Le cause di tale evoluzione di *allora* sono individuate da (Bazzanella et al. 2009a) in fattori pragmatici e nell'uso in contesti ponte<fnref n="5" /> dialogici di tipo argomentativo, soprattutto costrutti ipotetici. L'ipotesi è confermata anche da uno studio diacronico su un corpus epistolare dal XVI al XX secolo (Molinelli 2018: 295).

Gli studi su *allora* in quanto SD sono stati completati dal paragone con *dai* (Molinelli 2018: 271-303): mentre *allora* sarebbe una marca prototipicamente discorsiva (indica presa o cessione del turno, riferimento al contesto, invito all'inferenza, introduzione del topic, chiusura della sequenza), *dai* risulterebbe prototipicamente pragmatica (con valore reattivo, valutativo, mirativo, ingiuntivo, ecc.). *Allora* assumerebbe però con facilità funzioni pragmatiche, il che non avverrebbe per *dai* riguardo alle funzioni discorsive.

Se ne conclude che:

> «quello che accomuna i diversi usi (e ne rende possibile la varietà stessa) è il “nocciolo duro” di “allora”, il rinvio cioè a premesse note o presentate come tali, terreno fertile per le inferenze per la prosecuzione del discorso/dell'interazione».
> 
> (Bazzanella et al. 2008c: 984)

## 2. Analisi contrastiva

Presentiamo ora i dati della nostra analisi contrastiva *corpus-based* condotta sul CP italiano-russo del NKRJa, in cui al momento della nostra ricerca (maggio 2019) il sottocorpus CPit-ru (originale italiano allineato alla traduzione russa) conteneva 21 documenti e 724 556 parole, mentre quello CPru-it (originale russo allineato alla traduzione italiana) 44 documenti e 370 504 parole.

La ricerca di *allora* nei due sottocorpora ha restituito, nel CPit-ru, 20 documenti e 577 occorrenze; nella direzione opposta (CPru-it) i documenti sono stati 44 e le occorrenze 124. Ne abbiamo analizzate 100 in ciascuna direzione per ottenere dati quantitativamente equilibrati.

Presentiamo ora ogni funzione di *allora* rilevata nei nostri sotto corpora e gli equivalenti funzionali russi.

<footnote n="5">⁵ I contesti «ponte» (Heine 2002) o «critici» (Diewald 2002) permettono lo sviluppo di valori discorsivi e pragmatici in lessemi in origine semanticamente pieni; le loro proprietà possono pas-sare al lessema che in esso ricorre e convenzionalizzarsi nella sua semantica a prescindere poi dai contesti successivi (Ricca e Visconti 2013, 2014).</footnote>
## 2.1. Allora e togda

Togda compare nel nostro corpus in corrispondenza sia dei valori temporali di allora come avverbio, sia di quelli connettivi<fnref n="6" /> (82 occorrenze su 200).<fnref n="7" />

In 28 casi (13 nel CPru-it e 15 nel CPit-ru) togda avverbiale ricorre con valore temporale (a quel tempo) e non presenta difficoltà interpretative:

(5) Проходя на кухню, бросил взгляд в гостиную, где на серванте стоял портрет вечномолодого Тониного сына Толика. Много лет назад он сорвался с дерева и разбился насмерть. Тогда вокруг этих домов росло много старых деревьев и на их верхних ветках они, тогдашние мальчишки, строили халабуды. (Андрей Курков. Закон улитки, 2005)

Andando in cucina, lanciò uno sguardo in salotto dove sulla credenza c'era la foto di Tolik, esternamente giovane. Molti anni prima era caduto da un albero ed era morto. Allora intorno a queste case crescevano molti vecchi alberi e sui rami più alti loro, bambini di un tempo, costruivano capanne. (Andrej Kurkov. *I Pinguini non vanno in vacanza*, tr. Bruno Osimo).

Togda lo troviamo in corrispondenza di allora temporale anche quando questo indica una correlazione fra due circostanze presenti nel cotesto:

(6) Помимо импрессионистов мама впоследствии полюбила песни Окуджавы, и однажды его привела к нам в дом Галина Федоровна [...] и Окуджава явился, худой [...], привлеченный коллекцией пластинок Жоржа Брассанса [...] и мне показалось тогда, что, как только Брассанс запел, Окуджава забыл о нас, а когда из вежливости вспомнил, речь за журналном столом шла о смерти Сталина [...]. (Виктор Ерофеев. Хороший Сталин, 2004)

Oltre agli impressionisti, la mamma in seguito si invaghi delle canzoni di Okužava, e un giorno Galina Fëdorovna [...] ce lo portò a casa, e Okužava comparve, magro, [...] attirato dalla collezione di dischi di George Brassens [...], e allora ebbi l'impressione che appena Brassens iniziò a cantare, Okužava si fosse dimenticato della nostra

<footnote n="6">6 Non considereremo gli usi fraseologici come «da allora» (10 occorrenze) perché hanno corrispondenze precise in russo (*s tech por*) e non presentano interesse per la nostra discussione.</footnote>

<footnote n="7">7 I numeri delle occorrenze, sebbene limitati e dunque non sufficienti per fondate riflessioni statistiche, vengono qui indicati per dare un'idea approssimativa del dato quantitativo. Dai casi indicati sono esclusi un certo numero di esempi, il cosiddetto rumore (errori del traduttore ecc.).</footnote>
esistenza; e quando per cortesia se ne ricordò, la conversazione in salotto verteva
sulla morte di Stalin [...]. (Viktor Erofeev. *Il buon Stalin*, tr. Luciana Montagnani)

Nel CPru-it abbiamo 3 casi di questo tipo e in quello it-ru 11. Tuttavia, se i 3 casi
del CPru-it sono chiaramente interpretabili nel senso di una correlazione tempo-
rale fra circostanze, quelli del CPit-ru risultano spesso ambigui, come di seguito:

(7) Quando Planetta, rimasto solo, si voltò, il capo di quel drappello si accorse di essere guardato. *Allora* drizzò il busto e salutò militarmente, come si saluta tra soldati. (Dino Buzzati. *L'assalto al Grande Convoglio*, 1942)

Когда Планетта, оставшись один, обернулся, командир конных егерей заметил, что он на них смотрит. **Тогда командир выпрямился и приветствовал его по-военному, как приветствуют друг друга солдаты.** (Дино Буццати. Нападение на большой конвой, пер. Р. Хлодовский)

In (7) è chiaro che il capo del drappello si drizza e saluta Planetta nel momento
in cui si accorge che questi lo sta guardando (correlazione temporale fra due
azioni), tuttavia, a questa dimensione temporale se ne aggiunge anche una con-
sequenziale, dal momento che il saluto da parte del capo è conseguenza del fatto
di essere stato guardato.

Di casi che presentano questo tipo di ambiguità nel sottocorpus it-ru ce ne sono 10 su 11. Qui il valore avverbiale temporale si combina dunque con quello connettivo consequenziale (come già notava Bazzanella 2011: 17) e dipende dal fatto che fra due eventi possa esserci non solo correlazione temporale ma anche causale; se nell'interpretazione questa relazione prevale su quella temporale, si rafforza la coesione fra i fatti e togda da avverbio con significato di «in quel momento/quella circostanza», diventa connettore interfrasale (di conseguenza).

In 12 casi *allora* e *togda* consequenziali segnalano anche la progressione nar-
rativa, aggiungendo una funzione pragmatica metatestuale; in (8) la decisione
di studiare ottica è conseguenza del precedente fallimento con la musica e, allo
stesso tempo, un passo in avanti nella vicenda:

(8) *Скрябинская светомузыка [...] была полным фуфлом-механистично и убого. Он тогда стал изучать оптику и акустику.* (Людмила Улицкая. Веселые похороны, 1997)
La fotomusica di Skriabin [...] si era rivelata un bluff completo, meccanicistico e misero. *Allora* si era messo a studiare ottica e acustica [...]. (Ljudmila Ulickaja. *Funeral party*, tr. Emanuela Guercetti)

Per quanto riguarda gli usi unicamente consequenziali, abbiamo solo 2 casi in cui *allora* e *togda* introducono una conclusione o una conseguenza da un’affermazione precedente in un ragionamento (9), e 1 caso in cui compaiono nell’apodosi di una costruzione ipotetica (10).

(9) Стиль врачебного заключения о смерти вождя настолько блестящий, что невольно думаешь: все это – литература. Тогда вся жизнь была литературой. (Виктор Ерофеев. Хороший Сталин, 2004)

Lo stile del referto medico sulla morte del Capo è talmente brillante da farti pensare: tutto questo è letteratura. *Allora* tutta la vita era letteratura. (Viktor Erofeev. *Il buon Stalin*, tr. Luciana Montagnani)

(10) Eh, ma se verso l'una, a Pontelagoscuro, avesse potuto osservarmi mentre fissavo la corrente del Po dall'alto del ponte di ferro [...], *allora* sì che si sarebbe spaventato... *allora* sì che avrebbe capito... *allora*<fnref n="8" /> sì che... (Giorgio Bassani. *Il giardino dei Finzi-Contini*, 1962)

> Но если бы двумя часами раньше, в Понтелагоскуро, он видел, как я пристально смотрел на воду По с высокого металлического моста [...], вот тогда бы он точно испугался... вот тогда бы он понял... вот тогда бы...
> 
> – Эй! (Джорджо Бассани. Сад Финци-Контини, пер. Ирина Соболева, 2008)

Le funzioni pragmatiche interazionali di *allora* e *togda*, legate alla gestione dei turni oppure cognitive, si attivano nei testi dialogici del nostro CP (22 occorrenze) e hanno funzionalità varia. Per esempio, in (11) *allora* svolge la funzione di chiudere l'interazione:

(11) «Sì». «Buona notte, *allora* mi tolgo gli occhiali». (Niccolò Ammaniti. *Io non ho paura*, 2001)

<footnote n="8">⁸ La ripetizione enfatica e ravvicinata di «allora» per tre volte viene conteggiata come una sola occorrenza.</footnote>
– Конечно. – Тогда спокойной ночи. Я сниму очки. (Никколо Амманити. Я не боюсь, пер. Валерий Николаев, 2005)

Nei dialoghi, un fattore determinante per la funzionalità di *allora/togda* è l’atto linguistico in cui compaiono, spesso domande e richieste o ordini:
In (12) abbiamo una richiesta di attenzione e in (13) ingiunzione:

(12) – Это необходимо? – Для штатных работников – необходимо. Для внешштатных – желательно. – Ну, хорошо, – говорю, – тогда слушай. Я думаю [...]. (Сергей Довлатов. Филиал, 1987)

– Sono indispensabili? – Per i dipendenti fissi sono indispensabili. Per i collaboratori sono graditi. – Va bene, – dissi – *allora* ascolta. Io penso che [...]. (Sergej Dovlatov. *La filiale New York*, tr. Laura Salmon)

(13) «Ce la fai a camminare? » Si. L'ho presa per mano. «Allora andiamo, forza, che siamo ultimi.
(Niccolò Ammaniti. *Io non ho paura*, 2001)

– Попробуешь идти? – Да. Я взял ее за руку: – *Тогда пошли. Давай, а то мы последние.* (Никколо Амманити. Я не боюсь, пер. Валерий Николаев, 2005)

In 4 casi la corrispondenza *allora-togda* si ha in interrogative all'interno di contesti controfattuali, ossia situazioni contrarie alle aspettative (spesso compaiono anche le avversative «ma», *a*), che pertanto sollecitano una conclusione esplicativa:

(14) – Il nostro Signore non ha alcun aspetto e ci è fatto divieto assoluto di usare immagini. [...] – Ma *allora* che cosa *c*'è nel vostro tempio? – Nulla che l'occhio umano possa vedere. (Valerio Massimo Manfredi. *Aléxandros III, il confine del mondo*, 1998)

– Наш Господь никак не выглядит. Он строго-настрого запретил пользоваться образами. [...] – Но *тогда* что же находится в вашем храме? – Ничего такого, что мог бы увидеть человеческий глаз. (Валерио Массимо Манфреди. Александр Македонский. Пределы мира, пер. Михаил Кононов)
Infine, abbiamo un'interrogativa olofrastica con *allora* consequenziale-inferenziale (15) – uso molto frequente in italiano, ma rarissimo per *togda*<fnref n="9" /> –; qui il parlante chiede a se stesso una conclusione riguardo all'interpretazione di ciò che sa.

(15) Chi mi chiamava? Gretto non poteva essere. E *allora*? (Giorgio Bassani. *Il giardino dei Finzi-Contini*, 1962)

> Я медленно поднял голову, посмотрел налево, против солнца. Кто меня звал? Отелло? Не может быть! А кто тогда? (Джорджо Бассани. Сад Финци-Контини, пер. Ирина Соболева, 2008)

In sintesi, *allora* e *togda* mostrano una corrispondenza funzionale soprattutto per quanto riguarda il valore temporale, che però «può comportare consequenzialità / posteriorità / consecuzione / causalità di eventi o atti linguistici collegati su base anaforica» (Bazzanela *et al.*, 2008b: 239).

Per quanto riguarda invece i valori pragmatici, tale simmetria si rompe e nel testo russo intervengono altre marche discorsive per rendere ciò che esprime l'*allora* italiano. Ciò accade anche per alcuni usi connettivi. Esaminiamo di seguito dapprima le asimmetrie negli usi dei connettivi e poi nella funzionalità pragmatica.

## 2.2. *Conclusione per inferenza o deduzione: značit, vychodit, esli... to*

Marche russe diverse da *togda* compaiono in corrispondenza di *allora* quando si trae una conclusione per inferenza da informazioni o eventi precedenti. Si tratta dunque di un uso connettivo logico-consequenziale, a cui tuttavia si aggiunge una componente inferenziale e conclusiva propria del livello pragmatico cognitivo (Bazzanella 2001).

La conclusione per inferenza o deduzione nel nostro CP compare 14 volte (7 nel CPit-ru e 7 nel CPru-it) e viene segnalata da *značit* (ben più frequentemente di *togda* che ricorre solo 2 volte in usi strettamente consequenziali e 1 volta nell'apostosi di un'ipotetica, cfr. § 2.1) e una volta da *vychodit*; di queste 14 occorrenze, 10 sono conclusioni per inferenza da un evento (16) o un'informazione precedenti,

<footnote n="9">⁹ Di usi olofrastici interrogativi di *togda* con funzione pragmatiche nel NRKJa principale ne abbiamo trovati solo 12. Di questi poi, la metà sono ottocenteschi e ricorrono in costruzioni in cui l'«allora» italiano sarebbe impossibile, ossia in domande-eco che ripetono il *togda* di una richiesta precedente; in questi casi in italiano si ripeterebbe il pronome interrogativo («cosa?»): «- Что же вы тогда едите? - Тогда? Щи с ветчиной едим, кашу.» (A.N. Engel'gardt. *Pis'ma iz derevni*, 1872-1887 гг. *Pis'mo sed'moe*, 1878).</footnote>
mentre 4 volte la conclusione per inferenza ricorre in frasi interrogative (17) che ne richiedono la conferma:

(16) Он повел глазами от капельницы на потолок, усеянный зайчиками [...] – Больно? – послышался хрипловатый женский голос. Значит, он был не один. (Юрий Дружников. Ангелы на кончике иглы, 1988)

Spostò lo sguardo dalla flebo al soffitto, su cui si riflettevano qua e là macchie di luce [...] «Sente dolore?» gli chiese una voce femminile un po' roca. Allora non era solo. (Jurij Družnikov. Angeli sulla punta di uno spillo, tr. Federica Aceto, 2006)

(17) «Dille che io non sono più figlio loro e che solo tu sei figlia loro». Mia sorella ha aggrottato le sopracciglia. «E non sei neanche più fratello mio?» «No». «Allora ho la stanza da sola e mi posso prendere anche i giornalini?». (Niccolò Ammaniti. Io non ho paura, 2001)

Скажи ей, что я больше не их сын и что у них осталась только ты одна. Сестра подняла брови: – И мне ты тоже теперь не брат? – Нет. – Значит, я буду в комнате одна и могу брать твои комиксы? (Никколо Амманити. Я не боюсь, пер. Валерий Николаев, 2005)

Značit come connettore ricorre 2 volte anche nelle costruzioni ipotetiche (18):

(18) «Cos'era?». «Non lo so.» Gli si illuminarono gli occhi. «Quando non sai cos'è, allora è jazz.» (Alessandro Baricco. Novecento, 1994)

«Что это?» «Не знаю». У него заблестели глаза. «Если ты не знаешь, что это, значит это – джаз». (Алессандро Барикко. Легенда о пианисте, пер. Наталья Колесова, 2005)

Non abbiamo invece riscontrato conclusivi in costrutti correlativi del tipo “se... allora” (in russo esli...to oppure esli... togda)<fnref n="10" />.

## 2.3. Disambiguazione e funzioni pragmatiche

Nel § 2.1 abbiamo notato che la correlazione di due situazioni/eventi può essere interpretata in senso sia temporale sia consequenziale (esempi 7, 8). Tale ambiguità

<footnote n="10">¹⁰ Per la differenza fra to e togda nei costrutti correlativi e la loro relazione con allora, che qui non tratteremo data l'assenza di esempi nel nostro corpus, si veda Pekelis (2016).</footnote>
può essere sciolta in russo utilizzando marche dal significato univoco. Nel nostro CP ne abbiamo trovate diverse e le presentiamo ordinate in base alla funzione.

