4 августа район озера подвергся артиллерийскому обстрелу и бом-
бардировке с воздуха, что деморализующе подействовало на окружен-
ных. Утром следующего дня завязался новый бой и к вечеру половина
антоновского отряда погибла, а вторая половина — попала в плен.

Однако сам Антонов, чья деятельность уже не находила прежней
поддержки в крестьянской среде, сумел и на этот раз уйти от погони.
Он спрятался в одном из заранее подготовленных «схронов» внутри
озерных кочек — кочек, из которых была выбрана земля — и наступав-
шие курсанты буквально прошли над ним.

Узнав об этом командование красных решило 7 и 8 августа повторить зачистку местности. Антонов приказал своему денцику Алёшке и пятерым рядовым повстанцам сдаться, а в это время адъютант Антонова, Иван Александрович Старых, Востриков и братья Антоновы зашли по горло в озеро. Здесь в густых зарослях озерного тростника они и затаились.

После снятия с озера оцепления братья Антоновы выбрались из
воды и скрылись [86,87].

Розыск ВЧК. Двойник

Непосредственное руководство новым розыском Антонова осу-
ществлял начальник секретного отделения Тамбовской губчека Сергей
Титович Полин (1897–1933), отзывавшийся позже о революционере
как о человеке «с громадной бандитской наглостью и смелостью».

Ещё осенью 1920 года тамбовские чекисты провели операцию,
названную ими «Сестра». В рамках операции 6 октября в Моршанске
была арестована жена Антонова. В обмен на своё освобождение, со-
стоявшееся 22 октября, она написала Антонову записку с просьбой
встретиться в Тамбове, в доме ее матери. Однако Антонов на встречу
не поехал. Он написал короткую ответную записку, в которой «пожу-
рил» супругу за попытку оторвать его от руководства восстанием: «кру-
гом война, за которую в некоторой степени ответственность ложится
на меня» [88].

В марте 1921 года поиском Антонова занялся отдел по борьбе с
контрреволюцией ВЧК, возглавлявшийся Тимофеем Петровичем
Самсоновым (Бабий, 1888–1955). Самсонов решил «выманить» Анто-
нова в Москву, на «съезд руководителей повстанческих армий».
Главным действующим лицом операции стал известный в реги-
оне эсер Евдоким Муравьев, засланный к антоновцам под видом члена
ЦК партии левых эсеров. Сама операция находилась под личным кон-
тролем главы ВЧК Феликса Дзержинского. За полтора месяца, что Му-
равьев находился в стане мятежников, он сумел добыть ценную разве-
дывательную информацию о 2-й антоновской армии. Кроме того, Му-
равьев отправил в руки ВЧК руководителя повстанческой контраз-
ведки Н. Я. Герасева, главного антоновского агитатора Ивана Егоро-
вича Ишина, резидента антоновцев в Тамбове Дмитрия Федоровича
Федорова, Павла Тимофеевича Эктова, являвшегося заместителем Ан-
тонова по Главоперштабу, а также – группу из восемнадцати повстан-
цев. Все они, за исключением Эктова, согласившегося сотрудничать с
советскими органами госбезопасности, были расстреляны как «неис-
правимые враги Советской власти». Спустя год Эктов был застрелен
неизвестным на одной из тамбовских улиц [89,90].

7 мая 1922 года Александра Гавриловна Кудрявцева – секретная сотрудница ГПУ под псевдонимом «Миронова» – написала донесение, в котором сообщала, что ей удалось обнаружить Антонова. На первом же допросе арестованный как Антонов мужчина на вопрос чекистов: «Ну, что, Антонов, — попался?» — ответил по-украински: «Який я вам Антонов? Я — Коваленко». При этом четыре человека, ранее знавшие Антонова лично, единодушно признали в арестованном Коваленко бывшего руководителя тамбовских повстанцев. И только в Тамбове — куда был доставлен подозреваемый — из ещё десяти человек, знакомых с Александром Степановичем, девять категорически заявили, что «по-казанный» им человек — не Антонов. Они же сообщили, что это был «гражданин имеющий громадное сходство с начальником Главоперштаба и руководителем партизанского движения Тамбовского края» Александром Антоновым.

Дальнейшие следственные мероприятия подтвердили, что аре-
стован был крестьянин села Еловатка Еланского уезда Саратовской гу-
бернии Андрей Ильич Коваленко, которого отпустили через месяц, 14
июня того же года [91].

Последний бой

Точное местопребывания Антонова до мая 1922 года оставалось неизвестным. В конце весны ВЧК обнаружило его в лесу на границе
Кирсановского и Борисоглебского уездов благодаря сведениям, полученным от бывшего тамбовского эсера-железнодорожника Фирсова. В конце мая к Фирсову с просьбой достать остродефицитный в тот период препарат — хинин — обратилась учительница из села Нижний Шибряй Софья Гавриловна Соловьева. Она также сообщила, что хинин нужен самому Антонову, страдавшему в тот момент от малярии. Пообещав Соловьевой достать лекарство, Фирсов отправился к заместителю начальника Тамбовского губотдела ГПУ Сергею Полину [92].

Была создана группа для захвата Антонова во главе с начальником отдела по борьбе с бандитизмом Михаилом Ивановичем Покалюхным (1899–1973), который 14 июня вместе с четырьмя оперативниками выехал в село Уварово, которое располагалось в двух километрах от Нижнего Шибряя. В район были также отправлены бывшие по-встанцы, ставшие теперь «бандагентами», которые знали Александра Антонова лично [93].

24 июня были получены сведения, что Александр Антонов с братом был ночью в доме Наталии Катасоновой в Шибряе<fnref n="29" />. Лидер восстания остался там дожидаться следующей ночи. Переодевшись под бригаду плотников-шабашников — с топорами и пилами (карабины в мешках, револьверы — под рубахами) — группа захвата в составе девяти человек отправилась в Нижний Шибряй.

В группу входили: Михаил Иванович Покалюхин, оперативник Иосиф Янович Беньковский, бывший командир Особого (находившегося всегда при антоновском Главоперштабе) повстанческого полка Яков Васильевич Санфиров — житель села Калутино Кирсановского уезда, два бывших антоновца из небольшого повстанческого отряда Грача (Афанасия Евграфовича Симакова) — крестьяне деревни Леоновка Трескинской волости Кирсановского уезда Егор Ефимович Зайцев и Алексей Игнатьевич Куренков, бывший антоновец из 14-го Нару-Тамбовского (Хитровского) полка Михаил Федорович Ярцев, два секретных агента ГПУ с кличкам «Мертвый» и «Тузик» — бывшие антоновцы из села Паревка Кирсановского уезда Ефим Николаевич Ластовкин и Никита Кузьмич Хвостов. В группу также вошёл

<footnote n="29">²⁹ 21 декабря 1922 года у погибшего Александра Антонова и его арестованной сожительницы — крестьянки из села Нижний Шибряй Наталии Катасоновой — в тюрьме родилась дочь, которую назвали Ева [103].</footnote>
начальник милиции 1-го (Уваровского) района Борисоглебского уезда Сергей Михайлович Кунаков [94,95].

Уже около восьми часов вечера восемь «плотников» и начальник милиции Кунаков пришли на дальнюю нижнешибряйскую окраину, называвшуюся Кочетовкой, где стоял дом Катасоновой. Дом окружили и вскоре в проеме дверей заметили одного из братьев Антоновых. Александр Антонов разглядел среди стрелявших в него людей знакомые лица, перешедшие теперь на другую сторону, и «принялся их стыдить». Покалюхин приказал поджечь дом и усилить обстрел окон: братья Антоновы были вынуждены покинуть дом и напали на посты Куренкова и Кунакова. Но «меткие выстрелы Ярцева уложили их» буквально в сотне метров от тамбовского леса, в котором до этого они не раз спасались от преследователей [96,97].

Спустя около десяти минут, «выпустив по месту падения Антоновых не один десяток пуль и не получив ни одну в ответ», Покалюхин решился подойти к телам братьев.

Точное место захоронения Александра и Дмитрия Антоновых известно. Известно только, что после боя в Кочетовке их тела привезли в Тамбов, в бывший Казанский монастырь, где в тот момент размещался губернский отдел ГПУ [98].

## 15.5. Оценки и влияние. В искусстве

16 июля 1921 года командующий войсками Тамбовской губернии во время восстановения, Михаил Тухачевский, писал главе Совнаркома Владимиру Ленину о главных факторах, помешавших в начале подавить Тамбовское восстание. Среди них, по мнению Тухачевского, были «скрытый большой запас оружия, сделанный Антоновым за время его начальствования Кирсановской уездмилицией и, наконец, военно-организаторский талант Антонова».

Характеристики Антонова, составленные военачальниками Красной армии, содержали такие эпитеты, как «недюжинная фигура с большими организаторскими способностями», «энергичный, опытный партизан» и так далее. ВЧК отмечала отличную постановку Антоновым разведывательного дела у тамбовских повстанцев и незаурядные конспираторские способности самого начальника штаба [81].
Историк Самошкин ставил Антонова в один ряд с руководителями крупнейших восстаний: Иваном Болотниковым, Степаном Разиным, Кондратием Булавиным и Емельяном Путачёвым. В то же время, об Антонове не складывали сказаний и песен, как о Стеньке Разине – а советский термин «бандит» скоро вытеснил из памяти жителей региона образ «партизана», боровшегося за интересы широких масс местного крестьянства [98-101].

Жизнь Александра Антонова получила своё отражение и в искусстве. Советский писатель, сценарист и драматург, журналист и военный корреспондент Николай Вирта – чей отец, священник Евгений Карельский, был расстрелян в 1921 году в Большой Лазовке как пособник «антоновцев» – написал роман «Одиночество» (1935). Роман будущего лауреата четырёх Сталинских премий рассказывает о событиях, развернувшихся на Тамбовщине в годы Гражданской войны.

Вирт использовал классические приемы русского реалистического романа, сочетая их с элементами других жанров. Произведение выделяется мастерством типизации характеров и монолитной композицией, что позволяет автору создать яркие образы и передать сложные эмоциональные состояния персонажей.

Роман состоит из трех книг, где первые две книги фокусируются на исторической проблематике, в то время как завершающая книга «Волю» погружает читателя в психологический анализ героев. Роман стал знаковым для Вирта произведением, которое привлекло внимание как советских читателей, так и критиков – благодаря своей «глубокой» тематике и оригинальной композиции.

Борьба с Антоновым в Тамбовской губернии и последовавшие за этим события стали сюжетом для рассказа Варлама Шаламова «Эхо в горах» (1959). Рассказ является частью известной серии Шаламова «Колымские рассказы», в которой автор делится своими впечатлениями и переживаниями, связанными с жизнью в советских лагерях.

Этот рассказ, как и многие другие произведения Шаламова, пронизан темами страдания, потери человечности и безнадежности. Шаламов показывает, как лагерная система разрушает человеческую природу, вынуждая людей идти на моральные компромиссы ради выживания. Это приводит к внутреннему конфликту, когда заключенные должны выбирать между сохранением своей человечности и необходимостью адаптироваться к жестоким условиям.
Писатель, публицист и редактор Роман Гуль, являвшийся участником Гражданской войны в составе Белого движения, в 1932 году опубликовал в Берлине свою работу «Тухачевский. Красный маршал».

Одной из ступеней в карьере Михаила Тухачевского стало, по версии Гуля, участие в подавлении восстания крестьян в Тамбовской губернии, где соперником командарма оказывается учитель, «атаманмститель Герасим Антонов». Гуль неверно называет имя и отчество Антонова, хотя для автора Антонов – предводитель «разино-пугачевской вольницы», восставшей против угнетателей крестьян. «Герасим Антонов», в представлении Гуля, безжалостно «жжет совхозы, налетает на станции, вырезает коммунистов, а когда надо рассыплет отряды по селам», спрячет повстанцев.

К образу Антонова обращался и Анатолий Лобоцкий. Советский и российский писатель Лобоцкий, известный своими документальными повестями, среди которых исследователи выделяли работа «По следу „Главного“», опубликованную в СССР в 1973 году.

Данная повесть, вышедшая в Воронеже, была основана на событиях, происходивших на Тамбовщине в 1921 году, и рассказывает о молодом чекисте М. Покалюхине, который получает задание поймать главаря бандитской группы эсеров. В повести описываются реалии попереволюционной России, когда чекисты активно боролись с бандитизмом и антисоветскими элементами.

Лобоцкий использует документальные материалы и художественные приемы для создания напряженной атмосферы и глубокого анализа характеров своих героев. Это позволяет читателю не только следить за развитием сюжета, но и погружаться в исторический контекст. «По следу „Главного“» получила положительные отзывы за реалистичное изображение событий и персонажей.

Литературные критики СССР отмечали мастерство Лобоцкого в сочетании документального стиля с художественной выдумкой – что делало его произведение значимым вкладом в советскую литературу того времени. Работа также была выдвинута областной журналистской организацией на премию имени первого редактора газеты «Тамбовская правда» И. А. Гаврилова.

Кроме того, в 2017 году роман «Антонов. Последний пожар» стал дебютом Николая Викторовича Тюрина в прозе [102].

Осенью 2011 года в широкий российский прокат вышел исторический фильм «Жила-была одна баба», снятый Андреем Смирновым
и посвящённый жизни России с 1909 по 1921 год. События Гражданской войны и, среди прочего, Тамбовского восстания показаны в художественном фильме «Глазами крестьянки».

Режиссёр работал над картиной с 1987 года, в производство она была запущена уже в России, в 2008 году. В 2014 году была создана пятисерийная телевизионная версия фильма, удостоенного премии «Ника» в шести номинациях: «Лучший игровой фильм», «Лучшая женская роль» (Дарья Екамасова), «Лучшая мужская роль второго плана» (Роман Мадянов), «Лучшая сценарная работа» (Андрей Смирнов), «Лучшая работа художника» (Владимир Гудилин) и «Лучшая работа художника по костюмам» (Людмила Гаинцева).
Примечания

[1] Landis, 2008, p. 42.

[2] БРЭ, 2005.

[3] Самошкин, 2005, с. 147.

[4] Landis, 2008, p. 43.

[5] Самошкин, 2005, с. 147–148.

[6] Самошкин, 2005, с. 148.

[7] Landis, 2008, pp. 42–43.

[8] Самошкин, 2005, с. 148–149.

[9] Самошкин, 2005, с. 149.

[10] Самошкин, 2005, с. 149–150.

[11] Самошкин, 2005, с. 149–154.

[12] Landis, 2008, pp. 43–44.

[13] Самошкин, 2005, с. 151–153.

[14] Самошкин, 2005, с. 153–154.

[15] Самошкин, 2005, с. 155–156.

[16] Landis, 2008, p. 44.

[17] Самошкин, 2005, с. 157–158.

[18] Самошкин, 2005, с. 158–159.

[19] Самошкин, 2005, с. 159–160.

[20] Самошкин, 2005, с. 160.

[21] Landis, 2008, p. 45.

[22] Самошкин, 2005, с. 161.

[23] Самошкин, 2005, с. 161–162.

[24] Самошкин, 2005, с. 161–163.

[25] Самошкин, 2005, с. 162–163.

[26] Самошкин, 2005, с. 163–164.

[27] Самошкин, 2005, с. 164–167.

[28] Самошкин, 2005, с. 167–170.

[29] Самошкин, 2005, с. 167–168.

[30] Самошкин, 2005, с. 168–170.

[31] Самошкин, 2005, с. 169–170.

[32] Самошкин, 2005, с. 170.

[33] Самошкин, 2005, с. 170–172.

[34] Landis, 2008, pp. 45–46.

[35] Landis, 2008, p. 46.

[36] Самошкин, 2005, с. 172.

[37] Самошкин, 2005, с. 172–174.

[38] Данилов, Шанин, 1994, Док. № 336.

[39] Данилов, Шанин, 1994, Док. № 339.

[40] Landis, 2008, pp. 46–47.

[41] Landis, 2008, p. 47.

[42] Данилов, Шанин, 1994, Док. № 329.

[43] Landis, 2008, pp. 47–48.

[44] Самошкин, 2005, с. 174.

[45] Landis, 2008, p. 48.

[46] Самошкин, 2005, с. 174–177.

[47] Landis, 2008, pp. 48–50.

[48] Landis, 2008, pp. 49–50.

[49] Самошкин, 2005, с. 177.

[50] Самошкин, 2005, с. 178.

[51] Самошкин, 2005, с. 178–179.

[52] Landis, 2008, p. 50.

[53] Самошкин, 2005, с. 179–180.

[54] Landis, 2008, pp. 48–49.

[55] Самошкин, 2005, с. 181–183.

[56] Landis, 2008, p. 51.

[57] Самошкин, 2005, с. 183.

[58] Самошкин, 2005, с. 183–184.

[59] Landis, 2008, p. 52.

[60] Самошкин, 2005, с. 183–185.

[61] Самошкин, 2005, с. 185–186.

[62] Landis, 2008, p. 53.

[63] Самошкин, 2005, с. 185–187.

[64] Самошкин, 2005, с. 187–188.

[65] Landis, 2008, p. 54.

[66] Самошкин, 2005, с. 188.

[67] Самошкин, 2005, с. 188–189.

[68] Самошкин, 2005, с. 189.

[69] Landis, 2008, pp. 55–56.

[70] Самошкин, 2005, с. 189–190.

[71] Landis, 2008, p. 57.

[72] Landis, 2008, p. 56.

[73] Самошкин, 2005, с. 190–191.

[74] Самошкин, 2005, с. 191.

[75] Самошкин, 2005, с. 191–192.

[76] Самошкин, 2005, с. 192.

[77] Landis, 2008, p. 60.

[78] Самошкин, 2005, с. 192–193.

[79] Самошкин, 2005, с. 193.

[80] Landis, 2008, pp. 58–59.

[81] Самошкин, 2005, с. 193–194.

[82] Самошкин, 2005, с. 194.

[83] Самошкин, 2005, с. 194–195.

[84] Самошкин, 2005, с. 195–198.

[85] Самошкин, 2005, с. 198–199.

[86] Landis, 2008, p. 59.

[87] Самошкин, 2005, с. 199–200.

[88] Самошкин, 2005, с. 200–202.

[89] Самошкин, 2005, с. 202.

[90] Самошкин, 2005, с. 203.

[91] Самошкин, 2005, с. 203–206.

[92] Самошкин, 2005, с. 206–207.

[93] Самошкин, 2005, с. 206–207, 209.

[94] Самошкин, 2005, с. 207–209.

[95] Данилов, Шанин, 1994, Прил. № 5.

[96] Landis, 2008, pp. 57–59.
[97] Самошкин, 2005, с. 209–214.

[98] Самошкин, 2005, с. 215.

[99] Новикова, 2013.

[100] Katzer, 2011, s. 119.

[101] Коновалов, 2010, с. 29.

[102] Тюрин, 2017, с. 4–9.

[103] Крестьянское восстание, 2017, с. 72.

## Литература

1. Антонов, Александр Степанович // Анкилоз – Банка. – М.: Большая российская энциклопедия, 2005. – (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004–2017, т. 2). – ISBN 5-85270-330-3.

2. Крестьянское восстание в Тамбовской губернии (сборник материалов) / отв. ред. В. Данилов и Т. Шанин. – Тамбов: Редакционно-издательский отдел, 1994. – 334 с.

3. Самошкин В. В. А. С. Антонов: Страницы биографии // Антоновское восстание. – М.: Русский путь, 2005. – 357 с. – (Исследования новейшей русской истории, Вып. 9). – ISBN 5-85887-212-3.

4. Самошкин В. В. А. С. Антонов // Вопросы истории: журнал. – 1994. – № 2.

5. Тюрин Н. Антонов. Последний пожар. – Москва: Спутник+, 2017. – 496 с. – ISBN 978-5-9973-4382-8.

6. Федоров С. В. Между двух огней: Некоторые страницы биографии и политические воззрения «независимого эсера» Александра Антонова // Духовность: журнал гуманитарных исследований / ред. Н. Е. Толстая. – Сергиев Посад, 2003. – Т. 3: Октябрь-март. – С. 144–153. – 234 с. – ISBN 5-902509-01-7.

7. Landis E. C. The Making of a Civil War Bandit // Bandits and Partisans: The Antonov Movement in the Russian Civil War. – University of Pittsburgh Press, 2008. – 381 p. – (Series in Russian and East European studies). – ISBN 9780822971177. – ISBN 9822971178.

8. Коновалов В. С. Лэндис Э. Бандиты и партизаны: Антоновское восстание в период Гражданской войны в России (Реферат) // История России в современной зарубежной науке. Ч. 3: Сборник обзоров и рефератов / [Отв. ред. В. М. Шевырина]. – М.: РАН ИНИОН, 2010. – С. 29–34. – 199 с. – (История России). – ISBN 978-5-248-00513-0.

9. Крестьянское восстание в тамбовской губернии под руководством А. С. Антонова. (1920–1921 гг.): Материалы международной научной конференции (г. Тамбов, 20 мая 2017 года) // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики : Научно-теоретический и прикладной журнал. – 2017. – № 6 (80); в 2-х ч. Ч. 2.

10. Новикова Л. Г. Э. Ландис. Бандиты и партизаны: Антоновское движение в Гражданской войне в России. Питтсбург: Издательство Питтсбургского университета, 2008. ХХП, 381 с. // Российская история. – 2013. – ISSN 0869-5687.

11. Полунин А. Александр Антонов: Последний волк Тамбовщины-2 // Свободная Пресса. – 2012. – 24 июня.

12. Katzer N. Review of Bandits and Partisans. The Antonov Movement in the Russian Civil War. Pitt Series in Russian and East European Studies (нем.) // Jahrbücher für Geschichte Osteuropas. – 2011. – Bd. 59, H. 1. – S. 118–119. – doi:10.2307/41302744.
Часть III.

Политические теории
и революционная практика
Глава 16. «Наши политические задачи»

«Наши политические задачи» — брошюра Льва Троцкого, изданная в 1904 году как ответ на работу Владимира Ленина «Шаг вперед, два шага назад». Является первой относительно крупной работой молодого автора. Была направлена против партийного раскола в РСДРП, в котором обвинялся Ленин.

<figure><img src="image_32.png" /><figcaption>Рис. 27. Брошюра «Наши политические задачи. Тактические и организационные вопросы» (Женева, 1904)</figcaption></figure>

Брошюра содержит как «критику и опровержение» ленинских идей, так и уничтожительные эпитеты в адрес большевистского лидера. В ней Троцкий — считая необходимым привлечь в революционное движение рабочих, а не профессиональных революционеров — выступил со своей концепцией партийного «централизма», отличной от ленинского «заместительства». Кроме того автор — находя много общего между ленинскими идеями и принципами французских якобинцев:
подозрительность, доктринёрство, нетерпимость, жажда власти — пре-
дупреждал об опасности «заражения» социал-демократической партии
подобными качествами. Он также отмечал, что подобные свойства
партийной системы способны запустить новую волну террора.

Книга была «с негодованием» встречена самим Лениным, отзывав-
шимся о ней как о «наглом лганье» и «извращении фактов». В совет-
ское время Троцкий постарался забыть о данной работе. Но его поли-
тические оппоненты постоянно напоминали ему об авторстве ярких
критических текстов, направленных против самих «организационных
принципов ленинизма».

Ряд исследователей ХХ века — наряду с современным авторами —
использовал «убедительный» анализ феномена РСДРП(б), проведён-
ный Троцким, в качестве основы для критики теоретического наследия
Ленина и его принципов партийного строительства. Книга была пе-
реведена на многие языки мира и неоднократно переиздавалась. В
1990 году в СССР был издан сборник «К истории русской революции»,
содержавший фрагменты из данной брошюры.

16.1. Предыстория. II съезд РСДРП

В октябре 1902 года – после своего первого побега из ссылки –
Лев Троцкий оказался в Лондоне, где стал свидетелем явного «охла-
ждения» в личных отношениях между социал-демократами Юлием
Мартовым и Владимиром Лениным [1].

На проходившем с 30 июля по 23 августа 1903 года II-м съезде РСДРП расхождения между членами партии только усилились и про-изошёл её раскол на две фракции: большевиков и меньшевиков. На самом съезде в Центральный Комитет (ЦК) РСДРП были избраны только сторонники Владимира Ленина — Глеб Кржижановский, Фри-дрих Ленгник и Владимир Носков. Меньшевики предлагали кандида-туры Виктора Крохмаля, самого Троцкого и Любови Радченко — но Ленин не поддержал ни одного из них [2].

В результате, к концу II-го съезда социал-демократов 24-летний
Лев Троцкий, неожиданного для самого себя, «оказался в стане»
группы российских меньшевиков [3].
## 16.2. История и описание

В 1903 году Лев Троцкий становился всё более известным политическим полемистом, выступая на социал-демократических собраниях в Швейцарии [4,5]: «С большой речью выступил Троцкий, обрушившийся на большевиков. Такого блестящего оратора мне не приходилось ещё слышать ни в подполье, ни в тюрьме. Бросались в глаза боевой задор, отточенность, пожалуй, нарочитая и чрезмерная, формулировок, полемическое искусство: в руках не меч, а шпага...»

В середине октября 1903 года, в Женеве, Троцкий принял участие в совещании 17 меньшевистских деятелей, на котором он – вместе с Мартовым, Потресовым, Аксельродом и Даном – был избран в состав меньшевистского центра, известного также как «бюро меньшинства». Составленная Троцким и Мартовым резолюция центра являлась реакцией на успех большевиков на II-м партийном съезде. Меньшевики обвинили сторонников Ленина в расколе партии – в создании «закмнутой, односторонне подобранной центральной организации». В результате члены меньшевистской фракции отказывались передавать ЦК партии находившиеся в их распоряжении транспортные связи с Российской империей. Они также не выполняли поручений Центрального комитета и мешали поступлению в центральную партийную кассу финансовых средств от местных организаций [6].

