, 2: 32-41.
Мещерякова Н.О. 2016. Птицы. Семейство Ястребиные // Летопись природы 2015 год. Астрахань, 2: 29-31.
Реуцкий Н.Д. 2014. Аннотированный список птиц Астраханского региона с указанием ихраспределения по природно-территориальным комплексам // Астраханский вестн.
экол. образования 1 (27): 159-208.
Реуцкий Н.Д. 2012. Птицы. Отряд Соколообразные // Летопись природы 2011 год. Астрахань, 2: 34-39.
Реуцкий Н.Д. 2013. Птицы. Отряд Соколообразные // Летопись природы 2012 год. Астрахань, 2: 32-37.
Русанов Г.М., Перковский М.Н. 2018. Птицы. Отряд Соколообразные // Летопись природы 2017 год. Астрахань, 2: 25-29.
Русанов Г.М. 2011. Птицы Нижней Волги. Астрахань: 1-390.
Русанов Г.М. 2018. Птичье население дельты Волги в условиях растущей антропогенной
нагрузки на природную среду (2001-2015) // Тр. Астраханского заповедника 18: 113204.
Сергеев М.Г. 2010. Вредные саранчовые России и сопредельных регионов: прошлое,настоящее, будущее // Защита и карантин растений 1: 18-22.
Стрелков В.А., Кособокова С.Р. 2019. К вопросу о массовой миграции азиатской перелётной саранчи – Locusta migratoria (Insecta, Acridae) и её роли в тростниковых консорциях дельты Волги // Энтомологические и паразитологические исследования в Поволжье. Саратов, 16: 74-79.


3074

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

ISSN 1026-5627
Русский орнитологический журнал 2021, Том 30, Экспресс-выпуск 2087: 3075-3079

Летняя фауна куликов низовий реки КумыА.Н.Хохлов, М.П.Ильюх
Второе издание. Первая публикация в 2013*Река Кума (длина 802 км) берёт начало на северном склоне Скалистого хребта и впадает в Каспийское море. В низовье протекает по полупустынных ландшафтах Прикаспийской низменности. Здесь река имеет
спрямлённое канализированное русло с довольно крутыми, местами обрывистыми берегами. Её берега покрыты ксерофитной полупустынной
травяной растительностью, местами встречаются заросли тамарикса и
лоха. Прилегающие участки сухостепной растительности представлены
преимущественно злаково-полынными ассоциациями и служат пастбищами для овец.
В период весеннего половодья река затапливает прилегающие пойменные участки и образует разливы, привлекающие многих водных иоколоводных птиц, в том числе и куликов, особенно во время миграции.
Об орнитологической привлекательности территории низовий Кумысвидетельствует тот факт, что здесь находятся три ключевые орнитологические территории России (КОТР) международного значения: Прикумские степи (СТ-012), Песчаный массив в окрестностях хутора Арбали
(СТ-014), Нижнекумские разливы (ДС-032) (Ключевые... 2009). В связис этим летней орнитофауне низовий Кумы посвящено немало публикаций (Хохлов, Харченко 1991; Хохлов и др. 1997а,б, 1998, 1999, 2007, 2009,2011, 2012; Ильюх и др. 2003, 2006, 2008, 2009, 2010, 2012; Цапко и др.
2007; Ильюх 2012).
В настоящей работе представлены обобщенные материалы по фауне
куликов низовий реки Кумы, собранные преимущественно в весеннелетние периоды с 2003 по 2013 год в основном в ходе общефаунистических изысканий. При этом была обследована территория сухих степей
150-километрового припойменного участка реки Кумы к востоку от селаВеличаевское до места впадения реки в Каспийское море. В административном отношении данная зона исследований включала Левокумский и Нефтекумский районы Ставропольского края, Черноземельскийи Лаганский районы Калмыкии, Ногайский и Тарумовский районы Дагестана. Всего здесь в гнездовой период отмечено 26 видов куликов, 10из которых гнездятся, а остальные встречаются на пролёте и летовке.
Для большинства из них основными местами гнездования и остановокна миграциях являются топкие участки припойменной зоны низовий
* Хохлов А.Н., Ильюх М.П. 2013. Летняя фауна куликов низовий р. Кумы // Кавказ. орнитол. вестн. 25: 95-101.