– (i) *tut*, *zatem*, *v to mgnovenie*, *v etu minutu*

L'interpretazione temporale è obbligatoria se ad *allora* corrispondono espressioni come *zatem*, *v to mgnovenie*, *v etu minutu*. Questa interpretazione è inevitabile a fronte di espressioni italiane come «solo allora» o «fu allora che», ma in (19) avviene uno slittamento perché si riconduce al solo valore temporale la semantica ambigua dell'italiano, in cui la pena della protagonista è sia concomitante sia conseguenza logica di una presenza misteriosa e oscura fuori di casa:

(19) Andò alla finestra e attraversò l'orto, di là del cancelletto di legno, scorse sulla via una figura che camminava su e giù lentamente; era tutta intabarrata e dava sensazione di nero. *Allora* nell'animo di lei nacque, incomprensibile, in mezzo ai turbini della grandissima gioia, una pena misteriosa ed acuta. (Dino Buzzati. *Il mantello*, 1942)

Мать подошла к окну. За огородом, поту сторону забора, медленно прохаживался незнакомец, закутанный в темный плащ. В это мгновение в глубине ее души, среди круговорота неисчерпаемой радости, зародилась таинственная, щемящая боль. (Дино Буццати. Плащ, пер. Г. Киселев)

Anche (i) *tut* (5 occorrenze nel CPit-ru), permette un'interpretazione puramente temporale, tuttavia, come è nella semantica di *tut*, il riferimento temporale può essere volto in senso metanarrativo (a questo punto della narrazione) e scandire le fasi (20):

(20) [...] due cavalli partirono al galoppo, sotto il cielo grigio [...] Galoppavano, galoppavano. E *allora* la mamma finalmente capì [...]. (Dino Buzzati. *Il mantello*, 1942)

Две лошади пустились галопом [...] Под серым небом они мчались все дальше и дальше... И *тут* мать все поняла [...]. (Дино Буццати. Плащ, пер. Г. Киселев)

– *Tak/itak* ricorre 10 volte quando al semantismo consequenziale di *allora* si aggiungono due tipi di funzioni pragmatiche: i) interazionale, per marcare l'inizio o la ripresa del turno (21), o la fine dello scambio comunicativo; ii) metatestuale per la ripresa della narrazione (22) e la scansione delle fasi narrative (23):
(21) –Вы молчите? Так прощайте же! (Борис Акунин. Азазель, 1998)

«Tacete? Allora addio!». (Boris Akunin. *La regina d'inverno*, tr. Pia Pera)

(22) Ну извини, пожалуйста, извини, я не хотел огорчать тебя. Так вот, Яков умер от лекарства, он чем-то отравился. (Саша Соколов. Школа для дураков, 1973)

Va bene, scusami, ti prego, scusami, non volevo amareggiarti. *Allora* Jakov è morto di una medicina, si è avvelenato con qualche cosa. (Sasha Sokolov. *La scuola degli sciocchi*, tr. Margherita Crepax)

(23) [...] Gaspare Planetetta, il capo brigante, rimase tre anni in prigione. Ne venne fuori cambiato [...] *Allora*, con le sue robe in un sacco, si mise in cammino per Monte Fumo, che era stato il suo regno, dove erano rimasti i compagni. (Dino Buzzati. *L'assalto al Grande Convoglio*, 1942)

[...] атаман разбойников Гаспар Планетта три года просидел втюрьме. Он вышел оттуда другим человеком [...] Так вот, уложив свои пожитки в мешок, он отправился в Монте-Фумо, где располагалось его царство и где оноставил своих товарищей. (Дино Буццати. Нападение на большой конвой, пер. Р. Хлодовский)

– Nu e že non si trovano mai in corrispondenza dei valori temporali di *allora* ma si fanno carico di varie funzioni puramente pragmatiche.

Nu, da solo o con particelle o pronomi interrogativi (*Ну что?, Ну как?, Ну и?*) è il corrispondente per eccellenza degli usi – olofrastici o meno – di *allora* nelle interrogative, in cui si sollecitano il processo interazionale e la presa di turno (10 occorrenze su 14):

(24) – Ну? – сказал он, а она широко улыбнулась и опустила на носик огромные, как теперь казалось, очки [...]. (Андрей Курков. Закон улитки, 2005)

«*E allora?*», chiese Viktor. Lei sorrise e abbassò gli enormi occhiali sul nasino [...].

(Andrej Kurkov. *I Pinguini non vanno in vacanza*, tr. Bruno Osimo)

Nei restanti casi *nu* si combina con *togda* in domande, in cui si chiede conferma di un'ipotesi (25) (funzione pragmatica cognitiva). Nella combinazione *nu togda* la componente consequenziale di *allora* è a carico di *togda*, mentre *nu* svolge la
funzione ingiuntiva che le è propria; similmente. in (26) la funzione connettiva è a carico di *i* e quella esortativa resta a *nu*.

(25) – А как ты догадалась, что это был царь? По погонам? – У царя на погонах не писалось, что он – царь, – назидательно сказала бабушка. – Ну тогда по усам? (Виктор Ерофеев. Хороший Сталин, 2004)

– Ma come hai fatto a capire che era lo zar? Dalle spalline? Sulle spalline dello zar non stava scritto che era lo zar, mi disse la nonna in tono edificante. *Allora* dai baffi. (Viktor Erofeev. *Il buon Stalin*, tr. Luciana Montagnani)

(26) [...] Двоенинов увидел только, как хозяина, будто неживого, кладут на носилки и куда-тоуносят. – Мне узнать... Шофер я, водитель... – Водитель? Ну и идите в машину. (Юрий Дружников. Ангелы на кончике иглы, 1988)

Aleksej [...] riuscì solo a vedere per un secondo il suo capo che veniva preso, messo su una barella e portato via come un cadavere. «Devo saperlo, sono l’autista personale, lavoro per lui...». «Lei è l’autista? *E allora* se ne torni in macchina!». (Jurij Družnikov. *Angeli sulla punta di uno spillo*, tr. Federica Aceto, 2006)

Infine, *že* ricorre nel nostro corpus volte 6 volte da solo e 2 con *tak*. In 4 casi ha la funzione di sollecitare lo scambio interazionale o un atto (27), perdendo tuttavia la componente consequenziale di *allora*, che invece è presente nei 2 casi in cui *že* compare insieme a *tak*, il cui uso consequenziale abbiamo documentato sopra.

(27) – **Вон та дверь – кабинет? – Точно так-с. – Идемте же!** (Борис Акунин. Азазель, 1998)

«Quella porta laggiù è forse lo studio?» «Proprio così.» «Allora andiamoci!» (Boris Akunin. *La regina d'inverno*, tr. Pia Pera)

In 2 casi *že* ricorre in interrogative all'interno di contesti controfattuali, sfruttando così la sua componente avversativa:

(28) **Кто вы? Православные, иудаисты, мусульмане, католики? – А мы не-верующие, – сказали Литвинский и Шагин. – Как же вы здесь оказались?** (Сергей Довлатов. Филиал, 1987)
Cosa siete, ortodossi, giudaisti, musulmani o cattolici? Ma noi non siamo credenti – dissero Litvsinskij e Šagin. E *allora* come ci siete finiti qui. (Sergej Dovlatov. La filiale New York, tr. Laura Salmon)

## 2.4. Asimmetrie

Per completare il nostro quadro contrastivo e trarre conclusioni più ampie sulle preferenze del russo o dell'italiano nella gestione delle relazioni interfrastiche e delle componenti pragmatiche ci resta da analizzare le asimmetrie, ossia i casi in cui nella traduzione italiana viene inserito *allora* a fronte dell'assenza di marca linguistica nell'originale russo (6 occorrenze), e quelli in cui *allora* dell'originale italiano viene omesso nella traduzione russa (19 volte).

I casi più numerosi di asimmetria riguardano i valori temporali (5 occorrenze) e correlativi enfatici (12 occorrenze), ai quali si aggiunge la funzione metatestuale di scandire le sequenze narrative o dialogiche:

(29) Dicono che c'è pericolo per il fiume [...]. Sono tutti là che pregano, adesso, e suonano le campane, sentite?» «Fedri» propose *allora* Massigher. «Andiamo insieme a vedere? (Dino Buzzati. Eppure battono alla porta, 1942)

> Говорят, что река разлилась [...]. Они там все собрались и молятся, слышите колокола? – Федри, – предложил ∅ Массигер, – пошли вместе посмотрим.
> 
> (Дино Буццати. И все же стучат в дверь, пер. И. Смагин)

Sebbene il dato quantitativo per questo numero di occorrenze sia poco rappresentativo, risulta tuttavia evidente che negli originali italiani la frequenza di *allora* è significativamente più alta che nelle traduzioni italiane di originali russi, a conferma della tipicità di questo elemento nella produzione testuale dell'italiano, che non necessariamente viene riprodotta nelle versioni italiane di originali russi, dando motivo di riflettere sulla differenza fra la lingua naturale e quella delle traduzioni.

## 3. Conclusione

La nostra analisi contrastiva italiano-russo ha confermato i valori di *allora* già indicati nella letteratura scientifica, ma ha anche evidenziato che la loro resa si distribuisce su diversi lessemi russi, alcuni dei quali sembrano dedicati a specifiche funzioni testuali, discorsive o pragmatiche.
Più precisamente, *togda*, sia per la frequenza sia per la polifunzionalità, sembra essere il corrispondente più vicino all'italiano *allora*: ha infatti valore di avverbio temporale e circostanziale, e, sebbene meno frequentemente, di connettivo consequenziale (anche in costruzioni ipotetiche). La funzione pragmatica che più spesso si associa a *togda* come connettore è quella cognitiva di segnalare una conclusione per inferenza (anche in frasi interrogative in cui si chiede una conferma dell'inferenza stessa).

Rispetto ad *allora*, tuttavia, *togda* sembra sopportare poco l'ambiguità fra funzione di avverbiale temporale e quella di connettore consequenziale. Sebbene più raramente e solo nei testi dialogici del nostro CP, *togda* svolge anche le funzioni pragmatiche di SD per gestire i turni (soprattutto la chiusura), sollecitare richieste, ed esprimere ingiunzione. Infine, il diffuso uso olofrastico di *allora* (con diverse funzioni), molto frequente in italiano, è rarissimo per *togda*.

Gli altri connettori o SD riscontrati nel nostro CP risultano meno polisemici rispetto a *togda* e specializzati su funzioni più specifiche:

- značit (connettivo) segnala conclusione per inferenza o deduzione;

- (i) *tut* spesso ha valore di correlazione temporale e si combina con la funzione metanarrativa di scandire le fasi della narrazione, tipica di *allora*.

- *Tak/itak* al semantismo consequenziale di base aggiunge due funzioni pragmatiche: i) interazionale (inizio, ripresa del turno o fine dell'interazione; ii) metatestuale (ripresa della narrazione e scansione delle fasi narrative);

- *Nu e že* non hanno mai valore temporale e si fanno piuttosto carico di funzioni pragmatiche, sollecitando il processo interazionale e la presa di turno. *Nu e že* non sembrano nemmeno avere la componente consequenziale, che compare solo in combinazione con *togda* (*no togda*) e con *tak* (*tak že*).

In sintesi, *allora* risulta fortemente polisemico (combina valori temporali, logici e pragmatici) e polifunzionale (può essere avverbio, connettore e SD) e non ha equivalenti funzionali pieni in russo, dove spesso le funzioni avverbiali e di connettore (*togda*) sono distribuite su SD diversi rispetto a quelle pragmatiche metatestuali (scansione delle fasi: *i tut*, *tut*, *tak*, *itak*) e interattive (gestione dei turni e sollecitazione: *nu e že*).

Infine, le asimmetrie traduttive nella pur limitata entità del nostro CP permettono di evidenziare alcune strategie preferenziali del russo e dell'italiano.

L'italiano, mediante *allora*, tende a dare interpretazione logica (consequenziale) alla relazione temporale fra due circostanze: «*in quel momento/quella circostanza*» può significare anche di conseguenza. Si vede qui la preferenza dell'italiano per la coesione logica del testo. Il russo, al contrario, spesso semplifica questa relazione temporale-consequenziale in senso puramente temporale,
rendendo l'*allora* italiano con avverbi o sintagmi avverbiali temporali (es. 19; su questa differenza fra russo e italiano, conseguenza della sintassi latina, si veda Govorucho 2007).

## Bibliografia

Bazzanella C. (1994). *Le facce del parlare*. Firenze: La Nuova Italia.

Bazzanella C. (2001). I segnali discorsivi tra parlato e scritto. In: M. Dardano, A. Pelo, A. Stefinlongo (eds), *Scritto e parlato. Metodi, testi e contesti*. Roma: Aracne, p. 79-97.

Bosco C., Bazzanella C. (2005). Corpus linguistics and the modal shift: pragmatic markers and the case of *allora*. In: C.D. Pusch, J. Kabatek, W. Raible (eds), *Romance Corpus linguistics II. Corpora and Diachronic linguistics*. Tübingen: Narr, p. 443-453.

Bazzanella C., Bosco C., Garcea A., Gili Fivela B., Miecznikowski J., Brunozzi T. (2007). Italian *allora*, French *alors*: functions, convergences, and divergences. *Catalan Journal of Linguistics. Special issue: Contrastive Perspectives on Discourse Markers*, 6, p. 9-37.

Bazzanella C., Bosco C., Gili Fivela B., Miecznikowski J., Tini Brunozzi F. (2008b). Segnali discorsivi e tipi di interazione. In: C. Bosisio, B. Cambiagli, E. Piemontese, F. Santulli (eds), *Aspetti linguistici della comunicazione pubblica e istituzionale*. Perugia: Guerra, p. 239-265.

Bazzanella, Bosco C., Gili Fivela B., Miecznikowski J., Tini Brunozzi F. (2008c). Polifunzionalità dei segnali discorsivi, sviluppo conversazionale e ruolo dei tratti fonetici e fonologici. In: M. Pettorino, A. Giannini, M. Vallone, R. Savy (eds), *La comunicazione parlata*. Napoli: Liguori, p. 980-1009.

Bazzanella C., Miecznikowski J. (2009). Central/Peripheral functions of *allora* and overall pragmatic configuration. In: M.B. Mosegaard Hansen, J. Visconti (eds.), *Current trends in Diachronic Semantics and Pragmatics*. Amsterdam: Emerald, p. 107-121.

Bazzanella C. Borreguero Zuloaga M. (2011). *Allora e entonces*: problemi e dati empirici. In: E. Khachaturyan (ed.). *Discourse Markers in Romance Languages*. Oslo Studies in Language, 3/1, p. 7-46.

Cortelazzo M., Zolli P. (1979-88). *Dizionario etimologico della lingua italiana*. Bologna: Zanichelli.

Crible L. (2017). Towards an operational category of discourse markers: A definition and its model. In: C. Frediani, A. Sansò (eds), *Pragmatic Markers, Discourse Markers and Modal Particles. New perspectives*. Amsterdam/Philadelphia: John Benjamins Publishing Company, p. 99-124.

Devoto G., Oli G.C., Serianni L., Trifone M. (2017). *Il vocabolario dell'italiano contemporaneo*. Firenze: Le Monnier.
Diewald G. (2002). A model for relevant types of contexts in grammaticalization. In: I. Wischer, G. Diewald (eds), *New Reflections on Grammaticalization*. Amsterdam/Philadelphia: John Benjamins, p. 103–120.

DISC. Dizionario italiano Sabatini Coletti. (1997–2008). Firenze: Giunti (http://dizionari.corriere.it/dizionario_italiano).

Elistratov V.S. (2000), *Slovar’ russkogo argo*. Moskva: Russkie slovari.

*Enciclopedia dell’italiano* (2010). Roma: Treccani.

GDLI. Grande Dizionario della Lingua Italiana. (1961–2002). S. Battaglia (ed.). Torino: UTET.

Ghezzi C., Molinelli P. (2014). Italian *guarda, prego, dai*. Pragmatic Markers and the Left and Right Periphery. In: K. Beeching, D. Ulrich (eds), *Discourse Functions at the Left and Right Periphery. Crosslinguistic Investigations of Language Use and Language Change*. Leiden: BRILL, p. 117–150.

Govorucho R. (2007), Složnoe predloženie s vremennizm značeniem v ital’janskom i russkom jazykach i problemy rečevogo uzusa. *L’analisi linguistica e letteraria*, 15/1, p. 93–115.

GRADIT. Grande dizionario italiano dell’uso. (2000). T. De Mauro (ed.). Torino: UTET.

Heine B. (2002). On the role of context in grammaticalization. In: I. Wischer, G. Diewald (eds), *New Reflections on Grammaticalization*. Amsterdam/Philadelphia: John Benjamins, p. 83–101.

Il Vocabolario Treccani (2008). Roma: Istituto dell’Enciclopedia Italiana (http://www.treccani.it/vocabolario/)

Mascherpa E.I. (2016). Segnali discorsivi *allora, quindi, però, ma* in apprendenti di italiano L2. *Cuadernos de Filologia italiana*, 23, p. 119–140.

Miecznikowski J., Gili Fivela B., Bazzanella C. (2008a). Words in context. Agreeing and disagreeing with *allora*. In: G. Gobber, S. Cantarini, S. Cigada, M.C. Gatti, S. Gilardoni (eds), *L’analisi linguistica e letteraria. Special issue. Proceedings of IADA Workshop Word meaning in argumentative dialogue (Milano 15–17 maggio 2008)*, Vol. 1, 16, p. 205–218.

Molinelli P. (2018). Different Sensitivity to Variation anche Change: Italian Pragmatic Marker *dai* vs. Discourse Marker *allora*. In: S. Pons Borderia, Ó. Coureda Lamas (eds), *Beyond Grammaticalization and Discourse Markers. New issues in the Study of Language Change. Studies in Pragmatics*, Vol. 18, p. 271–303.

Noseda V. (2018). La corpus revolution russa e il corpus parallelo italiano-russo. *L’Analisi linguistica e letteraria*, 2, p. 115–132.

Pekelis O. (2016). Correlative markers, contrastiveness and grammaticalization: A comparative study of conditional correlatives in Russian and Italian. *Italian Journal of Linguistics*, 28(2), p. 143–180.
Ricca D., Visconti J. (2013). Sulla semantica di *davvero* e *veramente*: dati (con)testuali ed evoluzione diacronica. In: Geymonat F. (eds), *Linguistica applicata con stile. In traccia di Bice Mortara Garavelli*. Alessandria: Edizioni dell'Orso, p. 141-161.

Ricca D., Visconti J. (2014). On the development of the Italian truth adverbs *davvero* and *veramente*. In: I. Taavitsainen, A. Jucker, J. Tuominen (eds), *Diachronic Corpus Pragmatics*. Amsterdam/Philadelphia: John Benjamins Publishing Company, p. 133-153.

Traugott E. (1989). On the rise of epistemic meanings in English: an example of subjectification in semantic change. *Language*, 57, p. 33-65.
Варвара Амеличева

МГУ им. М. В. Ломоносова, Москва, Россия

# Грамматикализация лексических единиц лучше и скорее на материале русско-французской надкорпусной базы данных

DOI 1024917/9788380845060.14

Based on the material of the Russian-French supracorpus database, the study discusses the functioning of Russian lexical units **лучше** and **скорее**. It is shown that, as a result of a two-stage grammatization process, **лучше** and **скорее** can appear as comparatives, predicatives of operational preference or connectors. Their semantic interpretation becomes more evident in the light of French translations, their respective functional equivalents being comparatives (**meilleur**, **mieux**, **plus vite**, etc.), verbs (**valoir mieux**, **préférer**) and connectors (**plutôt**).