После этого Троцкий стал участником II-го съезда Заграничной лиги русской революционной социал-демократии, которая проходила с 26 по 31 октября 1903 года и где у него произошли очередные столкновения с Лениным. В частности, когда Ленин в своём докладе упомянул, что «одним из искровцев было высказано мнение» не приглашать на съезд представителя журнала «Борьба», Троцкий буквально перебил большевистского лидера фразой «напрасно не называете фамилии оратора, это говорил я» [3,7].

В тот период Троцкий продолжал активно выступать с поддержкой позиции Мартова по поводу членства в партии, пытаясь высказываться в пользу коллективного, согласованного руководства объединением. Троцкий выступил против подмены коллективного руководства властью отдельных лиц – то есть прежде всего против власти самого Ленина, который обвинялся Троцким в «центризме». Тексты будущего наркомвоенмора, особенно до их обработки «высокой печатью», также
содержали немало критических суждений и о самих меньшевиках: в
частности, о Георгии Плеханове [8].

В свою очередь лидер большевиков «весьма энергично» полеми-
зировал с Троцким по вопросам партийного строительства. В частно-
сти, в посвящённой итогам съезда брошюре Ленина «Шаг вперёд, два
шага назад» (1904) содержались «весьма недоброжелательные» оценки
позиции Троцкого. В подготовительных материалах к этой работе Ле-
нин выделял «нетактичность Троцкого», называл его «оппортунистом»
и относил к «мартовцам» [9,10].

В ответ на данный текст Ленина, Троцкий опубликовал полеми-
ческую брошору о программных вопросах «Наши политические за-
дачи», посвятив её «дорогому учителю Павлу Борисовичу Аксель-
роду». Работа была выпущена меньшевистским издательством в авгу-
сте 1904 года [4,11,12]. Мартов писал о ней: «Прошла 1/2 брошоры
Троцкого. На мой взгляд, очень хороша, хотя и неровна. Я Вам вышлю
ее до сдачи в набор; хотя Тр[оцкий] и просит отложить исправления
до корректуры, но, может быть, будет не лишним побудить его внести
их кое-где ещё в рукописи.» [13]

По мнению самого автора текста, данная политическая брошюра «представляет собой попытку привлечь внимание товарищей, утомлённое и притупленное наполовину схоластическими организационными дебатами, к вопросам политической тактики, с которыми связана вся дальнейшая судьба нашей партии» [14].

16.3. Критика

«Издевательства» и «пророчества»

Авторы четырёхтомной биографии Троцкого Юрий Фельштин-
ский и Георгий Чернявский отмечали «боевой и решительный» тон
брошоры «юного Льва» – считая, что весь «пафос» работы был
направлен против партийного раскола, в котором обвинялся Ленин.

В то же время Троцкий начинал и несколько дистанцироваться от
меньшевистского крыла РСДРП. В частности, в предисловии автором
высказывалось сожаление, что русские социалисты как бы не знают
других задач, кроме задач мелочной внутренней склоки и не видят дру-
гих перспектив, кроме перспектив партийного раскола. Троцкий, при
этом, высказывал мысль о том, что «острый период прошёл» и что сто-
ронники единства партии в итоге одержат победу. Данное «оптими-
стическое утверждение» не звучало, по мнению историков Фельштин-
ского и Чернявского, искренне [4,15].

В брошюре содержалась «острая полемика» против того предпо-
лагаемого партийного режима, который вытекал «из совершенно фан-
тастических представлений о путях партийного развития». Сам автор
трактовал данные представления как «организационную сутолоку», как
приёмы и методы «осадного положения».

Главным объектом критики, выраженной ещё в предисловии, яв-
лялись ленинские установки. В отдельном разделе брошоры, посвя-
щённом «книжке» Ленина «Шаг вперед, два шага назад», Троцкий
утверждал, что в ленинской работе «разрозненным предрассудкам
придано подобие системы». Автор открыто издевался над лидером
большевиков [4,16]: «Хотя и до выхода названной книжки мы не со-
мневались, что ничего внушительного тов[арищ] Ленин не сможет
сказать в защиту собственной позиции, ибо позиция, занятая им, со-
вершенно безнадежна, но все же такой бледности мысли, какую он об-
наружил, мы не ожидали.»

Далее в «насыщенной» (англ. *dense*) работе Троцкого шёл деталь-
ный разбор как организационных, так и тактических задач социал-де-
мократии, который давался как «решительное противостояние» «орто-
доксальной теократии» Ленина. В итоге, критика и опровержение ле-
нинских идей занимали центральное место во всей работе [17,18].
Уничтожительные эпитеты «сыпались один за другим»: Ленин упре-
кался в негибкости мысли, в стремлении насадить в партии «казармен-
ный режим». Он также подозревался в следовании установке «когда
против меня восстают, это очень дурно; когда я восстаю, тогда хо-
рошо». По мнению Троцкого, бумага, на которой писал Ленин, «крас-
нела за него». Троцкий также полагал, что марксизм для Ленина не яв-
лялся методом познания действительности — а лишь использовался как
«половая тряпка, когда надо затереть следы» или «белый экран, когда
надо продемонстрировать своё величие» [4,15].

По мнению Фельштинского и Чернявского, Троцкий выступил
против игнорирования «самодеятельности пролетариата» и против
подмены рабочего класса большевистской партией — он называл та-
кую подмену «политическим заместительством». Возражая Ленину,
ссылавшемуся на опыт Великой французской революции и
206
называвшему большевиков «пролетарскими якобинцами» («Якобинцами с пролетариатом»), Троцкий «изdevательски именовал» самого руководителя большевиков «Максимилианом Лениным» — проводя таким образом параллель между Владимиром Ильичом и Максимилианом Робеспьером. «Якобинская» тактика большевиков, по предположению Троцкого, в конце концов подведёт сам пролетариат под «революционный трибунал» — по обвинению в примиренчестве. Большевики обвинялись и в намерении расправиться с инакомыслящими с помощью революционной гильтотины [4,14].

Троцкий «не гнушался» и более приземлёнными издевательскими характеристиками, называя Ленина «бойким статистиком» — с отсылкой на многочисленные статистические таблицы из книги «Развитие капитализма в России» — и «неряшливым адвокатом», что намекало на формальную профессию большевистского лидера [19].

В брошшоре, по мнению биографов Чернявского и Фельштинского, была «прозорливо суммирована» суть ленинского плана партийного строительства в РСДРП, неизбежностью которого являлось установление личной диктатуры вождя [19,20]. В работе было также сделано «кошмарное предсказание» (англ. *prescient nightmare*) [21,22]: «Партийная организация подменяет собой партию, Центральный комитет заменяет партийную организацию, и, наконец, „диктатор“ подменяет собою Центральный комитет».

Историки отмечали, что подобные «саркастические выводы» делали как другие социал-демократы, так и теоретики русского анархизма. В частности, со статьями, обвинявшими Ленина в диктаторстве, выступили Аксельрод (работа «Объединение российской социал-демократии и её задачи»), Плеханов (работа «Централизм или бонапартизм? Новая попытка образумить лягушек, просящих себе царя»), Мартов (брошюра «Борьба с „осадным положением“ в Российской социал-демократической рабочей партии»). Кроме того, Вера Засулич саркастически сравнивала Ленина с французским королём Людовиком XIV, автором фразы «Государство — это я» [23][24]. А Роза Люксембург выступила с её непереводимой с немецкого на английский критикой «всеведущего и вездесущего» — нем. *allwissenden und allgegenwartigen* — Центрального комитета партии [25].

Аксельрод, среди прочего, противопоставлял идее о «направляющей и руководящей» роли партии классовую самостоятельность пролетариата — то есть выступал за создание массовых рабочих
организации. Но именно текст Троцкого «особенно запомнились» читающей публике и позже цитаты из него неоднократно повторялись в качестве «пророчества» или «предупреждения» [26].

Столь явный интерес к критическим заявлениям молодого революционера мог быть связан и с тем, что именно Троцкий стал после Февраля 1917 года наиболее известным политическим деятелем, последшим на сторону Ленина и большевиков [27].

## «Централизм» Троцкого

Немногие ранние работы Троцкого дошли до наших дней. Его сочинение о партийной организации от 1901 года, сохранилось только в виде набора цитат, а его «Отчёт сибирской делегации», написанный сразу после съезда РСДРП, был тесно связан с «едкой» (англ. *vitiolic*) книгой «Наши политические задачи». По сути, отчёт и книга представляли собой один и тот же документ.

Профессор Барух Кней-Пац подробно анализировал самые ранние работы Троцкого в своей монографии «Социальная и политическая мысль Льва Троцкого» — см. отдельную главу о данной монографии ниже. Кней-Пац отмечал, что именно организация партийной жизни составляла в те годы основной предмет мысли будущего наркома. Троцкий в данных работах выступает в защиту «централизма» в партии, но «централизма», совершенно отличного от того, что был предложен Лениным на Втором съезде.

Проблема, в понимании Троцкого в те годы, состояла в том, как управлять социал-демократическим движением в Российской империи. Управлять требовалось движением, выросшим за предшествующие годы, но продолжавшим быть «разбросанным» по огромное территории империи. И потому являвшимся практически неуправляемым: «рыхлой ассоциацией» местных комитетов, разделённых не столько идеологически, сколько географически [28-30].

По мнению Кней-Паца, Троцкий являлся сторонником наличия «сильного» центрального комитета в партии. Но при этом центральные руководящие органы должны были служить партии, а не являться бессменными (англ. *self-perpetuating*) и бесконтрольными хозяевами рабочей партии. Иначе говоря, единство партии не должно было достигаться принуждением и регламентацией [31]. Ещё на страницах «Отчёта...» в словах Троцкого Кней-Пац обнаружил «шок» от вызвавшихся
неприязнь (англ. *repelled*) «авторитарных» предложений Ленина по пар-
тийному строительству [32-34].

«Реакция Троцкого напоминает реакцию идеалистичного и наив-
ного неофита, который, впервые увидев своих кумиров вблизи, вне-
запно осознаёт, насколько искажён был ранее его взгляд на реаль-
ность<fnref n="30" />» [34].

Второй съезд, вместо ожидавшейся Троцким «коллективной вы-
работки» программы партии, стал местом борьбы разрозненных фрак-
ций и персональных распрей делегатов. А сам Ленин стал наиболее
ярким выразителем данных тенденций, свойственных, впрочем, не
только ему одному [34,35].

Троцкий, являвшийся в тот период сторонником широкого, мас-
сового социал-демократического движения, был не согласен и с ле-
нинскими принципами партийного строительства. Озвученные Лени-
ным принципы Троцкий считал направленными на создание отдель-
ной иерархической структуры, имевшей лишь косвенное отношение
к революционному движению как таковому – «насмешкой над внутри-
партийной демократией». Ленин обвинялся в одержимости идеями
контроля, свойственными бюрократу [36-38].

Подобному подходу Троцкий противопоставлял принцип, при котором партийная организация координирует деятельность и политику отдельных местных структур, а не предписывает им что делать. «Согласование», а не командование — работа в соответствии с принципами «европейского», не «азиатского», централизма [31,39,40].

Троцкий осуждал методы Ленина как способные привести к пол-
ному политическому бессилию. «Тоталитарная» форма внутрипартий-
ной организации, по его мнению, была совершенно неспособна «ве-
сти массы к революции», сводя партийное руководство к бесполез-
ному изготовлению «истерических прокламаций» и указаний для без-
различного к ним населения. Это изолировало социал-демократию и
препятствовало её развитию как таковой. Критикуя Ленина, Троцкий
«фактически создавал» у читателя перспективу превращения револю-
ционной партии в организацию обычных функционеров, в которой
доминировала бы рутина. При этом Троцкий впервые ссылался на

<footnote n="30">³⁰ Оригинальный текст на англ.: «Trotsky's reaction is almost like that of an idealistic but naive neophyte who, seeing his idols for the first time at close range, suddenly realizes how distorted by distance had been his view of reality.»</footnote>
«бюрократический централизм» — концепцию, которая впоследствии станет важной составляющей его понимания сталинизма. См. его позднюю работу «Преданная революция» [41,42].

В книге «Наши политические задачи» Троцкий, по мнению Кней-Паца, развивал мысль о том, что ленинский подход приведёт к образованию «тайной заговорщической организации» — группы «конспи-раторов», которая будет утверждать, что представляет «рабочий класс», в реальности подменяя его собой.

Альтернатива, предлагаемая Троцким, заключалась в создании центрального комитета с целью преодоления ограничений, связанных с исключительно локальной активностью местных комитетов, и организация партийной жизни, направленная на то, чтобы «дотягиваться» (англ. reach) до рабочих, привлекая их в партию. Иные, не массовые, принципы организации были, согласно Троцкому, либо обречены на провал, либо могли привести к власти только «немарксистские», «не-пролетарские» группы [15,43].

Иначе говоря, следуя марксистскому принципу, что характер революции определяется характером той социальной группы, которая данную революцию «делает», Троцкий считал необходимым привлечение в социалистическое революционное движение самих рабочих — а не профессиональных революционеров. Применение в революционной партии принципа «разделения труда», свойственного капиталистическому обществу, могло, по мысли Троцкого, привести лишь к видимости социалистической революции. Освобождение от «царизма» с помощью заговорщической организации таило даже большую опасность, чем сам царский режим [11,44].

Необходимость в партийной дисциплине, как и в наличии центральной общенациональной штаб-квартире движения, не вызывала сомнений у Троцкого. Он отрицал лишь превращение человека в робота («дурманящую» заводскую дисциплину), свойственное «капиталистическому фабричному производству» или «барачному режиму» [45,46]. При этом «армейская» дисциплина считалась будущим наркомвоенмором скорее позитивным примером. Внутрипартийная демократия была наивысшим приоритетом, отстаивавшимся Троцким в данной полемической работе [45,46].

Ленинский же подход Троцкий считал направленным на «нейтрализацию» рабочего движения, дабы партия — а точнее, её избранное руководство — могло «заниматься делом революции» (англ. pursue the
(business of revolution) без вмешательства предположительно ненадёжных и неопытных элементов. Элементов, способных только затруднить борьбу за социализм «революционеров на полной ставке» (англ. full-time). При таком подходе функции пролетариата сводились бы только к демонстрации поддержки и солидарности с партийным руководством. Причём, исключительно в тот момент, когда последнее призовёт в таковой. Подобную систему Троцкий обозначил собственным термином «заместительство» [41,47].

«Для [Троцкого] существующие различия между членами партии и её фракциями, естественным образом исчезнут с образованием фундаментального единства, которое неизбежно должен был создать революционный кризис. Доктринальные обличительные речи... и сектантские дрязги неизбежно должны были растаять при повышении революционной температуры<fnref n="31" />».

## Отношение к «экономизму». Самодеятельность пролетариата

Постепенные экономические реформы в рамках уже существующих государственных институтов – пропагандировавшиеся многочисленными «экономистами» среди членов РСДРП – вызывали критику как Ленина, так и Троцкого.

В отличие от лидера большевиков, Троцкий признавал на страницах «Наших политических задач» первоначальную полезность идей «экономизма». В то время как большинство рабочих не имели каких бы то ни было представлений об организованной борьбы за свои требования, «экономисты» способствовали распространению среди пролетариата элементарных идей об организации как таковой. Они способствовали «пробуждению от апатии». Но последующие развитие идей, близких к «трейдюнионизму», категорически не поддерживалось революционером [48].

При этом профессор Кней-Пац считал, что «по духу» идеи партийного строительства в РСДРП, отстаивавшиеся Троцким были близки к принципам «экономизма»: не в части «политической

<footnote n="31">³¹ Оригинальный текст на англ.: «For [Trotsky]... existing differences among party members and factions would naturally disappear into the fundamental unity that a revolutionary crisis was bound to forge. Doctrinal diatribes... and sectarian squabbles would inevitably melt as the revolutionary temperature rose.»</footnote>
наивности», постепенности и нереволюционной осторожности — но в части ежедневной образовательной работы среди рабочих, которых Ленин, по мнению Троцкого, совершенно «забросил» (англ. *abandoned*). Троцкий как бы напоминал читателям, что, согласно марксистской идеологии, основой революционной партии является рабочий класс. Он также напоминал, что распространение марксизма среди интеллигенции является лишь первой частью развития широкого марксистского движения в среде пролетариата.

Обучение же рабочих являлось обоюдовымًым процессом: развитие представлений пролетариев об окружающем мире и их месте в нём приводило как к их «революционному пробуждению», так и к формированию их «естественной» поддержки партии. Некоторая «преувеличенная» (англ. *exaggerated*) наивность будущего наркома в отношении участия рабочих в партийной жизни и их «самодеятельности» вызывало у профессора Кней-Паца вопрос, не являлась ли она преднамеренной — дабы подчеркнуть противоположный «экстремизм» опубликованных ленинских идей [49,50].

Собственную интерпретацию термина «самодеятельность», использованного Троцким и Аксельродом, давал канадский историк Ларс Лих. По его версии, высказанной при анализе ленинского труда «Что делать?» и связанной с ним дискуссии, революционеры имели в виду не «инициативу» рабочих, а «самобытные действия» (англ. *distinctive action*) — действия, направленные на противопоставление пролетариата другим общественным классам. Иначе говоря, Троцкий и Аксельрод обвиняли текущую политику партии в, одновременно, отсутствии массовой «деятельности» (избыточному вниманию к публикации печатной продукции) и недостаточной «самостоятельности» той деятельности, что велась. Так выступления против царизма — против которого в те годы выступали и социалисты-революционеры, и анархисты, и либералы — не давали рабочим представления об отличности их собственных «классовых интересов» [51].

«Доминирующей темой» работы Троцкого было то, что рабочая партия не справлялась со своими непосредственными политическими задачам. «Интеллектуальные фехтования» и «идеологические войны», которые были обоснованы в ранние годы существования организации, должны были — по версии Троцкого — уступить место задачам воспитания и обучения пролетариата. Интеллигенция, в свою очередь, тоже должна была учиться у рабочего класса. Вместо этого партия
постепенно превращалась в некую «вещь в себе» — в систему, не забо-
тящуюся о внешнем по отношению к ней мире [52].

Как «экономизм», так и «заместительство» Троцкий обвинял в по-
пытке «упрощения» революционной задачи. Первый сводил интересы
рабочего класса к «сиюминутным». Второй же замещал сложные, мно-
гогранные требования рабочих интересами избранной группы, состав-
лявшей партийное руководство. «Неверие» и «отчаяние» в отношении
пролетариата также, по мысли Троцкого, объединяли эти два социал-
демократических течения. Их также роднила и пассивность перед так-
тическими трудностями, которые «экономисты» обходили за счёт от-
каза от политики как таковой. Большевики же обходили проблему за
счёт передачи всей политической деятельности в руки небольшого
числа избранных профессионалов [53].

Социальная-демократия и якобизм

Заключительная глава «Наших политических задач» носила
название «Якобизм и социальная-демократия». В ней Троцкий, по мне-
нию Кней-Паца, отвергал и намеревался опровергнуть высказанную
ранее в брошюре «Шаг вперед, два шага назад» Лениным мысль, что
«якобинец, неразрывно связанный с организацией пролетариата, со-
знавшего свои классовые интересы, это и есть революционный со-
циал-демократ». Эту мысль Кней-Пац интерпретировал как разделе-
ние «социальной доктрины» и «революционной практики». То есть,
мысль о том, что для социалистической революции возможно пере-
нять методы революции буржуазной — поскольку существуют некото-
рые «универсальные константы» в самом революционном процессе
как таковом [54].

Троцкий же — для которого данные термины являлись историче-
скими и социальными категориями, а не «автономными универсали-
ями» — посвятил страницы главы анализу отличительных особенно-
стей якобизма и социал-демократии. Отзываясь о якобизме как о мак-
симально радикальном (для буржуазного общества) течении, он писал
о подавлении общественных противоречий, которого якобинцы до-
стигали. При этом они апеллировали — в теории — к правам абстракт-
ного человека, а на практике — к гильотине.

Называя якобинцев «утопистами» и «идеалистами», будущий нар-
ком видел их попытку устройства равноправного общества при
сохранении частной собственности и «классовой эксплуатации» зара-
нее обречённой на провал. «Наложение» же внутренних противоре-
чий данной попытки привело к тому, что якобинцы «активировали ги-
льотину». Таким образом, якобинская вера в абсолютную идею сопро-
вождалась полным безверием в живых людей. Что закончилось подо-
зрительностью ко всему миру и упадком в их собственных рядах
[55,56].

«Все бросились сообщать Ленину, что якобинцы были буржуаз-
ными революционерами, чья организация не была образцом для со-
циал-демократии» [56].

Будущее же «идеализированной» социал-демократии Троцкий считал базирующимся не на идеализме и «метафизической истине», а на «реалиях общественного развития». Поддержку партии, по его мнению, оказывал не абстрактный идеал, а реально существующий социальный класс. Там, где якобизм с подозрением относился к социальным противоречиям, марксизм принимал их как неизбежное свойство «досоциалистического» общества. Отклонения, которые якобинцы давляли гильотиной, Троцкий предполагал разрешать идеологически и политически [57].

Основной же задачей финальной главы, по мнению Кней-Паца,
являлось показать, что якобизм не просто исторический феномен — он
мог «воскреснуть» и после XVIII века. Несмотря на всю идеализацию
социал-демократической партии, Троцкий считал и её — как и любое
революционное течение — подверженной опасности заразиться «но-
вым якобизмом», под которым будущий нарком подразумевал больше-
визм. Находя много общего между ленинскими идеями и принципами
якобинцев: подозрительность, доктринёрство, нетерпимость, жажда
власти и так далее — Троцкий отмечал, что у французский экстреми-
стов хотя бы было «очарование», связанное с оригинальностью их
взглядов для своего времени. А повторение тех же принципов в ХХ
века воспринимались Троцким как «пародия» на ранее увиденную
«драму», пусть и с «русскими декорациями». При этом Троцкий писал,
что если методы Ленина не будут отвергнуты — «изгнань» (англ.
exorcised) — партией, то большевизм имел шансы уничтожить РСДРП
как пролетарскую партию. «Манипулятивности» большевизма буду-
щий глава Красной армии противопоставлял «свободное и открытое
соревнование идей» [58].
В книге Троцкий отзывался о Ленине как о человеке, считавшем, что есть только одна истина — а сам Ленин является её «хранителем». Подобная «отговорка» вполне могла запустить новую волну террора. В случае, если партия позволит себе допустить подобное, «режим террора» и «диктатура над пролетариатом» становились реальными перспективами — особенно, с учётом «отсталости» Российской империи в целом, и её пролетариата, в частности (см. книгу Троцкого «Наша революция»). При этом революционер не верил в будущее большевизма как революционной тактики. Не объясняя почему, он настаивал на том, что ленинские методы партийного строительства приведут к «краху» (англ. *bound to collapse*). Подобный вывод, по мнению Кней-Паца, не был согласован с остальным текстом памфлета [59,60].

## Реакция Ленина

Брошюра Троцкого была «с негодованием» встречена Лениным: в сентябре 1904 года он писал большевику М. Лейбовичу<fnref n="32" />, что ему «трудно передать весь тот вздор, который они [Троцкий и другие критики] теперь мечут, спекулируя на невежестве публики, на её незнакомстве с историей [революционного] движения»; в октябре, в письме Елене Стасовой, «Ильич» утверждал, что «брошюра [Троцкого] представляет собой самое наглое лганьё, извращение фактов».

Вскоре Ленин создал и презрительную кличку для Троцкого, заимствовав её из сатирического романа Михаила Салтыкова-Щедрина «Современная идиллия». В обращении к Сибирскому и Имеретино-Мингрельскому комитетам РСДРП, Ленин предостерегал их членов от доверия ко «лжи» за авторством «Балалайкина-Троцкого» — после чего повторял «многочисленные ругательства» в его адрес [27].

При этом историк из Калгари Антонио Карло, анализируя «идеологическое развитие» Троцкого между 1904 и 1919 годами, утверждал, что разногласие с Лениным по организационной проблеме были дефакто преодолены уже в 1905–1907 годах. По его мнению, лишь

<footnote n="32">³² Лейбович, М. — социал-демократ, большевик, который до февраля 1904 года заведовал заграничной экспедицией ЦК РСДРП в Женеве; весной 1904 года он работал в Екатеринославском комитете, а летом того же года состоял в Николаевском комитете партии [Ленин, ПСС].</footnote>
«исторические обстоятельства» не позволили примирению между революционерами произойти тогда же [61-63].

## 16.4. Влияние. Издания

После публикации брошюры Троцкий начал продвигаться по карьерной лестнице в меньшевистской организации. В конце 1904 года он вошёл в состав меньшевистской Агитационной комиссии из семи человек. Эта комиссия руководила всей агитационно-пропагандистской деятельностью меньшевиков в Российской империи в канун Революции 1905 года [64].

Позже – уже в советское время – Троцкий, ставший в те годы ближайшим соратником Ленина, «постарался забыть» о своей ранней брошюре, в которой от лидера большевиков «не осталось... живого места» [14]. Это была единственная крупная работа Троцкого, которая не была переиздана в те годы, когда Троцкий находился у власти. Сам автор никогда не упоминал о её существовании ни в печати, ни в своих публичных выступлениях.