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3075

Кумы. Порядок и названия видов куликов соответствуют таксономической схеме Л.С.Степаняна (2003).
Авдотка Burhinus oedicnemus. Встречается относительно часто. Вовсех 4 найденных гнёздах было по 2 яйца. Одно гнездо, найденное наюге Черноземельского района, располагалось в центральной части раздвоенного участка гравийной степной дороги. Другое гнездо в окрестностях Кизлярского залива также размещалось у полевой дороги. Третье
гнездо у озера Малый Маныч располагалось на сильно сбитом берегу в
20 м от дороги. Четвёртое гнездо найдено в урочище Емелькино возле
Кизлярского залива также у грунтовой просёлочной дороги.
Тулес Pluvialis squatarola. Обычный пролётный вид. Стаи до 100птиц встречались в июне 2006 года по берегам озера Большой Маныч.
Золотистая ржанка Pluvialis apricaria. Около 20 птиц отмечены
18 мая 2006 на озере Большой Маныч.
Галстучник Charadrius hiaticula. Одна пролётная птица наблюдалась 18 мая 2006 у артезианской скважины в окрестностях озера Большой Маныч.
Малый зуёк Charadrius dubius. Пара отмечена 18 мая 2006 наозере Малый Маныч.
Морской зуёк Charadrius alexandrinus. Обычный гнездящийся вид.
20 июня 2006 три пары отмечены на солонцах озера Большой Маныч,одна пара учтена в смешанной колонии куликов на побережье Кизлярского залива. Ещё 6 птиц отмечены в колонии ходулочника в пойме рекиКумы. Гнездо с 3 свежими яйцами обнаружено 19 мая 2007 в 20 м отдороги посёлок Артезиан – посёлок Комсомольский. При этом насиживающая птица подпускала к себе людей на 1.5-2 м.
Чибис Vanellus vanellus. Обычный гнездящийся вид низовий рекиКумы. Селится отдельными парами или колониями до 5 пар. 20 июня2006 на озере Большой Маныч отмечены 34 птицы. 4 пары гнездилисьв колонии совместно с морским зуйком, луговой и степной тиркушкамии травником на берегу Кизлярского залива. 20 июня 2011 на участке
около 100 км поймы реки от Величаевского до Рыбачачьего в сырых местах учтено более 3 тыс. особей. В этот же день примерно столько же кормящихся чибисов отмечено у озера Дадынское.
Белохвостая пигалица Vanellochettusia leucura. 20 июня 2006 наюге Черноземельского района две птицы с признаками гнездования
встречены на топком участке в низовье реки Кумы возле автотрассы
«Кочубей – Артезиан».
Камнешарка Arenaria interpres. Более 30 птиц кормились 18 мая
2006 на озере Малый Маныч.
Ходулочник Himantopus himantopus. Самый обычный из гнездящихся куликов низовий реки Кумы. Отмечался практически на всехпригодных для гнездования водоёмах от мелких луж до крупных озёр.