## 1. Введение. Материал и гипотеза исследования

Предлагаемое исследование посвящено анализу функционирования лексических единиц **лучше** и **скорее** в русском языке на материале параллельной русско-французской надкорпусной базы данных (НБД), созданной коллективом Института проблем информатики РАН в качестве надстройки к электронным подкорпусам параллельных текстов НКРЯ (подробнее о НБД коннекторов см. Попкова и др. 2015). Параллельная НБД включает два сегмента: русско-французский, состоящий из русских оригинальных текстов и их французских переводов, называемых прямыми, и французско-русский, образованный французскими текстами и их русскими переводами, называемыми реверсивными (Зализняк и др. 2017). Основной единицей описания в обоих сегментах НБД является моноэквиваленция (далее МЭ), определяемая Анной А. Зализняк следующим образом: «Моноэквиваленция (в сегменте Р-Ф) – это двухместный кортеж (упорядоченная пара) вида: фрагмент текста на языке оригинала, содержащий интересующую нас единицу русского языка – ее функционально-эквивалентный фрагмент (ФЭФ) в тексте французского перевода данного фрагмента» (Зализняк 2016: 857). Единицей аннотации в НБД является речевая реализация исследуемого
коннектора (далее РР), а в тексте перевода – ее ФЭФ. Под речевой реа-
лизацией понимается «более или менее свободное сочетание языковых
единиц разной морфологической природы, которое говорящий использует
для выражения необходимого ему логико-семантического отношения»
(Инькова 2016: 56).

В русско-французской части НБД содержится 609 вхождений лучше
(в составе 26 различных РР: NEG||уж|лучше; да лучше; да лучше бы; да
пусть лучше; еще лучше; или лучше; или лучше сказать; или, еще лучше;
или, лучше; или, лучше сказать; лучше; лучше||а; лучше||но не; лучше||чем;
лучше б; лучше бы; лучше всего; лучше всех; лучше и; лучше сказать; лучше
уж; не||а лучше; тем лучше; уж лучше; уж лучше||чем; уж лучше бы) и 204
вхождения скорее в составе 18 РР (а|скорее; а скорее; а скорее всего; а, нао-
борот, скорее; даже не||а скорее; и скорее всего; или скорее всего; или, скорее;
не||а скорее; не||а, наоборот, скорее; не||но скорее; не|и не||а скорее; не так,
как, например||а скорее как; не то что||скорее; не то чтобы||а скорее; не
то чтобы||но, скорее; но скорее; но, скорее; скорее||а не; скорее||на-
оборот; скорее||нежели; скорее||нежели||и нежели; скорее||чем; скорее всего;
скорее не; скорее не||а; скорее не||но; скорее уж). Представляется, что такое
формальное разнообразие речевых реализаций само по себе указывает
на богатый функционально-семантический потенциал рассматриваемых
лексических единиц.

Гипотеза нашего исследования состоит в том, что указанные лексиче-
ские единицы, представляющие собой формы сравнительной степени
прилагательных или наречий (хороший / хорошо, скорый / скоро), поли-
функциональны: в зависимости от окружения и позиции, они способны
грамматикализоваться, выступая в роли предикатива или непредикативного
коннектора. Как будет показано ниже, эта полифункциональность стано-
вится особенно очевидной на фоне их французских эквивалентов: если
компаративы в большинстве случаев переводятся на французский язык
компаративами же (meilleur, mieux, plus vite), то предикативы переводятся
глаголами или глагольными речениями (valoir mieux, préférer, aimer mieux),
а коннекторы – коннектором plutôt, ср. (1–3):

(1) – Не понимаю, – сухо возражал кот, – почему, бреясь сегодня, Азазелло и Коровьев могли посыпать себя белой пудрой, и чем она **лучше** золотой?

– Je ne comprends pas, répliqua le chat d’un ton sec, pourquoi, en se rasant,
Azazello et Koroviev ont pu se poudrer de blanc, et en quoi leur poudre est
*meilleure* que mon or.
[М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929-1940), tr. Claude Ligny (1968)]

(2) Как это было – **лучше** не рассказывать.

*Mieux vaut ne pas raconter comment les choses se passèrent.*

[С.Д. Довлатов. Иностранка (1986), tr. Jacques Michaut-Paternò (2001)]

(3) Полно об этом... Скажи **лучше**, откуда ты теперь?

*Mais n'en parlons plus. Dis-moi **plutôt** d'où tu viens maintenant.*

[И.А. Гончаров. Обломов (1848-1859), tr. Luba Jurgenson (1988)]

## 2. Грамматикализация как динамический процесс

В последние десятилетия явлению грамматикализации посвящено немалое количество исследований; из соображений экономии места в рамках данной работы мы ограничимся отсылкой к обзорам лингвистической литературы, приведенным в (Майсак 2005; Виноградова 2016). Однако важно отметить, что определение грамматикализации как явления допускает более узкое и более широкое прочтение. Более узкое понимание грамматикализации восходит к Е. Куриловичу, который относил его к морфологическому уровню языка: «грамматикализация состоит в расширении сферы употребления морфемы при переходе от лексического к грамматическому или от менее грамматического к более грамматическому статусу, например, от словообразовательного форманта к словоизменительному» (Kuriłowicz 1965: 69). В этом же русле находится определение грамматикализации, приведенное в Большой Российской Энциклопедии: «процесс превращения неграмматической единицы языка в грамматическую или развития у языковой единицы большего числа грамматических свойств» (Большая Российская Энциклопедия: электронный ресурс).

В то же время Т. А. Майсак вслед за Э. Траугот придерживается более широкого понятия грамматикализации: «Развитие дискурсивных маркеров можно рассматривать как частный случай грамматикализации. Как и у обычных грамматикализуемых показателей, исходное сочетание претерпевает формальное сращение и фонетическую редукцию, а также декатегоризацию входивших в ее состав лексических единиц и обобщение значения от «пропозиционального» к «текстовому» (и от более объективного к более субъективному). [...] Понятие грамматикализации следует расширить, поскольку это позволит рассмотреть все близкие явления в рамках одного подхода; в связи с этим грамматикализация может быть охарактеризована
как процесс, в ходе которого языковые элементы приобретают функции «в большей степени грамматические и свойственные операторам (operator-like)» (Traugott 2003, цит. по Майсак 2005: 53). В рамках данного подхода вполне укладывается описываемый нами переход от формы сравнительной степени прилагательного или наречия к коннектору как элементу организации текста, сопровождающийся утратой или изменением грамматических и комбинаторных свойств исходной единицы.

Нам близки идеи В. М. Жирмунского, который предостерегал от слишком плоского представления о «грамматизации», видя в ней живой динамический процесс: «Процессуальное рассмотрение явлений языка позволяет говорить о большей или меньшей грамматизации аналитических конструкций, о разных ступенях их трансформации из сочетания в аналитическую форму слова» (Жирмунский 1965: 7). Будет показано, что процесс грамматикализации лучше и скорее – двухэтапный, причем в случае превосходной степени скорее всего, функционирующей в современном языке как дискурсивное слово, наблюдается ответвление от основного процесса. «Только полный и широкий учет всех целиком или лишь частично грамматизованных сложных форм, существующих в языке, рассматриваемом в его развитии, может дать правильное и исчерпывающее понятие о системе языка как о явлении по природе своей динамическом» (Жирмунский 1965: 56).

Е. Н. Виноградова перечисляет следующие механизмы грамматикализации: а) десемантизация – выцветание, ослабление семантического значения; б) расширение, или генерализация контекстов – употребление в новых контекстах; в) декатегоризация – потеря морфосинтаксических свойств, характерных для менее грамматикализованных форм; г) фонетическое упрощение (Виноградова 2016: 31). Как будет показано ниже, все эти механизмы, за исключением фонетического упрощения, прослеживаются в нашем материале, что позволяет сделать вывод о том, что мы действительно имеем дело с явлением грамматикализации.

### 3. Лучше и скорее как формы степеней сравнения прилагательных и наречий

#### 3.1. Сравнительная степень

В материале НБД собственно компаративы, т.е. морфологические формы сравнительной степени, указывающие на большую, по сравнению с чем-либо, степень выраженности признака, составляют 42,7% от всех вхождений
лучше и 59,8% от всех вхождений скорее. Зачастую компаративы сочетаются со стандартом сравнения, вводимым элементом чем. ФЭФ компаратива лучше во французских переводах включают формы сравнительной и пре-восходной степени прилагательного bon и наречия bien (meilleur, mieux), а также в ряде случаев формы сравнительной степени иных прилагательных:

(4) Разве мир стал хуже, а я лучше, или раньше я был слеп и равнодушен?
Le monde est-il devenu pire et moi meilleur, ou bien étais-je aveugle et indifférent?
[А.П. Чехов. Скучная история (1889), tr. Edouard Parayre (1960)]

(5) Этот свет был особый, он горел не для людей в камере, а для того, чтобы их лучше было видно.
C'était une lumière particulière. Elle ne brillait pas pour les habitants de la cellule, mais pour permettre de mieux les voir.
[В.С. Гроссман. Жизнь и судьба (1960), tr. Alexis Berelowitch (1980)]

(6) Этот мир казался Давиду милей, лучше, чем улица Кирова...
Ce monde semblait bien plus plaisant à David que son monde de Moscou, dans la maison de la rue Kirov...
[В.С. Гроссман. Жизнь и судьба (1959) tr. Alexis Berelowitch (1980)]

(7) Луна хорошо помогала Маргарите, светила лучше, чем самый лучший электрический фонарь...
La lune, dont la lumière était plus intense que celle du meilleur lampadaire électrique ...
[М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929-1940), tr. Claude Ligny (1968)]

Компаративы могут сочетаться с наречиями-интенсификаторами типа еще, гораздо, намного:

(8) На подкладку выбрали коленкору, но такого добротного и плотного, который, по словам Петровича, был еще лучше шелку и даже на вид казистей и глянцевитей.
Pour la doublure, ils choisirent de la percaline, mais de si belle qualité et si solide que, selon les dires de Pétrovitch, elle était encore plus belle que la soie, faisait même plus d'effet et était plus satinée.
[Н.В. Гоголь. Шинель (1842), tr. Bernard Kreise (1998)]
(9) «Да, я не чувствую, право, уже гораздо **лучше**».
«Je ne sens plus rien, ça va **mieux, tellement mieux**... »
[Л.Н.Толстой. Смерть Ивана Ильича (1882-1886), tr. Michel-R.De Hofmann + F. Flamant (1948)]

(10) Вы знаете, сейчас **намного лучше** говорят об СССР, чем двадцать лет назад. Vous savez, maintenant, les gens ont de **bien meilleurs** souvenirs de l'URSS qu'il y a vingt ans.
[С.А. Алексиевич. Время секонд хэнд (2013), tr. Sophie Benech (2013)]

Французские ФЭФ компаратива скорее, наряду с plus vite, включают целый ряд наречных или глагольных лексем, указывающих на высокую скорость действия, в частности vite, au plus vite, dès que possible, en vitesse, tout de suite, dare-dare, avoir hâte, se dépêcher, foncer, se hâter:

(11) Очереди и пустые прилавки забываются **скорее**, чем красный флаг над Рейхстагом.
Les queues et les magasins vides s'oublient **plus vite que** le drapeau rouge sur le Reichstag.
[С.А. Алексиевич. Время секонд хэнд (2013), tr. Sophie Benech (2013)]

(12) «Скорую», **скорее...** «Скорую»... И трясущимися руками набрала номер. «Vite, vite, les urgences...» Et, les mains tremblantes, elle composa le numéro.
[Л.Е. Улицкая. Сонечка (1992), tr. Sophie Benech (1998)]

(13) Левину же, напротив, хотелось **скорее** домой, чтобы распорядиться о вызове косцов к завтрему и решить сомнение насчет покоса, которое сильно занимало его.
Cela ne faisait pas le compte de Levine: la question des foins lui trottait par la tête et il **avait hâte** de rentrer pour prendre une décision et faire louer des faucheurs.
[Л.Н.Толстой. Анна Каренина (1873-1877), tr. Henri Mongault (1952)]

(14) – Давай вылезай **скорее**, сейчас чай будет...
— Allez, sors de là **en vitesse**, le thé va être prêt.
[Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер. Эра милосердия (1975), tr. inconnu (2005)]

(15) После них он встал, протянул руку Иванушке, пожелал **скорее** поправиться и выразил надежду, что вскорости вновь будет читать его стихи.
Après quoi il se leva, tendit la main à Ivan, lui souhaita un *prompt* rétablissement et exprima l'espoir de lire bientôt de nouveaux vers de lui.

[М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929–1940), tr. Claude Ligny (1968)]

## 3.2. Превосходная степень

В исследованном материале также отмечены формы превосходной степени лучше в сочетании с элементами всего или всех (10,6% от всех вхождений лучше). Их французскими эквивалентами являются формы суперлатива *le meilleur, le mieux*, суперлативы других прилагательных и наречий, иногда, как в (17), другие лексические средства:

(14) Но лучше всего сверкал электрический белый крест в руках громаднейшего Владимира на Владимирской горке...

Mais *la plus brillante* de toutes les lumières était celle de la grande croix élec-
trique blanche que portait l'énorme statue de saint Vladimir, érigée sur le tertre
du même nom.

[М.А. Булгаков. Белая гвардия (1924), tr. Claude Ligny (1970)]

(15) – Объясни ему, дураку, что лучше всего идут синтетические шубы под норку...

— Explique-lui, à cet imbécile, que *le mieux*, ce sont les fourrures synthétiques imitation vison...

[С.Д. Довлатов. Чемодан (1986), tr. Jacques Michaut-Paternò (2001)]

(16) Лушин, насмешливый, цинический на словах доктор, знал ее лучше всех – и любил ее больше всех, хотя бранил ее за глаза и в глаза.

Le docteur Louchine, personnage caustique et plein d'ironie, la connaissait et l'aimait **mieux qu'aucun de nous** – ce qui ne l'empêchait jamais de médire d'elle, en son absence comme en sa présence.

[И.С. Тургенев. Первая любовь (1860), tr. Michel-Rostislav Hoffman (1974)]

(17) – Вот в «ожидании-то лучшего» у вас лучше всего и вышло; недурно тоже и про «вашу мамашу».

– C’est cet «en attendant mieux» que vous avez **particulièrement bien** réussi; au sujet de «madame votre mère», ce n’était pas mal non plus.

[Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание (1866), tr. E. Guertik (1947)]
Что касается скорее, в НБД обнаружилась всего одна форма превосходной степени наречия, которой соответствует дивергентный ФЭФ – порядковое числительное *la première*:

(18) Она нашлась **скорее всех**, она взяла этого господина под руку и увела. Elle a eu **la première** la présence d'esprit de prendre ce monsieur sous le bras et de l'emmener.

[Л.Н.Толстой. Анна Каренина (1873–1877), tr. Henri Mongault (1952)]

Интересно, что в современном русском языке форма **скорее всего**, по-видимому, утратила способность функционировать как суперлатив прилагательного или наречия и употребляется только как дискурсивное слово со значением вероятностной оценки (Зализняк, Падучева 2018: 634). Следует отметить, что по данным «большого» корпуса НКРЯ широкое употребление этот дискурсив приобретает с 1940-х гг., а в текстах XIX в. еще можно встретить **скорее всего** в значении превосходной степени наречия **скоро**:

(19) Этим путем **скорее всего** можно было прийти к дому. [Д. В. Григорович. Город и деревня (1892)]

(20) Мне кажется, что последнее предложение письма самое разумное и, главное, **скорее всего** осуществимое. [Л. Н. Толстой. Письма (1894)]

В исследованном материале РР **скорее всего** встречается исключительно в качестве дискурсивного слова, на долю которого приходится 3,9% от всех вхождений **скорее**; в переводе ему могут соответствовать эквивалентные по значению французские дискурсивы *certainement*, *plutôt*, *vraisemblablement*, *à l'évidence* или «ноль».

(21) Мимо такой фразы проходить, пожалуй, не стоит, хотя **скорее всего** подруга имеет в виду дела амурные.

> L'amie devait *certainement* avoir en tête des affaires sentimentales en écrivant cela...

[Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер. Эра милосердия (1975), tr. inconnu (2005)]

(22) Смотрел поверх меня, откидывая голову и задиная высоко подбородок, и, хотя происходило это **скорее всего** от недостатка зрения, вид у него при всей его нескладности все равно был крайне высокомерный.
Il regardait au-dessus de ma tête en levant haut le menton, et bien que cela s'expliquât **vraisemblablement** par la faiblesse de sa vue, il n'en avait pas moins l'air singulièrement hautain.

[Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер. Эра милосердия (1975), tr. inconnu (2005)]

(23) Конечно, стоило бы все это обсудить с Жегловым, но он **скорее всего** назовет меня сентиментальной бабой и поднимет на смех...

J'appréhendais la réaction de Jeglov, l'entendant déjà me traiter de bonne femme sentimentale.

[Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер. Эра милосердия (1975), tr. inconnu (2005)]

### 4. Первая стадия грамматикализации: лучше и скорее как предикативы операционального предпочтения

В ряде случаев лексические единицы лучше и скорее находятся в препозиции к сравниваемым элементам, как правило инфинитивам, возможно также их сочетание с частицами да, уж:

(24) Каждый один от другого зависит на всю свою жизнь! Да **лучше** удавиться! Chacun dépendra toute sa vie de l'autre! Mais **plutôt** se perdre!

[Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание (1866), tr. E. Guertik (1947)]

(25) Тогда уж **лучше** Рафаэль с его, что называется, любовью...