Однако, об этой работе Троцкого не забыли его «многочисленные недружи». После того, как Троцкий стал советским оппозиционером, ему постоянно «напоминали» об авторстве критических текстов, направленный против Ленина и партийной диктатуры [65]. Он обвинялся в выступлении «против организационных принципов ленинизма» [66,67]. В период борьбы за власть, в середине 1920-х годов, Троцкий решил избавиться от «политической помехи» (англ. *political liability*), связанной со своими высказываниями начала века, написав летом 1927 года, что Ленин всегда был прав, говоря о преемственности между большевиками и якобинцами. А «окончательный приговор» был вынесен самим автором почти 30 лет спустя [68,69]: «его [Ленина] поведение казалось мне недопустимым, ужасным, возмутительным. А между тем, оно было политически правильным и, следовательно, организационно необходимым» [70].

О книге «Наши политические задачи» также старались не вспоминать как члены американской Социалистической рабочей партии, так и троцкистской Рабочей партии США. Игнорирование работы
закончилось лишь с выходом биографической трилогии Исаака Дой-
чера и монографии профессора Кней-Паца [71].

Постепенная эволюция большевизма, наблюдавшаяся на практике, делала – по мнению целого ряда исследователей – «убедительный» анализ Троцкого актуальным и во второй половине ХХ века [18,72,73]. «Вскрытие» Троцким феномена РСДРП(б), и подпольной революционной партии как таковой, часто использовался критиками как советской политической системы, так и революционных идей в целом. Так цитаты из революционером-марксистов Льва Троцкого и Розы Люксембург продолжали активно использоваться исследователями теоретического наследия Владимира Ленина и его принципов партийного строительства и в XXI веке [71,74,75].

Издания и переводы

Первое издание книги вышло в Женеве в 1904 году:

• Троцкий Н. Наши политические задачи. (Тактические и организационные вопросы). – Женева: Изд. Российской Социал-демократической Рабочей Партии, 1904. – xii, 107 с.

Непосредственно после II-го съезда РСДРП, в 1903 году, Троцкий опубликовал «Отчёт Сибирской делегации», тесно связанный с брошурой [28]:

• Троцкий Н. Второй съезд Российской социал-демократической рабочей партии (Отчёт Сибирской делегации). – Женева: Изд. Российской Социал-демократической Рабочей Партии, 1903. – 36 с.

В 1928 году Комиссия по истории Октябрьской революции и РКП(б), известная под сокращением Истпарт, переиздала работу Троцкого под заголовком «Л. Д. Троцкий о партии в 1904 г.». Комиссия снабдила авторский текст предисловием и комментариями:

• Троцкий Л. Л. Д. Троцкий о партии в 1904 г. : Брошюра Н. Троцкого «Наши политические задачи» с коммент. Истпарта и вступ. статьей Ем. Ярославского / Истпарт ЦК ВКП(б). – М. ; Л.: Госиздат, 1928. – 256 с. – 20 000 экз.

В 1990 году в СССР фрагменты «Наших политических задач» вошли в сборник «К истории русской революции», подготовленный профессором Николаем Васецким. Факт советской публикации «учебинической» работы Троцкого, «интересной только узким
специалистам», вызвал критику со стороны профессора Владимира Мамонова. К 1989 году «Наши политические задачи» были переведены на английский (под заголовком «*Our Political Tasks*»), французский (1968, переиздана в 1970), немецкий (под заголовком «*Schriften zur revolutionären Organisation*», 1970), итальянский (1972) и испанский (1975) языки [76-78].

Примечания

[1] Тютюкин, 2002, с. 52.

[2] Тютюкин, 2002, с. 59, 64.

[3] Фельштинский, 2012, с. [59].

[4] Фельштинский, 2012, с. [60].

[5] Гарви, 1946, с. 380.

[6] Тютюкин, 2002, с. 74.

[7] Ленин В. И., ПСС, 1967, Т. 8, с. 44.

[8] Lih, 2006, p. 502.

[9] Ленин В. И., ПСС, 1967, Т. 8, с. 259, 281, 293, 299, 334, 448–449, 455, 466.

[10] Фельштинский, 2012, с. [59]–[60].

[11] Weir, 2004, p. 228.

[12] Gankin, Fisher, 1940, p. 37.

[13] Мартов, Аксельроа, 1967, с. 78–79.

[14] Тютюкин, 2002, с. 86.

[15] Knei-Paz, 1978, p. 186.

[16] Троцкий, 1904, с. viii–x, 69, 75, 79.

[17] Rowney, 1977, p. 26.

[18] Knei-Paz, 1978, p. 193.

[19] Фельштинский, 2012, с. [61].

[20] Knei-Paz, 1978, p. 199.

[21] Rubenstein, 2011, pp. 27–50.

[22] Троцкий, 1904, с. 54.

[23] Засулич, 1904.

[24] Тютюкин, 2002, с. 84.

[25] Lih, 2006, p. 527.

[26] Bergman, 1987, p. 81.

[27] Фельштинский, 2012, с. [62].

[28] Knei-Paz, 1978, pp. 176–177.

[29] Knei-Paz, 1978, pp. 177–178.

[30] Knei-Paz, 1978, p. 191.

[31] Knei-Paz, 1978, p. 192.

[32] Knei-Paz, 1978, pp. 178–179.

[33] Ticktin, 2006, p. 38.

[34] Knei-Paz, 1978, p. 179.

[35] Knei-Paz, 1978, p. 180.

[36] Knei-Paz, 1978, pp. 188–189.

[37] Knei-Paz, 1978, p. 183.

[38] Knei-Paz, 1978, p. 181.

[39] Knei-Paz, 1978, p. 182.

[40] Knei-Paz, 1978, p. 187.

[41] Saccarelli, 2008, p. 133.

[42] Saccarelli, 2008, p. 134.

[43] Knei-Paz, 1978, pp. 187, 198.

[44] Knei-Paz, 1978, pp. 194, 198.

[45] Lih, 2006, p. 523.

[46] Knei-Paz, 1978, pp. 191–192.

[47] Knei-Paz, 1978, pp. 194–195.

[48] Knei-Paz, 1978, p. 188.

[49] Knei-Paz, 1978, p. 189.

[50] Knei-Paz, 1978, p. 190.

[51] Lih, 2006, pp. 513–515.

[52] Rowney, 1977, pp. 26–27.

[53] Knei-Paz, 1978, pp. 196–197.

[54] Knei-Paz, 1978, pp. 199–200.

[55] Knei-Paz, 1978, pp. 200–201.

[56] Lih, 2006, p. 524.

[57] Knei-Paz, 1978, pp. 201–202.

[58] Knei-Paz, 1978, pp. 202–203.

[59] Knei-Paz, 1978, pp. 203–204.

[60] Knei-Paz, 1978, pp. 205–206.

[61] Daniels, 1997, p. 928.

[62] Smele, 2006, p. 369.

[63] Carlo, 1995, pp. 147–162.

[64] Тютюкин, 2002, с. 100–101.

[65] Corney, 2015, pp. 322, 339–341.

[66] Сталин, 1927.

[67] Сталин, 1949, с. 203–205.

[68] Bergman, 1987, p. 82, 98.

[69] Kapp, 1990, с. 345.
[70] Троцкий, 1930, Т. 1, с. 187–188.

[71] Weir, 2004, p. 229.

[72] Dryzek, Dunleavy, 2009, pp. 84, 360.

[73] Карр, 1990, с. 47.

[74] Lih, 2006, p. 21.

[75] Harman, 2010, p. 64.

[76] Мамонов, 1991, с. 77.

[77] Trotzki, 1970.

[78] Sinclair, 1989, pp. 13, 1125, 1129–1130, 1179.

## Литература

1. Гарви П. А. Воспоминания социал-демократа. – Нью-Йорк: Фонд по изданию литературного наследства П. А. Гарви, 1946. – LXXI, 680 с.

2. Карр Э. Большевики и меньшевики // История Советской России. Кн. 1: Большевистская революция. 1917–1923 = A History of Soviet Russia. – Прогресс, 1990. – Т. 1. – 771 с. – ISBN 5-01-002968-5.

3. Ленин В. И. Полное собрание сочинений. – 5-е изд. – М.: Издательство политической литературы, 1967.

4. Письма П. Б. Аксельрода и Ю. О. Мартова / Ю. О. Мартов, П. Б. Аксельрод. – The Hague: Europe Printing, 1967. – 366 с. – (R.S.F.S.R. Materialy po istorii russkogo revoliutsionnogo dvizheniia; Russian reprint series, 55).

5. Сталин И. В. Троцкистская оппозиция прежде и теперь: Речь на заседании объединенного пленума ЦК и ЦКК ВКП(б) 23 октября 1927 г. // Сочинения. – М.: ОГИЗ; Государственное издательство политической литературы, 1949. – Т. 10. – 500 000 экз.

6. Троцкий Л. Моя жизнь. Опыт автобиографии, в 2 т. – Берлин: Гранит, 1930. – 325,337 с.

7. Тютоккин С. В. Меньшевистская концепция рабочей партии // Меньшевизм: страницы истории. – М.: РОССПЭН, 2002. – 560 с. – 1500 экз. – ISBN 5-8243-0310-X.

8. Фельштинский Ю., Чернявский Г. Меньшевизм и отход от него // Лев Троцкий. Книга 1. Революционер. 1879–1917 гг. – М.: Центрполиграф, 2012. – 448 с. – ISBN 978-5-227-03783-1.

9. Carlo A. Trotsky and the Party: From Our Political Tasks to the October Revolution // The Ideas of Leon Trotsky / eds. Hillel Ticktin, Michael Cox. – Porcupine Press, 1995. – 386 с. – ISBN 9781899438044. – ISBN 1899438041.

10. Corney F. C. Anatomy of a Polemic // Trotsky's Challenge: The 'Literary Discussion' of 1924 and the Fight for the Bolshevik Revolution. – Brill, 2015. – 856 с. – (Historical Materialism Book Series). – ISBN 9789004306660. – ISBN 9004306668.

11. Dryzek J. S., Dunleavy P. J. Theories of the Democratic State. – Palgrave Macmillan, 2009. – 392 p. – ISBN 9780230366459. – ISBN 0230366457.

12. Gankin O. H., Fisher H. H. The Bolsheviks and the World War: The Origin of the Third International. – Stanford University Press, 1940. – 856 p. – (Hoover Library on War, Revolution, and Peace, Vol. 15). – ISBN 9780804703451. – ISBN 0804703450.

13. Gilbert F., Large D. C. The End of the European Era: 1890 to the Present. – 6th. – New York: W. W. Norton & Company, 2008. – 666 с. – (The Norton History of Modern Europ). – ISBN 978-0393930405.

14. Knei-Paz B. Социальная и политическая мысль Льва Троцкого = The Social and Political Thought of Leon Trotsky. – 1st. – Oxford University Press, 1978. – 652 p. – ISBN 9780198272335. – ISBN 0198272340.

15. Lih L. T. Lenin Rediscovered: What Is to Be Done? in Context. – Brill, 2006. – 867 p. – (Historical Materialism Book Series, Vol. 9). – ISBN 9789004131200. – ISBN 9004131205. – ISBN 9781931859585. – ISBN 1931859582.
16. Rubenstein J. The Revolution of 1905 // Leon Trotsky: A Revolutionary's Life. – Yale University Press, 2011. – 240 p. – (Jewish Lives). – ISBN 9780300178418. – ISBN 0300178417.

17. Saccarelli E. Gramsci and Trotsky in the Shadow of Stalinism: The Political Theory and Practice of Opposition. – Routledge, 2008. – 320 p. – ISBN 9781135899806. – ISBN 1135899800.

18. Sinclair L. Trotsky. A Bibliography. 2 vol. – Camelot Press Ltd. – Brookfield: Gover Publishing Company, 1989. – T. 2. – 1350 c. – ISBN 0-85967-820-2.

19. Smele J. 3655. Carlo, A. // The Russian Revolution and Civil War 1917-1921: An Annotated Bibliography. – A&C Black, 2006. – 656 с. – (Continuum Collection). – ISBN 9781441119926. – ISBN 1441119922.

20. Ticktin H. Trotsky, 1905, and the Anticipation of the Concept of Decline // 100 years of permanent revolution: results and prospects / eds. Bill Dunn, Hugo K. Radice. – Pluto Press, 2006. – 257 p. – (Jewish Lives). – ISBN 9780745325224. – ISBN 074532522X.

21. Trotzki L. Schriften zur revolutionären Organisation. – Rowohlt Tachenbuch, 1970. – 313 p. – (Texte des Sozialismus und Anarchismus). – ISBN 9783499452703. – ISBN 3499452707.

22. Weir S. The Vanguard Party: An Obstruction to Worker-Intellectual Alliances // Singlejack Solidarity. – University of Minnesota Press, 2004. – 384 p. – (Critical American studies series). – ISBN 9780816642939. – ISBN 0816642931.

23. Засулч В. И. Организация, партия, движение // Искра : газета. – 1904. – 25 июля.

24. Мамонов В. Ф. Возвращение Троцкого // Вестник Челябинского государственного университета. – 1991. – Т. 1, вып. 1. – С. 76–81. – ISSN 1994-2796.

25. Сталин И. В. Троцкистская оппозиция прежде и теперь // Правда : газета. – 1927. – 2 ноября (№ 251).

26. Bergman J. The Perils of Historical Analogy: Leon Trotsky on the French Revolution (англ.) // Journal of the History of Ideas. – 1987. – Vol. 48, iss. 1. – P. 73–98. – doi:10.2307/2709613.

27. Daniels R. V. Review of The Ideas of Leon Trotsky (англ.) // Europe-Asia Studies. – 1997. – Vol. 49, iss. 5. – P. 927–929.

28. Jones J. The fake photographs that predate Photoshop // The Guardian. – 2012. – 29 августа.

29. Harman Ch. Lenin Rediscovered? (англ.) // Historical Materialism. – 2010. – Vol. 18, iss. 3. – P. 64–74. – ISSN 1569-206X. – doi:10.1163/156920610X532253.

30. Rowney D. K. Development of Trotsky's theory of revolution, 1898–1907 (англ.) // Studies in Comparative Communism. – 1977. – March (vol. 10, iss. 1). – P. 18–33. – doi:10.1016/S0039-3592(77)80072-0.
Глава 17. «Терроризм и коммунизм»

Книга «Терроризм и коммунизм» была написана наркомвоенмом-ром Львом Троцким в вагоне своего бронепоезда, речь о котором шла в отдельной главе выше. Книга впервые была опубликована во время Гражданской войны в России, в 1920 году.

<figure><img src="image_33.png" /></figure>

<figure><img src="image_34.png" /><figcaption>Рис. 28. «Терроризм и коммунизм» (1920)</figcaption></figure>

Работа Троцкого являлась ответом на одноимённый труд Карла Каутского, назвавшего в 1919 году советский большевистский режим «казарменным социализмом». В своём ответе Троцкий пытался обосновать Красный террор и отсутствие парламентаризма в РСФСР. Приведённые им аргументы позже неоднократно использовались для оправдания политических репрессий.

Книга «Терроризм и коммунизм» была единственной работой Троцкого, удостоившаяся похвалы со стороны будущего лидера СССР – Иосифа Сталина. Впоследствии труд был переведен на многие языки мира и многократно переиздавался.
## 17.1. Предыстория

### «Диктатура пролетариата» и начало дискуссии

В августе 1918 года – меньше, чем через год после Октябрьских событий в Петрограде – известный марксист Карл Каутский опубликовал в Вене брошюру «Диктатура пролетариата». В ней большевики обвинялись в разжигании Гражданской войны в России из-за неспособности соблюдать нормы всеобщего избирательного права.

В брошюре также утверждалось, что единственным способом действительно контролировать рост бюрократии и милитаризма в стране является парламентская демократия, основанная на свободных выборах. Лидер большевиков, Владимир Ленин, обвинялся Каутским в отступлении от демократической практики в пользу ограниченного электората [1,2].

Большевики, стремившиеся в тот период к широкой международной поддержке со стороны социалистов всего мира и началу мировой революции, резко раскритиковали работу Каутского, расценив её как «предательство». Ленин спешно отреагировал на заявления Каутского, выпустив свою брошюру «Пролетарская революция и ренегат Каутский», написанную в октябре-ноябре 1918 года [3,4]. В ней глава СНК говорил о «позорном банкротстве Второго Интернационала» и о лишении Каутским марксизма «революционного живого духа», свойственного данной идеологии [3-6].

При этом Ленин апеллировал к авторитету Фридриха Энгельса, утверждавшего, что пролетарская революция невозможна без насильственного разрушения «государственной машины» [7]: «Диктатура – это правило, основанное непосредственно на силе и не ограниченное никакими законами.»

### «Терроризм и коммунизм» Каутского (1919)

Карл Каутский, которого на рубеже ХІХ-ХХ века называли «Папой Римским марксизма», ответил на критику Ленина уже в 1919 году. Он выпустил новую книгу, озаглавленную «Терроризм и коммунизм». В ней Каутский писал об ухудшении политической ситуации в
Советской России и начале «братоубийственной войны». Каутский также стремился провести историческую параллель между Русской революцией 1917 года и Великой французской революцией, с последовавшими за ней террором и военной диктатурой Наполеона. Для описания складывавшейся в РСФСР политической системы марксист Каутский впервые использовал собственный термин «казарменный социализм» (нем. *Kasernensozialismus*) [8-10].

В заключительном разделе «Терроризма...» — озаглавленном «Коммунисты за работой» — Каутский утверждал, что социальная катастрофа, последовавшая за Первой мировой войной, была непосредственной причиной Русской революции. Большевики же, по его мнению, лишь воспользовались анархией в воюющей стране, захватив при помощи пролетариата власть в промышленных городах. Подобное мнение разделяло в тот период множество как известных, так и рядовых социал-демократов [11,12].

Последовавшая за этим массовая экспроприация предприятий, продолжал Каутский, не могла привести к успешному построению социализма — поскольку Великая война практически уничтожила «дисциплинированный и высокоинтеллектуальный рабочий класс», сохранив лишь «самых невежественных» его представителей. Закономерным результатом всего этого стал экономический крах и «примитивная» жажда мести со стороны рабочих [13-16]: «Большевизм победил в России, но социализм потерпел там поражение.»

Персональную ответственность за Октябрьский переворот и последовавший за этим разгул насилия, сопровождавшийся поиском «саботажников», Каутский возложил на лидера большевиков Льва Троцкого. По мнению Каутского РСФСР перешла к построению не социализма, а «государственного капитализма» [14,17].

Теоретик марксизма прогнозировал, что применение силы и диктаторские методы работы, приведут в конечном итоге к некой новой угнетающей общественной системе.

Как ответ на эти суждения одного из лидеров мирового коммунистического движения — прежде всего на мысль о том, что цель не оправдывает средства [18] — и появилась данная работа Троцкого. При этом до 1917 года нарком с почтением относился к трудам Каутского. Однако, ради критического ответа Троцкий — несмотря на активно шедшую Гражданскую войну — даже находил время и обращался за помощью в поиске последних статистических данных [19-21]:
«Поводом к этой книге послужил ученый пасквиль Каутского того же наименования.» (Троцкий)

## 17.2. Описание

Создание своей «ответной» книги, писавшейся одновременно с серией статей на ту же тему, Троцкий закончил в конце мая 1920 года. Уже в августе её немецкий перевод был опубликован в Гамбурге издательством западноевропейского секретариата Коминтерна — с подзаголовком «анти-Каутский». По воспоминаниям самого наркома, данный текст создавался им в своём бронепоезде, во время многочисленных поездок по фронтам Гражданской войны — особенно, в ходе польской кампании. Ретроспективно Троцкий даже объяснял «суровость тона» данного произведения местом и временем написания [19,22,23].

Ответ Карлу Каутскому был разделен на девять глав, с введением и эпилогом. В первом разделе книги, состоявшем из четырёх глав, рассматривались практические вопросы удержания большевиками политической власти в Советской России. Следующий раздел, содержащий отсылки к Карлу Марксу, был посвящён сравнению Парижской коммуны и Русской революции. Далее следовали две главы о конкретной политической и экономической политике советской власти в период проживающегося на тот момент военного коммунизма, а также — прямая полемика с книгой Каутского, под заглавием «Карл Каутский, его школа и его книга» [24].

В предисловии автор обращал внимание как на условия написания произведения, так и давал общую политико-экономическую оценку ситуации в РСФСР к 1920 году:

«Как только ослабело военное давление... во всей стране произошел поворот в сторону хозяйства... Несмотря на все политические испытания, физические бедствия и ужасы, трудящиеся массы бесконечно далеки от политического разложения, нравственного распада или апапии. Благодаря режиму, который хотя и наложил на них большие тяготы, но осмыслил их жизнь и дал ей высокую цель, они сохраняют исключительную нравственную упругость и беспримерную в истории способность сосредоточения внимания и воли на коллективных задачах.»
Категорически не принимая критику Каутского, которую Троцкий считал «направленной против революционной решительности», нарком всё же вынужден был констатировать общее ухудшение хозяйственной ситуации в стране. Однако, он пытался объяснить её с позиций марксизма:

«Правда, мы живем в обстановке тяжкого хозяйственного упадка, истощения, бедности, голода... Каждое классовое общество (рабское, феодальное, капиталистическое), исчерпав себя, не просто сходит со сцены, а насильственно сметается путем напряженной внутренней борьбы, которая непосредственно причиняет участникам нередко больше лишений и страданий, чем те, против которых они восстали.»

Предисловие заканчивалось постскриптумом от мая 1920 года, в котором – в связи с Советско-польской войной – утверждается, что «/Юзеф/ Пилсудский воюет не только за земли польских магнатов на Украине... но и за парламентарную демократию, за эволюционный социализм, за II Интернационал, за право Каутского оставаться критическим приживальщиком буржуазии».

В разделе «Вместо послесловия» Троцкий в семи абзацах выступил с критикой тех политиков, которые выразили своё согласие с позицией Каутского – прежде всего Жан Лонге и Филиппо Турати. Нарком также обозначил ближайшую политическую цель международного коммунистического движения. Под таковой он понимал прежде всего немедленное изгнание «открытых и замаскированных каутскианцев» из рядов рабочей партии.

## 17.3. Критика

### Одобрение Сталина и Зиновьева

Иосиф Сталин, внимательно ознакомившись с книгой, похвалил её. Это произошло несмотря на имевшие место уже в тот период сложные отношения с её автором – см. главу «Царицынский конфликт». Причём «Терроризм и коммунизм» была единственной книгой за авторством Троцкого, которая вызвала позитивный отклик Сталина. Личный экземпляр будущего советского вождя был испещрён одобрятельными пометками: «так», «метко» и «в этом вся суть» [25].
По мнению историков Жореса и Роя Медведевых, слова о безгра-
ничном господстве и непререкаемой дисциплине, встречавшиеся в
книге, «одинаково ласкали тогда слух как Троцкого, так и Сталина»
[26,27]. Особенно Сталину понравился вывод о том, что партия может
осуществить революционное господство пролетариата без блоков с
другими социалистическими партиями [25,28,29].

В ноябре 1924 года – несмотря на уже начавшуюся «литературную дискуссию с троцкизмом» – оппонент Троцкого, Григорий Зиновьев, продолжал называть работу «Терроризм и коммунизм» «блистательной». Зиновьев обозначал её как «книгу о Каутском». Значительно меньше впечатление на председателя Ленсовета произвели две последующие работы Троцкого: «Новый курс» и «Уроки Октября» [30].

Мнение Шахтмана

По мнению троцкиста Макса Шахтмана, Троцкий в данной ра-
боте отвечал на два основных вопроса о политической тактике боль-
шевиков: на вопрос о революционном захвате власти и на вопрос о
методах построения социализма [3].

Шахтман считал, что Троцкий последовательно обосновывал
факт, что «особые обстоятельства» сделали Россию достаточно зрелой
для социалистической революции. В то же время нарком признавал,
что «отсталая аграрная нация… не созрела для построения социали-
стического общества». Для строительства социализма в России Троц-
кий рассчитывал на помощь со стороны соседних развитых индустри-
альных стран и потому революция в Европе рассматривалась всеми
большевиками «как единственное спасение русской революции». Для
ускорения европейской революции нарком предлагал скорейшую ре-
организацию социалистических партий континента по большевист-
ской модели. То есть он предлагал организационное отделением ра-
дикального левого крыла как от либерально-пацифистского центра,
так и от правого фланга [31].

В вопросе о социалистической реорганизации российской эконо-
мики Троцкий обобщил опыт военного коммунизма с его «трудовыми
армиями». Он также призвал революционно настроенных европейцев
последовать примеру РСФСР. В связи с установлением в 1921 году в
Советской России «Новой экономической политики» (НЭПа) эта
часть книги была признана Шахтманом «анахронизмом», связанным с шедшей Гражданской войной [32-34].

## Анализ Кней-Паца

Профессор Барух Кней-Пац утверждал, что Троцкий в данной работе защищал использование советским правительством террора против врагов пролетарской революции. В принципе Троцкий не отвергал «святости человеческой жизни», но она не была для него «абсолютной ценностью, которая бы затмевала все остальные». По мнению Кней-Паца, наркомвоенмор рассматривал «взятие человеческой жизни» не только как необходимое зло, но и как «целесообразный, во время революции, акт» [21].

Кроме того, Троцкий оправдывалсь методов террора против врагов революции тем, что подобная практика направлялась и контролировалась «рабочим классом», а не небольшой группой лиц, стоявших во главе партии. Использование же парламентской демократии было отвергнуто Троцким, назвавшим призыв к ней «фестишизмом». По его мнению, парламентаризм был не более чем вымыслом, используемым в капиталистических обществах для маскировки власти буржуазии. Только диктатура пролетариата могла направить государственную власть на подавление своих оппонентов – и тем самым проложить путь для социальных преобразований [18,35].