3076

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

15-20 пар стабильно гнездится в центре села Величаевское Левокумского района. Ходулочники наблюдались также на разливах артезианского колодца на юге Черноземельского района. Гнездится на мелководьях южнее Состинских озёр.
Шилоклювка Recurvirostra avosetta. Отмечена на солёных озерцахв окрестностях посёлка Прикумский. На озере Большой Маныч 18 мая
2006 найдена гнездовая колония из 7-8 пар. Около 20 птиц держалосьна озере Малый Маныч. В пойме Кумы на 45 км пути учтено 25 птицпарами, одиночками и небольшими стайками. Две птицы кормились намелководьях артезиана на юге Черноземельского района между посёлками Кумской и Комсомольский. Крупная стая из полусотни птиц отмечена на разливах артезиана юго-восточнее Состинских озёр. 20 июня2011 около 10 особей учтены на маршруте в 40 км у озера Дадынское.
Черныш Tringa ochropus. Одна птица отмечена на озере Малый
Маныч 20 июня 2006. Три черныша наблюдались на мочажинах в урочище Емелькино у Кизлярского залива. Одиночные птицы наблюдались также на юге Состинских озёр. 20 июня 2011 около 50 особей учтены на маршруте в 40 км у озера Дадынское.
Большой улит Tringa nebularia. Три птицы наблюдались на озере
Малый Маныч 20 июня 2006. 20 июня 2011 более 50 больших улитов
учтены на маршруте в 40 км у озера Дадынское.
Травник Tringa totanus. Одиночные птицы отмечены на озёрах
Большой и Малый Маныч 20 июня 2006. Две очень тревожившиеся (вероятно, у птенцов) пары наблюдались в смешанной колонии куликов наберегу Кизлярского залива. Также одна беспокоящаяся у гнезда птица
учтена в колонии ходулочника на разливах Кумы у автотрассы «Кочубей – Артезиан». 7 птиц зарегистрированы на разливах артезиана между
посёлками Кумский и Комсомольский в Калмыкии. Также травник отмечен на заболоченном участке южнее Состинских озёр. 20 июня 2011около 50 особей учтены на маршруте в 40 км у озера Дадынское.
Перевозчик Actitis hypoleucos. 20 июня 2011 около 20 особей учтенына маршруте в 40 км у озера Дадынское.
Мородунка Xenus cinereus. Две птицы отмечены 20 июня 2006 наберегу артезианского колодца на юге Черноземельского района.
Круглоносый плавунчик Phalaropus lobatus. Одиночный плавунчик учтён 18 мая 2006 на озере Малый Маныч.
Турухтан Philomachus pugnax. Пролётные птицы отмечены 18 мая
2006 на разливах вдоль Кумо-Манычского канала и на озёрах Большойи Малый Маныч. 17 мая 2007 у реки Кумы возле посёлка Рыбачий кормились 15 турухтанов.
Кулик-воробей Calidris minuta. Около 100 птиц держались 18 мая
2006 на озере Большой Маныч.
Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3077

Краснозобик Calidris ferruginea. Встречался относительно часто.
Пролетные птицы встречены 18 мая 2006 на озёрах Большой и Малый
Маныч.
Чернозобик Calidris alpina. Около 20 птиц учтены 18 мая 2006 наозере Большой Маныч у села Кочубей.
Большой кроншнеп Numenius arquata. В низовье Кумы и на Состинских озёрах 20 июня 2006 учтены 3 пары. Одна птица наблюдаласьна берегу артезианского колодца на юге Черноземельского района.
Средний кроншнеп Numenius phaeopus. 20 июня 2011 в Левокумском районе на влажных участках недалеко от озера Дадынское вблизи
границы с Калмыкией держались около 3 тыс. мигрирующих птиц.
Большой веретенник Limosa limosa. На озере Малый Маныч 20июня 2006 учтены4 птицы. Два больших веретенника отдыхали на берегу обширных разливов артезианского колодца на юге Черноземельского района между посёлками Кумской и Комсомольский. Около 70 веретенников учтено на мелководьях на юге Состинских озёр.
Луговая тиркушка Glareola pratincola. Летом 2006 года около 10пар размножались в смешанной колонии куликов совместно с морским
зуйком, чибисом, травником и степной тиркушкой на побережье Кизлярского залива. 20 июня 2011 вблизи Дадынского озера отмечены дваскопления тиркушек по 150 и 100 птиц с признаками гнездования.
Степная тиркушка Glareola nordmanni. Колония из 90-100 пар найдена 20 июня 2006 на солончаковом берегу Кизлярского залива. Гнёзда
располагались в 10-150 м от воды и содержали кладки и крупных птенцов. В пойме реки Кумы отмечены 4 птицы.
Таким образом, большинство видов куликов в весенне-летний период в низовьях реки Кумы встречаются преимущественно на пролётеи во время кочёвок. Фоновыми гнездящимися видами здесь являются
ходулочник, чибис, морской зуёк, степная тиркушка и авдотка, которые,кроме чибиса, внесены в оба издания Красной книги Ставропольского
края (2002, 2013).
Литература
Ильюх М.П. 2012. Хищные птицы низовий реки Кумы // Биоразнообразие, биоресурсы,биотехнологии и здоровье населения Северо-Кавказского региона. Ставрополь: 67-70.
Ильюх М.П., Хохлов А.Н., Чепенас К., Куренной В.Н. 2003. Об орнитофауне низовий
р. Кумы // Фауна Ставрополья 11: 42-48.
Ильюх М.П., Хохлов А.Н., Чепенас К., Куренной В.Н. (2008) 2018 . К орнитофауне
южной Калмыкии и сопредельных территорий // Рус. орнитол. журн. 27 (1649): 37463751.
Ильюх М.П., Хохлов А.Н., Чепенас К., Куренной В.Н., Цапко Н.В. 2006 . К летней
орнитофауне восточной части Ставропольского края и сопредельных территорий //Кавказ. орнитол. вестн. 18: 107-114.
Ильюх М.П., Хохлов А.Н., Чепенас К. 2009. Материалы к летней орнитофауне низовий
р. Кумы // Кавказ. орнитол. вестн. 21: 145-148.