Je **préfère** encore Rafael avec ce qu'il appelle son amour...
[С.Д. Довлатов. Иностранка (1986), tr. Jaques Michaut-Paternò (2001)]

Очевидно, что здесь уже не приходится говорить о сравнительной степени прилагательного и наречия, хотя бы потому что контексты исключают их замену на положительную степень. На наш взгляд, в таких случаях лучше и скорее употребляются в качестве предикативов операционального предпочтения, часто в сочетании с основанием сравнения, вводимым элементом чем. А. Б. Летучий отмечает, что внешне предикативы часто очень близки к конструкциям «инфинитив + наречие», однако «конструкции различаются тем, что в одной из них вершиной является глагол в инфинитиве (с выраженной связкой или без), а в другой – предикатив (с выраженной связкой или без). [...] Надежных критериев различения конструкций не существует» (Летучий 2017). Представляется, что отчасти таким критерием становится
перевод на французский язык: ФЭФ для предикативов операционального предпочтения во французских переводах представлены в первую очередь глаголами *valoir mieux, préférer, aimer mieux*:

(26) С мужчинами **лучше** дружить, иметь деловые отношения.
Les hommes, **il vaut mieux** les avoir pour amis ou pour partenaires en affaires.
[С.А. Алексиевич. Время секонд хэнд (2013), tr. Sophie Benech (2013)]

(27) **Лучшие** быть горничной с хорошим окладом, **чем** врачом с окладом бомжа.
**Mieux vaut** être femme de chambre avec un bon salaire, **que** médecin avec un revenu de SDF.
[С.А. Алексиевич. Время секонд хэнд (2013), tr. Sophie Benech (2013)]

(28) «О!» – возразил генерал. – «Это еще не беда: **лучше** ей быть покаместь женою Швабрина: он теперь может оказать ей протекцию; а когда его расстреляем, тогда, бог даст, ссынутся ей и женишки.
— Oh! répondit le général. Mais cependant ce ne serait pas un grand malheur pour elle. **Il lui conviendrait mieux** d'être la femme de Chvabrine, qui peut maintenant la protéger. Et quand nous l'aurons fusillé, alors, avec l'aide de Dieu, les fiancés se trouveront.
[А.С. Пушкин. Капитанская дочка (1836), tr. Louis Viardot (1853)]

В (28) отметим также характерное для предикативов сочетание с субъ- ектом в дательном падеже (Циммерлинг 2017). Сужение компаративной семантики предикатива **лучше** по сравнению со сравнительной степенью наречия в функции предиката, т.е. его грамматикализация, очевидно при сравнении симметричных конструкций с антонимичным наречием **хуже** или с отрицанием:

(29а) Отдыхать **лучше**, чем работать.

(29б) **Лучшие** отдыхать, чем работать.

(30а) Работать **хуже**, чем отдыхать / Работать **не лучше**, чем отдыхать.

(30б) *Хуже* работать, чем отдыхать / *Не лучше* работать, чем отдыхать.

Это наблюдение подтверждается исследованным материалом: если упо-
требление **лучше**-компаратива с отрицанием вполне возможно (31), то для
предикатива допустимо только эксплетивное *не... ли* в вопросительных предложениях (32):

(31) Мой швейцар, Николай, опыт которого в данном случае имеет свою цену, говорит, что нынешние студенты *не лучше и не хуже* прежних.

Mon appariteur, Nicolaï, dont l'expérience a son prix en la circonstance, dit que les étudiants d'aujourd'hui *ne sont ni meilleurs ni pires* que ceux d'hier.

[А.П. Чехов. Скучная история (1889), tr. Edouard Parayre (1960)]

(32) Наконец пришло ему в голову, что не *лучше ли будет* пойти куда-нибудь на Неву?

Enfin, il lui vint à l'esprit qu'il *ferait* peut-être *mieux d'aller* quelque part sur la Neva.

[Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание (1866), tr. E. Guertik (1947)]

Асимметрия *лучше и хуже* для предикатов операционального предпочтения отмечена в (Арутюнова 1988: 271). Добавим, что Г. А. Золотова разделяет «наречия оценочного значения в качестве предиката, выражающего нравственную или прагматическую оценку действия, названного инфинитивом» (Обманывать стыдно; Курить вредно) и «предикативные наречия в качестве предиката, выражающего состояние лица, вызываемое действием, названным инфинитивом» (Мне боязно идти домой; Горько вспоминать об этом) (Золотова: 350).

Как и компаративы, предикативы могут сочетаться с наречиями-интенсификаторами:

(33) Конечно, он уже не в силах был сообразить, что, может быть, *гораздо лучше было бы ему* совсем не класть топора на прежнее место, а подбросить его, хотя потом, куда-нибудь на чужой двор.

Bien entendu, il n'était plus capable de s'aviser qu'il *valait* peut-être *beaucoup mieux* ne point la rapporter mais la jeter, fût-ce même plus tard, quelque part dans une autre cour.

[Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание (1866), tr. E. Guertik (1947)]

Судя по всему, для скорее употребление в функции предикатива операционного предпочтения гораздо менее характерно; в исследованной НБД нам встретился только один пример с дополнительным значением степени вероятности осуществления:
(34) Ну чего вы, например, так боитесь? Чего вы вдруг теперь испугались? – Я боюсь и пугаюсь? Пугаюсь вас? **Скорее** вам бояться меня, cher ami.

Voyons, pourquoi par exemple avez-vous si peur? Qu'est-ce qui vient subitement de vous effrayer à ce point? – J'ai peur et je m'effraie? C'est de vous que j'ai peur? Ce serait **plutôt** à vous d'avoir peur de moi, cher ami.

[Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание (1866), tr. E. Guertik (1947)]

## 5. Вторая стадия грамматикализации: непредикативные коннекторы

### 5.1. Коннекторы операционального предпочтения, степени вероятности осуществления и степени дескриптивной адекватности

В случаях, когда лучше и скорее вводят предложение с предикатом, выраженным личной формой глагола, можно говорить о следующей стадии грамматикализации и их употреблении в качестве непредикативных коннекторов (часто в составе двухкомпонентного коннектора в сочетании с элементом чем):

(35) Знаешь, я не к Порфирию иду; надоел он мне. Я лучше к моему приятелю Пороху пойду.

Tu sais, ce n'est pas chez Porphyre que je vais, j'ai assez de lui. J'irai **plutôt** chez mon ami Poudre.

[Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание (1866) tr. E. Guertik (1947)]

(36) Дуня поняла, что он **скорее** умрет, чем отпустит ее.

Dounia comprit qu'il mourrait **plutôt** que de la laisser partir.

[Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание (1866) tr. E. Guertik (1947)]

Традиционная лексикография трактует данные единицы как наречия (Ожегов 1984, Ушаков 2001) или выделительно-ограничительные частицы (МАС 1981). Авторы «Русской грамматики – 1980» колеблются в квалификации таких употреблений лучше, указывая, что в этих случаях компаратив «по своей функции, с одной стороны, приближается к частице с субъективно-модальным значением предпочтительности, с другой стороны, обнаруживает признаки компонента двухместного союза лучше... чем» (§ 2815). На наш взгляд, эти терминологические разногласия можно преодолеть за счет использования термина «коннектор», поскольку это непредикативные
единицы, служащие для связи элементов текста в пределах одной или не-
скольких фраз.

У таких коннекторов, в дополнение к значению операционального пред-
почтения, можно выделить еще два основных значения: степень вероят-
ности осуществления (в этом значении равно допустимы скорее и лучше)
и степень дескриптивной адекватности для скорее... чем (Инькова 2013):

(37) «Немец», – подумал Берлиоз. «Англичанин, – подумал Бездомный, – ишь, и не жарко ему в перчатках». «[...] Нет, скорее француз...» – подумал Берлиоз. «Un Allemand...», pensa Berlioz. «Un Anglais..., pensa Biezdomny, et qui porte des gants par cette chaleur!» «[...] Non, ce serait **plutôt** un Français...», pensa Berlioz.

[М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929-1940), tr. Claude Ligny (1968)]

(38) Были еще несколько мальчиков, скорее присутствователей, чем участников, но и они были необходимы...

Il y avait encore plusieurs autres garçons, spectateurs **plus que** participants, mais
eux aussi étaient indispensables...

[Л.Е. Улицкая. Сонечка (1992), tr. Sophie Benech (1998)]

М. В. Ляпон характеризует такие релятивы следующим образом: «Реляти-
вы типа скорее (больше, раньше) достаточно убедительно иллюстрируют
принцип «менее истинное – более истинное». [...] В построениях с реляти-
вами больше, скорее первая версия отбрасывается (они строятся обычно
с отрицанием в первой части сообщения); при этом релятив скорее может
сопровождаться экспликатором противительной семы – **наоборот**, как бы
аннулирующим первую версию. [...] Релятив скорее достаточно обнаженно
и однозначно квалифицирует и направление градации, и ее принципы:
убежденность говорящего в том, что второе более адекватно истине (ре-
альному положению вещей). Для характеристики смыслового потенциала
реляционных единиц скорее, вернее, точнее, раньше показательна их коор-
динация с альтернативой, а также их причастность к сфере сравнительных
отношений» (Ляпон 1986: 98–99).

Интересно, что преобладающим вариантом французских ФЭФ для
непредикативных коннекторов с участием как лучше (13,7%), так и скорее
(15,7%) является коннектор *plutôt* (подобная нейтрализация рассматривав-
емых единиц отмечена в (Инькова 2017) в сопоставлении с итальянским
коннектором *piuttosto*). При этом само французское слово *plutôt* также
можно рассматривать как результат грамматикализации сравнительной степени наречия (*plus tôt*), закрепленной в изменении его орфографии; по данным cntrl.fr, слитное написание зафиксировано с 1549 г.

Отдельно следует отметить возможность участия коннекторов со значением степени вероятности осуществления на основе лучше и скорее в создании риторической фигуры, известной под названием адинатон, определяемой как гипербола, в которой невозможное или очень трудное сопоставляется с помощью сильного преувеличения, с какой-то нереальной ситуацией, с тем, чего в природе вещей не может быть:

(39) – Мой муж! – повторила она. – Он мне не муж. Я никогда не буду его женою! Я лучше решилась умереть, и умру, если меня не избавят.

– Mon mari! reprit-elle; il n’est pas mon mari; jamais je ne serai sa femme.
Je suis résolue à mourir *plutôt*, et je mourrai si l’on ne me délivre pas.

[А.С. Пушкин. Капитанская дочка (1836), tr. Louis Viardot (1853)]

(40) У меня **скорее** лапы отсохнут, чем я прикоснусь к чужому!

Que mes pattes se dessèchent *si jamais* je touche à l’argent d’autrui!

[М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929–1940), tr. Claude Ligny (1968)]

## 5.2. Коннекторы переформулирования / коррекции

Кроме того, обе рассматриваемые единицы могут входить в состав ряда многоэлементных коннекторов и дискурсивных слов с иными значениями; в частности, в сочетании с элементом или они могут выступать в метаязыковой роли (Ляпон 1986: 100), образуя разнообразные коннекторы (всего 8 РР: лучше сказать; или лучше; или лучше сказать; или, еще лучше; или, лучше; или, лучше сказать; или скорее всего; или, скорее) со значением переформулирования / коррекции:

(41) У папеньки Катерины Ивановны, который был полковник и чуть-чуть не губернатор, стол накрывался иной раз на сорок персон, так что какую-нибудь Амалию Ивановну, **или лучше сказать** Людвиговну, туда и на кухню бы не пустили...

Chez mon papa, qui était colonel et presque gouverneur de province, le couvert était parfois mis pour quarante personnes, si bien qu’une Amalia Ivanovna **ou, pour mieux dire** Amalia Ludwigovna, on ne l’aurait même pas admise à la cuisine...

[Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание (1866), tr. E. Guertik (1947)]
(42) Вы можете просто написать: коллажский асессор, **или, еще лучше**, состоящий в майорском чине.

Vous n'avez qu'à écrire tout simplement: un assesseur de collège, **ou mieux encore**: un major...

[Н.В. Гоголь. Нос (1832–1833), tr. Boris de Schloezer (1925)]

В комбинаторном отношении следует отметить, что коннекторы **лучше и скорее** не допускают сочетания ни с отрицанием, ни с наречиями-интенсификаторами типа намного или гораздо; сочетание с **еще** возможно для коннекторов переформулирования / коррекции (ср. пример 42). Зато, как и предикативы, они могут сочетаться с частицами **да, уж**:

(43) Торговать орехами на Сто восьмой?.. **Да лучше я обратно попрошусь!**

Vendre des cacahuètes sur la 108e rue?... **Mieux vaut que je rentre!**

[С.Д. Довлатов. Иностранка (1986), tr. Jacques Michaut-Paternò (2001)]

(44) Вы уверены, Петр Лаврентьевич, что не надо было «Бесов» писать? **Скорее уж** «Дневник писателя» не надо было писать.

Vous êtes sûr, Piotr Lavrentievitch, qu'il n'aurait pas dû écrire Les Démons? **A tout prendre**, il aurait mieux fait, **plutôt**, de ne pas écrire le Journal d'un écrivain.

[В.С. Гроссман. Жизнь и судьба (1959), tr. Alexis Berelowitch (1980)]

## 6. Проблемы интерпретации

Необходимо подчеркнуть, что в современном русском языке все три вида употреблений **лучше** и **скорее** сосуществуют одновременно. Например, в (45) первое **лучше** является коннектором со значением операционного предпочтения, а второе – сравнительной степенью наречия в функции предиката; эта разница становится очевидной при анализе французского перевода, где этим двум употреблениям соответствуют ФЭФ *plutôt* и *mieux*:

(45) Нет, Соня, это не то! – начал он опять, вдруг поднимая голову, как будто внезапный поворот мыслей поразил и вновь возбудил его, – это не то! А **лучше...** предположи (да! этак действительно **лучше!**), предположи, что я самолюбив, завистлив, зол, мерзок, мстителен, ну... и, пожалуй, еще наклонен к сумасшествию.

Non, Sonia, ce n'est pas cela! recommença-t-il en relevant brusquement la tête comme si un revirement dans ses pensées l'avait soudain frappé et ranimé, ce
n'est pas cela! *Plutôt...* suppose (oui, c'est en effet **mieux** ainsi!) suppose que je sois vaniteux, envieux, méchant, mesquin, vindicatif, voyons... et peut-être aussi prédisposé à la folie.

[Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание (1866), tr. E. Guertik (1947)]

Более того, границу между разными употреблениями не всегда легко провести, что подтверждают колебания переводчиков между вариантами интерпретации в полиэквиваленциях, т.е. при наличии в НБД нескольких вариантов перевода одного и того же русского текста:

(46) «Собаку заведу, – решил Обломов, – или кота... **лучше** кота: коты ласковы, мурлычут».

(46a) «Je vais acheter un chien, décida Oblomov, ou bien un chat... Oui, un chat **plutôt**. Les chats sont caressants, ils ronronnent.»

[И.А. Гончаров. Обломов (1848–1859), tr. Arthur Adamov (1959)]

(46b) «Je vais prendre un chien, décida Oblomov, ou plutôt un chat... **mieux vaut** un chat, ils sont affectueux, ils ronronnent.»

[И.А. Гончаров. Обломов (1848–1859), tr. Luba Jurgenson (1988)]

Трудность интерпретации лексической единицы **лучше** в примере (46) объясняется неполнотой синтаксического фрагмента, в который она входит: неочевидно, идет ли речь об эллипсисе личной формы глагола (**лучше** я заведу кота) или инфинитива (**лучше** завести кота). В первом случае лучше будет коннектором, что соответствует переводу А. Адамова un chat **plutôt** (46а), а во втором – предикативом, тогда французский ФЭФ должен быть **mieux vaut** un chat, как в переводе Л. Юргенсон (46b).

Можно сделать вывод, что в зеркале французских переводов различия между указанными типами употребления становятся более очевидными; таким образом, контрастивное корпусное исследование оказывается эффективным методом анализа русского языкового материала.

## 7. Заключение

Возвращаясь к перечисленным в (Виноградова 2016) механизмам грамматикализации (десемантизация, расширение контекстов употребления, декategorизация, фонетическое упрощение), можно сделать вывод, что
зафиксированное в исследованном материале НБД разнообразие употреблений лексических единиц лучше и скорее действительно может быть упорядочено по оси двухэтапной грамматикализации, хотя ее пути несколько отличаются для двух единиц. Частичная десемантизация компаративов проявляется в невозможности замены предикативов и коннекторов положительной степенью сравнения, а также сочетания с отрицанием, при этом она сопровождается появлением у предикативов и коннекторов новых, самостоятельных значений; расширение контекстов употребления – в сочетаемости предикативов и коннекторов с частицами да, уж; декатегоризация – в постепенной утрате возможности сочетания с наречиями-интенсификаторами (гораздо, намного). Единственный механизм, оказавшийся нерелевантным, – это фонетическое упрощение. Заметим, что французский коннектор plutôt тоже является результатом грамматикализации сравнительной степени наречия (plus tôt), что позволяет провести параллель между процессами грамматикализации компаративов в русском и французском языке.

На «нулевом» этапе грамматикализации лексическая единица лучше является сравнительной степенью прилагательного хороший или наречия хорошо; компаратив свободно сочетается с наречиями-интенсификаторами (еще, намного, гораздо) и с отрицанием, но не допускает сочетания с частицами да, уж, образует превосходную степень (лучше всего / всех), может выполнять разнообразные синтаксические функции. Преобладающие французские ФЭФ для этого этапа – компаративы и суперлативы (meilleur / le meilleur, mieux / le mieux). На первом этапе грамматикализации предикатив операционального предпочтения лучше уже имеет некоторые отличия по позиции и сочетаемости: тяготеет к препозиции, может сочетаться с субъектом в д.п., с частицами да, уж и с интенсификаторами, но не допускает полноценного отрицания. Преобладающие ФЭФ – глаголы (valoir mieux, préférer, aimer mieux). На втором этапе грамматикализации лучше становится непредикативным коннектором с развитой самостоятельной семантической структурой (значения операционального предпочтения, степени вероятности осуществления, в сочетании с элементом или – перегормулирования / коррекции). Он не может сочетаться ни с отрицанием, ни с интенсификаторами намного, гораздо (сочетание с еще возможно в значении переформулирования / коррекции), но допускает сочетание с частицами да, уж. Преобладающий ФЭФ – французский коннектор plutôt (здесь можно констатировать нейтрализацию коннекторов лучше и скорее).

Лексическая единица скорее проходит по тому же пути грамматикализации, но с некоторыми отличиями: так, на «нулевом» этапе превосходная
степень **скорее всего** дополнительно грамматикализуется в дискурсивное слово со значением вероятностной оценки; употребление **скорее всего / всех** в функции суперлатива для современного русского языка, судя по исследованному материалу, нехарактерно. На первом этапе грамматикализации отмечен единичный случай употребления **скорее** как предикатива; зато на втором этапе коннектор **скорее** обладает дополнительным значением степени дескриптивной адекватности.