В итоге для Троцкого, согласно Кней-Пацу, применение насилия и террора было как необходимым, так и неизбежным в период революционного перехода от капитализма к социализму. Эта мысль из книги революционера уже в XXI веке была использована немецким политологом Хансом Майером как доказательство установление в постмонархической России – наряду со многими другими странами Европы – авторитарного политического режима [36,37]: «Человек, отвергающий диктатуру пролетариата и социалистическую революцию, ставит крест на социализме».

## Мнение биографов Троцкого

В целом разделяя суждения профессора Кней-Паца, биографы Троцкого Юрий Фельштинский и Георгий Чернявский называли обвинения в адрес наркома со стороны «осторожного и непредвзятого»
Каутского вполне справедливыми. Троцкий же, по их версии, прибегал в ответ к «псевдотеоретическим разглагольствованиям», которые они сводили к четырём пунктах:

(i) цели и средства не связаны нераздельно друг с другом – различные классы общества могут использовать одни и те же практические средства (например, террор) для достижения совершенно разных целей;

(ii) социализм не может быть построен без революционного насилия;

(iii) все правительства прибегают к насилию для удержания власти;

(iv) террор в России был развязан не большевиками, а контрреволюционерами [19].

Дмитрий Волкогонов обращал внимание на использование Троцким в адрес Каутского личных оскорблений – «лицемерный соглашатель», «недостойный фальсификатор», «пачкун», «круглый нуль» и так далее – которыми большевистские руководители (особенно Ленин) часто «награждали» своих политических оппонентов [38,39]. Волкогонов также фокусировал внимание читателей на существенном различии в позициях Троцкого и Каутского по вопросу об однопартийности в РСФСР, а также – по крестьянскому вопросу [27].

Волкогонов считал данную работу интересной с точки зрения выявления «взглядов радикального большевика на пути и задачи революции». Взгляды эти нашли в дальнейшем своё практическое воплощение в создании трудовых армий. В интерпретации Волкогонова, в дискуссии Каутского и Троцкого выразилась «борьба двух начал – классового и общечеловеческого». Эта борьба позволяла глубже понять как эволюцию, так и «историческую неудачу» большевизма [40-42].

Автор многочисленных публикаций в социалистической прессе Эсме Чунара отмечала в 2008 году, что в своей книге Троцкий противопоставлял парламентскую систему, в которой «пассивные избиратели» иногда ходят на выборы, и систему Советов, в которой «креативные» рабочие активно и непрерывно участвуют в политической жизни страны. Кроме того, она обращала внимание на то, что термин «терроризм» в понимании XXI века не имеет отношения к тому «государственному террору», о котором писал Троцкий. Индивидуальные насильственные акты небольших групп как раз критиковались
наркомом. Термин «терроризм»/«террор» скорее использовался Троцким как синоним «насилия» в целом [43,44].

## Мнение Жижека

Философ Славой Жижек — в своём пространном предисловии к одному из переизданий книги, которую он считал «ключевой» [43,45] среди работ революционера, — писал, что Троцкий знал, как «быть твёрдым, как реализовывать террор и был в полной мере готов полностью перестроить жизнь» страны [46-48].

Комментируя теоретическую и практическую работу наркома, он приходил к выводу, что Троцкий и троцкизм как бы разрушали ложную дилемму: либо демократический социализм, либо сталинский толталитаризм — создавая третий, альтернативный, путь в котором террор и однопартийность отличались от таковых при сталинизме [49]. Настойчивость же большевиков во главе с Лениным и Троцким, отказавшихся признать поражение в начале Гражданской войны, Жижек относил к «основе их величия» [50,51].

Подобная интерпретация вызвала ответную критику уже в отношении позиции самого Жижека [47,48].

## 17.4. Влияние. Издания

Дискуссия не закончилась с выходом книги Троцкого. Его «Терроризм и коммунизм» вызвал публичную ответную реакцию уже со стороны Каутского: в августе 1921 году им была написана ещё одна брошюра «От демократии к государственному рабству», имевшая подзаголовок «ответ Троцкому».

В своём ответе Каутский обращал внимание на голода в Советской России, высокую смертность её населения, а также и на транспортные проблемы страны — на масштабное разрушение железнодорожной сети. Каутский вновь вернулся к теме о «безрассудстве» большевиков — и лично Троцкого — спровоцировавших социалистическую революцию в стране, не приспособленной для этого ни экономически, ни интеллектуально [52].
Знакомство с этим ответом Каутского и его более ранней позицией, возможно, предостерегло целый ряд западноевропейских левых политиков от вступления в коммунистические партии своих стран [25].

В защиту позиции Каутского в 1927 году выступил социал-демократ Александр Потресов. Его работа «В плену иллюзий» содержала суждение, что Каутскому в его заочной дискуссии с Троцким удалось доказать тот факт, что «диктатура пролетариата... изжила себя». Обвиняя большевиков в разгоне Всероссийского Учредительного собрания и «повальном уничтожении свобод», Потресов заключал, что большевизм показал свою враждебность «демократической гражданственности» и тем самым встал на путь деспотии [20,53-55].

Аргументы Троцкого из «Терроризма и коммунизма» позже множество раз использовались большевистскими теоретиками и практиками для оправдания «кровавых репрессий» в отношении всех лиц, не разделявших их взглядов — включая и Большой террор в СССР [19].

## Издания и переводы

Оригинал на русском языке был выпущен в 1920 году отдельной книгой, распространявшийся среди красноармейцев и местного населения в местах стоянок бронепоезда Троцкого. Текст также появился и в двух выпусках журнала Коминтерна [56,57]:

* Троцкий А. Терроризм и коммунизм. — Петроград: Государственное издательство, 1920. — 178 с.

* Двенадцатый том собрания сочинений Троцкого.

* Троцкий А. Д. Терроризм и коммунизм. — М.: Директ-Медиа, 2015. — 411 с. — ISBN 978-5-4475-5619-8.

«Терроризм и коммунизм» был переведён на множество языков. Уже в 1920 году были напечатаны и французский, латышский и испанский переводы. В следующем году книга появилась на английском в Великобритании (англ. *The Defence of Terrorism: Terrorism and Communism. A Reply to K. Kautsky*), болгарском, итальянском, финском и шведском языках. В 1922 году состоялось её первое американское издание — а также увидели свет переводы на идиш и литовский язык. Украинское издание последовало в 1923 году.

К 1989 году появились арабский, китайский, чешский, датский, греческий, японский, сербскохорватский и турецкий переводы. В
случае с китайской версией книги, по информации профессора Пан-
цова от 2013 года, достоверно не было установлено был ли в итоге
напечатан планировавшийся тираж [56,58].

Примечания

[1] Kautsky, Kautsky, 1964, с. xv–xvii.

[2] Kautsky, Kautsky, 1964, с. xvii–xviii.

[3] Shachtman, Trotsky, 1961, с. vii.

[4] Lenin, 1965, с. 227.

[5] Lenin, 1965, с. 229.

[6] Lenin, 1965, с. 227–231.

[7] Lenin, 1965, с. 237.

[8] Kautsky, 1921a, с. iv.

[9] Kautsky, 1921a, с. iii.

[10] Пайпс, 2005, с. [251].

[11] Kautsky, 1921a, с. 163.

[12] Отт, 1994, с. 158.

[13] Kautsky, 1921a, с. 167.

[14] Отт, 1994, с. 148.

[15] Kautsky, 1921a, с. 171.

[16] Каутский, 1991, с. 148.

[17] Kautsky, 1921a, с. 202.

[18] Gregor, 1982, p. 155.

[19] Фельштинский, 2012, с. [111].

[20] Волкогонов, 1998, с. 343.

[21] Knei-Paz, 1978, с. 248.

[22] Shachtman, Trotsky, 1961, с. 11.

[23] Shachtman, Trotsky, 1961, с. xxxvii.

[24] Shachtman, Trotsky, 1961, с. 3.

[25] Фельштинский, 2012, с. [112].

[26] Медведевы, 2007, с. 601.

[27] Волкогонов, 1998, с. 347.

[28] Урилов, 2000, с. 46.

[29] Борев, 1991.

[30] Corney, 2015, с. 322, 340.

[31] Shachtman, Trotsky, 1961, с. viii.

[32] Shachtman, Trotsky, 1961, с. xiv.

[33] Service, 2009, с. 267–268.

[34] Shachtman, Trotsky, 1961, с. xv.

[35] Knei-Paz, 1978, с. 250.

[36] Knei-Paz, 1978, с. 251.

[37] Maier, 2004, с. 200, 211.

[38] Волкогонов, 1998, с. 342.

[39] Service, 2009, с. 267.

[40] Волкогонов, 1998, с. 347–348.

[41] Волкогонов, 1998, с. 350.

[42] Волкогонов, 1998, с. 352.

[43] Choonara, 2008.

[44] Gregor, 1982, p. 153.

[45] Žižek, 2007, с. ix.

[46] Žižek, 2007, с. viii.

[47] Saleth, 2009, с. 158.

[48] Blackledge, 2012, с. 12–13.

[49] Žižek, 2007, с. xxv.

[50] Žižek, 2007, с. ix–xii.

[51] Saleth, 2009, с. 155–156.

[52] Kautsky, 1921b, с. 5–6.

[53] Потресов, 1927, с. 12–13.

[54] Потресов, 1927, с. 50.

[55] Потресов, 1927, с. 45.

[56] Sinclair, 1989, с. 248–249.

[57] Фельштинский, 2012, с. [94].

[58] Pantsov, 2013, p. 30.

Литература

1. Фельштинский Ю., Чернявский Г. Лев Троцкий. Книга 2. Большевик. 1917–1923 гг. – М.: Центрполиграф, 2012. – 512 с. – ISBN 978-5-227-03802-9.

2. Борев Ю. Эстетика Троцкого // Литература и революция / Л. Троцкий. – печатается по изд. 1923 г. – М.: Политиздат, 1991. – 399 с. – ISBN 5-250-01431-3.

3. Sinclair L. Trotsky. A Bibliography. 2 vol (англ.). – Camelot Press Ltd. – Brookfield: Gover Publishing Company, 1989. – Vol. 2. – 1350 p. – ISBN 0-85967-820-2.

4. Волкогонов Д. А. «Терроризм и коммунизм» // Троцкий. Политический портрет. – М.: АСТ, 1998. – Т. 1. – 416 с. – (Всемирная история в лицах). – ISBN 5-237-00973-5.
5. Service R. Trotsky: A Biography (англ.). – Cambridge: Belknap Press / Harvard University Press, 2009. – 648 p. – ISBN 978-0674036154.

6. Kautsky J. H. Introduction // The Dictatorship of the Proletariat (англ.) / K. Kautsky. – Ann Arbor, MI: University of Michigan, 1964.

7. Shachtman M. Foreword to the New Edition // Terrorism and Communism: A Reply to Karl Kautsky (англ.) / Leon Trotsky. – Ann Arbor, MI: University of Michigan, 1961.

8. Lenin V. I. The Proletarian Revolution and the Renegade Kautsky (1919) // V. I. Lenin. Collected Works (англ.) / V. I. Lenin. – Moscow: Progress Publishers, 1965. – Vol. 28.

9. Kautsky K. Terrorism and Communism: A Contribution to the Natural History of Revolution (англ.). – London: National Labour Press, 1921a.

10. Knei-Paz B. Социальная и политическая мысль Льва Троицкого = The Social and Political Thought of Leon Trotsky. – 1st. – Oxford University Press, 1978. – 652 с. – ISBN 9780198272335.

11. Kautsky K. Von der Demokratie zur Staats-Sklaverei: Eine Auseinandersetzung mit Trotzki (нем.). – Berlin: Freiheit, 1921b.

12. Отт А. Л. Миф о построении социализма в одной стране // От абсолюта свободы к романтике равенства (из истории политической философии) / отв. ред. М. М. Фёдорова. – М.: ИФ РАН, 1994. – С. 141–159. – 212 с. – ISBN 5-201-01849-1.

13. Медведев Р., Медведев Ж. Неизвестный Сталин. – М.: Время, 2007. – 752 с. – ISBN 978-5-9691-0173-9.

14. Урилов И. Х. История российской социал-демократии (меньшевизма). – М.: Райтет, 2000. – Т. 1. – 286 с. – ISBN 978-5-9606-0142-9. – ISBN 5-85735-133-2.

15. Потресов А. В плену у иллюзий: Мой спор с официальным меньшевизмом. – Париж : [б. и.] 1927. – 104 с.

16. Žižek S. Foreword: Despair and Utopia in the Turbulent Year of 1920 // Terrorism and Communism (англ.) / Leon Trotsky. – London: Verso Press, 2007. – 183 p. – ISBN 9781844671786.

17. Blackledge P. Marxism's Ethical Deficit // Marxism and Ethics: Freedom, Desire, and Revolution (англ.). – London: SUNY Press, 2012. – 249 p. – (Suny Series in Radical Social and Political Theory). – ISBN 9781438439921.

18. Пайпс Р. Русская революция: В 3 кн. – М.: Захаров, 2005. – Т. 3. Россия под большевиками. 1918–1924. – 704 с. – ISBN 5-8159-0526-7.

19. Maier H. Totalitarianism and Political Religions. – Psychology Press, 2004. – T. 1. Concepts for the Comparison of Dictatorships. – 406 c. – ISBN 9780714656090.

20. Corney F. C. Anatomy of a Polemic // Trotsky's Challenge: The 'Literary Discussion' of 1924 and the Fight for the Bolshevik Revolution. – Brill, 2015. – 856 c. – (Historical Materialism Book Series). – ISBN 9789004306660. – ISBN 9004306668.

21. Pantsov A. The Bolsheviks and the Chinese Revolution 1919–1927. – Routledge, 2013. – 352 p. – (Chinese Worlds). – ISBN 9781136828935. – ISBN 1136828931. – ISBN 0-7007-1187-2.

22. Gregor A. J. The Morality of terrorism: religious and secular justifications (англ.) / eds. D. C. Rapoport, Y. Alexander. – 1982.

23. Каутский К. Терроризм и коммунизм // Полис. Политические исследования / пред. к публикации С. М. Брайовича. – 1991. – № 2. – С. 146–154. – ISSN 1026-9487.

24. Choonara E. Slavo Žižek presents Trotsky: Terrorism and Communism (англ.) // Socialist Review. – 2008. – January (no. 321).

25. Saleth T. Leon Trotsky: Terrorism and Communism: A Reply to Karl Kautsky (book review) (англ.) // Critique. – 2009. – Iss. 37, no. 1. – P. 155–158. – doi:10.1080/03017600802598344.
Глава 18.
«Социальная и политическая мысль...»

«Социальная и политическая мысль Льва Троцкого» (англ. *The Social and Political Thought of Leon Trotsky*) — монография Баруха Кней-Паца, содержащая развёрнутый анализ эволюции социальных и поли-тических взглядов Льва Троцкого. Впервые была издана в Оксфорде в период Холодной войны, в 1978 году.

<figure><img src="image_35.png" /><figcaption>Рис. 29. Иосиф Сталин читает.</figcaption></figure>

Шестисотстраничный труд Кней-Паца излагает взгляды Троц-кого на многие вопросы своего времени: от революционной теории до философии и литературы, уделяя наиболее пристальное внимание ранним идеями будущего наркома. В частности, Кней-Пац полагал, что Троцкий неверно определил классовый характер сталинизма.

Книга получила противоречивые оценки исследователей. Одни считали её «замечательным» исследованием, начавшим серьёзную пе-реоценку троцкизма. В то время как другие полагали, что абстрактный подход автора к мысли Троцкого — без учёта практических и истори-ческих обстоятельств — был обречён на провал.
## 18.1. Описание и история

Первая часть книги, вышедшей в 1978 году в Издательстве Оксфордского университета, посвящена представлениям Льва Троцкого о социологии и политике. Во второй части Барух Кней-Пац – в те годы являвшийся преподавателем политологии в Еврейском университете в Иерусалиме – рассматривает взгляды Троцкого на политическую и социальную революцию.

Третью часть книги автор посвятил рассмотрению критики Троцким как сталинской доктрины «социализма в отдельно взятой стране», так и критике фактического развития советского государства в 1930-е годы. Четвёртая часть была отведена взглядам революционера на широкий круг вопросов: на искусство, литературу, философию, науку, историю, а также и на еврейский вопрос [1-3].

Сам автор сформулировал стоявшую перед ним задачу так: «Одна из целей настоящей работы – исследовать постоянный конфликт между личным и социальным, субъективным и объективным в мысли Троцкого. Мы попытаемся показать, почему после долгого нежелания революционер, в конце концов, счёл нужным увидеть зависимость русского марксизма от большевизма и каковы были последствия данного решения для теории и практической деятельности<fnref n="33" />.»

Книга была основана на одноимённом диссертационной работе автора, защищённой к Оксфордском университете в 1973-1974 годах.

## 18.2. Критика

### Общие оценки

Член Британской академии Алек Ноув, поздравляя профессора Кней-Паца с изданием его труда, писал о книге как о значительном научном достижении. Профессор Ноув уточнял, что Троцкий являлся

<footnote n="33">³³ «One of the aims of the present study... is to examine the persistent tension in the thought of Trotsky between the personal and the social, the subjective and the objective. We shall attempt to show why, after a long initial reluctance, he found it necessary in the end to see Russian Marxism as dependent on Bolshevism, and what the implications of this were for theory and practice alike.»</footnote>
весьма противоречивой и зачастую неверно трактуемой исторической фигурой. Ноув считал, что в своей книге автор сумел «умело и беспристрастно» — вне рамок дискуссии, связанной с интенсивным соперничеством различных троцкистских групп 1970-х годов — выявить идеи Троцкого и оценить их [5,6].

Поскольку Кней-Пац не являлся ни некритичным последователем Троцкого, ни человеком, несерьёзно относившимся к его идейному наследию, читатель мог извлечь из книги впечатление об образованности и широте знаний как самого Троцкого, так и автора книги. Ноув также обращал внимание на утверждение Кней-Паца, что биограф Троцкого Исаак Дойчер в своих работах создал излишне «европейский и универсальный» образ Троцкого [7-10]. По мнению профессора Израэля Гетцлера именно исследование Кней-Паза начало серьёзную переоценку идеологического наследия наркома [11-13].

«Доступное и неторопливое повествование, наполненное проницательными и провокационными наблюдениями, является важным для всех тех, кто хочет понять Троцкого.» [14]

Кней-Пац обращал наиболее пристальное внимание на оригинальные ранние идеи Троцкого (см. книгу «Наша революция»). Анализ Троцким всей русской истории, классовой структуры Российской империи периода позднего абсолютизма, гипертрофически большой роли государства при слабой буржуазии и попыток государства догнать в своем развитии страны Западной Европы — все те наблюдения, которые позволили Троцкому сформулировать его «закон неравномерного и комбинированного развития» [15]. Кней-Пацу, по мнению Ноува, удалось показать какую именно смесь архаичного и современного видел Троцкий в России своего времени [15-18].

Кней-Пацу также удалось показать, как из увиденного будущий наркомвоенмор делал вывод о наличии «революционной возможности» — более значительной, чем в развитых странах. Иначе говоря, в книге выявлялись те новые элементы, которые Троцкий вводил в марксистскую мысль. Книга также разъясняла причины расхождения во взглядах между Троцким и Лениным: прежде всего, на роль революционной партии, суммированные Кней-Пацем в пятой главе. Эти противоречия так никогда и не были разрешены после вступления Троцкого в 1917 году в большевистскую партию [16-18].

Исходя из сведений, приведенных в книге, отступление от собственных принципов в период между двумя революциями стало самым
серъёзным – и фатальным – изъяном в революционной теории Троцкого [19]. См. также главу «Наши политические задачи» выше.

По мнению профессора Портлендского университета Ладиса Кристофа, тезис Кней-Паца заключался в том, что социальная теория имела решающие влияние на жизнь Троцкого. Влияние это было не в абсолютном, детерминистском смысле, а скорее в смысле создания интеллектуальной основы мировоззрения революционера, которое сформировало его «душу» подобно тому, как позвоночник формирует тело. Теория и реальная жизнь, предупреждал Кней-Пац, никогда не могут быть частями математического уравнения – у любой теории существуют определённые пределы.

Иначе говоря, жизнь может сокрушить интеллектуальную основу человека так же легко, как она разрушает позвоночник, оставляя горбы.

Авторское изложение идей Троцкого об отсталости Российской империи являлось, по мнению Кристофа, примером блестящего изложения писательской мысли. То, на что Троцкий затратил сотни страниц, Кней-Пац объяснил всего на четырёх страницах без излишнего упрощения идей и суждений. Хотя профессор Кней-Пац сознательно отказался от сравнительного исследования мысли наркома, он значительно облегчил данную задачу для других исследователей Русской революции [20,21].

Хотя Кней-Пац не слишком сочувствовал своему герою, его книга могла стать самым прочным монументом интеллектуальному творчеству Троцкого. Донося до читателей тот факт, что некоторые социально-исторические концепции были постоянным источником мотивации для деятельности Троцкого, он вносит в его бурную и противоречивую карьеру определенную логику, порядок и вразумительность (англ. intelligibility) [20].

В книге также анализировались взгляды Троцкого на насилие и террор (см. главу «Герроризм и коммунизм» в настоящей работе), на мировую революцию, на характер такого явления, как сталинизм (глава 10 в монографии Кней-Паца), на художественную литературу и культуру в целом, на философию, на «еврейский вопрос» и на целый ряд других вопросов, о которых писал нарком [16,17].

При этом «ядром» работы является нарратив о теории социальных и политических изменений – теории Троцкого, которая позже была систематизирована последователями революционера [5,22]. Многочисленные работы Троцкого 1920–1930-х годов о событиях за 236
пределами СССР – за исключением Китая и Германии – были в значительной степени проигнорированы Кней-Пацем. Им же были обойдены и труды революционера, касавшиеся образования и функционирования IV Интернационала, занимавшие центральное место в мысли Троцкого последних лет его жизни [9,14].

## Ленин и сталинизм.
### Абстрактные идеи и практика

Профессор Кней-Пац, в частности, полагал, что Троцкий неверно определил классовый характер сталинизма. Автор задавал вопрос, являлся ли сталинизм преимущественно результатом личности самого Сталина или он все же был обусловлен целым рядом исторических факторов, которые и сделали возможной Октябрьскую революцию в России [16,17,23]?

В изложении Кней-Паца, Троцкий совершал ошибки в своих интерпретациях событий – особенно в тех событиях, что происходили в странах Запада. По мнению автора, революционер зачастую был надменным и нетерпимым человеком. Но в то же время он являлся блестящим и оригинальным мыслителем. Книга, по мнению Ноува, являлась важным вкладом в понимание не только Троцкого, но и его времени – а также и роли идей революционера в мировой политике конца 1970-х годов [10,24-26].

Иного мнения придерживалась профессор Мариан Совер: она находила «разочаровывающей» часть работы, посвящённую критике Троцким сталинистской России. По её мнению, идеи Троцкого анализировались Кней-Пацем с использованием «довольно грубого и неоригинального» концептуального аппарата из теории тоталитаризма. Она полагала, что более плодотворным было бы установление связей между книгой Троцкого «Преданная революция» и марксистскими диссидентами 1970-х годов в советской Польше или Восточной Германии – такими как Яцек Куронь и Рудольфа Баро. В то же время – хотя Кней-Пац мало упоминал о современных ему политических радикалах, которые использовали имя Троцкого – он, по мнению профессора Лаймана Тауэра Сарджента, явно полагал, что между мыслью наркома и тем, что делалось и говорилось под вывеской «троцкизма» не было абсолютно никакой связи [26,27].
К недостаткам книги — являвшейся в целом значительным вкладом в историю теории революции — профессор Джон Барбер относил две проблемы. Первой был представленный анализ сталинизма, напоминавший «неисторический детерминизм, жесткое и механическое мышление». Вторая проблема касалась изображение Ленина в качестве «узкой, догматической, прото-сталинской» фигуры. По версии профессора Барбера, книга не давала адекватной оценки интеллектуальных отношений между Троцким и Лениным: «однако было бы удивительно, если бы в столь подробном исследовании такого противоречивого политического деятеля, как Троцкий, не было бы много вопросов для обсуждения» [22,28].

Один из ведущих представителей американской политической философии, профессор Бостонского университета Аласдер Макинтайр обращал внимание на конкретную задачу, сформулированную автором в начале книги. Автор планировал дать представление о теоретических взглядах Троцкого без, насколько это было возможно, расказа о практической деятельности Троцкого и тех политических спорах, в частности с Лениным, в рамках которых революционер формулировал свои идеи. Для выполнения данной задачи Кней-Пац нарушал хронологический порядок при рассмотрении работ Троцкого.

Подобный подход Макинтайр находил «занятным», поскольку большая часть шестисотстраничной книги Кней-Паца суммировала известные работы Троцкого, опубликованные на момент написания или доступные в виде рукописей (65 объёмных книжных томов), в «сухом» академическом стиле — крайне плохо сочетавшимся с «яркой» прозой самого Троцкого [1,20,29].

Кроме того, поскольку сам Кней-Пац признавал, что свои идеи Троцкий формулировал и переформулировал в ответ на социальные и политические события, попытка представить их абстрактно, вне практического контекста, по определению являлась попыткой создать «урезанную и деформированную» историю социальной и политической мысли революционера [19,30,31].

Макинтайр полагал, что Кней-Паз представил теории Троцкого в том виде, в котором политологи и социологи 1970-х годов представляли свои теории для оценки их научными коллегами. Подобный подход — без разъяснения практических и исторических обстоятельств, при которых теории возникали, и без сравнения их с идеями оппонентов — казался Макинтайру неудачным. Философ писал, что «из данной
книги следует извлечь то, что невозможно адекватно описать историю идей, не описывая историю их появления».