3078

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

Ильюх М.П., Хохлов А.Н., Чепенас К., Черкаускас А., Казьмин Е.Н. 2010. К летней
орнитофауне Нижнего Поволжья и Калмыкии // Кавказ. орнитол. вестн. 22: 37-51.

Ильюх М.П., Хохлов А.Н., Шевцов А.С., Чепенас К., Черкаускас А., Казьмин Е.Н.
2012. Материалы к летней орнитофауне восточного Ставрополья и сопредельных территорий // Кавказ. орнитол. вестн. 24: 43-48.
Ключевые орнитологические территории России. Т. 3. Ключевые орнитологические территории международного значения в Кавказском экорегионе. 2009. М.: 1-302.
Красная книга Ставропольского края. Т. 2. Животные. 2002. Ставрополь: 1-216.
Красная книга Ставропольского края. Т 2. Животные. 2013. Ставрополь: 1-256.
Степанян Л.С. 2003. Конспект орнитологической фауны России и сопредельных территорий (в границах СССР как исторической области). М.: 1-808.
Хохлов А.Н., Забелин В.И., Ильюх М.П., Маловичко Л.B., Климашкин О.В. 1997а .
Весенний аспект фауны и экологии птиц Ставрополья // Кавказ. орнитол. вестн. 9:
137-151.
Хохлов А.Н., Ильюх М.П., Бабенко В.Г. 2011. Летняя орнитофауна восточного Ставрополья и юго-западной Калмыкии // Кавказ. орнитол. вестн. 23: 82-93.
Хохлов А.Н., Ильюх М.П., Бабенко В.Г. 2012. К летней фауне хищных птиц низовий р.
Кумы // Хищные птицы в динамической среде третьего тысячелетия: состояние иперспективы. Кривой Рог: 253-258.

Хохлов А.Н., Ильюх М.П., Емельянов С.А., Маловичко Л.В., Мищенко М.А., Акопова Г.В., Климашкин О.В., Кармацкая Е.Н., Зосимова Е.А. 1998 . К летней орнитофауне низовий реки Кумы и прилежащих территорий // Кавказ. орнитол. вестн.
10: 135-140.

Хохлов А.Н., Ильюх М.П., Емельянов С.А., Мищенко М.А., Зосимова Е.А., Чурсинова Н.В., Брюханова Т.А., Кармацкая Е.Н., Рязанова О.Н., Хохлов Н.А. 1999 .
К орнитофауне «Халимоновского» озера // Кавказ. орнитол. вестн. 11: 226-228.

Хохлов А.Н., Ильюх М.П., Климашкин О.В., Емельянов С.А., Маловичко Л.В., Акопова Г.В., Дашевский Е., Хохлов Н. 1997б. К орнитофауне Иргаклинской лесной
дачи и её окрестностей // Кавказ. орнитол. вестн. 9: 156-166.

Хохлов А.Н., Ильюх М.П., Цапко Н.В., Ашибоков У.М., Сабельникова-Бегашвили Н.Н.
2007. К орнитофауне Восточного Предкавказья и сопредельных территорий // Кавказ.
орнитол. вестн. 19: 137-147.

Хохлов А.Н., Ильюх М.П., Шевцов А.С., Хохлов Н.А. 2009. К орнитофауне северо-восточного Ставрополья // Кавказ. орнитол. вестн. 21: 197-202.
Хохлов А.Н., Харченко Л. П. 1991. Летняя орнитофауна низовий Кумы // Кавказ. орнитол. вестн. 2: 97-109.
Цапко Н.В., Джамирзоев Г.С., Чепенас К., Куренной В.Н. (2007) 2018 . Материалы корнитофауне северо-восточного Предкавказья // Рус. орнитол. журн. 27 (1619): 26402649.

Рус. орнитол. журн. 2021. Том 30. Экспресс-выпуск № 2087

3079