Отметим, что возможность сочетания с основанием сравнения, вводимым элементом чем, сохраняется на всех этапах для обеих единиц, таким образом, о полной их десемантизации (утрате значения сравнения) говорить преждевременно.

Самостоятельным результатом исследования можно считать наблюдение о возможности изучения процесса грамматикализации в русском языке с опорой на французские переводы: исследование показало, что преобладающими ФЭФ для русских компаративов и суперлативов являются французские компаративы и суперлативы (meilleur / le meilleur, mieux / le mieux, plus vite), для предикативов – глаголы (valoir mieux, préférer, aimer mieux), для коннекторов – коннектор plutôt. Зачастую контрастивные работы сводятся к констатации различий между языками, но в ходе данного исследования анализ французских переводов действительно был полезен для снятия неоднозначности при определении статуса русских лексических единиц.

## Библиография

Арутюнова Н. Д. (1988). Типы языковых значений: Оценка. Событие. Факт. Москва: Наука.

Большая Российская Энциклопедия. Электронный ресурс: https://bigenc.ru/linguistics/text/2375801, дата обращения: 30.07.2019.

Виноградова Е.Н. (2016). Грамматикализация в русском языке: от формы существительного к предлогу (на материале соматизмов). Вопросы языкознания, №1, с. 25–50.

Евгеньева А. П. (ред.) (1981). МАС – Словарь русского языка. Москва: Русский язык.

Жирмунский В. М. (1965). Об аналитических конструкциях. В: В. М. Жирмунский, О. П. Суник (ред.), Аналитические конструкции в языках различных типов. Москва-Лениград: Наука.

Зализняк Анна А., Падучева Е. В. (2018). Опыт семантического анализа русских дискурсивных слов: пожалуй, никак, все-таки. Вестник РУДН. Серия: ЛИНГВИСТИКА, т. 22, № 3, с. 628–652.
Золотова Г. А. (2006). Синтаксический словарь: Репертуар элементарных единиц русского синтаксиса. Москва: Едиториал УРСС.

Инькова О. Ю. (2013). О семантике так называемых градационных союзов не столько... сколько и скорее... чем. Вопросы языкознания, №1, с. 38–52.

Инькова О. Ю. (2017). Принципы определения лингвоспецифичности коннекторов. В: Компьютерная лингвистика и интеллектуальные технологии: По материалам ежегодной международной конференции «Диалог», вып. 16 (23), т. 2. Москва: Издательство РГГУ. С. 150–160.

Летучий А. Б. (2017). Предикатив. В: Материалы для проекта корпусного описания русской грамматики (http://rusgram.ru). На правах рукописи. Москва.

Ляпон М. В. (1986). Смысловая структура сложного предложения и текст: К типологии внутритекстовых отношений. Москва: Наука.

Майсак Т. А. (2005). Типология грамматикализации конструкций с глаголами движения и глаголами позиции. Москва: Языки славянской культуры.

НКРЯ – Национальный корпус русского языка. Электронный ресурс: www.ruscorpora.ru, дата обращения: 30.07.2019.

Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. (ред.) (1984). Словарь русского языка. Москва: Русский язык.

Попкова Н. А., Инькова О. Ю., Зацман И. М., Кружков М. Г. (2015). Методика построения моноэквиваленций в надкорпусной базе данных коннекторов. В: Труды 2-й конференции «Задачи современной информатики». Москва: ФИЦ ИУ РАН. С. 143–153.

Шведова Н. Ю. (ред.) (1980). Русская грамматика. Москва: Наука.

Ушаков Д. Н. (2001). Толковый словарь русского языка. Москва: Вече – Мир книги.

Циммерлинг А. В. (2017) Русские предикативы в зеркале эксперимента и корпусной грамматики. В: Компьютерная лингвистика и интеллектуальные технологии: По материалам ежегодной международной конференции «Диалог», вып. 16 (23), т. 2. Москва: Издательство РГГУ. С. 466–481.

Centre National de Ressources Textuelles et Lexicales. Электронный ресурс: www.cntrl.fr, дата обращения: 30.07.2019.

Kuriłowicz J. (1965). The evolution of grammatical categories. Diogenes, 51, p. 55–71.
Ирина Кобозева

МГУ им. М. В. Ломоносова, Москва, Россия

# Конструкционные коннекторы контактного предшествования в русском и французском языках в зеркале переводов

DOI 1024917/9788380845060.15

In the paper we present the results of the contrastive study of constructions that function as one of the means of encoding the taxis of immediate (= contact) anteriority: *He успел X P₁ как / a P₂ стоило P₁ как / чтобы / и P₂ in Russian and Il suffit P₁ pour que P₂; X n'avait que P₁, pour que P in French. The study was carried out using the Russian ↔ French part of the database of multicomponent connectors, developed in Federal Research Center "Computer Science and Control" of the Russian Academy of Science, as well as additional data from the main and parallel subcorpora of the RNC. In section 1 we give general information on the main means of expressing taxis in Russian and French. In section 2 we provide data on the structure of the given constructions and on the frequency of their usage with that particular meaning in original and translated Russian and French texts, using the materials from the above mentioned database. In section 3 we analyze the ambiguous lexico-syntactic structure *He успел X P₁ как / a P₂*, which in addition to contact anteriority taxis has two other meanings. We provide typical ways of translating each of the three interpretations of the given structure into French. Section 4 describes language indicators that allow to disambiguate this structure and choose a correct translational equivalent.

## 1. Введение

Во всех языках мира существуют средства выражения темпоральных отношений между описываемыми событиями. Эти отношения составляют содержание функционально-семантической категории таксиса, введенной Р.О. Якобсоном в (Jakobson 1957). Таксис «реализуется в бипропозитивных (и шире полипропозитивных) конструкциях, где различными грамматическими средствами маркируется временная локализованность (одновременность / неодновременность: предшествование, следование) одной
ситуации Р₁ относительно другой ситуации Р₂, чья временная локализация
характеризуется относительно времени речи...» (Храковский 2009: 20). Все
три значения временной локализованности – одновременность, предше-
ствование, следование – в языках мира могут далее дифференцироваться
грамматическими и / или лексическими средствами. В частности, в рамках
значения предшествования выделяются прерываемое, контактное и дис-
тантное предшествование. При контактном предшествовании интервал
между Р₁ и Р₂, условно говоря, «нулевой», т.е. с точки зрения говорящего
он столь мал (в масштабах данных ситуаций), что им можно пренебречь.

В русском и французском языках прототипической таксисной конструк-
цией является сложноподчиненное предложение (далее СПП) с придаточ-
ным времени (Храковский ред. 2009: 6; Корди 2009: 224), маркируемым тем
или иным темпоральным коннектором (союзом, союзной частицей или
синтаксической фраземой). Во французском языке, в отличие от русского,
есть относительные времена, формы которых специально предназначены
для кодирования таксисной граммемы предшествования в полипредика-
тивных конструкциях. Это прошедшее предшествующее (passé antérieur),
будущее предшествующее (futur antérieur) и сверхсложные (surcomposé)
времена. Присутствие одной из этих форм в зависимой клаузе однозначно
указывает на то, что обозначаемая ею ситуация Р₁ должна пониматься как
предшествующая ситуации Р₂, описываемой в главной клаузе.

В русском языке нет глагольных граммем, специализирующихся на ко-
дировании таксисных отношений. В их передаче участвует темпоральный
коннектор и / или соотношение видовременных форм глаголов в главной
и зависимой клаузе:

(1) Когда Таня переводила статью, она пила кофе.

(2) Когда Таня перевела статью, она выпила кофе.

(3) После того как Таня переводила статью, она пила кофе.

В (1) и (2) союз когда сигнализирует только о том, что ситуация в при-
даточной части служит временным ориентиром (фоном), для ситуации
в главной части. Таксисного значения этот союз сам по себе не маркирует.
При этом в (1) формами НСВ глаголов по умолчанию выражено отношение
одновременности: период времени, в течение которого Таня пила кофе,
совпадает с периодом времени, занятым переводом статьи, а в (2) формами СВ глаголов выражено отношение предшествования: перевод Таней статьи завершился раньше, чем она выпила кофе. В (3) главную роль в выражении таксиса играет составной союз *после того как*, поскольку он однозначно маркирует ситуацию в придаточной клаузе как предшествующую. Формы НСВ глаголов в контексте однозначного союза с таксисным значением указывают только на повторяемость, многократность такой последовательности событий.

Ни в русском, ни во французском языке нет специальных глагольных форм для выражения разных вариантов предшествования, в частности контактного предшествования (далее КП). В обоих языках главная нагрузка при необходимости эксплицитно выразить данное отношение между ситуациями приходится на коннекторы КП: как только $P_1$ (так) $P_2$; едва $P_1$ (как) $P_2$ и др. в русском, dès que $P_1$, $P_2$, à peine $P_1$, que $P_2$ и др. во французском языке. В обоих языках эти коннекторы образуют синонимические ряды. В рамках этих рядов в каждом из языков на синхронном уровне коннекторы-синонимы различаются по следующим параметрам: 1) сложность структуры (одноэлементные, или простые / неодноэлементные, или составные; одноместные / двухместные); 2) употребительность (частотность); 3) стилистическая окраска; 4) наличие морфологических и синтаксических ограничений на структуру зависимой клаузы. В обоих языках входящая в значение КП идея нулевого временного интервала между $P_1$, и $P_2$ может повторно выражаться наречиями или адвербиальными группами в составе $P_2$ с таксисным значением контактного следования (КС): сразу, тотчас же и др. в русском, immédiatement, aussitôt и др. во французском языке.

В (Кобозева 2017) был проведен сопоставительный анализ коннекторов КП на материале переводов с русского языка на французский и наоборот. Анализ показал два существенных различия между языками в широком смысле, включающем дискурсивные практики говорящих на этих языках. Первое касается вариативности формы коннекторов. Во французском языке форма коннекторов более компактна (в основном они одноместны, т.е. целиком расположены в зависимой клаузе), и их вариативность сводится в основном к наличию / отсутствию компонента *que*, что определяется финитностью / нефинитностью зависимой клаузы. Русский язык допускает варьирование формы коннекторов КП в широких пределах, ограниченных действием правил, не связанных с морфосинтаксической структурой зависимой клаузы. Многие из них представляют собой комбинации синонимичных
однословных союзов и / или союзных частиц: как только, только-только, едва лишь, едва-едва, едва лишь только и т.п.

Второе различие состоит в следующем. В русском дискурсе признак «кон-
тактности», или «нулевого интервала», между следующими друг за другом
ситуациями, гораздо чаще, чем во французском кодируется эксплицитно при
помощи коннектора КП и / или адвербиала КС, тогда как во французском
этот смысловой компонент таксисного отношения выводится из контекста
с привлечением фоновых знаний. Кроме того, в русском языке этот признак
гораздо чаще, чем во французском языке, маркируется неоднократно –
и в структуре коннекторов КП (см. выше о повторе синонимичных ком-
понентов в их составе), и в главной клаузе (при помощи адвербиала
КС со значением «нулевого интервала»). Особенно действие этих тенденций
заметно, когда русский переводчик «исправляет» оригинал одним из двух
способов: 1) заменяет неспециализированный временной коннектор кон-
нектором КП, например quand → как только; 2) вводит в главную клаузу
адвербиал «нулевого интервала», отсутствующий в оригинале, например,
Ø → тотчас же. Изменения при переводе с русского на французский,
осуществляемые французскими переводчиками прямо противоположны:
1) коннектор КП часто заменяется на неспециализированный времен-
ной, например, как только → lorsque; 2) адвербиал «нулевого интервала»
в главной части СПП опускается, например, тотчас же → Ø. Иными сло-
вами, в русском дискурсе заметно чаще, чем во французском, встречается
избыточное выражение (и тем самым подчеркивание) признака краткости
интервала при описании следования одной ситуации за другой.

Цель данного исследования – во-первых, проверить, подтверждается ли тенденция, выявленная в (Кобозева 2017), на материале конструкций контактного предшествования, а во-вторых, более детально проанализировать конструкцию КП с глаголом успеть и две омонимичные ей конструкции с другим значением, обсудить проблему разрешения данной омонимии и рассмотреть способы перевода каждой из трех конструкций на французский язык.

2. Сопоставление конструкционных коннекторов КП в русском
и французском языке

Помимо союзных коннекторов КП, рассмотренных в разделе 1, в обо-
их языках существуют конструкции, которые можно рассматривать как
своего рода конструкционные коннекторы КП, поскольку они служат либо
исключительно для выражения данного таксисного отношения между пропозициями, выражаемыми в каждой из двух частей данных конструкций, либо выражают это значение одновременно с логико-семантическим отношением обусловленности.

Анализ таких конструкций проводился нами на материале специально предназначенной для сопоставительных исследований надкорпусной базы данных многокомпонентных коннекторов (далее НБДМК), созданной сотрудниками Федерального исследовательского центра «Информатика и управление» Российской Акакдемии Наук и описанной в (Зацман, Инькова, Кружков, Попкова 2016). Дополнительно привлекались данные из основного и параллельного корпусов НКРЯ.

В русском языке к конструкционным коннекторам КП относятся конструкции Не успел Х *Р*₁, как *Р*₂ и Стоило *Р*₁, как / чтобы *Р*₂. Первая из них рассматривается в разделе, посвященном сложноподчиненным предложениям с временными союзами (Русская грамматика 1982: 558–560), вторая – в разделе о фразеологизованных конструкциях с отношением обусловленности (Русская грамматика 1982: 598–600). Во французском языке к этой категории коннекторов можно отнести конструкции *Il suffit P₁ pour que P₂*<fnref n="1" /> и *X n'avait que P₁ pour que P₂*. С формально-синтаксической точки зрения в этих конструкциях клауза, содержащая пропозицию *P₁*, является главной, а клауза, содержащая пропозицию *P₂*, зависимой, придаточной, поскольку содержит подчинительный союз: как в русском и *pour que* во французском. С точки зрения значимости в дискурсивной последовательности главной (ядерной) является клауза, содержащая пропозицию *P₂*, несущая новую информацию, а содержание пропозиции *P₁* обычно уже активировано, то есть предсказывается предшествующим дискурсом, составляя элемент сценария, ранее введенного в рассмотрение. В обоих языках существуют также варианты указанных конструкций КП с сочинительными союзами (Не успел Х *Р*₁, а *Р*₂; Стоило *Р*₁, и *Р*₂; *Il suffit (de) P₁ et P₂*), а в русском языке – и с бессоюзной связью частей (Не успел Х *Р*₁, *Р*₂; Стоило *Р*₁, *Р*₂). Такие конструкции формально представляют собой сложносочиненные или бессоюзные предложения с двумя синтаксически равноправными клаузами,

<footnote n="1">¹ Мы не рассматриваем в данной работе русскую конструкцию *Достаточно Р₁, чтобы Р₂*, служащую пословным переводным соответствием французской *Il suffit P₁ pour que P₂*, потому что в НБДМК она пока не представлена при том, что ее французский эквивалент в этой базе фигурирует в качестве одного из средств перевода конструкции *Стоило Р₁, как / чтобы Р₂* и союзных коннекторов КП.</footnote>
но содержательно более важным (менее предсказуемым) в них является
клауза, обозначающая позднейшее из двух событий (то есть $Р_2$).

Анализ моноэквиваленций, содержащихся в НБДМК, то есть пар
параллельных контекстов из русско-французской и французско-русской
частей НБДМК и из параллельного корпуса НКРЯ, во-первых, подтвердил
правомерность отнесения указанных конструкций к коннекторам, поскольку
во многих случаях конструкции одного языка соответствует обычный
коннектор в другом языке, как в (4), или наоборот, как в (5):

(4) а. **Не успел** будочник, закрывши пальцем свою правую ноздрю, потянуть левою полгорсти, **как** мертвец чихнул ... [Н. В. Гоголь. Шинель (1842)]

б. **À peine** le guéritier, se bouchant du pouce la narine droite, en inspira-t-il par la gauche une demi-pincée, le mort toussa ... [Trad. par Boris de Schloezer (1925)]

(5) а. В Москве, **лишь только** намек при нем возникал, он замолчит, замкнется. [Василий Гроссман. Жизнь и судьба, ч. 1 (1959)]

б. А Moscou, **il suffisait** d'une allusion **pour qu'il** se saise et se renferme sur lui-même. [Vassili Grossman. Vie et destin [Trad. par Alexis Berelowitch (1980)]

Русские и французские конструкционные коннекторы существенно разнятся по их «удельному весу» в системе средств выражения КП. В русском языке конструкции с грамматикализованными глаголами **успеть** и **стоить** не только могут выражать таксис КП в чистом виде, но и по частоте употребления не уступают многим обычным коннекторам КП. Это легко увидеть, если сравнить частотность этих конструкций в НКРЯ с данными корпусного анализа частотности разных вариантов союзных коннекторов КП в (Киданова 2017). Французские же конструкции могут выражать отношение КП только одновременно с отношением обусловленности $Р_2$ со стороны $Р_1$ при том, что выражение отношения обусловленности этими конструкциями не требует одновременного выражения отношения КП. Естественно, что русские коннекторы КП, как обычные, так и конструкционные, переводятся на французский при помощи конструкций только в тех случаях, когда таксисное отношение КП сопряжено с отношением обусловленности, как в (5): возникновение некоего намека – достаточное условие для того, чтобы «он» замолкал и замыкался.

Приведем данные о частотности выражения таксисного значения
КП при помощи конструкционных коннекторов в НБДМК, представив
синтаксическую структуру конструкций в виде формулы с глагольным
компонентом, приведенным к одной из возможных для него грамматических форм.