В частности, перенесение социальных и политических идей Троцкого в область абстракций была, по мнению Макинтайра, обречена на неудачу. Он также отмечал, что этот факт был хорошо известно марксисту Троцкому, но что он был проигнорирован профессором Кней-Пацем, несмотря на детальное знакомство последнего с многочисленными трудами революционера [2,27,32].

## Издания

По имеющимся по состоянию на 2018 год данным, масштабный труд Кней-Паца никогда не издавался на русском языке. В библиотечных каталогах отсутствовала также информация о переводах на какие-либо другие языки. Сама книга была основана на одноимённом диссертационной работе автора, выполненной на факультете социальных исследований Оксфордского университета четырьмя годами ранее:

* Knei-Paz B. The Social and Political Thought of Leon Trotsky. – 1st. – Oxford: Clarendon Press; Oxford University Press, 1978. – 629 p. – ISBN 9780198272335.

* Knei-Paz B. The Social and Political Thought of Leon Trotsky. – Oxford: New York: Oxford University Press, 1980. – 652 p. – ISBN 9780198272342. – ISBN 0198272340.

* Knei-Paz B. The social and political thought of Leon Trotsky. Thesis (D.Phil.) – Faculty of Social Studies, University of Oxford, 1974. – 8, xv, 789 p. – OCLC 43198339.

## Примечания

[1] Thoman, 1981, p. 181.

[2] Macintyre, 1979, p. 114.

[3] Sargent, 1979, p. 272.

[4] Knei-Paz, 1978, p. 6.

[5] Sawer, 1981, p. 142.

[6] Morris, 1979, pp. 678–679.

[7] Nove, 1979, pp. 310–311.

[8] Slavin, 1980, p. 71.

[9] H. B., 1980, s. 470.

[10] Meyer, 1979, p. 370.

[11] Getzler, 1985, p. 308.

[12] McKean, 2002, p. 742.

[13] McCauley, 2002, p. 211.

[14] Barber, 1981, p. 85.

[15] Beilharz, 1987, p. 27.

[16] Nove, 1979, p. 310.

[17] Thoman, 1981, p. 182.

[18] Meyer, 1979, pp. 370–371.

[19] Meyer, 1979, p. 371.

[20] Kristof, 1980, p. 170.

[21] Kristof, 1980, p. 171.

[22] Morris, 1979, p. 679.

[23] Wolfenstein, 1979, p. 186.

[24] Nove, 1979, p. 311.

[25] Slavin, 1980, pp. 74–75.

[26] Sargent, 1979, p. 273.
[27] Sawer, 1981, p. 143.

[28] Barber, 1981, p. 85–86.

[29] Slavin, 1980, p. 73.

[30] Macintyre, 1979, pp. 113–114.

[31] Sawer, 1981, p. 144.

[32] Wolfenstein, 1979, p. 187.

## Литература

1. Волкогонов Д. А. Троицкий. Политический портрет. – М.: АСТ, 1998. – Т. 2. – 416 с. – (Всемирная история в лицах). – ISBN 5-237-00974-3.

2. Beilharz P. Trotsky, Trotskyism, and the Transition to Socialism. – Barnes & Noble Books, 1987. – 197 p. – ISBN 9780389206989. – ISBN 0709939957.

3. McCauley M. Trotsky // Who's Who in Russia Since 1900. – Routledge, 2002. – 296 p. – ISBN 9781134772148. – ISBN 1134772149.

4. Barber J. Review of The Social and Political Thought of Leon Trotsky (англ.) // History. – 1981. – Vol. 66, iss. 216. – P. 85–86. – doi:10.2307/24417078.

5. Getzler I. Review of Pensiero e azione politica di Lev Trockij (англ.) // The Slavonic and East European Review. – 1985. – April (vol. 63, iss. 2). – P. 307–310. – doi:10.2307/4209109.

6. H. B. Review of The Social and Political Thought of Leon Trotsky (нем.) // Jahrbücher für Geschichte Osteuropas. – 1980. – Bd. 28, H. 3. – S. 470. – doi:10.2307/41046186.

7. Kristof L. K. D. Review of The Social and Political Thought of Leon Trotsky (англ.) // The American Political Science Review. – 1980. – Vol. 74, iss. 1. – P. 170–171. – doi:10.2307/1955672.

8. Macintyre A. Review of The Social and Political Thought of Leon Trotsky (англ.) // The American Historical Review. – 1979. – February (vol. 84, iss. 1). – P. 113–114. – doi:10.2307/1855670.

9. McKean R. B. Review of Leon Trotsky and World War One: August 1914–February 1917 (англ.) // The English Historical Review. – 2002. – Vol. 117, iss. 472. – P. 742–743.

10. Meyer A. G. Review of The Social and Political Thought of Leon Trotsky (англ.) // The Russian Review. – 1979. – Vol. 38, iss. 3. – P. 370–371. – doi:10.2307/128984.

11. Morris B. S. Review of The Social and Political Thought of Leon Trotsky (англ.) // Slavic Review. – 1979. – Vol. 38, iss. 4. – P. 678–679. – doi:10.2307/2496582.

12. Nove A. Review of The Social and Political Thought of Leon Trotsky (англ.) // Soviet Studies. – 1979. – April (vol. 31, iss. 2). – P. 310–311. – doi:10.2307/150118.

13. Sargent L. T. Review of The Social and Political thought of Leon Trotsky (англ.) // The Journal of Politics. – 1979. – Vol. 41, iss. 1. – P. 272–273. – doi:10.2307/2129623.

14. Sawer M. Review of The Social and Political Thought of Leon Trotsky (англ.) // Labour History. – 1981. – May (iss. 40). – P. 141–144. – doi:10.2307/27508481.

15. Slavin M. Review of Leon Trotsky; The Social and Political Thought of Leon Trotsky; With Trotsky in Exile: From Prinkipo to Coyoacán (англ.) // International Labor and Working-Class History. – 1980. – Spring (iss. 17). – P. 71–76. – doi:10.2307/27671315.

16. Thoman R. E. Review of The Social and Political Thought of Leon Trotsky (англ.) // Social Science. – 1981. – Summer (vol. 56, iss. 3). – P. 181–183. – doi:10.2307/41884738.

17. Wolfenstein E. V. Review of The Social and Political Thought of Leon Trotsky (англ.) // Political Science Quarterly. – 1979. – Vol. 94, iss. 1. – P. 186–187. – doi:10.2307/2150193.
Глава 19. «Лев Троцкий и политика экономической изоляции»

Книга профессора Торонтского университета Ричарда Дэя «Лев Троцкий и политика экономической изоляции» (англ. Leon Trotsky and the politics of economic isolation) вышла в издательстве Кембриджского университета в 1973 году. Монография оценивается специалистами как важное исследование экономических взглядов Льва Троцкого.

В работе Дэя советские дискуссии 1920-х годов о строительстве социализма – имеющие универсальное значение как источник теоретических моделей для индустриализации развивающихся стран – были рассмотрены с точки зрения экономических отношений РСФСР/СССР с западными странами и с США. Цель автора заключалась в опровержении ряда исторических мифов, которые сложились вокруг программы Троцкого по экономическому развитию Советской России в годы НЭПа.

Согласно ключевому тезису Дэя, противоречия между Иосифом Сталиным и Львом Троцким не были связаны с «социализмом в отдельно взятой стране» и «перманентной революцией». Лидеры большевиков расходились как раз во взглядах на экономическую изоляцию или интеграцию. Троцкий полагал, что для построения социализма необходимо использование западных «технических навыков», в то время как Сталин стремился к максимальной изоляции советской промышленности от иностранного влияния.

Работа Дэя была впервые переведена на русский язык через 40 лет после выхода первого англоязычного издания – в 2013 году.

19.1. Описание

Книга канадского историка из университета Торонто, профессора Ричарда Б. Дэя была опубликована в 1973 году. К началу ХХІ века она оставалась основным исследованием экономических взглядов Льва Троцкого. В работе Дэя советские дискуссии 1920-х годов о строительстве социализма детально были рассмотрены с точки зрения экономических отношений РСФСР/СССР с западными странами [1,2].
Книга делится на две неравные по размеру части. Первая, назван-
ная «Дилемма экономической изоляции» и включающая в себя три
главы, обсуждает начало 1920-х годов. Здесь рассматриваются про-
блемы мобилизации труда и эволюция Новой экономической поли-
тики (НЭПа). Вторая часть под названием «Политика экономической
изоляции» включает в себя пять глав и начинается с анализа лозунга
«Социализм в одной стране». Данная часть продолжается обзором раз-
личных альтернатив, предложенных Троцким до его удаления от вла-
сти. Раздел заканчивается обсуждением интеграции экономики СССР
в мировое хозяйство. В конце книги также даётся обзор суждений
Троцкого о ходе «советского эксперимента» [3-6].

Научная работа Дэя содержит тщательно подготовленный «анно-
тационный аппарат», облегчающий её практическое использование.
Книга никогда не была адресована широкому кругу читателей, а скорее
представляет собой узкоспециализированный и комплексный обзор
политики и экономики большевистской России. Подобный обзор мог
быть интересен преимущественно специалистам в области советской
истории и восточноевропейских отношений [7-9].

19.2. Критика

Противостояние историческим мифам

Профессор Мирон Хедлин из Университета штата Огайо считал,
что основной целью автора в данной книге — «чрезвычайно интерес-
ном исследовании политической дискуссии среди коммунистов об
экономической политике 1920-х годов» [10] — являлось противостоя-
ние ряду исторических мифов, которые окружили программу Троц-
кого по экономическому развитию страны Советов в первые годы по-
сле Октябрьской революции.

Хедлин полагал, что Дэй преуспел в выполнении данной задачи,
проделав работу, которая пересматривала ряд важных интерпретаций
к как личности самого Троцкого, так и его экономических программ
[11], которые часто считались «пророческими» [3,12-15]:

«Борьба за социализм была всем делом жизни Троцкого, однако
результаты этой борьбы оказались более чем скромными [16].»
Согласно автору исследования, после революции и до 1925 года, отбросив – как не имеющую отношения к текущей реальной ситуации [17] – теорию перманентной революции, Троцкий отдал предпочтение экономической изоляции России. Более всего нарком опасался возникновения зависимости от кредитов со стороны капиталистического Запада: Западной Европы и США.

Дэю также удалось показать, что даже после того, как Троцкий сменил свои экономические воззрения с изоляционистских на интеграционные, революционер по-прежнему не отвергал возможность построения социализма в одной стране. Нарком после 1925 года лишь утверждал, что политическая изоляция Советской России не требовала её экономической изоляции. То есть, что для построения социализма в СССР вполне возможно, и даже необходимо, было использование западных технических навыков [11,18-21]. См. также книгу Троцкого «Наша революция».

Более того Дэй считал, что интеграционный план Троцкого, способствовавший сбалансированности между легкой и тяжелой промышленностью, никоим образом не совпадал с концепцией Евгения Преображенского – см. книгу Преображенского «Новая экономика». Идея Троцкого заключалась в том, что торговля с Европой подготовит путь для последующего сотрудничества СССР с социалистической Европой, а интеграция советской экономики в общемировую будет способствовать мировой революции.

Таким образом, после 1925 года Троцкий утверждал только то, что строительство социализма в отдельной, экономически изолированной стране является невыполнимой задачей. Строительство же социализма в единственной стране, участвующей в мировой экономике, было, по версии революционера, вполне осуществимо [22,23].

С этим суждением был согласен и профессор Барух Кней-Пац – см. предыдущую главу – писавший, что в «прекрасной» работе Дея основной тезис заключался в том, что противоречия между Сталиным и Троцким не были связаны с социализмом в отдельно взятой стране и перманентной революцией. Лидеры большевиков расходились во взглядах по гораздо более непосредственному и практическому вопросу о том, какие конкретные шаги следует предпринять для содействия экономическому подъему и движению постреволюционной России в сторону социализма [24].
Они делали разный выбор между экономической изоляцией и экономической интеграцией. Пытаясь сформулировать конфликт односложно, можно сказать, что Троцкий возражал не социализму в *одной* стране, а социализму в *отдельной стране* [10,24-29].

## Недостающие части

Признавая плодовитость Троцкого как теоретика, Дэй отмечал способность наркома совершать самые глупые политические ошибки в самое неподходящее для этого время. По мнению ряда критиков, Дэю, проанализировавшему как огромное количество опубликованных в 1920-х годах материалов, так и архив Троцкого в библиотеке Гарварда [26,30-32], удалось раскрыть и собственные попытки Троцкого создать миф о себе и своих экономических программах.

В итоге, по оценке рецензентов, профессор Дэй в своей «концентрированной» (англ. *dense*) и хорошо написанной книге бросил вызов историкам 1970-х годов. Тем самым он внёс важный для своего времени вклад в исследования экономической и политической истории СССР [3,33-36]. При этом автор иногда чрезмерно подчеркивал влияние абстрактной идеологии на конкретные политические дебаты. Он зачастую полностью пренебрегал более прагматическими — в том числе и сутубо личными — политическими соображениями участников теоретических дискуссий [30,37].

В частности, Дэй вообще не упоминал ключевую дискуссию 1926 года, в рамках которой Троцкий, Зиновьев и Каменев попытались привлечь к ответственности Сталина: за фальсификацию наследия Ленина. Только призвав на помощь партийную организацию, генеральному секретарю удалось принудить своих критиков к молчанию. Иначе говоря, Дэй следует большевистскому афоризму, что «политика есть самое концентрированное выражение экономики» [6,14].

«В отличие от многих западных источников по советской истории, [Дэй] ставит политические вопросы (а не личности) в центр своего внимания. Такой подход дает ему преимущества в понимании советской политики не только как борьбы за личную политическую власть, но как борьбы за власть для реализации одной из политических альтернатив.» [13]

Профессор Моше Левин считал, что Дэй предоставил читателям полезный обзор идей Троцкого по экономической политике, но не
объяснил отношение Троцкого к НЭПу. У Левина создалось впечатление, что первоначально Троцкий принял НЭП, чтобы уменьшить собственные политические трения с большинством советских коммунистов. И только впоследствии революционер более позитивно оценил новую экономическую стратегию как таковую. Но данные суждения не были доказаны автором [38,39].

Кроме того, Левин ставил под сомнение утверждение, что Троцкий был сторонником экономической изоляции. Так нарком никогда не создавал никакой систематической теории изоляции СССР. По версии Левина, он лишь отреагировал на фактическое изолированное состояние единственной страны, в которой установилась диктатура пролетариата. Проще говоря, речь о выборе экономической стратегии в тот период вообще не шла [27,35,40].

Профессор Эндрю Дьёрдь отмечал в качестве одного из наиболее интересных моментов в «грустной» книге Дэя описание подхода Троцкого к авторитаризму и милитаризму. Несмотря на то, что сам нарком был «профессиональным гражданским» (англ. *professional civilian*), Троцкий активно настаивал на строгой военной дисциплине на производстве: при мобилизации промышленных рабочих в РСФСР. Троцкий «проповедовал» их перемещение с места на место, публикацию списков заводских дезертиров, создание штрафных подразделений из этих дезертиров и даже их интернирование в концентрационных лагерях. Таким образом, своей собственной деятельностью в первые годы послереволюционной России Троцкий создал почву для последующего террора 1930-х годов [3,41-43].

В итоге «книга [Дэя] добавляет некоторые новые и, при том, незаименимые взгляды на то, как старые большевики стремились переделать свой мир [44].»

## Актуальность исследования

Профессор истории в Калифорнийском университете в Ирвайне Кендалл Бейлс считал вопросы о советской экономической политике двадцатых годов — обсуждавшиеся в монографии Дэя — актуальными и в 1970-х. Они помогали пониманию Советского Союза: в частности, имевшейся в те годы тенденции к расширению внешней торговли и привлечению инвестиций для освоения технологий. Книга Дэя напоминала, что вопрос об экономической изоляции — или большей
интеграции с капиталистической экономикой – существовал с первых дней большевистской революции.

Полагая, что Леонид Брежнев, как и его коллеги по Политбюро ЦК КПСС, были ли бы потрясены мыслью, что они являются последователями взглядов Троцкого (а не Сталина), Бейлс напоминал о «шквале» переговоров и контрактов с западными и японскими фирмами, шедших и заключавшихся в те годы. Бейлс отмечал, что «волну» книг о диктаторах «освежают» работы, в которых реконструируются идеи проигравших политических оппонентов будущих вождей и раскрываются разнообразные альтернативы, обсуждавшиеся до консолидации диктаторской власти в тех или иных руках [45-47].

Кроме того, экономические дебаты о России 1920-х годов имели универсальное значение и как источник теоретических моделей для индустриализации развивающихся стран. Для многих из подобных стран Советский Союз являлся или мог бы стать «чем-то вроде прототипа». В дискуссии о внешнеэкономической политике Дэй поднял известные и непростые вопросы. Среди них был и вопрос о том, как развивающаяся страна может получить помощь из «передовых капиталистических государств» — в виде технологий, капитала или в рамках обычной торговли — не ставя под угрозу свою политическую и экономическую самостоятельность [14,48].

«В частности, Советский Союз того периода предлагает модель полу-развитой страны, которая национализировала все иностранные инвестиции, а затем обнаружила, что ей по-прежнему нужен дополнительный капитал [14].»

Профессор Университета Британской Колумбии Пол Маранц отмечал, что Дэй мог бы «расставить свою сеть» немного шире: дабы включить в книгу более подробное обсуждение мыслей Троцкого — и их соотношение с наследием Карла Маркса [14,32]. Маранц добавлял, что профессор Дэй чётко поставил свою цель и сумел её творчески воплотить. Он написал небольшую, лаконичную и крайне полезную книгу для всех интересующихся историей марксизма, троцкизма и СССР. Его работа была полезна и для исследователей экономики социализма в целом [40,49,50].

Через четыре года после своего выхода в свет, в 1977 году, книга профессора Дэя Дэя «Лев Троцкий и политика экономической изоляции» вошла в обзор «Списки литературы по радикальной политической экономике» (англ. *Reading lists in radical political economics*) [51].
Издания и переводы

В 1990-1991 годах А. А. Белых, лично знакомый с автором, вёл переговоры о русском издании книги Дэя «Лев Троцкий и политика экономической изоляции» с Государственным издательством политической литературы – книга была даже включена в план. Однако летом 1991 года издательство отказалось от публикации книги, мотивировав свой отказ тем, что на монографию поступило от советских читателей всего двадцать тысяч предварительных заказов [1].

Идея издания была отложена на два десятилетия и была реализована только в 2013 году уже в постсоветской России. Книга стала четвертой работой в серии «Экономическая история в прошлом и настоящем», выпускавшейся издательством «Дело», относившемся к Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации (РАНХиГС).

• Day R. B. Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation. – Cambridge University Press, 1973. – 221 p.

• Day R. B. Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation. – Cambridge University Press, 2004. – 232 p. – (Cambridge Russian, Soviet and Post-Soviet Studies, Vol. 13; Soviet and East European studies). – ISBN 9780521524360. – ISBN 0521524369.

• Дэй Р. Б. Лев Троцкий и политика экономической изоляции / науч. ред. А. А. Белых; пер. с англ. А. В. Белых. – М.: Дело, 2013. – 469, [1] с. – (Экономическая история в прошлом и настоящем / Российская акад. народного хозяйства и гос. службы при Президенте Российской Федерации). – 1000 экз. – ISBN 978-5-7749-0766-3.
Примечания

[1] Дэй, 2013, с. 4–7.

[2] Poupard, 1986, p. 393.

[3] Gyorgy, 1974, p. 175.

[4] Daniels, 1974, p. 234.

[5] Warth, 1977, p. 204.

[6] Kowal, 1975, p. 265.

[7] Kirstein, 1975, s. 434.

[8] Gyorgy, 1974, p. 174.

[9] Marantz, 1975, p. 349.

[10] Mulholland, 1975, p. 145.

[11] Hedlin, 1975, p. 399.

[12] Rowney, 1975, p. 152.

[13] Bailes, 1974, p. 653.

[14] Daniels, 1975, p. 721.

[15] Kirstein, 1975, s. 431–432.

[16] Дэй, 2013, с. 367.

[17] Kowal, 1975, p. 264.

[18] Daniels, 1975, pp. 720–721.

[19] Kirstein, 1975, s. 432–433.

[20] Barber, 1975, pp. 330–331.

[21] Menashe, 1976, p. 369.

[22] Hedlin, 1975, pp. 399–400.

[23] Hypeev, Латов, 2013, с. 15–16.

[24] Marantz, 1975, pp. 349–350.

[25] Knei-Paz, 1978, p. 333.

[26] Rowney, 1975, p. 153.

[27] Lewin, 1974, p. 1032.

[28] Menashe, 1976, pp. 368–369.

[29] Daniels, 1975, p. 720.

[30] Bailes. 1974, p. 652.

[31] Barber, 1975, p. 331.

[32] Macdonald, 1974, p. 216.

[33] Hedlin, 1975, p. 400.

[34] Menashe, 1976, p. 370.

[35] Bailes, 1974, p. 654.

[36] Enteen, 1975, p. 412.

[37] Enteen, 1975, p. 413.

[38] Lewin, 1974, p. 1031.

[39] Kirstein, 1975, s. 432.

[40] Marantz, 1975, p. 350.

[41] Gyorgy, 1974, p. 176.

[42] Menashe, 1976, pp. 370–371.

[43] Hypeev, Латов, 2013, с. 9.

[44] Menashe, 1976, p. 371.

[45] Bailes, 1974, pp. 652–653.

[46] Daniels, 1974, pp. 233–234, 237–238.

[47] Аихачёв, 2016, с. 39–40.

[48] Аихачёв, 2016, с. 39.

[49] Kowal, 1975, pp. 265–266.

[50] Beilharz, 1987, p. 191.

[51] Rosenberg, 1977, p. 157.

Литература

1. Beilharz P. Trotsky, Trotskyism, and the Transition to Socialism. – Barnes & Noble Books, 1987. – 197 p. – ISBN 9780389206989. – ISBN 0709939957.

2. Knei-Paz B. Социальная и политическая мысль Льва Троцкого = The Social and Political Thought of Leon Trotsky. – 1st. – Oxford University Press, 1978. – 652 p. – ISBN 9780198272335. – ISBN 0198272340.

3. Poupard D. Twentieth-Century Literary Criticism. – Gale, 1986. – 586 p. – ISBN 978-0810324046. – ISBN 0810324040.

4. Reading Lists in Radical Political Economics / coord. S. Rosenberg. – Union for Radical Political Economics, 1977. – 185 p. – (Resource materials in radical political economics, Vol. 3).

5. Warth R. D. Leon Trotsky. – Twayne Publishers, 1977. – 224 p. – (Twayne's World Leaders Series, Vol. 72). – ISBN 9780805777208. – ISBN 0805777202.

6. Аихачёв М. О. «Катастрофа»: российская экономика в период Первой мировой и Гражданской войны (1914–1922 гг.) // АОКУС: Люди, общество, культура, смыслы. – 2016. – № 2. – С. 31–40. – ISSN 2500-2988.
7. Нуреев Р. М., Латов Ю. В. Понск пути развития советской России: бифуркации и альтернативы 1918–1928 гг. // Journal of Economic Regulation / Вопросы регулирования экономики. – 2013. – Т. 4, вып. 3. – С. 6–25. – ISSN 2078-5429.

8. Bailes K. E. Review of Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation (англ.) // Technology and Culture. – 1974. – Vol. 15, iss. 4. – P. 652–655. – doi:10.2307/3102261.

9. Barber J. Review of Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation (англ.) // History. – 1975. – Vol. 60, iss. 199. – P. 330–331. – doi:10.2307/24409205.

10. Daniels R. V. Detente: The Historic Potential. Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation (англ.) // Journal of International Affairs / Richard B. Day, Stephen F. Cohen. – 1974. – Vol. 28, iss. 2. – P. 233–238. – doi:10.2307/24356744.

11. Daniels R. V. Review of Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation (англ.) // The American Political Science Review. – 1975. – Vol. 69, iss. 2. – P. 720–721. – doi:10.2307/1959118.

12. Enteen G. M. Richard B. Day, Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation, Cambridge: Cambridge University Press, 1973. 221 pp. (англ.) // Canadian-American Slavic Studies. – 1975. – Vol. 9, iss. 3. – P. 412–413. – ISSN 2210-2396. – doi:10.1163/221023975x00504.

13. Gyorgy A. Review of Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation (англ.) // The Annals of the American Academy of Political and Social Science. – 1974. – Vol. 413. – P. 175–176. – doi:10.2307/1040576.

14. Hedlin M. W. Review of Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation (англ.) // Slavic Review. – 1975. – Vol. 34, iss. 2. – P. 399–400. – doi:10.2307/2495209.

15. Kirstein T. Review of Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation. Soviet and East European Studies (нем.) // Jahrbücher für Geschichte Osteuropas. – 1975. – Bd. 23, H. 3. – S. 431–434. – doi:10.2307/41045061.

16. Kowal L. M. Autori dei volumi recensiti: R. B. Day. Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation (англ.) // The Journal of European Economic History. – 1975. – Iss. 1. – P. 264–266. – ISSN 2499-8281.

17. Lerner W. Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation (англ.) // History: Reviews of New Books. – 1973. – October (vol. 2, iss. 1). – P. 8. – ISSN 0361-2759. – doi:10.1080/03612759.1973.9947013.

18. Lewin M. Review of Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation (англ.) // The Journal of Economic History. – 1974. – Vol. 34, iss. 4. – P. 1031–1032. – doi:10.2307/2116627.