<table><caption>Таблица 1. – Частотность выражения контактного предшествования при помощи конструкционных коннекторов в НБДМК</caption><thead><tr><th>Конструкция</th><th>Абсолютная частота</th><th>Относительная частота</th></tr></thead><tbody><tr><td><strong>Русский язык</strong></td><td></td><td>(из 311 конн. КП)</td></tr><tr><td>не успел <i>NP<sub>ном</sub></i> <i>VP<sub>инж</sub></i>, (как / а) S</td><td>38</td><td>12%</td></tr><tr><td>стоило (<i>NP<sub>ха</sub></i>) <i>V<sub>инж</sub></i> (как / чтобы / и) S</td><td>19</td><td>6%</td></tr><tr><td><strong>Французский язык</strong></td><td></td><td>(из 231 конн. КП)</td></tr><tr><td><i>NP<sub>ном</sub></i> n'avait qu' à <i>V<sub>инж</sub></i> pour que S</td><td>1</td><td>0,4%</td></tr><tr><td><i>Il suffit</i> <i>V<sub>инж</sub></i> / de <i>NP</i> , pour que / et S</td><td>8</td><td>3,5%</td></tr></tbody></table>

Существенно более высокая абсолютная и относительная частота конструкционных коннекторов КП в русских текстах, как оригинальных, так и переводных по сравнению с оригинальными и переводными французскими текстами по данным НБДМК очевидна. Объединив данные Таблицы 1 с данными о частотности союзных коннекторов КП в той же базе, приведенными в (Кобозева 2017), мы можем констатировать, что конструкционные коннекторы КП с глаголами **успеть** и **стоить** занимают по абсолютной и относительной частоте соответственно четвертое и пятое место среди всех коннекторов, уступая только лексемам как **только**, **лишь** и **едва**, и существенно превосходя многие другие союзные коннекторы КП. Во французских текстах доля конструкционных коннекторов КП незначительна, причем по нашим данным они появляются чаще в переводных текстах, и стимулом для их употребления всегда служат конструкционные коннекторы оригинала, как в (6):

(6) а. **Стоило** моему брату произнести любую глупость, как женщины начинали визгливо хохотать. [С.Д. Довлатов. Чемодан (1986)]

б. **Il suffisait que** mon cousin prononce n'importe quelle bêtise **pour qu'**aussitôt les femmes éclatent d'un rire strident. [Trad. par Jacques Michaut-Paternò (2001)]

(7) а. **Стоило** ему вспомнить о том, чем он был три месяца тому назад, и то, что он теперь; вспомнить, как равномерно он шел под гору, – чтобы разрушилась всякая возможность надежды. [Л.Н.Толстой. Смерть Ивана Ильича (1882–1886)]
6. Il n'avait qu'à se rappeler ce qu'il était trois mois auparavant et ce qu'il était maintenant; se rappeler avec quelle régularité il descendait la pente, **pour que** s'effonfre toute possibilité d'espérance. [Trad. par F. Flamant (1997)]

В подавляющем большинстве случаев русским конструкциям КП во французских переводах соответствуют союзные коннекторы КП, как в (4), (8), (15):

(8) а. **Стоило** нам проститься, **и** мысль о долгах наплывала, как туча.
[С.Д. Довлатов. Чемодан (1986)]

6. Mais **dès que** nous nous quittions, l'idée de ces dettes m'obsédait comme un
cauchemar. [Trad. par Jacques Michaut-Paternò (2001)]

Напротив, в русских переводах конструкционные коннекторы КП появля-
ются не только тогда, когда стимулом перевода для них служат французские
конструкции КП, но и когда им соответствуют союзные коннекторы КП во
французском оригинале, как в (9) и (10):

(9) а. À peine s'était-il rassis à la table qu'une voiture blanche s'arrêta à hauteur du café, le long du trottoir d'en face. [Patrick Modiano. Quartier perdu (1985)]

6. **Не успел** он снова сесть за столик, **как** у тротуара напротив кафе оста-
новилась белая машина. [Перев. Ю. Яхнина (1989)]

(10) а. ...**dès qu'elle** lui avait fait quelque petite mignardise, il oubliait tout.... [Prosper Merimée. Lokis (1869)] (НКРЯ)

6. ...**стоило** ей проявить к нему малейшую ласку, **как** он все забывал...
[Перев. М. Кузмин (1927)]

Все вышесказанное свидетельствует о том, что рассматриваемые конструк-
ции в русском языке принадлежат к числу основных средств выражения
контактного предшествования, а во французском служат периферийным
средством выражения данного таксисного отношения.

Анализ моноэквиваленций с конструкционными коннектором КП
в НБДМК подтверждает вывод, сделанный в (Кобозева 2017), о тенденции
в русском языке к эксплицитному маркированию идеи «нулевого» интервала
между следующими одна за другой ситуациями, ярко проступающей на
фоне французских соответствий, в которых эта идея выводится из контек-
ста. См. типичный случай (11), где во французском оригинале использован
не выражающий КП союз quand, а в переводе – не союз когда, служащий переводным эквивалентом quand, а конструкция КП:

(11) a. **Quand** je suis arrivé au bas de l'escalier, la lumière s'est éteinte. [Patrick Modiano. Quartier perdu (1985)]

б. **Не успел** я спуститься по лестнице, **как** свет погас. [Перев. Ю. Яхнина (1989)]

Также наблюдается на данном материале и отмеченное в (Кобозева 2017) избыточное маркирование идеи «нулевого интервала» при помощи адвербиала контактного следования, как в (12):

(12) a. **Dès qu'on** lui parlait de cela, elle se taisait, elle qui parlait si volontiers. [Victor Hugo. Les Misérables. Deuxième partie. Cosette (1862)]

б. **Стоило** кому-нибудь заговорить с ней об этом, **и** она, обычно болтливая, **тотчас же** умолкала. [Перев. Н. Нолле-Коган, 1950–1960)]

Лексико-синтаксическая структура вида не успел *P₁*, как / а *P₂*, представляет особый интерес в плане перевода, поскольку она далеко не всегда выражает отношение КП. К рассмотрению семантических вариантов этой структуры мы и перейдем в следующем разделе.

### 3. Конструкционный коннектор КП не успел *P₁*, как / а *P₂* и его омонимы

Лексико-синтаксическая структура (структурная схема) Не успел $N_{пом}V_{inf}$, как S неоднозначна. Уже в (Русская грамматика 1982) были описаны 3 возможные интерпретации этой схемы, лишь одна из которых выражает таксисное значение КП. Можно сказать, что эта схема соответствует 3 разным конструкциям. В духе грамматики конструкций их описание уточнено К. Шагал (2014). Рассмотрим эти конструкции последовательно, несколько упростив формальную запись структурной схемы и отчасти изменив описание свойств конструкций по сравнению с (Шагал 2014).
### 3.1. НЕ УСПЕЛ Х Р, КАК Q (I) – маркер того, что ситуация P(X) контактно предшествует ситуации Q

Когда данная конструкция выступает как таксисный маркер КП, составляющие ее элементы, как и конструкция в целом, характеризуется следующими особенностями.

#### 3.1.1. Десематизация частицы не

Частица не утрачивает свое значение оператора отрицания, поскольку осуществление события 'P(X)' в данной конструкции не отрицается. Если бы слово не выступало в своем прямом значении оператора отрицания, то осуществление события 'P(X)' должно было бы отрицаться, поскольку глагол успеть относится к семантическому к типу импликативных предикатов: из утверждения с такими предикатами следует истинность их пропозиционального актанта, а из отрицания – ложность. Так, из утверждения (13а) следует истинность утверждения (13б):

(13) а. Иван успел закончить работу до праздников.

б. Иван закончил работу до праздников.

а из его отрицания (14а) следует утверждение о ложности утверждения (13б), выражаемое при помощи отрицательного предложения (14б):

(14) а. Иван не успел закончить работу до праздников.

б. Иван не закончил работу до праздников.

Но в конструкции КП при наличии частицы не при предикате успеть утверждается истинность его пропозиционного актанта P(X). Так, из (15а) следует истинность предложения Ты появился на крыше, а не его ложность. Естественно, что в переводах этой конструкции КП при помощи союзов КП показатель отрицания отсутствует, как в (15б):

(15) а... не успел ты появиться на крыше, как уже сразу отвесил нелепость...

[М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929–1940)]

б. À peine es-tu apparu sur ce toit que tu as commis une bourde... [Trad. par Claude Ligny (1968)]
### 3.1.2. Десемантизация глагола успеть

Глагол успеть меняет значение, присущее ему в свободном употреблении, в частности в простых предложениях типа (13, 14). Это прототипическое значение может быть представлено следующим толкованием:

(16) Х успел Р = 'Х хотел, чтобы Р(Х) осуществилось до момента t; для этого в норме нужно, чтобы Х имел в своем распоряжении период времени T; у Х-а было времени меньше, чем T; поэтому было возможно, что Р(Х) не осуществится до момента t; благодаря усилиям Х-а и / или благоприятным обстоятельствам Р(Х) осуществилось до момента t'.

На примере (15) мы видим, что утрачиваются пресуппозиционные компоненты значения глагола успеть – 'у Х-а имелось времени меньше, чем T, которое нужно для осуществления Р(Х) до t, и поэтому было возможно, что Р(Х) не осуществится до t' и, соответственно, не может быть реализован в полной мере и основанный на них ассертивный компонент, заключающий информацию об удачном преодолении возникшего цейтнота. В (15) не содержится информации о том, что тот, кого автор высказываетя обозначает как «ты», должен был спешить, чтобы появиться на крыше до некоторого заранее определенного момента, и рассматривалась возможность, что за имеющееся время его появление не осуществится. Тем самым глагол успеть в данной конструкции полностью десемантизируется.

Итак, вершинный предикат не успел оказывается полностью десемантизированным, что является важным признаком его грамматикализации. Фактически первая клауза в данной конструкции имеет значение 'имело место Р (Х)'.

### 3.1.3. Изменение сочетаемости глагола успеть

В конструкции КП меняется сочетаемость глагола успеть. Вне данной конструкции он может управлять предложной группой, как в примерах типа Иван (не) успел на свадьбу своего друга. А в составе конструкционного коннектора КП успеть не может иметь предложное дополнение, что демонстрирует грамматическая неправильность (17) при правильности (18):

(17) *Не успел* Иван на свадьбу своего друга, **как** там началась драка

(18) **Не успел** Иван прийти на свадьбу своего друга, **как** там началась драка.
3.1.4. Порядок составляющих в клаузе с глаголом успеть

В конструкции КП клауза с глаголом успеть, как правило, имеет нестандарт-
ный для повествовательных клауз в русском языке порядок составляющих
VS, то есть порядок с инверсией субъектной NP и вершины глагольной
группы – глагола успеть вместе с примыкающей к нему отрицательной
частицей. Именно такой порядок мы видим в (4а, 9б, 11б, 15а, 18). В НБДМК
такой порядок наблюдается во всех примерах с данным конструкционным
коннектором и выраженной субъектной NP. Можно предположить, что
предикат не успеть, который в данной конструкции грамматикализован
и функционально эквивалентен темпоральному союзу, перемещается
в типичную для подчинительного союза синтаксическую позицию в начале
придаточной клаузы.

Если же субъектная NP при предикате успеть по тем или иным прави-
лам опускается, то порядок составляющих в результирующей структуре не
очевиден. Так, не ясен исходный, базовый порядок составляющих в клаузе
не успел задуматься в (19), субъектная NP которой была опущена в силу
ее кореферентности субъектной NP первого конъюнкта в сочинительной
конструкции – Илья Ильич:

(19) **Илья Ильич** уселся на стуле, подобрал под себя ноги и **не успел** задуматься, **как** раздался звонок. [И.А. Гончаров. Обломов (1848–1859)]

В результате не ясно, находилась ли субъектная NP до ее опущения пе-
ред не успел или после этого сочетания. Если после не успел (то есть при
исходной структуре не успел Илья Ильич задуматься, как...), то перед
нами конструкция I (коннектор КП), то есть (19) надо понимать как си-
кононимичное (19') Илья Ильич уселся на стуле, ... и как только задумался,
так прозвенел звонок. Если же субъектная NP до ее опущения находилась
в обычной для нее позиции перед не успел, то перед нами будет уже другая
конструкция (см. 3.2.) и (19) будет значить примерно то же, что (19") Илья
Ильич уселся на стуле, ... и по своему обыкновению собирался задуматься,
но тут прозвенел звонок (и задуматься не получилось). Иными словами,
в первом случае Илья Ильич хоть и очень кратковременно, но подумал
о чем-то перед тем, как прозвенел звонок, а во втором даже не приступил
к размышлениям.

Описав характеристики конструкции I, выражающей значение КП, об-
ратимся к способам ее перевода на французский язык. По данным НБДМК
и параллельного корпуса НКРЯ, она чаще всего переводится при помощи союзных коннекторов с тем же таксисным значением, см., например, (4, 15). Интересно отметить, что использованный в этих случаях коннектор *à peine* также требует инверсии субъектной NP и главного глагола, чем, по-видимому, и объясняется предпочтение этого эквивалента перед синонимичным ему *dès que*.

### 3.2. НЕ УСПЕЛ Х Р, КАК Q (II) – маркер наступления ситуации Q до момента осуществления ситуации Р(Х)

Данная конструкция, иллюстрируемая в (20, 21), менее идиоматична. Рассмотрим ее свойства.

(20) Он еще не успел выздороветь от ушиба, а уж мостик отделан был заново. [И.А. Гончаров. Обломов (1848-1859)]

(21) Не успела она этого додумать, как дверь наверху опять хлопнула. [М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929-1940)]

#### 3.2.1. Семантика частицы не

Частица не в позиции при вершинном предикате клаузы по общим правилам соответствует оператору сентенциального отрицания. Глагол успеть в этой конструкции ведет себя как обычный импликативный предикат. Соответственно, утверждение (20) влечет истинность утверждения (22), а из (21) следует (23):

(22) Он еще не выздоровел от ушиба.

(23) Она не успела этого додумать.

Ниже мы увидим, что в отличие от переводов конструкции I, все близкие к оригиналу переводы конструкции II содержат показатель отрицания *пе* в клаузе с переводным эквивалентом глагола *успеть* во французском языке.

#### 3.2.2. Значение глагола успеть

Значение глагола успеть в этой конструкции хотя и не десемантизируется полностью, но несколько отличается от прототипического (16). В прототипическом значении субъектный актант предиката успеть хочет, чтобы ситуация Р осуществилась до момента t, который либо явно
выражен в предложении, либо известен из контекста. Так, в (13) этот период эксплицитно ограничивается группой до праздников, а когда о ком-то говорят, что он не успел на поезд, то в качестве момента t выступает подразумеваемое время отхода поезда согласно расписанию. В предложениях типа (20, 21) при помощи клаузы, содержащей союз как в его временном значении (как-клаузы), также выражен некоторый временной ориентир t, относительно которого позиционируется на оси времени осуществление ситуации Р. Этот ориентир – момент наступления ситуации Q. Однако в отличие от прототипического значения (16), в значение предиката успеть в (20, 21) не входит компонент ‘X хотел, чтобы Р(X) осуществилось до момента t’. Действительно, «он» в (20), конечно, хотел, как и всякий нормальный человек, выздороветь, но в его намерения не входило какое-либо приурочивание выздоровления к моменту, когда мостик будет отделан заново. То же самое можно сказать и о (21): «она» хотела додумать «это», но едва ли заранее планировалось завершение этой деятельности до момента, когда может произойти некоторое непредвиденное событие. Таким образом, глагол успеть частично десемантизируется, сохраняя при этом логико-семантические свойства импликатива.

Конструкция II имеет, таким образом, следующее значение: ожидаемая или планируемая ситуация Р не осуществилась (или началась, но не завершилась) до того момента, в который осуществилась ситуация Q.

### 3.2.3. Изменение сочетемости глагола успеть

Глагол успеть в конструкции II, как и в конструкции I (3.1.2), не может управлять предложной группой.

### 3.2.4. Порядок составляющих в клаузе с глаголом успеть

В конструкции II возможен как прямой (20), так и инвертированный (21) порядок субъектной NP и вершинного предиката клаузы с глаголом успеть.

Это не позволяет рассматривать инвертированный порядок этих составляющих как однозначный индикатор того, что мы имеем дело с конструкцией I, то есть с конструкционным коннектором КП. Пример двоякой интерпретации предложения с инверсией субъектной NP и предиката не успеть в переводах на французский язык будет приведен ниже.

### 3.2.5. Невозможность перестановки клауз

Еще одно, не отмеченное ранее, свойство конструкции II в варианте с союзом как, равно как и двух омонимичных ей конструкций, состоит
в невозможности поменять порядок клауз. Мы говорим об этом только
в связи с конструкцией II, поскольку именно в ней ничто не мешает считать,
что союз **как** выступает в темпоральном значении, оформляя придаточное
времени<fnref n="2" />. Когда этот союз употребляется в СПП, построенных по общим
правилам, **как-клауза** может находиться как в постпозиции, так и в препо-
зиции, в зависимости от коммуникативной организации (информационной
структуры) предложения, см., например:

(24) а. Да я ночей пять не усну на новом месте; меня тоска загрызет, **как** встану да увижу вон вместо этой вывески токаря другое что-нибудь напротив ...
[И.А. Гончаров. Обломов (1848-1859)]

б. Как на большак выедешь, там уже не собьешься. [А. Вайнер, Г. Вайнер. Эра милосердия (1975)]

В конструкции II с глаголом **успеть** препозиция **как-клаузы** невозможна:

(25) *Как* дверь наверху опять хлопнула, она **не успела** / **не успела** она этого додумать.

Описав характеристики конструкции II, выражающей значение нереа-
лизованности ожидаемой / запланированной ситуации Р до фактического
наступления ситуации Q, обратимся к способам ее перевода на француз-
ский язык. По данным НБДМК переводчики в основном используют два
способа перевода:

– при помощи конструкции ne pas avoir le temps de + V<sub>inf</sub>..., que S, в которой фигурирует словарный переводной эквивалент глагола **успеть**, как в (26), служащем переводом (21):

(26) Mais elle **n'eut pas le temps d'achever** sa pensée **que la porte du dessus claquait de nouveau**. [Trad. par Claude Ligny (1968)]

– при помощи конструкции ne pas avoir / être + V<sub>PartPass...</sub>, que S, как в (27),
служащем переводом (20):

<footnote n="2">2 В отличие от этого, в двух других омонимичных конструкциях (I и III) союз как полностью десмантизирован и выполняет чисто делимитативную функцию. Этот вариант (КАК¹) противопоставлен всем прочим лексико-семантическим вырантам союза и подробно описан в (Кобозева, Инькова 2018).</footnote>
(27) *Il n'était pas encore guéri de ses plaies que le pont était déjà entièrement refait.*
[Trad. par Luba Jurgenson (1988)]

В отдельных случаях перевод отличается от оригинала по семантико-син-
таксической структуре, что в терминах модели «Смысл ⇔ Текст» можно
было бы описать как перевод с применением правил синонимического
перефразирования на глубинно-синтаксическом уровне [Мельчук 1974]:

(28) а. Однако он **не успел** выговорить этих слов, **как** заговорил иностранец.
[М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929–1940)]

6. Mais l'étranger **ne lui laissa pas le temps** d'ouvrir la bouche. (Букв.: 'Но иностранец не дал ему времени открыть рот') [Trad. par Claude Ligny (1968)]

(29) а. **Не успели еще** затихнуть его шаги в длинном коридоре, **как** зазвонил телефон. [Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер. Эра милосердия (1975)]

6. Le bruit de ses pas **résonnait encore** dans le long couloir **quand** le téléphone sonna à nouveau. (Букв.: Звук его шагов еще отдавался эхом в длинном коридоре, когда телефон зазвонил слова') [Trad. par Jean-Pierre Dussaussois, Evgueni Avrorine, en coll. avec Jean-Georges Synakiewicz, revu et corrigé par Béatrice Durupt (2005)]

### 3.3. НЕ УСПЕЛ Х Р, КАК Q (III) – маркер того, что ситуация Q контактно следует за ситуацией R, описанной в предшествующем предложении

Данную конструкцию иллюстрирует пример (30):

(30) ...женщина в халате сказала:

– Граждане, этот больной пойдет вне очереди.

И **не успел** буфетчик оглянуться, **как** он оказался в кабинете профессора Кузьмина. [М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929–1940)]

Здесь ситуация R представлена в первом предложении фрагмента текста (30). Ситуация Q описана в как-клаузе. Что же касается клаузы с глаголом успеть и предикатом Р в форме инфинитива, то она идиоматично выражает идею сверхкраткого временного периода, отделяющего ситуацию Q от ситуации R, и является фразовым синонимом адвербиалов со значением контактного следования типа сразу, тотчас и т.п.
В конструкции III не только глагол **успеть** десемантизирован в той же мере, что и в конструкции II, но главное в ней то, что десемантизирован и предикат *P*: он не обозначает ожидаемое / планируемое субъектом событие *P*, а указывает на минимальный временной интервал, обычно требуемый для событий такого типа. Поэтому на предикат *P* в данной конструкции налагается семантическое ограничение: он должен обозначать мгновенное действие или мгновенное изменение состояния: глазом моргнуть, оглянуться, опомниться, пикнуть и т.п.

Конструкция III обычно переводится на французский язык при помощи одной из трех конструкций:

– конструкции ne pas avoir le temps de $V_{inf}$..., que S, как в (31) для релевантного фрагмента из (30):

(31) Et le buffetier **n'eut pas le temps de** faire "ouf" **qu'il** se trouvait dans le cabinet du professeur Kouzmine. [Trad. par Claude Ligny (1968)]

– конструкции *avant que X ait eu le temps de V<sub>inf</sub>...*, S, как в (32):

(32) а. И **не успел** Николай Иванович **опомниться**, как голая Гелла уже сидела за машинкой... [М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929-1940)]

б. **Avant que** Nikolaï Ivanovitch ait eu le temps de se remettre, Hella, toujours nue, était assise devant une machine à écrire ... [Trad. par Claude Ligny (1968)]

– конструкции ne pas (encore) $V_{inf}$..., que S, как в (33):

(33) а. И **не успел** поэт опомниться, как после тихой Спиридоновки очутился у Никитских ... [М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929-1940)]

б. Il **n'avait pas encore** retrouvé ses esprits **que**, déjà, la paisible rue Spiridonov avait fait place à la porte Nikitski... [Trad. par Claude Ligny (1968)]

Идиоматичность конструкции III подтверждается тем, что в ее переводах предикату *P* может соответствовать не его словарный эквивалент, а предикат, используемый во французском языке как эталон действия, занимающего минимальное время, Так, faire "ouf" в (31) не имеет ничего общего с оглянуться, кроме мгновенности действия.
4. Языковые индикаторы, позволяющие разрешить неоднозначность лексико-синтаксической структуры *Не успел* $N_{пом}$ $V_{inf}$, как S

Когда мы говорим о языковых индикаторах неоднозначности данной структуры, то имеем в виду прежде всего проблему выбора между ее интерпретацией как конструкции I или как конструкции II, поскольку ее понимание как конструкции III определяется лексическим заполнением позиции $V_{inf}$, предикатом, используемым как эталон краткости временного интервала, требуемого для осуществления соответствующего события.

Неоднозначность между нтерпретациями I и II устранима не всегда. К.А. Шагал характеризует интерпретацию II (с сохранением отрицательного значения у частицы не) как редкую и возможную «лишь тогда, когда это неизбежно явствует из контекста» (2014:. 124). Получается, что когда контекст не требует с необходимостью интерпретации II, то по умолчанию (by default) данная лексико-синтаксическая структура должна пониматься как конструкция I, то есть как конструкционный коннектор КП. Наши данные не подтверждают эту точку зрения. Рассмотрим (34а) и три его перевода из НБДМК:

(34) а. **Не успел** Иван уйти в конуру свою, как послышался в передней незнакомый голос... [Н.В. Гоголь. Нос (1832–1833)]

6. **À peine** Ivan se fut-il retiré dans sa chambrette, qu'une voix inconnue retentit dans l'antichambre... [Trad. par Boris de Schloezer (1925)]

в. Ivan **n'avait pas** encore **eu le temps de** regagner son réduit qu'une voix inconnue se fit entendre dans le vestibule ... [Trad. par Bernard Kreise (1998)]

г. Ivan **n'avait pas eu le temps de** rentrer dans son trou qu'on entendit dans le vestibule une voix inconnue... [Trad. par Andre Markowitz (2007)]

В данном контексте интерпретация II не неизбежна (Иван мог как уйти, так и не успеть уйти к себе до того, как в передней прозвучал незнакомый голос). Согласно Шагал, в таких случаях выбирается интерпретация I (КП) 'Как только Иван ушел, так послышался голос'. Однако ни данные интроспекции, ни инвертированный порядок, предпочтительный, но не обязательный для конструкций со значением КП, не делают данную интерпретацию предпочтительной, оставляя интерпретацию II вполне возможной. Из трех переводов только Шлёцер может быть связан с интерпретацией I, то есть такой, при которой уход Ивана в его «конуру» состоялся до того момента, как в прихожей прозвенел звонок. Другие же два переводчика выбрали интерпретацию II, то есть представили уход Ивана как планировавшееся,
но не состоявшееся событие. И у нас нет никаких оснований усмотреть
в переводах (34в, г) ошибку.

Однако неоднозначность между интерпретациями I и II удается разрешить
в пользу II, если в предложении с данной лексико-синтаксической структу-
рой присутствуют определенные служебные слова: наречие еще или частица
и в значении ‘даже’ в клаузе с успеть и /или частица уж(е) в как-клаузе,
см. еще и уж в (15), диагностический потенциал которых был отмечен еще
в (Русская грамматика-80).

Однако этими лексемами не ограничивается список «ключей», раз-
решающих рассматриваемую неоднозначность. Еще одним, мор-
фологическим, индикатором, разрешающим эту неоднозначность
в пользу интерпретации II, может служить родительный (непартитивный)
падеж дополнения при предикате Р в форме инфинитива. Роль родитель-
ного непартитивного как индикатора интерпретации II иллюстрирует
метоимение этого в (21), а также пятого часа в (35):

Если бы в (21) вместо этого была употреблена форма это, то это предложе-
ние было бы неоднозначным между конструкциями I и II. В (35) однозначно
выражено время выхода Алексея Александровича: он вошел до того момента
как часы добили последний, пятый удар, а не сразу после этого. Такая роль
родительного падежа дополнения в разрешении неоднозначности между
интерпретациями I и II обусловлена тем, что мена винительного падежа
дополнения на родительный предполагает, что в семантической структуре
предложения управляющий предикат находится в сфере действия опера-
тора отрицания. Такой оператор присутствует в конструкции II, поскольку
в ней частица не сохраняет свое значение, тогда как в конструкции I она
десмантизируется.

<footnote>(35) а. Ровно в пять часов, бронзовые часы Петр I **не успели** добить пятого удара, **как** вышел Алексей Александрович в белом галстуке... [Л.Н.Толстой. Анна Каренина (1873–1877)]</footnote>

<footnote n="6">6. La grande pendule de bronze du temps de Pierre Ier sonnait **à peine** le dernier coup de cinq heures **qu’**Alexis Alexandrovitch... faisait son apparition ... [Trad. par Henri Mongault (1952)]</footnote>
## Выводы

Мы рассмотрели конструкции, функционально эквивалентные коннекторам контактного предшествования в русском и французском языках и на основе анализа моно- и полиэквиваленций из НБДМК пришли к выводу о том, что в русском языке конструкционные коннекторы Не успел Х *Р*₁, как / а *Р*₂; стоило *Р*₁, как / чтобы / и *Р*₂ принадлежат к числу основных средств выражения данного таксисного отношения, тогда как *Il suffit P₁ pour que P₂*; X n'avait que *Р*₁, *pour que* *Р*₂ во французском относятся к периферии данного функционально-семантического поля.

Мы также рассмотрели лексико-синтаксическую структуру с предикатом не успеть, соответствующую трем конструкциям с различными значениями, представили типовые способы ее перевода на французский язык по данным НБДМК и наряду с уже известными лексическими индикаторами той или иной из трех интерпретаций предложили морфосинтаксический: родительный падеж объектной NP, управляемой предикатом *Р*₁, свидетельствует о том, что перед нами конструкция II со значением запланированного событияя *Р*₁, осуществление или завершение которого прервало событие *Р*₂.

## Литература

* Зацман И.М., Инькова О.Ю., Кружков М.Г., Попкова Н.А. (2016). Представление кросссязыковых знаний о коннекторах в надкорпусных базах данных. Инфор-матика и её применения, 10 (1), с. 106–118.

* Киданова М.Е. (2017). Корпусное исследование структуры составных коннекторов, выражающих отношение контактного предшествования. Вестник Моск. ун-та. Серия 9. Филология, 4, с. 209–221.

* Кобозева И. М. (2017). Коннекторы контактного предшествования во французском и русском языках по данным параллельного корпуса». Съпоставително ези-кознание, XLII, 4, с. 48–62.

* Кобозева И. М., Инькова О.Ю. (2018). КАК и его двухместные варианты. In: Инькова О.Ю. (ред.), Семантика коннекторов: контрастивное исследование. Москва: ТОРУС ПРЕСС, с. 168–239.

* Корди Е.Е. (2009). Таксис во французском языке. In: Храковский В.С. (ред.), Типо-логия таксисных конструкций. Москва: Знак, с. 217–268.

* Русская грамматика. Том II. Синтаксис. (1982). Москва: Наука.

* Мельчук И. А. (1974). Опыт теории лингвистических моделей «Смысл ⇔ Текст». Москва: Наука, Главная редакция восточной литературы.
Храковский В.С. (2009). Таксис: семантика, синтаксис, типология. In: Храковский В.С. (ред.), Типология таксисных конструкций. Москва: Знак, с. 11–113.

Храковский В.С. (ред.) (2009). Типология таксисных конструкций. Москва: Знак.

Шагал К.А. (2014). Конструкция НЕ УСПЕЛ (ОГЛЯНУТЬСЯ)... КАК: частотные случаи на фоне всех остальных. *Acta Linguistica Petropolitana*. Труды института лингвистических исследований, 2, с. 121–139.

Jakobson R. (1957). *Shifters, verbal categories and the Russian verb*. Cambridge Mass.: Harvard University Press.
Наталия Попкова

Женевский университет (Université de Genève)

# Только в функции коннектора : семантика и проблемы перевода на французский язык

DOI 1024917/9788380845060.16

The paper is dedicated to the analysis of usages of Russian *tol'ko* as a connector. The author defines logical-semantic relations marked by *tol'ko* (i.e. exception, exclusion from consideration, contrast) – all based on the semantic operation of exclusion of an element out of a set – indicating the differences between them. The comparative analysis of translation equivalents of *tol'ko* in the French texts is carried out using the supracorpora database of connectors. The obtained data reveals new aspects of the *tol'ko* semantics and could be used to complete or update the existing theoretical description of the linguistic unit in question.

## 1. Вводные замечания

Слово *только* не обделено вниманием исследователей и было неоднократно описано в отечественной лингвистической литературе (ср. среди прочих Леденев 1961, Стародумова 1974, Стародумова 1978, Николаева 1985, Богуславский 1996, Киселёва, Пайар 1998), в том числе и последних лет (Селина 2003, Акопян 2018). Многие вопросы его функционирования уже получили освещение: например, описана полифункциональность *только* (однако из них на полное описание всех его функций могут претендовать только работы (Леденев 1961, Селина 2003, Акопян 2018), а также его функциональные особенности как коннектора, близкого по семантике к *но* (Санников 1989, Инькова-Манзотти 2001, Апресян 2005, Апресян 2015). Однако полученные результаты требуют дополнения и уточнения, а порой и пересмотра с учетом современного состояния лингвистического знания и результатов анализа языкового материала с привлечением корпусных данных.

Только характеризуется целым рядом функциональных отличий. Во-первых, оно может выполнять функции как самостоятельной части речи (наречия), так и служебной (частицы и союза). К тому же, *только* способно входить в состав других единиц, выполняющих служебную, в том
числе и связующую функцию (не только, ... но и; как только, если только и др)<fnref n="1" />. Именно описанию употребления однословного только (в некоторых случаях вот только) как коннектора, устанавливающего логико-семантическое отношение между двумя предикативными структурами, посвящено, прежде всего, настоящее исследование. Вторая задача заключается в том, чтобы выяснить, какие логико-семантические отношения может выражать только-коннектор<fnref n="2" /> и какова общая семантическая константа во всех его употреблениях. Ответ на этот вопрос также поможет понять, какие слова, конструкции и другие лексические средства французского языка могут служить переводным эквивалентом каждой группе употреблений.

## 2. Только и его семантика

### 2.1. Только-частица

Только-частицу, более частотную, чем только-коннектор, характеризуют как парадигматизирующую, что означает ее способность выражать соотношение единицы и множества. Термин «парадигматизирующие» частицы соответствует английскому термину focus particles (см., например, König 1991) : фокальные частицы (Богуславский 1996), фокализаторы, рематизаторы и акцентирующие частицы (Стародумова 2001). Сценарий-схема, предложенная в (Киселева, Пайар 2003: 46) и опирающаяся на исследование только И.М. Богуславского (Богуславский 1996) так отражает эту идею соотнесения единицы и множества : « Только х означает, что выделение х в области, связанной с положением вещей р сопровождается двойным ограничением : не больше и не меньше, чем х. Тем самым только х предполагает учет других элементов, которые отрицаются как большие и/или меньше, чем х». При этом множество релевантных объектов адресату, как правило, приходится реконструировать самому на основе контекста. И.М. Богуславский называет этот процесс «прагматической доинтерпретацией множества выбора» (ср. понятие «имплицитного множества» в Инькова, Манзотти 2018).

<footnote n="1">1. Функционирование только в составе других языковых единиц описано в работах (Кобозева 2016, Кобозева 2017, Амеличева 2017, Попкова 2019), и здесь они не рассматриваются.</footnote>

<footnote n="2">2. Сразу оговоримся, что в рамках данной статьи не рассматривается только как показатель отношения непосредственного следования, стоящего особняком; см. о нем (Кобозева 2016, Кобозева 2017, Киданова 2017).</footnote>
Таким образом, помимо акцентуирующей, частица **только** выполняет выделительную и ограничительную функции, граница между которыми неочевидна в приводимых исследователями примерах из-за отсутствия терминологического единообразия.

Первый тип ограничения можно было бы условно назвать «ограничение на основании недостаточно проявленной степени признака». Например, в (Морковкин 1997) выделены следующие значения: а) количество оценивается как большее или меньше, чем хотелось бы (1); б) срок или дата оцениваются как слишком поздние или более поздние, чем хотелось бы (2); в) статус оценивается как низкий или недостаточно высокий для чего-то (3); г) событие оценивается как небольшая, минимальная часть чего-то более значительного (4). Разумеется, возможные виды степени признаков не ограничиваются этим списком.

(1) Она молода, ей **только** восемнадцать лет.

(2) Из-за болезни он окончил школу **только** в восемнадцать лет.

(3) Почему вы меня ругаете, я ведь **только** исполнитель.

(4) Это **только** начало. [Примеры из Морковкин 1997]

Второй вид ограничения можно обозначить как «ограничение на основании единственности», и **только** в функции коннектора, как мы продемонстрируем ниже, сохраняет способность передачи этого значения 'выделение из множества, исключительно, единственно'. **Только** в этом значении характеризуют либо как ограничительное (БАС, Ожегов, Шведова 1992, Бурцева 2010), выделительно-ограничительное (МАС), ограничительное выделение из множества (Ефремова 2001), «указание на то, что из ряда каких-либо предметов, явлений, лиц и т.п. выделяется, избирается что-то одно избранное, указанное» (Морковкин 1997), пример (5), либо как выделительное: «указывает на то, что не существует других предметов или признаков, отличных от выделенного, которые были бы связаны с данной ситуацией или предполагались бы как возможные в связи с ней» (Шимчук, Щур 1999), «говорящий сообщает, что из ряда каких-либо признаков, предметов, ситуаций он избирает единственный, максимально приемлемый для него или соответствующий данному положению дел вариант, тем самым отвергая другие возможности» (Стародумова 2001: 40).
(5) В человеке он ценил только работоспособность. [Пример из Морковкин 1997]

## 2.2. Только-коннектор

Исследования функций слова только и описание различных его употреблений осложняются тем, что граница между его частичным и союзным употреблением даже в современных исследованиях до сих пор не установлена однозначно. Прежде всего, эти сложности связаны с особенностью слова только – его «плавающей» сферой действия. Как отмечает М.В. Филипенко (Филипенко 2003: 22–23), в нее могут входить элементы, описывающие различные параметры ситуации, такие как субъект (Книгу читал только Федор), средство (Удалить такое пятно можно только бензином) и др. В зависимости от актуального членения, контекста, интенции говорящего, частица только реализует свою функцию выделения объекта и зависит скорее от типа этого выделяемого элемента, чем от синтаксической структуры. Следовательно, и позиция только не может дать информации о ни её функции, ни о том, к какой части речи её справедливее было бы отнести<fnref n="3" />. Авторы проекта Rusgram даже считают, что в случае только-союза «статистика невозможна из-за омонимии с частицей» (Апресян, Пекелис 2012). Действительно, помимо того, что частица только может занимать в предложении любую позицию, собственно начальная позиция, являющаяся одним из основных дифференцирующих признаков союза, не является обязательной для всех коннекторов, некоторые из которых, например зато (6) и впрочем (7), могут занимать неначальную и даже конечную позицию в маркируемом им фрагменте текста:

(6) Плачет, а сама стоит на своем: «Не должен, дескать, Илья Ильич, да и только, и денег она никаких ему не давала». – У тебя зато есть письмо на нее, – сказал Тарантьев, – ты не потеряешь своего... [И.А. Гончаров. Обломов (1848–1859)]

(7) Скверность ужаснейшая: грязь, вонь, да и подозрительное место; штуки случались; да и черт знает кто не живет!.. Я и сам-то заходил по скандальному случаю. Дешево, впрочем. [Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание (1866)]

<footnote n="3">3 Вопрос о выполнении одной лексемой различных функций, а также связь этих функций с критериями, на основании которых происходит приписывание слова к определённой части речи, представляет собой отдельную теоретическую проблему и не будет рассматриваться в работе.</footnote>
Нефиксированная позиция **только** даже в функции коннектора исключает возможность задать при поиске такие формальные признаки, как, например, позиция по отношению к словам и знакам препинания в левом контексте. В данной работе мы также приходим к выводу, что позиция **только** не может считаться фактором, определяющим его употребление в связующей функции. На современном этапе развития электронных корпусов текстов статистика о частотности употребления **только**-коннектора может быть получена исключительно вручную.