19. Macdonald H. M. Review of Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation (англ.) // Social Science Quarterly. – 1974. – Vol. 55, iss. 1. – P. 216. – doi:10.2307/42859347.

20. Marantz P. Review of Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation (англ.) // Canadian Journal of Political Science / Revue canadienne de science politique. – 1975. – Vol. 8, iss. 2. – P. 349–350. – doi:10.2307/3230672.

21. Menashe L. 964 Review of Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation (англ.) // Science & Society. – 1976. – Vol. 40, iss. 3. – P. 368–371. – doi:10.2307/40401964.

22. Mulholland D. Review of Soviet Economists of the Twenties: Names to be Remembered, Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation (англ.) // The American Historical Review. – 1975. – Vol. 80, iss. 1. – P. 145–146. – doi:10.2307/1859159.

23. Rowney D. K. Review of Leon Trotsky and the Politics of Economic Isolation (англ.) // Canadian Slavonic Papers / Revue Canadienne des Slavistes. – 1975. – Vol. 17, iss. 1. – P. 152–153. – doi:10.2307/40866838.
Глава 20. «Бандиты и партизаны»

«Бандиты и партизаны: Антоновское восстание в период Гражданской войны в России» (англ. *Bandits and Partisans: The Antonov Movement in the Russian Civil War*) – книга британского историка Эрика Ландиса, вышедшая в 2008 году и описывавшая Тамбовское восстание 1920–1921 годов.

Работа основана на архивных материалах, ставших доступными западным исследователям только после распада СССР. По некоторым оценкам, работа стала наиболее «взвешенным и полным» исследованием по одной из тем, связанных с Гражданской войной в России [1].

В книге Ландис последовательно анализировал многочисленные мнения, высказывавшиеся в начале 1920-х годов, «предоставив слово» всем участникам событий: крестьянам, бандитам, партизанам, комиссарам. Автор впервые комплексно показал различные уровни вовлеченности в восстание сельских общин региона. В итоге «Бандиты и партизаны» были использованы при написании статьи «Тамбовское восстание» в Большой российской энциклопедии.

20.1. Описание

По мнению самого автора – преподавателя современной истории Европы в Университете Оксфорд Брукс Эрика Ландиса – книга представляет собой историю восстания в Тамбове. Она является второй монографией, опубликованной по данной теме на английском языке – и первой, изданной после распада Советского Союза. Книга, по словам Ландиса, прежде всего повествует об истории мятежа и его подавления. В ней также исследуется политика времен Гражданской войны в России, описывается советское государственное строительство и анализируется политика коммунистической партии в провинции.

Обращаясь к данным темам, Ландис старался внести вклад в историографию, чтобы углубить и расширить академическое понимание «бурного» опыта, который пережила Россия в начале ХХ века, на основе недоступных ранее архивных материалов.
Книга была разбита автором на девять глав, каждая из которых за-
канчивается обобщающим абзацем, и содержит восемьдесят страниц
с примечаниями и источниками [2-6].

20.2. Критика

Антоновское восстание. Источники

Профессор Аарон Ретиш, полагая, что восстание в Тамбовской губернии является легендарным событием – сравнимым только с деятельностью Нестора Махно – в рамках которого «таинственный» Александр Антонов сумел возглавить армию в несколько тысяч человек, изгнавших советскую власть с большей части территории региона. Профессор Ретиш считал, что книга являлась не просто рассказом о неудавшемся народном восстании, а комплексным описанием ситуации в сельской местности в период Гражданской войны.

Подробный рассказ Ландиса сочетал такие элементы, как отноше-
ния между крестьянами и новым государством, тактику антиповстанче-
ских действий властей и само государственное строительство в реги-
оне [7-10]. Книга описывала те трудности, с которыми большевики
столкнулись при попытке распространить и стабилизировать свою
политическую власть в русской (российской) деревне, являясь «самым
взвешенным и полным [на 2013 год] монографическим исследованием
антоновского движения» [1,3,11].

«Восстание в Тамбове очаровывало ученых и пропагандистов, ко-
торые использовали его как романтический символ крестьянского вы-
ступления против жестокого советского режима. Эрик Ландис, в своей
захватывающей и зачастую неотразимой книге, окончательно освобо-
дил восстание от ореола легендарности<fnref n="34" />.» [12]

Ландис показывал политико-экономическую среду, в которой
развивалось народное восстание, уделяя особое внимание дезертир-
ству из Красной армии. Ему удалось передать представление о слож-
ности того времени, избегнув мифологизации событий. Всестороннее

<footnote n="34">³⁴ «The uprising in Tambov has fascinated scholars and propagandists alike who have used it as a romantic symbol of peasant rebellion against a violent Soviet regime. Erik Landis has finally emancipated the Tambov uprising from legend in an engrossing and often riveting account.»</footnote>
обсуждение политики новых властей и крестьянского ответа на неё яв-
лялось гораздо более убедительным объяснением восстания, чем то,
что опиралось на широкое обобщения о крестьянской оппозиции
большевистскому правлению вообще [13].

Однако при всех новых деталях о мятеже, которые сообщил своим
читателям Ландис, биография самого Антонова, структура его армии
и особенности жизни в партизанских лагерях остались «тёмными пят-
нами» в связи с отсутствием соответствующих источников [4,12,14].

На основе архивных источников автор представил развернутый
анализ того, как советская власть оккупировала губернию и подавила
восстание. Им описывался и захват заложников, и система концентра-
ционных лагерем, и казни повстанцев. Начало новой экономической
политики (НЭПа), успехи государственного строительства и пропа-
ганды подорвали восстание и изолировали его участников. То есть,
«как только Москва поняла серьёзность угрозы, игра для повстанцев
закончилась». Кроме того, Ландис связывал восстание под руковод-
ством Александра Антонова с аналогичными восстаниями в Саратове,
на Дону и на Украине [8,15-18].

В то же время отсутствие соответствующих источников не позво-
лило автору отобразить динамику самого повстанческого движения –
показать читателям, как оно происходило на практике – или рассмот-
реть такую тему, как отношения между лидерами повстанцев. Из книги
непросто получить и точную картину того, что, когда и как повстанцы
делали на практике. Иначе говоря, в работе больше повествуется об
условиях, которые породили само движение – и о том, как оно было в
итоге подавлено [13].

В то же время, по мнению американского профессора истории
Майкла Хики, лейтмотивом всей книги был авторский вопрос: почему
данное восстание оставило столь «скудные» следы в народной памяти?
Ведь об Антонове не складывали песен как о Стеньке Разине, а совет-
ский термин «бандит» скоро вытеснил из памяти жителей региона об-
раз партизана, боровшегося за интересы крестьянства – см. главу об
Александре Антонове выше [1, 6, 18].

Для формулирования своего ответа Ландис сосредоточился на
трёх основных вопросах. Первый вопрос затрагивал сами источники
и природу крестьянской враждебности по отношению к политике
большевиков. Второй вопрос относился к организационной структуре
партизанской армии Антонова. Третий вопрос затрагивал действия,
которые различные слои коммунистической партии и советские чиновники предпринимали в ответ на угрозу бандитизма на Тамбовщине. Ведь речь шла об угрозе, способной довести молодое социалистическое государство непосредственно до голода [3,20,21].

Ретиш задавал вопрос, была ли армия Антонова простой группой бандитов, искавших наживы – или это была партия партизан, связанных «идеологической мечтой» свергнуть большевистскую власть? Ландис показал, как советские чиновники определяли движение в качестве бандитского, в то время как лидеры восстания пытались донести политическое послание. То есть они позиционировали себя в качестве партизан, но в конце концов оказались бандитами. В то же время, многообещающий контраст между бандитами и партизанами не был в полной мере развит профессором Ландисом [17,22,23].

Автор – считавший, что термин «зелёная армия» являлся собирательным наименованием – избегал термина «зелёные повстанцы». Этот подход отдалил исследование Ландиса от работ учёных, которые считали, что в Гражданской войне существовал, наряду с «красным» и «белым», третий фронт. В новом понимании Тамбовского восстания Ландис переосмыслил саму природу народного выступления периода Гражданской войны. Его книга стала, по мнению Ретиша, отличным дополнением к академической литературе XXI века, в которой выявлялись сложные взаимосвязи между населением и советским государством. Её также можно рассматривать как чрезвычайно полезное дополнение к постоянно растущему в новом веке объёму исследований Русской революции и её последствий в провинциях бывшей империи. Такие работы позволяли дать более полный обзор ситуации на территориях, которые в будущем составили СССР [17,24-26].

Книга Ландиса являлась, по мнению профессора истории Джона Штейнберга, образцом для исторических исследований Гражданской войны в России. По его мнению, в работе автор сумел соединить единино все стороны сложного конфликта, включая и «оккупацию русских крестьян русскими крестьянами в униформе». Методично проанализировав многочисленные высказывания начала 1920-х годов, Ландис тем самым «дал слово» всем участникам: и крестьянам, и бандитам, и партизанам, и комиссарам [1,27].

«В своем тщательном исследовании Эрик Ландис показывает, что в основе восстания и его поддержки в деревнях лежал не инстинктивный антибольшевизм, а несогласие с конкретной политикой нового
режима, в особенности с мобилизацией в Красную армию и продраз-
версткой.<fnref n="35" />» [13]

Сознательная политика и случайность

Профессор Ларс Лих полагал, что исследование Ландиса явля-
лось отличным примером того, как ясное представление о механизме
социальных сил может повысить ценность широкомасштабных архив-
ных исследований. По мнению Лиха, сам автор понимал, что его
настоящая тема — это переход от кризиса Гражданской войны к чему-
то, что можно назвать «нормальной жизнью».

Книга обладала качествами, зачастую не присущим академиче-
ским исследованиям. Она создавала реалистичное ощущение мас-
штабного и комплексного кризиса 1920–1921 годов. Данный кризис
практически свел к нулю «пространство для маневра» всех его участ-
ников. Таким образом, Ландису удалось объяснить, почему тактику
взятия заложников можно было в те годы рассматривать как необходими-
мую. Автор также смог донести до своего читателя, как с помощью
практики заложничества, «парадоксальным образом», можно было по-
лучить значительную поддержку со стороны населения [8].

Лих считал, что Ландис преуменьшил влияние эсеров на ход вос-
стания — хотя автор и подчёркивал те революционные «корни», кото-
рые имел как сам Антонов, так и другие лидеры повстанцев. Зачастую
до 1914 года они состояли в эсеровском подполье. Общая неопредел-
ённость партийных позиций и постоянно меняющаяся обстановка
больше влияли на действия восставших, чем формальная партийная
принадлежность или политические лозунги. Лозунги — включавшие в
себя социализацию земли, смещение «нелегитимного» большевист-
ского правительства, политическое равноправие и созыв Учредитель-
ного собрания — были малопригодны в ежедневной практической
борьбе с оружием в руках [1,5,28-30].

Обращая внимание на рекламу книги, «восхвалявшую Ландиса за
его „страстное письмо“, Лих отмечал, что работа, напротив, была

<footnote n="35">³⁵ «In his thoroughly researched study, Erik C. Landis shows how, rather than a visceral anti-Bolshevism, what underlay the insurgency and the support it gained in the villages was opposition to specific policies of the new regime, especially those relating to mobilization into the Red Army and food requisitioning.»</footnote>
написана «прохладно». Это было её достоинство — тем она и заслуживала внимательного прочтения [22].

По мнению Грэма Гилля, книга внесла вклад не только в академическую историко-политическую литературу о таком явлении, как крестьянское восстание как таковое, но и являлась ценным источником по теме государственного строительства. Причём как применительно к самому советскому государству, так и по теме в целом [11,31].

Ландис активно использовал доступные ему материалы. Эти архивные материалы стали доступны после открытия региональных советских архивов. Само открытие заметно изменило направление исследований как революции, так и Гражданской войне в России, поскольку оно позволило исследователям сосредоточиться на конфликтах в регионах. То есть исследовать местности, удалённых от идеологических дебатов Москвы и Петрограда. Это, в свою очередь, позволило чётко проиллюстрировать изменчивую динамику поддержки восставших среди деревенских жителей.

При знакомстве с книгой складывалось впечатление, что города и сёла Тамбовской губернии изначально сочувствовали целям «партизанской армии» — они добровольно снабжали её провизией и жильём. Но чем дольше продолжалось восстание, тем больше местное население уставало и «отчуждалось» от повстанцев. В итоге жители губернии были вынуждены нести двойное время — поддерживая своими ресурсами как большевистские части, так и силы Антонова [32].

Автор впервые комплексно показывал различные уровни вовлеченности сельских общин Тамбовщины в восстание. Степень участия крестьян разнилась от принятия резолюций в поддержку движения и предоставления повстанцам необходимых ресурсов, до организации саботажа и создания собственных боевых отрядов, который затем велились в новые партизанские полки [1].

Историк Гейл Лонерган считал, что единственным недостатком работы Ландиса была первая глава, в которой автор пытался показать предысторию событий в Тамбове. Говоря о продразвёрстке и мобилизации как об основных факторах, спровоцировавших выступление, Ландис затем подробно обсуждает мобилизационные кампании 1918 года и проблему дезертирства. Основная часть первой главы была, по мнению Лонергана, больше похожа на отдельную статью, а не на введение в тему книги. Кроме того, акцент на рассмотрение дезертирства не освещал особенности ситуации в районе Тамбова, поскольку
уклонение от воинской повинности было распространено по всей тер-
ритории бывшей Российской империи.

С одной стороны, автор блестяще проанализировал фактическое
состояние дел и информировал читателя, что движение Антонова
«набрало обороты» только тогда, когда стало ясно, что новый режим –
дабы накормить голодных рабочих в городах – планирует забирать у
крестьян даже семенной фонд. С другой стороны, Ландис не смог дать
ответ на вопрос, почему именно Тамбов оказал столь активное сопро-
тивление большевикам, в то время как другие области РСФСР остава-
лись относительно спокойными [5,28,29].

По мнению профессора Людмилы Новиковой, Ландис как раз показывал, что общее положение на Тамбовщине не слишком отличалось от ситуации в других сельскохозяйственных губерниях бывшей империи. Он также обосновывал свой тезис, что лишь случайное стечение обстоятельств привело к тому, что стычки крестьян с продотрядовцами – ставшие к тому моменту обыденным явлением на всей территории бывшей Российской империи – именно в августе 1920 года переросли в массовое вооружённое восстание [1].

В целом, критики шходились во мнении, что Ландису удалось
написать отличную книгу, в которой содержится полный анализ анто-
новского восстания и его подавления. Работа также вносила важный
вклад в общее понимание формирования государственных институтов
во времена революционной нестабильности [11].

Десятилетие спустя, в 2016 году, книга «Бандиты и партизаны» была использована профессором кафедры российской истории Тамбовского государственного университета имени Г. Р. Державина Валерием Канищевым при написании его статьи «Тамбовское восстание» в Большой российской энциклопедии [33].

Издания и переводы

* Landis E. C. Bandits and Partisans: The Antonov Movement in the Russian Civil War. – University of Pittsburgh Press, 2008. – 432 p. – (Series in Russian and East European studies). – ISBN 9780822971177. – ISBN 0822971178.

* Landis E. C. A civil war episode: General Mamontov in Tambov, August 1919. – Center for Russian and East European Studies, University
Center for International Studies, University of Pittsburgh, 2002. – 41 p. –
(Carl Beck papers in Russian and East European studies, Vol. 1601).

• Коновалов В. С. Лэндис Э. Бандиты и партизаны: Антоновское восстание в период Гражданской войны в России (Реферат) // История России в современной зарубежной науке. Ч. 3: Сборник обзоров и рефератов / [Отв. ред. В. М. Шевырин]. – М.: РАН ИНИОН, 2010. – С. 29–34. – 199 с. – (История России). – ISBN 978-5-248-00513-0.

Примечания

[1] Новикова, 2013.

[2] Landis, 2008, p. xi.

[3] Kocho-Williams, 2009, p. 403.

[4] Sumpf, 2008, p. 736.

[5] Hickey, 2010, p. 797.

[6] Коновалов, 2010, с. 29.

[7] Retish, 2009, pp. 346–347.

[8] Lih, 2009, p. 699.

[9] Вебер, 2014, с. 24.

[10] Siegelbaum, Moch, 2014, p. 202.

[11] Gill, 2009, p. 511.

[12] Retish, 2009, p. 346.

[13] Gill, 2009, p. 510.

[14] Swain, 2009, p. 361.

[15] Katzer, 2011, s. 118.

[16] Коновалов, 2010, с. 34.

[17] Retish, 2009, p. 347.

[18] Sumpf, 2008, pp. 737–738.

[19] Katzer, 2011, s. 119.

[20] Hickey, 2010, p. 796.

[21] Smith, 2017, pp. 252, 420.

[22] Lih, 2009, p. 700.

[23] Swain, 2009, p. 362.

[24] Посалский, 2018, с. [8].

[25] Lonergan, 2009, p. 107.

[26] Swain, 2009, p. 360.

[27] Steinberg, 2008, p. 31.

[28] Steinberg, 2008, p. 30.

[29] Lonergan, 2009, p. 106.

[30] Swain, 2009, pp. 361–362.

[31] Kocho-Williams, 2009, p. 404.

[32] Lonergan, 2009, pp. 105–106.

[33] БРЭ, 2016.
Литература

1. Вебер М. И. Антибольшевистское повстанчество на Урале в годы Гражданской войны : 1918–1919 : диссертация ... кандидата исторических наук : 07.00.02 / [Место защиты: Ин-т истории и археологии УрО РАН]. – Екатеринбург, 2014. – 309 с.

2. Посадский А. В. Зеленое движение в Гражданской войне в России. Крестьянский фронт между красными и белыми. 1918–1922 гг. – Центрполиграф, 2018. – 390 с. – ISBN 978-5-227-07689-2.

3. Тамбовское восстание 1920–21 / Каницев В. В. // Социальное партнёрство – Телевидение. – М. : Большая российская энциклопедия, 2016. – (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осенов ; 2004–2017, т. 31). – ISBN 978-5-85270-368-2.

4. Siegelbaum L. H., Moch L. P. Broad Is My Native Land: Repertoires and Regimes of Migration in Russia's Twentieth Century. – Cornell University Press, 2014. – 416 p. – ISBN 9780801455131. – ISBN 0801455138.

5. Smith S. A. Peasant Wars // Russia in Revolution: An Empire in Crisis, 1890 to 1928. – Oxford University Press, 2017. – 455 p. – ISBN 9780198734826. – ISBN 0198734824.

6. Новикова Л. Г. Э. Ландис. Бандиты и партизаны: Антоновское движение в Гражданской войне в России. Питтсбург: Издательство Питтсбургского университета, 2008. ХХII, 381 с. // Российская история. – 2013. – ISSN 0869-5687.

7. Gill G. Review of Bandits and Partisans: The Antonov Movement in the Russian Civil War (англ.) // The American Historical Review. – 2009. – Vol. 114, iss. 2. – P. 510–511. – doi:10.1086/ahr.114.2.510.

8. Hickey M. C. Review of Bandits and Partisans: The Antonov Movement in the Russian Civil War (англ.) // Journal of Social History. – 2010. – Spring (vol. 43, iss. 3). – P. 796–799. – doi:10.1353/jsh.0.0317.

9. Katzer N. Review of Bandits and Partisans. The Antonov Movement in the Russian Civil War. Pitt Series in Russian and East European Studies (нем.) // Jahrbücher für Geschichte Osteuropas. – 2011. – Bd. 59, H. 1. – S. 118–119. – doi:10.2307/41302744.

10. Kocho-Williams A. Review of Bandits and Partisans: The Antonov Movement in the Russian Civil War (англ.) // History. – 2009. – Vol. 94, iss. 3 (315). – P. 403–404. – doi:10.2307/24429080.

11. Lih L. T. Review of Bandits and Partisans: The Antonov Movement in the Russian Civil War (англ.) // Slavic Review. – 2009. – Vol. 68, iss. 3. – P. 699–700. – doi:10.2307/25621691.

12. Lonergan G. Bandits and Partisans: The Antonov Movement in the Russian Civil War (англ.) // Revolutionary Russia. – 2009. – June (vol. 22, iss. 1). – P. 105–107. – ISSN 0954-6545. – doi:10.1080/09546540902901229.

13. Pereira N. G. O. Review of Bandits and Partisans: The Antonov Movement in the Russian Civil War (англ.) // The Historian. – 2010. – Vol. 72, iss. 3. – P. 696–697. – doi:10.2307/24454975.

14. Retish A. B. Review of Bandits and Partisans: The Antonov Movement in the Russian Civil War (англ.) // The Russian Review. – 2009. – Vol. 68, iss. 2. – P. 346–347. – doi:10.2307/20621020.

15. Steinberg J. W. Bandits and Partisans: The Antonov Movement in the Russian Civil War (англ.) // History: Reviews of New Books. – 2008. – September (vol. 37, iss. 1). – P. 30–31. – ISSN 0361-2759. – doi:10.1080/03612759.2008.10527290.

16. Sumpf A. Review of Bandits and Partisans: The Antonov Movement in the Russian Civil War (фр.) // Cahiers du Monde russe. – 2008. – Vol. 49, livr. 4. – P. 736–738. – doi:10.2307/40930698.

17. Swain G. Review of Bandits and Partisans: The Antonov Movement in the Russian Civil War (англ.) // Europe-Asia Studies. – 2009. – Vol. 61, iss. 2. – P. 360–362. – doi:10.2307/27752234.
Глава 21. «Хлеб и власть в России»

Книга «Хлеб и власть в России, 1914–1921» (англ. *Bread and Authority in Russia, 1914–1921*) была написана профессором политологии Колледжа Уэллси Ларсом Лихом. Она вышла в свет в 1990 году и описывала как продовольственный кризис в Российской империи времён Первой мировой войны, так и аналогичный кризис в РСФСР в период военного коммунизма.

<figure><img src="image_36.png" /><figcaption>Рис. 30. Беженцы времён военного коммунизма.</figcaption></figure>

По мнению автора, обеспечение продовольствием было одной из важнейших задач, стоящих перед всеми правительствами России с 1914 по 1921 год. Целью профессора Лиха было продемонстрировать, как решалась данная проблема и какой эффект она имела на государство и населявших его людей. В частности, автор утверждал, что правительственные чиновники зачастую реагировали на трудности с заготовкой зерна так, что только усиливали военную анархию. Своим действиями они создавали для гражданского населения серьёзную нехватку продовольствия задолго до того, как его запасы были
исчерпаны. В результате, только большевистскому правительству во главе с Лениным удалось создать адекватную систему изъятия зерна у крестьян, что способствовало восстановлению политического авторитета молодого социалистического государства.

Кроме того, Лих утверждал, что переход к НЭПу не привёл к кастерственному изменению продовольственной политики в Советской России. «Амбициозная и провокационная» работа Лиха вызвала различные мнения среди историков. Одни исследователи писали о его труде как о «продуманном», другие — как о «скучном». В 2006 году книга была использована при написании статьи «Военный коммунизм» в Большой российской энциклопедии.

## 21.1. Описание

Дискуссионная монография Ларса Лиха, первоначально представлявшая собой кандидатскую диссертацию, была посвящена продовольственному кризису последних лет Российской империи и первых лет Советской России. Автор рассматривал как процесс политического и социального распада, так и последовавшее за ним период восстановления. Лих также считал, что рассмотренный им семилетний период являлся ключом к пониманию как причин, так и самого хода Русской революции [1-5].

Книга, содержавшая восемнадцать таблиц, семнадцать из которых приходились на заключительную главу, была предназначена для специалистов. Она включала в себя обширный и детальный библиографический список, полезный для широкого круга исследователей российского продовольственного кризиса времён Первой мировой войны и военного коммунизма [6,7].

## 21.2. Критика

Профессор Стэнфордского университета Дороти Аткинсон, обращая внимание на обложку «продуманного» исследования Лиха — с плакатом, содержавшим изображение «костлявой руки голода» — сглашалась, что обеспечение продовольствием было одной из
важнейших задач, стоящих перед всеми правительствами России с 1914 по 1921 год. По её мнению, голод уtrожал как государственным режимам, так и населению, которым они управляли.

Источники и выводы

Аткинсон считала, что цель Лиха в данной книге состояла в том,
чтобы продемонстрировать, как решалась продовольственная про-
блема — проблема, связанная с непрерывным ухудшением ситуации с
доступностью продовольствия — и какой политический эффект она
имела на государство и население [8,9].

Опираясь на архивные источники, монографии, газетные статьи
– включая те из них, что были опубликованы в региональной прессе
– мемуары и литературные произведения, автор сумел предложить по-
следовательный анализ политики поставок продовольствия. Он также
сумел интерпретировать их политическое значение [5,6,10].

Основное внимание в работе уделялось периоду от Февральской
революции до конца 1918 года. Более половины текста было посвя-
щено именно этим двадцати двум месяцам [11,12].

Три правительства России, последовательно сменившие друг
друга в рассматриваемый период – царский режим, Временное прави-
тельство и Советы – столкнулись с единым кризисом продовольствен-
ного снабжения. Сам кризис был вызван нарушением систем транс-
порта и распределения; он также был осложнён изоляцией России от
общемировой экономики. Лихи утверждал, что правительства зачастую
реагировали на проблемы способами, которые только усиливали анар-
хию и создавали для гражданского населения серьёзную нехватку про-
довольствия. Нехватка возникла задолго до того, как фактические за-
пасы провизии были, собственно, полностью исчерпаны [13].

В основе методологии Лиха лежала дилемма английского фило-
софа, одного из основателей современной политической философии
Томаса Гоббса. Речь шла о выборе, с которым сталкиваются люди,
оказавшись перед лицом неустойчивой привычно для них власти. Со-
гласно Гоббсу, люди, обычно обязанные подчиняться государствен-
ной власти, в периоды перехода от одной политической системы к
другой могут выбирать, поддерживать ли одну из систем или пресле-
довать собственные интересы. Постоянная борьба российских
правительства с «мешочничеством» является яркой иллюстрацией дан-
ной фундаментальной философской дилеммы [14].

Выбор, который совершают активные граждане, влияет на баланс
дезинтегративных и централизующих сил. Это и определяет конеч-
ный результат любой революции.

В конкретных реалиях России начала ХХ века Лих видел два воз-
можных (теоретических) решения проблемы продовольственных по-
ставок. Первый, «губернаторский», подход был основан на жёстком
централизованном контроле. В то время как вторая стратегия, метод
«призыва», предполагала привлечение широких масс населения к ре-
шению задачи. У каждой стратегии в те годы были свои сторонники,
но смена расстановки политических сил препятствовала последова-
тельному осуществлению одной из них. Так постоянно менявшаяся
риторика — о которой Лих также предлагал читателям некоторые соб-
ственные проницательные наблюдения — вносила свой дополнитель-
ный вклад в формирование анархии.

В частности, автор отмечал неожиданное появление в выступле-
ниях главы СНК Владимира Ленина термина «крестьянин-середняк»,
который лидер большевиков не использовал ранее [6,15-19].

Кроме того, Лих утверждал, что переход к НЭПу не привёл к ка-
чественному изменению продовольственной политики в большевист-
ской России [3, 10, 20, 21]. Тем самым, по мнению профессора Джона
Чаннона, он «ставил стандартное объяснение с ног на голову и... иг-
норировал другие доказательства» [22].

Все три правительства, которые правили Россией в рассмотрен-
ные годы, начинали с того, что пытались привлечь население к про-
цессу сбора продовольствия. Однако каждое из них вскоре убеждалось
в неэффективности участия общественности. И — в особенности, в
случае царских властей и Советов — в конечном счёте прибегали к
сбору продовольственных налогов. То есть они начинали действовать
через закупки специальными правительственными агентами [23].

Профессор Аткинсон положительно оценила предложенный
Лихом подход к запутанной сети взаимосвязанных и зачастую одно-
временных продовольственных кризисов. Авторский подход состоял
в использовании «некоторого эквивалента разделённого экрана» и по-
добия анимации. Так заключительная глава книги «об испытаниях и
ошибках, кризисе и беспорядке» представляла читателю целый поток
диаграмм и статистических таблиц. В данной главе содержалась вся
262
логика большевистской политики продразверстки на селе – в частно-
сти, и предпосылки этой политики [24].

Вопреки мнению многих исследователей своего времени, Лих не считал данную политику причиной катастрофического падения выпуска сельскохозяйственной продукции. Он аргументированно доказывал, что на снижение выпуска влияли иные факторы: отсутствие промышленных товаров для обмена с селом, нехватка сельскохозяйственной техники и так далее. По мнению Лиха, создание адекватной системы реквизиции зерна способствовало восстановлению политического авторитета государства. И данное достижение вызывало уважение автора книги [6,25-27].

Знакомство с обширной корреспонденцией Народного комиссар-
иата продовольствия РСФСР (Наркомпода) помогало посочувствов-
вать «осаждённым», пусть зачастую и коррумпированным, чиновни-
кам. Чиновники эти находились под непрерывной «бомбардировкой»
телеграммами от многочисленных городских и провинциальных вла-
стей, требовавших себе еды со все более «страдальческими» (англ.
distressful) интонациями [28].

В итоге советская политика продразверстки пошла по «губерна-
торскому» пути. Это означало централизованный контроль, в рамках
которого, по версии Лиха, большевики перешли от политики «при-
влечения населения в революционный крестовый поход к созданию
аппарата, который заслужил бы уважение населения». То есть новые
власти отказались от рабочих продотрядов, передав полномочия чи-
новникам, собиравшим налоги [14].

Большевики осознали, что уверенное применение силы – ис-
пользование инструментов государственного насилия – приводит к
увеличению их поддержки в массах. Перспектива стабильности и по-
рядка была, в обстоятельствах революционной анархии, весьма при-
влекательна для многих. Не восхищаясь взглядами Лиха (и Гоббса) на
человеческую природу, Аткинсон находила «тревожные сходства»
между периодом, обсуждавшимся в «проницательной» книге, и нача-
лом 1990-х годов в Советском Союзе. К аналогиям она относила ин-
тенсивную политическую борьбу, экономическую дезинтеграцию и
широкое распространение проблем продовольственного снабжения
городов бывшего СССР [1,6,7].

«[Книга] представляет собой интересный и своевременный науч-
ный труд об „отступлении“ России от рыночной экономики, который
дает читателям представление о тех трудностях, с которыми сталкивались лидеры России [1990-х годов] в своих усилиях по восстановлению рыночных отношений» [23].

## Скучность и провокационность

Профессор университета Йорка Авнер Оффер отзывался о работе Лиха как о «скучном труде, посвящённом драматической истории». Полагая представленное в книге описание предвоенной продовольственной системы в Российской империи недостаточным, Оффер отмечал избыточную детальность работы в целом. Оффер Оффер также обращал внимание на полное отсутствие в труде Лиха сравнения России с другими странами-участницами Первой мировой войны. Кроме того, в работе недостаточное внимание было уделено крестьянским восстаниям 1920-1921 годов. Автор не обращался ни к Тамбовскому восстанию, ни к Западно-Сибирскому восстанию того же периода. В качестве достоинств книги Оффером отмечалась последняя глава и широкая библиография [29-32].

«Как для самого продовольственного кризиса, так и для революционного периода в целом, Лиха вводит ряд полезных конструкций, которые выходят за рамки привычных и комфортных историографических аргументов.» [14]

Профессор Бертран Патенауде отзывался о книге Лиха как об амбициозном и провокационном исследовании революционного периода в истории российского государства. Подробный анализ периода с 1914 по 1917 год был основан на авторском разборе — в основном с использованием документов архива Министерства сельского хозяйства СССР — ряда сложных вопросов, обсуждавшихся чиновниками того времени. Лил отметился умением интерпретировать и представлять читателю свои архивные находки [33].

В своей книге он показывал, как менялся стиль дискуссии о продовольственной политике в среде большевиков. Изначальное отношение к продразёрстке как к временному займу, необходимому для победы над белогвардейцами, сменилось на представление об обязанности крестьян по отношению к социалистическому государству. Впоследствии подобное отношение продолжилось в среде сторонников насильственной коллективизации в СССР [5,15,34,35].
Через два неполных десятилетия после своего выхода из печати, в 2006 году, книга «Хлеб и власть в России» была использована профессором Людмилой Новиковой при написании её статьи «Военный коммунизм» в Большой российской энциклопедии [36].

## Издания

По состоянию на 2017 год книга Лиха на русский язык не переводилась:

• Lih L. T. Bread and authority in Russia: food supply and revolutionary politics, 1914–1921 / Ph. D. dissertation. – Princeton University, 1984. – x, 551 p.

• Lih L. T. The Bolshevik sowing committees of 1920: apotheosis of war communism?. – University of Pittsburgh Center for Russian and East European Studies, 1990. – 50 p. – (Carl Beck papers in Russian and East European studies, Vol. 803).

• Lih L. T. Bread and Authority in Russia, 1914–1921. – Berkeley: University of California Press, 1990. – 303 p. – (Studies on the history of society and culture, Vol. 10; University of California Press eScholarship editions). – ISBN 9780520065840. – ISBN 0520065840.

## Примечания

[1] Offer, 1992, p. 442.

[2] Rosenberg, 1987, p. 712.

[3] Smele, 2006, p. 921.

[4] Hickey, 2005, p. 311.

[5] Lavery, 1991, p. 175.

[6] Atkinson, 1991, p. 1583.

[7] Lavery, 1991, p. 176.

[8] Wade, 2004, p. 241.

[9] Wade, 2005, p. 317.

[10] Fraunholtz, 1991, p. 227.

[11] Häfner, 1991, s. 280–281.

[12] Schmidt, 1995, s. 283.

[13] Manning, 1992, p. 367.

[14] Borrero, 1994, p. 1170.

[15] Patenaude, 1992, p. 634.

[16] Offer, 1992, p. 441.

[17] Häfner, 1991, s. 281–282.

[18] Channon, 1992, p. 135.

[19] Lavery, 1991, pp. 175–176.

[20] Perrie, 1990, pp. 217–225.

[21] Patenaude, 1992, p. 635.

[22] Channon, 1992, pp. 133–134.

[23] Manning, 1992, p. 368.

[24] Брентон, 2017, с. [401].

[25] Fraunholtz, 1991, p. 226.

[26] Channon, 1992, p. 134.

[27] Himmer, 1994, p. 520.

[28] Borrero, 1994, pp. 1170–1171.

[29] Fraunholtz, 1991, pp. 227–228.

[30] Smele, Experiencing, 2006, p. 119.

[31] Offer, 1992, pp. 441–442.

[32] Borrero, 1994, p. 1171.

[33] Patenaude, 1992, p. 633.

[34] Channon, 1992, pp. 134–135.

[35] Twiss, 2015, pp. 201–202, 215, 229.

[36] БРЭ, 2006.
## Литература

1. Брентон Э. Историческая неизбежность? Ключевые события Русской революции = Historically Inevitable?: Turning Points of the Russian Revolution. – М.: Альпина Паблишер, 2017. – 421 с. – ISBN 9785961449044. – ISBN 978-5-91671-757-0.

2. Военный коммунизм / Новикова А. Г. // Великий князь – Восходящий узел орбиты. – М. : Большая российская энциклопедия, 2006. – (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004–2017, т. 5). – ISBN 5-85270-334-6.

3. Smele J. D. The Russian Revolution and Civil War 1917-1921: An Annotated Bibliography. – London: A&C Black, 2006. – 656 p. – ISBN 9781441119926.

4. Twiss T. M. Trotsky and the Problem of Soviet Bureaucracy. – Chicago: Haymarket Books, 2015. – 502 p. – (Historical Materialism Book Series, ISSN 1570-1522, Vol. 67). – ISBN 9781608464784. – ISBN 1608464784.

5. Wade R. A. Revolutionary Russia: New Approaches to the Russian Revolution of 1917. – London: Routledge, 2004. – 312 p. – ISBN 9781134397631.

6. Wade R. A. The Russian Revolution, 1917. – Cambridge: Cambridge University Press, 2005. – 376 p. – ISBN 9780521841559.

7. Andreyev C. Review of Bread and Authority in Russia, 1914–1921 (англ.) // The English Historical Review. – 1994. – Vol. 109, iss. 431. – P. 518–519. doi:10.2307/574173.

8. Atkinson D. Review of Bread and Authority in Russia, 1914–1921 (англ.) // The American Historical Review. – 1991. – Vol. 96, iss. 5. – P. 1583. doi:10.2307/2165392.

9. Borrero M. Review of Bread and Authority in Russia, 1914–1921 (англ.) // Slavic Review. – 1994. – Vol. 53, iss. 4. – P. 1169–1171. doi:10.2307/2500893.

10. Channon J. From Muzhik to Kolkhoznik: Some Recent Western and Soviet Studies of Peasants in Late Imperial and Early Soviet Russia (англ.) // The Slavonic and East European Review / Ben Eklof, Stephen P. Frank, Esther Kingston-Mann, Timothy Mixter, Christine D. Worobec, Lars T. Lih, Orlando Figes, V. V. Kabanov, Stephan Merl. – 1992. – Vol. 70, iss. 1. – P. 127–139. doi:10.2307/4210868.

11. Fraunholtz P. Review of Bread and Authority in Russia, 1914–1921 (англ.) // Harvard Ukrainian Studies. – 1991. – Vol. 15, iss. 1/2. – P. 226–228. doi:10.2307/41036423.

12. Häfner L. Review of Bread and Authority in Russia, 1914–1921. Studies on the History of Society and Culture, Band 10 (нем.) // Jahrbücher für Geschichte Osteuropas. – 1991. – Bd. 39, H. 2. – S. 280–283. doi:10.2307/41048603.

13. Hickey M. C. Joshua A. Sanborn. Drafting the Russian Nation: Military Conscription, Total War, and Mass Politics, 1905–1925. DeKalb: Northern Illinois University Press, 2003. x, 278 pp. $40.00. (англ.) // Canadian-American Slavic Studies. – 2005. – Vol. 39, iss. 2–3. – P. 309–311. ISSN 2210-2396. doi:10.1163/221023905x00295.

14. Himmer R. The Transition from War Communism to the New Economic Policy: An Analysis of Stalin's Views (англ.) // The Russian Review. – 1994. – Vol. 53, iss. 4. – P. 515–529. doi:10.2307/130963.

15. Lavery W. J. Bread and Authority in Russia, 1914–1921 (англ.) // History: Reviews of New Books. – 1991. – April (vol. 19, iss. 4). – P. 175–176. ISSN 0361-2759. doi:10.1080/03612759.1991.9949380.

16. Manning R. T. Review of Bread and Authority in Russia, 1914–1921 (англ.) // Agricultural History. – 1992. – Vol. 66, iss. 2. – P. 367–368. doi:10.2307/3743869.

17. Tutino J. M. Review of Communities of Grain: Rural Rebellion in Comparative Perspective (англ.) // Agricultural History. – 1992. – Vol. 66, iss. 2. – P. 365–367. doi:10.2307/3743868.

18. Offer A. Review of Bread and Authority in Russia, 1914–1921 (англ.) // The Economic History Review. – 1992. – Vol. 45, iss. 2. – P. 441–442. doi:10.2307/2597659.

19. Patenaude B. M. Review of Bread and Authority in Russia, 1914–1921 (англ.) // The Journal of Modern History. – 1992. – Vol. 64, iss. 3. – P. 633–635. doi:10.2307/2124627.
20. Patenaude B. M. Bread and Authority in Russia, 1914–1921. Lars T. Lih, Victoria E. Bonnell, Lynn Hunt (АНГА.) // The Journal of Modern History. – 1992. – September (vol. 64, iss. 3). – P. 633–635. – ISSN 0022-2801. – doi:10.1086/244544.

21. Perrie M.. Food Supply in a Time of Troubles: Grain Procurement and the Russian Revolution (АНГА.) // Peasant Studies / University of Utah; University of Pittsburgh, Dept. of History. – 1990. – Vol. 17, iss. 3. – P. 217–225. – ISSN 0149-1547.

22. Rosenberg W. G. Review of The Economic Organization of War Communism, 1918–1921 (АНГА.) // The American Historical Review. – 1987. – Vol. 92, iss. 3. – P. 712–713. – doi:10.2307/1870016.

23. Schmidt Ch. Review of Bread and Justice. State and Society in Petrograd 1917–1922 (АНГА.) // Jahrbücher für Geschichte Osteuropas. – 1995. – Vol. 43, iss. 2. – P. 282–283. – doi:10.2307/41052951.

24. Smele J. D. Review of Experiencing Russia's Civil War: Politics, Society and Revolutionary Culture in Saratov, 1917–1922, ; The Big Show in Bololand: The American Relief Expedition to Soviet Russia in the Famine of 1921 (АНГА.) // Social History. – 2006. – Vol. 31, iss. 1. – P. 118–121. – doi:10.2307/4287315.
Глава 22. «Экономическая организация военного коммунизма»

Книга «Экономическая организация военного коммунизма, 1918–1921» (англ. *The Economic Organization of War Communism, 1918–1921*) была написана профессором экономики Сильваной Малле, работавшей в Веронском университете. Работа, вышедшая из печати в 1985 году, описывала историю экономической организации Советской России в период военного коммунизма.

<figure><img src="image_37.png" /><figcaption>Рис. 31. Распределение топлива в годы военного коммунизма.</figcaption></figure>

В работе рассматривались партийные программы и заявления советских лидеров. Программы и заявления сравнивались с практическими результатами в области национализации промышленности и банков, управления предприятиями, планирования и закупки продовольствия. Отдельной главой рассматривалось военное снабжение и организация оборонной промышленности.
Обширная библиография позволяла рассматривать книгу как энциклопедию экономической жизни в РСФСР времён Гражданской войны. Работа была использована при написании статьи «Военный коммунизм» в Большой российской энциклопедии.

## 22.1. Описание

В книге профессора экономики Веронского университета Сильваны Малле «Экономическая организация военного коммунизма 1918–1921» – впервые опубликованной в 1985 году в рамках серии «Кембриджские исследования России, СССР и постсоветского пространства» (англ. *Cambridge Russian, Soviet and Post-Soviet Studies*) Кембриджского университета – рассматривались истоки, развитие и причины отмены первой экономической системы, принятой большевиками в Советской России после их прихода к власти.

Партийные программы и заявления советских лидеров сравнивались с практическими результатами в области национализации промышленности и банков, в сфере управления промышленными предприятиями, а также – в области планирования и организации закупок продовольствия. Отдельная, последняя девятая, глава рассматривала военное снабжение и организация оборонной промышленности в РСФСР в период Гражданской войны [1-3].

«...в книге рассматривается экономическая ситуация с производством и распределением с учётом существовавших предпосылок для преобразования экономической системы, причины и качество системы принятия решений в каждой области, а также их результаты... Институциональные инновации, анализ которых является основной задачей книги, интерпретируются не только с эмпирической точки зрения, но и как ментальные структуры. Путь к инновациям анализируется с использованием данных об основных особенностях советской национализации, управления, финансовой политики, промышленной организации, планирования и политики в сфере приобретения продуктов питания.» [4]
## 22.2. Критика

### Основные вопросы

Профессор из Университета Мичигана Уильям Розенберг считал, что исследование экономической политики и институтов большевиков во время Гражданской войны, предпринятое Сильваной Малле, явилось важным шагом на пути к пониманию основ советской системы. Сравнивая работу Малле с исследованием Ларса Лиха (см. предыдущую главу), Розенберг отмечал, что «Экономическая организация...» была сфокусирована на отдельной теме – но при этом не упускала из виду и более широкие вопросы.

Розенберг видел два основных вопроса в исследовании Малле. Первый вопрос относился к степени, в которой военный коммунизм сформировался социально-экономическим контекстом, а не марксистской идеологией – вопрос, который задавал ещё американский историк Уильям Чемберлин за полвека до этого. Второй вопрос затрагивал соотношение между формальным законодательством и его фактической реализацией на территории Советской России. В книге не содержалось «однозначных» (англ. *singular*) ответов ни на один из столь широких историко-философских вопросов.

Так в некоторых областях экономической политики и управления – таких как национализация промышленности и управление ею – Малле считала контекст важнее идеологических рецептов. В других случаях, особенно в вопросах закупок продовольствия и регулирования торговли, «весы склонялись» в сторону идеологии. В частности, контроль над торговлей, имевший в рамках марксизма «мощные теоретические основы», частично всё же являлся результатом практических соображений. В тот период многие советские лидеры полагали, что в РСФСР было необходимо принять самые решительные меры против спекуляций и черных рынков – этих неизбежных следствий острейшей нехватки как продовольствия, так и товаров в целом [5-7].

«Формы борьбы [сельской буржуазии против пролетарского государства]: мешочничество и спекуляция против государственной заготовки хлеба...» [8,9]
Розенберг также отмечал тщательность анализа профессором Малле советских данных, многие из которых были труднодоступны за-падным исследователям в 1980-е годы. Он также отмечал тот факт, что автор отказалась давать краткое определение самому понятию «воен-ный коммунизм». Она отдала предпочтения тому взгляду, что «воен-ный коммунизм» являлся периодом времени, характеризовавшимся определённым набором политических институтов, направленных на централизованный контроль как над производством, так и над распре-делением. Малле не видела в «военном коммунизме» набора «явных» (англ. explicit) политических мер [6].

Профессор экономики Университета Глазго Александр Новаков-ский (Ноув, англ. Alec Nove), называя книгу первоклассной и прекрасно документированной, отмечал детальность, с которой Малле передала драматический период в истории ХХ века. По его мнению, автору уда-лось отследить те шаги, с помощью которых большевики стремились планировать и контролировать российскую экономику в условиях нарастающего хаоса и Гражданской войны. Новаковский считал ос-новным вопросом «Экономической организации...» вопрос о причи-нах, двигавших сторонников Владимира Ленина в сторону военного коммунизма. Объяснялась ли их политика, главным образом, «идеоло-гическим рвением» или, прежде всего, являлась ответом на чрезвычай-ную экономическую ситуацию в стране? То есть, идеология или праг-матизм двигали тогда наркомами [10-13]?

Новаковский соглашался с Малле, которая видела в мероприятиях военного коммунизма действие обеих причин – часто усиливавших друг друга. В частности, по мнению Новаковского, марксистская идео-логия предписывала товарный обмен (некоторую форму бартера) про-дуктов питания на промышленные товары. Но именно чрезвычайное положение военного времени превратило бартер в фактическую кон-фиссацию зерна у российских крестьян [14-17].

Новаковский также отмечал, что идеи и решения Ленина полу-чили впоследствии наибольшую известность. При том, что Малле справедливо подчеркивала, что другие большевики в тот период иг-рали важную и независимую роль – иногда открыто конфликтуя с гла-вой Совнаркома. Кроме того, провинциальные партийные чиновники могли (и часто шли) своим путём, попросту игнорируя приказы и рас-поряжения, поступавшие к ним из центра.
В качестве «незначительной критики» профессор Новаковский писал о необоснованности того освещения, которое в книге получил лично Николай Бухарин за свои суждения о роли принуждения в строительстве социализма. По мнению британского профессора, в тот период подобные суждения разделяли практически все члены большевистской партии, а не только Бухарин [18].

К особым достоинствам книги Новаковский отнес её заключительную главу, в которой Малле удалось творчески и умело представить целый ряд крайне сложных для восприятия идей. В частности, автору удалось обосновать мнение Николая Бердяева, что «мессианские программы» Ленина оказались в обстоятельствах 1917 года более «уместными», чем «либеральный реформизм», казавшийся в те годы утопическим. Но со временем «...нагота утопии должна была быть прикрыта с помощью импровизации и беспринципности правительства, у которого не было способных управленцев, материальных средств и конкретного проекта.» [18-20]

## Источники

Профессор Томас Ремингтон – отмечая, что прогресс в исследованиях по социальной истории России пробудил интерес к раннему периоду советской истории – писал, что книга Малле все же оставалась в рамках традиционного подхода в исторических исследованиях. Подход этот предполагал изучения политики и её результатов, а также – потенциальных экономических альтернатив.

По мнению Ремингтона, «Экономическая организация...» являлась на 1987 год наиболее исчерпывающим исследованием советской экономической политики времён военного коммунизма. Он также отмечал, что только более широкий доступ западных учёных к советским архивам мог изменить подобную ситуацию [2].

Также отмечая отказ Малле от определения «военного коммунизма», Ремингтон видел в данных, представленных в книге, вполне стабильную «прото-идеологию» (англ. *proto-ideology*) управления. Особенно чётко сформировавшись в конце описываемого периода, она заключалась в «милитаризованной культуре» (англ. *militarized culture*) принятия решений. В рамках такой культуры экономические цели рассматривались полностью аналогично военным, в «накопленной за
годы неимоверно тяжелой войны привычке к чрезвычайным мерам для преодоления трудностей» [21].

К недостаткам книги Ремингтон относил недостаточную глубину обсуждения ряда вопросов. В частности, он бы хотел узнать больше об интересной для него истории взаимоотношений между рабочими и государственным контролем на первых советских заводах. Его также интересовали детали теоретической дискуссии о системе экономического планирования в РСФСР [3, 19, 22, 23].

Лауреат стипендии Гуггенхайма, американский профессор Брюс Линкольн отмечал в качестве вопросов, которые с начала 1920-х годов волновали и разделяли историков – часто стоявших на тех или иных идеологических позициях – также и вопрос о роли дореволюционной экономики в формировании системы «военного коммунизма». Кроме того, Линкольн задавал вопрос о роли лично ленинского взгляда на будущий курс РСФСР в формировании политики страны.

При этом Линкольн писал о книге Малле как о редком исключении из идеологизированных дебатов. По его мнению, «Экономическая организация...» «мастерски и всесторонне» исследовала как мотивацию советских лидеров при принятии экономических решений, так и саму быстроменяющуюся экономическую среду, «давившую» на большевиков. То есть, Малле проанализировала огромное количество разнообразных и сложных источников с такой степенью тщательности и продуманности, которая не была характерна ни для одной из предыдущих работ по теме [23-25].

## Книга как энциклопедия экономической жизни

О сложности темы книги писал и профессор Университета штата Орегон Уильям Хазбенд. Он называл объяснение эволюции ранней советской экономической политики, данное Малле, «замысловатым» (англ. *intricate*). В то же время Хазбенд предполагал, что работа станет «незаменимом источником при изучении военного коммунизма» как такового. Работа Малле снабжала следующее поколении исследователей весьма богатой фактической информацией о положении дел в раннем РСФСР [26,27].

Хазбенд был особенно впечатлён описанием различных методов финансирования советской промышленности, содержавшим подробности о работе Высшего совета народного хозяйства. Ряд деталей был
недоступен ранее даже в специализированном классическом двухтомнике советского академика Анатолия Венедиктова [28].

К недостаткам работы Хазбенд относил её сфокусированность на центральных советских учреждениях, которую он связывал с тем, что Малле не имела возможности собирать материалы непосредственно в СССР и, в результате, её рассмотрение местных органов базировалось на точке зрения «центра». Во многом, на данных газет «Народное хозяйство» и «Экономическая жизнь» был построен весь исторический нарратив. Как следствие, книга отчасти упускала из виду те местные инициативы, которые – несмотря на наличие «на бумаге» формальных механизмов и иерархии – всё же фактически применялись в организации советской промышленности [5].

Профессор Ларс Лих, назвывая книгу амбициозной, также писал об отсутствии в ней последовательной интерпретации (англ. *coherent interpretation*) самого термина «военный коммунизм». По его мнению, в зависимости от контекста он употреблялся автором как исторический период, экономическая политика или даже как «большевистское мируощущение» (англ. *Bolshevik attitudes*) [29].

Пытаясь сформулировать, что же в целом имела в виду Малле под данным термином, Лих полагал, что речь в книге шла о совокупности «негативных аспектов большевистской экономической политики». Целью работы, таким образом, становился ответ на вопрос, что пошло не так, и почему? При наличии тринадцати страниц с 1852 ссылками на шести языках и 78 (или 66) таблиц, «деловитая» (англ. *businesslike*) книга рассматривалась Лихом как энциклопедия экономической жизни времён Гражданской войны. Он также отмечал, что в монографии встречались и «досадные» ошибки [19,30,31]: «...Книга Малле значительно меньше, чем сумма её частей, при том, что части сами по себе являются важным вкладом.»

В 2006 году книга «Экономическая организация военного коммунизма» была использована профессором МГУ Людмилой Новиковой при написании её статьи «Военный коммунизм» в Большой российской энциклопедии [32].
## Издания

• Malle S. The war communism economic organization, 1918–1921 / Ph. D. dissertation. – Berkeley: University of California, 1979. – 717 p.

• Malle S. The Economic Organization of War Communism 1918–1921. – Cambridge University Press, 1985. – xv, 548 p. – (Cambridge Russian, Soviet and Post-Soviet Studies, Vol. 47). – ISBN 9780521302920. – ISBN 0521302927.

• Malle S. The Economic Organization of War Communism 1918–1921. – reprint. – Cambridge University Press, 2002. – 568 p. – (Cambridge Russian, Soviet and Post-Soviet Studies, Vol. 47). – ISBN 9780521527033. – ISBN 0521527031.

## Примечания

[1] Cambridge University Press, 2009.

[2] Remington, 1987, p. 138.

[3] Gatrell, 1987, p. 385.

[4] Malle, 2002, p. 25.

[5] Husband, 1987, p. 158.

[6] Rosenberg, 1987, p. 712.

[7] Burkett, 1987, p. 1861.

[8] Ленин В. И., ПСС, 1967, Т. 39, с. 274.

[9] Поляков, 1967, с. 9.

[10] Borrero, 2003, p. 8.

[11] Figes, 1989, p. 247.

[12] Boettke, 2000, p. 56.

[13] Boettke, 1988, p. 178.

[14] Davis, Charemza, 2012, p. 5.

[15] Nove, 1987, p. 483.

[16] Lavoie, 1987, p. 599.

[17] Gatrell, 1987, p. 384.

[18] Nove, 1987, p. 484.

[19] Gregory, 1989, p. 95.

[20] Malle, 2002, p. 496.

[21] Поляков, 1967, с. 226.

[22] Remington, 1987, p. 139.

[23] Lincoln, 1987, p. 307.

[24] Koenker, Rosenberg, 1989, p. 430.

[25] Lincoln, 1987, p. 306.

[26] Gatrell, 1987, p. 386.

[27] Gregory, 1989, p. 96.

[28] Венедиктов, 1957–1961.

[29] Lih, 1987, p. 455.

[30] Burkett, 1987, p. 1863.

[31] Lih, 1987, p. 456.

[32] БРЭ, 2006.

## Литература

1. Венедиктов А. В. Организация государственной промышленности в СССР : В 2-х т. – Л.: Изда-во Ленингр. ун-та, 1957–1961.

2. Военный коммунизм / Новикова А. Г. // Великий князь – Восходящий узел орбиты. – М. : Большая российская энциклопедия, 2006. – (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004–2017, т. 5). – ISBN 5-85270-334-6.

3. Ленин В. И. Полное собрание сочинений. – 5-е изд. – М.: Политиздат, 1967.

4. Поляков Ю. А. Переход к нэпу и советское крестьянство. – М.: Наука, 1967. – 519 с. – 2500 экз.
5. Boettke P. J. The Meaning of the First Decade of Soviet Socialism // Socialism and the Market: The Socialist Calculation Debate Revisited. – Psychology Press, 2000. – xxi, 246 p. – (Routledge Library of 20th Century Economics). – ISBN 9780415195867. – ISBN 0415195861.

6. Borrero M. Hungry Moscow: Scarcity and Urban Society in the Russian Civil War, 1917–1921. – Peter Lang, 2003. – 228 p. – (Studies in modern European history, ISSN 0893-6897, Vol. 41). – ISBN 9780820449753. – ISBN 082044975X.

7. Davis C. M., Charemza W. Introduction // Models of Disequilibrium and Shortage in Centrally Planned Economies / eds. C. M. Davis, W. Charemza. – Springer, 2012. – 520 p. – (International Studies in Economic Modelling). – ISBN 9789400908239. – ISBN 9400908237.

8. Figes O. G. Peasant Russia, Civil War: The Volga Countryside in Revolution, 1917–1921. – Clarendon Press, 1989. – 401 p. – (Clarendon paperbacks). – ISBN 9780198228981. – ISBN 0198228988.

9. Koenker D. P., Rosenberg W. G., Suny R. G. Party, state, and society in the Russian Civil War: explorations in social history. – Indiana University Press, 1989. – 450 p. – (Indiana-Michigan series in Russian and East European studies). – ISBN 9780253332622. – ISBN 0253332621.

10. Boettke P. J. The Soviet experiment with pure communism (АНГА.) // Critical Review. – 1988. – September (vol. 2, iss. 4). – P. 149–182. – ISSN 0891-3811. – doi:10.1080/08913818808459545.

11. Burkett J. P. Review of The Economic Organization of War Communism, 1918–1921 (АНГА.) // Journal of Economic Literature. – 1987. – Vol. 25, iss. 4. – P. 1861–1863. – doi:10.2307/2726455.

12. Gatrell P. Reviews : Silvana Malle, The Economic Organization of War Communism, 1918-1921, Cambridge, Cambridge University Press, 1985; xv + 548pp; £30.00 (АНГА.) // European History Quarterly. – 1987. – July (vol. 17, iss. 3). – P. 384–386. – ISSN 0265-6914. – doi:10.1177/026569148701700312.

13. Gregory P. R. Review of The Economic Organization of War Communism 1918–1921 (АНГА.) // Russian History. – 1989. – Vol. 16, iss. 1. – P. 95–96. – doi:10.2307/24657681.

14. Husband W. B. Review of The Economic Organization of War Communism, 1918–1921 (АНГА.) // Slavic Review. – 1987. – Vol. 46, iss. 1. – P. 158. – doi:10.2307/2498651.

15. Lavoie D. C. The accounting of interpretations and the interpretation of accounts: The communicative function of “the language of business” (АНГА.) // Accounting, Organizations and Society. – 1987. – Vol. 12, iss. 6. – P. 579–604. – doi:10.1016/0361-3682(87)90010-9.

16. Lih L. T. Review of The Economic Organization of War Communism 1918–1921 (АНГА.) // The Russian Review. – 1987. – Vol. 46, iss. 4. – P. 455–456. – doi:10.2307/130310.

17. Lincoln W. B. Review of The Economic Organization of War Communism, 1918–1921 (АНГА.) // Canadian Slavonic Papers / Revue Canadienne des Slavistes. – 1987. – Vol. 29, iss. 2/3. – P. 306–307. – doi:10.2307/40868766.

18. Nove A. Review of The Economic Organization of War Communism, 1918–21 (АНГА.) // The Economic History Review. – 1987. – Vol. 40, iss. 3. – P. 483–484. – doi:10.2307/2596279.

19. Remington T. F. Review of The Economic Organization of War Communism, 1918–1921 (АНГА.) // Soviet Studies. – 1987. – Vol. 39, iss. 1. – P. 138–139. – doi:10.2307/151443.

20. Rosenberg W. G. Review of The Economic Organization of War Communism, 1918–1921 (АНГА.) // The American Historical Review. – 1987. – Vol. 92, iss. 3. – P. 712–713. – doi:10.2307/1870016.

21. Economic organization war communism 1918–1921 (АНГА.). Cambridge University Press: Academic, History, Twentieth century European history (2009). Дата обращения: 27 августа 2017.
Вместо заключения

Гражданская война с её непременными спутниками, голодом и разрухой, остаётся необъятной темой для исследований. Каждый её эпизод — Брест, Тамбов, Кронштадт, ... — требует к себе крайне бережного отношения. Любому автору, берущемуся за перо, легко сбиться в терминологию вроде «развал страны» или «освобождение народов».

В Брест-Литовске, в период «заката империй», представители трёх оставшихся после краха дома Романовых имперских династий вступили в трехмесячную словесную дуэль с представителями первого в истории коммунистического государства. Дуэль эта была открыта для пристального внимания всего мирового сообщества, став первым примером публичного столкновения идеологий. Этому столкновению суждено было доминировать в политике и экономике всего ХХ века.

Как отмечал Борислав Чернев, «два совершенно разных мира встретились в полусгоревшей крепости Брест-Литовска в декабре 1917 года». Окрыленные успехом в результате недавнего революционного захвата власти в Петрограде, профессиональные революционеры из ВКП(б) стремились использовать первые в истории международных отношений открытые мирные переговоры для распространения про-летарской революции по всему миру.

Напротив, традиционные дипломаты Центральных держав стре-мились приспособиться к краху Российской империи и сдержать рас-пространение революции на запад. В свете этих взаимоисключающих целей Брестская конференция стала местом для широкомасштабной полемики, центром которой стала новая для своего времени концеп-ция «самоопределения народов».

И вопрос о самоопределении «недержавных наций» был подхва-чен самыми разными силами в годы Гражданской войны. Перспектива строительства собственного государства одновременно прельщала и отталкивала многих. Вопрос не будет решён и после Второй мировой войны — он останется открытым до самого конца века. Таким образом, оттолоски Брестского мира слышны нам и сегодня.
Об авторе и редакторе

**БАЛАБИН Роман Михайлович** – российский и швейцарский химик-аналитик и журналист, кандидат технических наук. Медалист московского Лицея №1533 (ЛИТ); в 2008 году окончил РГУНГ, областатель стипендии имени Губкина (2006, 2007) и стипендии имени Топчиева (2004, 2005), стипендиат Правительства РФ (2007), был номинирован университетом на медаль РАН (2004). Работал в Гейдельбергском и Гёттингенском университетах в Германии, являлся научным сотрудником в Базельском университете и Швейцарской высшей технической школе Цюриха (ETH Zurich). Автор более 60 научных работ по физической и аналитической химии, в том числе статей в журналах «Angewandte Chemie», РССР и «Analytical Chemistry». Специализируется в вибрационной спектроскопии, масс-спектрометрии и квантовой химии. В 2012 году основал и стал первым директором IT-компании «Brainware Analytics» в технопарке Цюриха. Сотрудничает с рядом российских и зарубежных изданий, включая «Наша Газета.ch» и портал «Деловая Швейцария», пишет научно-популярные статьи по российской и зарубежной истории первой половины ХХ века.

**ГРИГОРЬЕВ Олег Вадимович** – советский и российский экономист, государственный советник 1-го класса, руководитель «Научно-исследовательского центра Олега Григорьева „Неокономика“». В 1982 году окончил экономический факультет МГУ по специальности экономическая кибернетика, до 1989 года являлся научным сотрудником ЦЭМИ АН СССР. Советник в Верховном совете России и сотрудник экспертного института РСПП. С 1994 по 1997 год работал заместителем руководителя аппарата комитета по экономической политике Государственной Думы, откуда перешел на пост начальника отдела в экономическом управлении Президента РФ; замдиректора РИРВА. Выступает экспертом для целого ряда российских компаний и СМИ, включая газету «Бизнес Online», агентство ТАСС, газеты «Московский комсомолец», «Вечерняя Москва», «Известия» и журнал «Эксперт». Автор монографии «Эпоха роста» (2014).

з.д.н., д.х.н., проф. И. М. Колесников
РГУНГ, Москва, 2018
Библиография

1. Григорьев О. В. Эпоха роста. Аекции по неокономике. Расцвет и упадок мировой экономической системы. – М.: Карьера Пресс, 2014. – 436 с. – ISBN 978-5-00074-026-2.

2. Григорьев О. Эпоха на растека. Аекции по неокономика : [болг.] / превод от руски: Митко Хитов. – София : Изток-Запад, 2016. – 480 с. – ISBN 978-619-152-834-9.

3. Политик и общество : [ сборник] / Независимый институт социально-исторических проблем на базе исторического факультета МГУ им. М. Ломоносова ; редакционная коллегия: Корецкий В. А. – М.: Независимый ин-т социально-исторических проблем, 1995. – 259 с.

4. Набатов А. Олег Григорьев: «Пора понять, что экономический рост ником не га-ратирован» // Деловой Омск : газета / ред. Ст. Жоглик. – 2015. – 17 марта (№ 10 (063)).

5. Черных Е. Экономист Олег Григорьев: «Власти должны честно и прямо объяснить: наступают тяжелые времена!» // Комсомольская правда : газета. – 2008. – 19 декабря.

6. Григорьев О. В. Хрупкая экономика России // Ростовское информационное агентство «ДонИнформБюро» / ред. Елена Романова. – 2014. – 18 декабря.

7. Байдавлетова А. Евро топит французов // Газета.ru. – 2013. – 11 ноября.

8. Береснев В. Олег Григорьев: «Неизбежна политическая борьба – какую норму для „тощих лет“ принять» // Бизнес Online. – 2016. – 11 января.

9. Колебакина-Усманова Е. Олег Григорьев: «Во власти паника... Меня потрясает, как у них развязались языки» // Бизнес Online. – 2018. – 24 августа.

10. Представяне на книгата „Эпоха на растека. Аекции по неокономика“ на руския ико-номист Олег Григорисев (болг.) // Университет национального и мирового хозяйства. – Со-фия, 2016. – 11 май.

11. Балабин Р. М. Миграционный кризис как прелюдия к «Хрустальной ночи» // Наша Газета. – Женева, 2016. – 10 марта.

12. Балабин Р. М. Академию естественных наук Швейцарии возглавит Марсель Таннер // Деловая Швейцария. – Аргау, 2016. – 13 февраля.

13. Балабин Р. М. Что такое «социальный банкинг» // Деловая Швейцария. – Аргау, 2016. – 2 февраля.

14. Балабин Р. М. Высшая технологическая школа Цюриха выпустила рекордное коли-чество спин-оффов // Деловая Швейцария. – Аргау, 2016. – 16 января.

15. Балабин Р. М. Сочи обогнал Цюрих в «гонке аэропортов» // Деловая Швейцария. – Аргау, 2016. – 10 марта.

16. Балабин Р. М. Непогода в Швейцарии нанесла рекордные убытки // Деловая Швейцария. – Аргау, 2016. – 23 марта.

17. Балабин Р. М. Швейцарские университеты «заклинают» Реджепа Эрдогана // Наша Газета. – Женева, 2016. – 4 марта.

18. Балабин Р. М. Коррупция в армии и военно-промышленном комплексе Швейцарии: мнение Transparency International // Наша Газета. – Женева, 2016. – 19 января.

19. Балабин Р. М. Две компании из Швейцарии и одиннадцать из России – в сотне крупнейших производителей оружия в мире // Наша Газета. – Женева, 2016. – 11 января.

20. Балабин Р. М. Торренты в Швейцарии // Наша Газета. – Женева, 2016. – 6 мая.

21. Царев А. В. Оптимизация эксплуатационных и экологических свойств спирто-бен-зиновых топлив под действием микроволновой обработки / А. В. Царев, Р. М. Балабин, С. А. Карпов, Р. З. Сюняев // Альтернативная энергетика и экология. – 2007. – № 8(52). – С. 69–74.

22. Балабин Р. М. Возможности современных математических методов при обработке спектральных данных: бензиновые фракции // Современные информационные технологии. – 2005. – № 1. – С. 139–144.
23. Балабин Р. М. Возможности современных математических методов при обработке электральных данных: линейных аликвензолсульфокислоты // Современные информационные технологии. – 2005. – № 1. – С. 147–151.

24. Балабин Р. М., Сюняев Р. 3. Построение кривой стеклования нефти по данным диэлектрической спектроскопии // XIII Всероссийская конференция «Структура и динамика молекулярных систем. Яльчик 2006». – Уфа: ИФМК УНЦ РАН, 2006. – С. 57–60.

25. Балабин Р. М., Сюняев Р. 3. Анализ влияния термодинамических параметров на проводимость и вязкость нефти // XIII Всероссийская конференция «Структура и динамика молекулярных систем. Яльчик 2006». – Уфа: ИФМК УНЦ РАН, 2006. – С. 61–63.

26. Балабин Р. М. Создание экспресс-метода анализа показателей качества индустриального масла на основе многомерного анализа спектральных данных // Достижения ученых XXI века: Тезисы докладов международной конференции, Тамбов, 2005. – С. 192–194.

27. Балабин Р. М. Применение многомерного анализа данных для определения показателей качества бензиновых фракций // Химия и химическая технология в XXI веке: Материалы VI Всероссийской студенческой научно-практической конференции. – Томск: Изд.ТПУ, 2005. – С. 152.

28. Балабин Р. М. Применение многомерного анализа данных для определения показателей качества продуктов нефтехимии // Химия и химическая технология в XXI веке: Материалы VI Всероссийской студенческой научно-практической конференции. – Томск: Изд.ТПУ, 2005. – С. 101.

29. Экспресс-анализ состава и физико-химических свойств нефтяных систем методом БИК-спектроскопии // Р. З. Сафиева, Р. З. Сюняев, Е. Н. Абанина [и др.] // Наука и технологии в промышленности. – 2011. – № 3. – С. 101–104.

30. Балабин Р. М. Создание экспресс-методов анализа продуктов нефтепереработки и нефтехимии на основе колебательной спектроскопии: диссертация. – М.: РГУНГ, 2013.

31. Balabin R. M., Syunyaev R. Z., Karpov S. A. Molar enthalpy of vaporization of ethanol-gasoline mixtures and their colloid state // Fuel. – 2007. – Vol. 86, iss. 3. – P. 323–327. – doi:10.1016/j.fuel.2006.08.008.

32. Syunyaev R. Z., Balabin R. M. Frequency Dependence of Oil Conductivity at High Pressure // Journal of Dispersion Science and Technology. – 2007. – Vol. 28, iss. 3. – P. 419–424. – doi:10.1080/01932690601107773.

33. Balabin R. M., Syunyaev R. Z., Karpov S. A. Quantitative Measurement of Ethanol Distribution over Fractions of Ethanol-Gasoline Fuel // Energy & Fuels. – 2007. – Vol. 21, iss. 4. – P. 2460–2465. – doi:10.1021/ef0700811.

34. Balabin R. M., Safieva R. Z., Lomakina E. I. Comparison of linear and nonlinear calibration models based on near infrared (NIR) spectroscopy data for gasoline properties prediction // Chemometrics and Intelligent Laboratory Systems. – 2007. – Vol. 88, iss. 2. – P. 183–188. – doi:10.1016/j.chemolab.2007.04.006.

35. Balabin R. M., Safieva R. Z. Capabilities of near Infrared Spectroscopy for the Determination of Petroleum Macromolecule Content in Aromatic Solutions // Journal of Near Infrared Spectroscopy. – 2007. – Vol. 15, iss. 6. – P. 343–349. – doi:10.1255/jnirs.749.

36. Balabin R. M. Dispersed Structure of Ethanol-Gasoline Fuel According to Dynamic Light Scattering Method // Journal of Dispersion Science and Technology. – 2008. – Vol. 29, iss. 3. – P. 457–463. – doi:10.1080/01932690701718925.

37. Balabin R. M., Syunyaev R. Z. Petroleum resins adsorption onto quartz sand: Near infrared (NIR) spectroscopy study // Journal of Colloid and Interface Science. – 2008. – Vol. 318, iss. 2. – P. 167–174. – doi:10.1016/j.jcis.2007.10.045.

38. Balabin R. M., Safieva R. Z. Gasoline classification by source and type based on near infrared (NIR) spectroscopy data // Fuel. – 2008. – Vol. 87, iss. 7. – P. 1096–1101. – doi:10.1016/j.fuel.2007.07.018.
39. Balabin R. M., Safieva R. Z., Lomakina E. I. Wavelet neural network (WNN) approach for calibration model building based on gasoline near infrared (NIR) spectra // Chemometrics and Intelligent Laboratory Systems. – 2008. – Vol. 93, iss. 1. – P. 58–62. – doi:10.1016/j.chemo-lab.2008.04.003.

40. Balabin R. M., Safieva R. Z. Motor oil classification by base stock and viscosity based on near infrared (NIR) spectroscopy data // Fuel. – 2008. – Vol. 87, iss. 12. – P. 2745–2752. – doi:10.1016/j.fuel.2008.02.014.

41. Balabin R. M. Intermolecular dispersion interactions of normal alkanes with rare gas atoms: van der Waals complexes of n-pentane with helium, neon, and argon // Chemical Physics. – 2008. – Vol. 352, iss. 1. – P. 267–275. – doi:10.1016/j.chemphys.2008.06.015.

42. Syunyaev R. Z., Balabin R. M. Polarization of Fluorescence of Asphaltene Containing Systems // Journal of Dispersion Science and Technology. – 2008. – Vol. 29, iss. 10. – doi:10.1080/01932690802316868.

43. Balabin R. M. Enthalpy difference between conformations of normal alkanes: Intramolecular basis set superposition error (BSSE) in the case of n-butane and n-hexane // The Journal of Chemical Physics. – 2008. – Vol. 129, iss. 16. – P. 164101. – doi:10.1063/1.2997349.

44. Balabin R. M. Enthalpy Difference between Conformations of Normal Alkanes: Raman Spectroscopy Study of n-Pentane and n-Butane // The Journal of Physical Chemistry A. – 2009. – Vol. 113, iss. 6. – P. 1012–1019. – doi:10.1021/jp809639s.

45. Syunyaev R. Z., Balabin R. M., Akhatov I. S., Safieva J. O. Adsorption of Petroleum Asphaltenes onto Reservoir Rock Sands Studied by Near-Infrared (NIR) Spectroscopy // Energy & Fuels. – 2009. – Vol. 23, iss. 3. – P. 1230–1236. – doi:10.1021/cf8006068.

46. Balabin R. M. Polar (Acyclic) Isomer of Formic Acid Dimer: Gas-Phase Raman Spectroscopy Study and Thermodynamic Parameters // The Journal of Physical Chemistry A. – 2009. – Vol. 113, iss. 17. – P. 4910–4918. – doi:10.1021/jp9002643.

47. Balabin R. M., Lomakina E. I. Neural network approach to quantum-chemistry data: Accurate prediction of density functional theory energies // The Journal of Chemical Physics. – 2009. – Vol. 131, iss. 7. – P. 074104. – doi:10.1063/1.3206326.

48. Balabin R. M., Safieva R. Z., Lomakina E. I. Universal technique for optimization of neural network training parameters: gasoline near infrared data example // Neural Computing and Applications. – 2009. – Vol. 18, iss. 6. – P. 557–565. – doi:10.1007/s00521-008-0213-3.

49. Balabin R. M. Conformational equilibrium in glycine: Focal-point analysis and ab initio limit // Chemical Physics Letters. – 2009. – Vol. 479. – P. 195. – doi:10.1016/j.cplett.2009.08.038.

50. Balabin R. M. Tautomeric equilibrium and hydrogen shifts in tetrazole and triazoles: Focal-point analysis and ab initio limit // J Chem Phys. – 2009. – Vol. 131. – P. 154307. – doi:10.1063/1.3249968.

51. Law W. S., Chen H. W., Balabin R., Berchtold C., Meier L., Zenobi R. Rapid fingerprinting and classification of extra virgin olive oil by microjet sampling and extractive electrospray ionization mass spectrometry // Analyst. – 2010. – Vol. 135, iss. 4. – P. 773–778. – doi:10.1039/B924156F.

52. Chingin K., Balabin R. M., Barylyuk K., Chen H., Frankevich V., Zenobi R. Rhodamines in the gas phase: cations, neutrals, anions, and adducts with metal cations // Physical Chemistry Chemical Physics. – 2010. – Vol. 12, iss. 37. – P. 11710–11714. – doi:10.1039/C000807A.

53. Balabin R. M. The identification of the two missing conformers of gas-phase alanine: a jet-cooled Raman spectroscopy study // PCCP. – 2010. – Vol. 12. – P. 5980. – doi:10.1039/B924029B.

54. Chingin K., et al. Optical properties of protonated Rhodamine 19 isomers in solution and in the gas phase // PCCP. – 2010. – Vol. 12, iss. 42. – P. 14121–14127. – doi:10.1039/C0CP00482K.

55. Barylyuk K. V., Chingin K., Balabin R. M., Zenobi R. Fragmentation of benzylpyridinium "thermometer" ions and its effect on the accuracy of internal energy calibration // J American Society Mass Spectrometry. – 2010. – Vol. 21, iss. 1. – P. 172–177. – doi:10.1016/j.jasms.2009.09.023.

56. Balabin R. M. Conformational Equilibrium in Glycine: Experimental Jet-Cooled Raman Spectrum // J Physical Chemistry Letters. – 2010. – Vol. 1, iss. 1. – P. 20. – doi:10.1021/jz900068n.