И тем не менее, многие примеры с **только** представляют собой структуру, в которой его функцию уже нельзя описывать как исключительно частичную: функцию коннектора оно уже выполняет, однако этого недостаточно для его отнесения к классу союзов. Поэтому исследователи выделяют «промежуточные стадии»: **частица-союз** и **союзный аналог** (Акопян 2018), **союзная скрепа** (Селина 2003), в которых «может происходить некий синтез основных смысловых и модальных функций частицы с добавочными союзными функциями, налагаемыми синтаксической структурой текста либо коммуникативной организацией речевого акта» (Акопян 2018: 32).

В данной работе мы постарались, насколько это возможно, объединить описания схожих употреблений без разделения на собственно союзные и «недостаточно» союзные, обращая внимание на возможность **только** в каждом случае устанавливать логико-семантическое отношение между двумя ситуациями р и q. С этой точки зрения, речь будет идти об оппозиции функций «**только**-не коннектор» и «**только**-коннектор», и основным критерием для их определения будет являться наличие или отсутствие в левом контексте ситуации р.

### 2.3. Выделение элемента из множества

Идея соотношения множества и элемента характеризует семантику **лько**-не коннектора и **только**-коннектора. Поэтому описание характера этого множества заслуживает особого внимания.

На наш взгляд, возможны две ситуации.

1) **Только** выделяет элемент или элементы, но в контексте отсутствует указание на в какой-либо мере противопоставленное ему множество. Другими словами, в предыдущем контексте отсутствует то положение дел р, которое могло бы быть логически связано с **только** q отношением, предполагающим выбор элемента из множества. В этом случае **только** не выступает в роли коннектора.
(8) В августе у Муси началась депрессия. Причины, как это обычно и бывает, выглядели мелкими. Известно, что по-настоящему страдают люди только от досадных мелочей. [С.Д. Довлатов. Иностранка (1986)]

(9) Мы аристократы, а не те, которые могут существовать только подачками от сильных мира сего и кого купить можно за двугривенный. [Л.Н.Толстой. Анна Каренина (1873–1877)]

Напимер, в (8) можно говорить о наличии в левом контексте множества «мелкие причины», однако далее это множество лишь уточняется («досадные мелочи»), подтверждая сказанное, а операция выделения элемента из множества отсутствует. В (9) также в левом контексте эксплицитно не названо множество, элемент которого вводит только («только подачками»); его можно лишь восстановить («доинтерпретировать», по Богуславскому) на основе наших знаний о мире.

2) В *p* описана связанная с *только* *q* ситуация, причем:

2.1) в *p* содержится:

2.1.1) либо множество, задаваемое универсальными квантификаторами или другими лексемами, способными создавать множество;

2.1.2) либо утверждение, истинность которого может быть оспорена;

2.1.3) либо утверждение, из которого возможны несколько выводов $r_1, r_2, \dots, r_n$;

В то же время:

2.2) в *q*, вводимом *только*, содержится:

2.2.1) либо элемент множества, заданного в *p*;

2.2.2) либо положение вещей, которое исключает истинность сказанного в *p*;

2.2.3) либо вывод, противоположный одному или нескольким выводам $r_1, r_2, \dots, r_n$, которые возможно сформулировать на основе *p*.

В этом случае только выполняет связующую функцию.

Мысль о разделении ситуаций на две группы по критерию связи с предыдущим контекстом не нова. Об этом – и в отношении частиц – писала, в частности, Т.М. Николаева: «... если обратиться к интерсобытичным связям, то легко обнаружить, что некоторые высказывания отражают ситуации, сами по себе автономные, хотя и снабженные дополнительной семантикой, другие связаны непосредственно с ситуацией (ситуациями), либо последующей, либо предшествующей» (Николаева 1985: 39). В качестве
иллюстрации неизолированной ситуации приводится пример с *только* (10), который в нашей классификации соответствует случаю 2.1.1+2.2.1.

(10) Все тихо. Только чайки носятся по побережью. [Пример из Николаева 1985]

В зависимости от сочетания параметров, перечисленных в 2.1 и 2.2, между двумя *p* и *q* могут устанавливаться следующие три отношения :

### 2.1.1 + 2.2.1 : исключение

Отношение исключения концептуально тесно связано с ограничением, настолько, что различие между ними не всегда признаётся в грамматиках (подробнее см. Léard, Marengo 2006, Инькова, Манзотти 2019). Среди общих черт ограничения и исключения можно назвать наличие в их семантике противопоставления « множество vs элемент этого множества ». Однако, если ограничение не требует прямого указания на множество, то для операции исключения необходимо соблюдение следующих условий (подробнее см. Kleiber 2005, Инькова, Манзотти 2019) :

- множество эксплицитно или имплицитно выражено в тексте с помощью универсального квантификатора;

- подразумевается, что исключаемый элемент вообще включаем в множество и является значительно меньше его по объему;

- часть высказывания, содержащая исключаемый элемент, имеет противоположную импликатуру.

Случаи передаваемого *только* отношения исключения можно разделить на две категории :

А) В *p* присутствует универсальный квантификатор, положительный (11) или отрицательный (12).

(11) Люди все добрые, все наслаждаются; у всех счастье на лице. Только Захар мрачен, все стороной смотрит на барина; зато Анисья усмехается так добро душно. [И.А. Гончаров. Обломов (1848–1859)]

(12) Никто не успел приехать в сонный, далекий от железных дорог провинциальный город. Только две женщины были с Грином в дни его смерти – жена да старуха мать [К. Паустовский. Чёрное море. Пример из Стародумова 1988]
Хотя отношения, передаваемые только в таких контекстах, характеризуют
либо как исключение (Ляпон 1986, Стародумова 1988, Селина 2003), либо
как противопоставление-ограничение (Акопян 2018:34), исследователи
подчеркивают наличие противопоставления «множество – исключаемый
элемент»: констатируется «нарушение стремления предшествующей
пропозиции р к всеобщему, полному охвату действия, состояния и т.д. по-
средством актуализации не соответствующей ей (точнее, ограничивающей,
частично отрицающей ее) второй пропозиции» (там же).

Б) В р отсутствует универсальный квантификатор, но множество задано лексемами, описывающими объекты, с легко вычленяемыми частями; ср. (13).

(13) Эскадра погибла, разбившись о берега. Только один корабль «Струя» потонул среди залива, не выдержав тяжести наросшего льда [К. Паустовский. Чёрное море. Пример из Стародумова 1988]

В (13) множество обозначено с помощью собирательного существительного, эскадра, которое обозначает «часть военного флота из судов, находящихся под командой одного начальника (флагмана)» (Ушаков 1995). Один из кораблей – «Струя» – исключается из множества судов эскадры.

Строго говоря, только не является прототипическим маркером ис-
ключения, как за исключением, кроме, кроме как, за вычетом и другие.
Однако конфигурации типа (13) интересны в связи с определением ха-
рактера множества, из которого исключается элемент. В первую очередь,
необходимость наличия универсальной квантификации для определения
исключения опровергается примерами как во французском (Kleiber 2005),
так и в других языках, и приводит к мысли о том, что границы множества
допустимо описывать как менее жесткие: «Условие (кажущееся необхо-
димым) универсальной квантификации множества может иметь различ-
ные реализации, как языковые (квантификаторы, лексические средства
и т.д.), так и неязыковые (инференции и т.д.), с разной степенью осла-
бления универсальности» (Инькова, Манзотти 2019: 228). Из сказанного
следует и «ослабление» второго критерия, сформулированного Клебером,
касающегося предструктурированности множества таким образом, что
исключаемый элемент обязан представляться и говорящим, и слушающим
как вычленимый. Иногда именно правый контекст позволяет «высветить»
определенную часть целого, характеристику, ситуацию, которая a posteriori
указывает на структуру содержащегося в r множества, а значит и на отно-
шение исключения.
2.1.2 + 2.2.2 : исключение из рассмотрения

При исключении из рассмотрения (термин введен в Инькова, Манзотти 2019) в *p* содержится утверждение, имеющее статус гипотезы и могущее считаться истинным, если не принимать во внимание положение вещей, описанное в *q*. Ср. (14)-(15):

(14) Автомобиль тем не менее двигался ровно. Только раз они задели борт чужого « мерседеса ». [С.Д. Довлатов. Иностранка (1986)]

(15) Шлиппенбах возбужденно жестикулировал. Зато водитель оставался совершенно невозмутимым. И только в конце он дружелюбно поинтересовался: – Мужик, ты из какого зоопарка убежал? [С.Д. Довлатов. Чемодан (1986)]

Утверждения « автомобиль двигался ровно» в (14) и «водитель оставался совершенно невозмутимым» в (15) могут считаться истинными, если исключить из рассмотрения ситуации, описанные в *q*, вводимым только: «двигался ровно, если не считать того, что один раз автомобиль задел чужой «мерседес» и ‘был невозмутимым, если не принимать во внимание того факта, что в конце водитель дружелюбно поинтересовался». М.В. Ляпон говорит о таких случаях, используя термин «поправка»: «Экспликатор исключения (‘если не считать того, что’) выявляет условность утверждаемого в первой части, его неадекватность действительности вне поправки, вносимой при помощи только в последующей части» (Ляпон 1986: 158).

Подобные мысли находим в исследованиях функционирования французского коннектора sauf (que) (Baranzini, Rihs 2016), который в отличие от только, является прототипическим маркером исключения.

(16) Ah ! comme vous m'avez dit de jolies choses ! J'avais tout prévu, sauf qu'il ferait trop chaud pour que vous puissiez traverser le boulevard. [J. Bousquet, Trad. du sil., 1936, p. 254. Пример из TLFi.]

Из пяти типов случаев использования коннектора, перечисленных в (Baranzini, Rihs 2016), наибольший интерес для нашего анализа представляет второй тип, который назван « exception explicite à une règle implicite » [эксплицитное исключение из имплицитного множества]. Предложения этой категории авторы выделяют на основании того, что множество в *p* является имплицитным, то есть не обозначено с помощью квантификатора (17).
(17) La soirée était super *sauf qu'il* manquait de boissons. [Пример из Baranzini, Rihs 2016.]

Имплицитное правило, содержащееся в названии данного класса выска-
зываний, сформулировано следующим образом: « toutes les propositions
inférables à l'appui de p sont des prémisses de p » [все выводы, сделанные на
основе p, являются его предпосылками]. Для (17) это можно сформулиро-
вать так: вечеринка, чтобы считаться удавшейся, должна удовлетворять
некоторому (имплицитному, но интуитивно понятному) множеству тре-
бований, одно из которых – достаточное количество напитков, согласно
$q$, не было выполнено.

Иначе говоря, при исключении из рассмотрения только *q* вводит положение вещей, которое должно быть исключено из рассмотрения, чтобы *p* могло считаться истинным.

2.1.3 и 2.2.3 : противопоставление (отношение « вопреки ожиданию »)

Когда *p* содержит утверждение, истинность которого не подвергается
сомнению, но на основании которого можно сделать ряд выводов *r*₁, *r*₂, *r*ₙ,
только вводит положение вещей *q*, являющееся противоположным одному
или нескольким из этих выводов.

(18) Штольц поверил, только удивился, как это Обломова не было дома.
[И.А. Гончаров. Обломов (1848–1859)]

В (18) из более широкого контекста, который нам не позволяет привести
объем статьи, становится очевидным, насколько желательным для Обло-
мова и его прислуги является положение дел p = Штольц поверил. Из него
можно сделать несколько выводов :

– Штольц поверил отчасти

– Штольц поверил и ничего не спросил

– Штольц поверил безоговорочно

– ...

В (18) вывод, который выбирает только *q*, – Штольц удивился:

Штольц поверил (*p*) ⇒ поверил безоговорочно (*r*), только удивился
(*q* = ¬ *r*)
Таким образом, $q = Штольц удивился опровергает вывод о том, что Штольц легко и без подозрений поверил сообщению прислуги об отсутствии Обломова.

Рассмотрим еще один пример :

(19) Что с вами ? Вы красный ! – Уверяю вас, это только снаружи. Внутри я – конституционный демократ. [С.Д. Довлатов. Заповедник (1983)]

Иронический эффект в (19) построен не только на многозначности слова красный (красный по цвету и красный по политическим взглядам), но и на том, что автор ответной реплики контекстуально разделяет второе значение на два : цвет снаружи ('производит впечатление коммуниста') и цвет внутри ('настоящие политические взгляды : конституционный демократ').

вы красный (p) ⇒ красный полностью (r), только снаружи (q = ¬ r)

В данной семантической конфигурации, когда только выражает отношение « вопреки ожиданию », ситуация р как бы разбивается на несколько возможных исходов, и такое разделение не является очевидным с самого начала. В этом значении только коррелирует по своей функции с но. Как отмечалось в (Инькова-Манзотти 2001: 216)<fnref n="4" />: « *a priori* ничто в компоненте р не указывает нам на то, что именно этот параметр будет актуализирован последовательностью *mais q*. Таким образом, эффект, произведенный присоединением *mais*, заключается в выделении одного из компонентов значения р ».

Тем не менее, между коннекторами но и только имеется существенная семантическая разница. В случае р только q вторая ситуация выступает в роли « поправки » р, и первое положение дел продолжает оставаться аргументативно более значимым.

(20) Штольц поверил, но удивился, как это Обломова не было дома.

В случае замены коннектора только в (18) на но (20) аргументативное соотношение р и q меняется : второе положение дел становится аргументативно

<footnote n="4">4 Это замечание было сделано в отношении французского коннектора *mais*, однако оно в равной степени применимо к паре но/только.</footnote>
доминирующим. Это отличие уже было неоднократно отмечено (Санников 1989, Инькова-Манзотти 2001 и др.).

В качестве заключения первой теоретической части данного исследования можно сказать, что только во всех функциях выполняет семантическую операцию «выделение из множества», которое само по себе не является логико-семантическим отношением как таковым, но может служить ос- новой для его установления: в случае, когда эксплицированное указание на это множество присутствует в предтексте, речь идет об отношении исключения, а в случае имплицированного множества – об исключении из рассмотрения, либо, если это множество гипотетических выводов r, о противительном отношении «вопреки ожиданию».

### 3. Только и его переводные эквиваленты

В данном разделе мы приводим данные о переводных эквивалентах только в случаях выполнения им связующей функции. Такого рода анализ инте- ресен тем, что он «высвечивает» через семантику французских перевод- ных эквивалентов семантические особенности только, а значит помогает проверить сформулированные нами гипотезы, а также позволяет увидеть, с помощью каких средств французского языка отражены компоненты значения русского коннектора в переводе. Количественные данные, равно как и примеры переводных соответствий в направлении перевода с рус- ского языка на французский были получены благодаря надкорпусной базе (НБД) коннекторов, включающей тексты из русско-французского (3944137 словоупотреблений) и французско-русского (1158278 словоупотребле- ний) параллельного подкорпуса Национального корпуса русского языка (НКРЯ) (об использовании статистических данных для анализа коннекторов см. Inkova, Popkova 2017).

На 18.05.2019 в НБД сформировано 377 аннотаций с только и вот только, из которых 133 случая – с только-коннектором. У только было зафиксис- ровано 33 переводных эквивалента. В таблице 1 мы приводим те из них, которые были зафиксированы более 1 раза (11 эквивалентов).

<table><thead><tr><td>Переводные эквиваленты</td><td>Кол-во примеров</td><td>% в группе</td></tr></thead><tbody><tr><td>mais</td><td>20</td><td>17,39%</td></tr><tr><td>seulement</td><td>15</td><td>13,04%</td></tr><tr><td>zero</td><td>14</td><td>12,17%</td></tr></tbody></table>
<table><caption>Таблица 1. – Наиболее частотные французские эквиваленты коннекторов только и вот только, зафиксированные в НБД.</caption><tr><td>ne ... que</td><td><b>12</b></td><td>10,43%</td></tr><tr><td>seul</td><td><b>11</b></td><td>9,57%</td></tr><tr><td>sauf que</td><td>6</td><td>5,22%</td></tr><tr><td>ne ... plus que</td><td>3</td><td>2,61%</td></tr><tr><td>uniquement</td><td>3</td><td>2,61%</td></tr><tr><td>il ne reste que</td><td>2</td><td>1,74%</td></tr><tr><td>simplement</td><td>2</td><td>1,74%</td></tr><tr><td>tout ce que V_fin ... c'est</td><td>2</td><td>1,74%</td></tr></table>

Первый вывод, который можно сделать на основе таблицы эквивалентов : у только есть несколько регулярных эквивалентов, один из которых представлен « нулем » , т.е. отсутствием эквивалента в тексте перевода : *mais* – 17,39%, *seulement* – 13,04% , *zero* – 12,17%, *ne ... que* – 10,43%.

*Mais.* Этот эквивалент является самым частотным для только в функции коннектора – около 18% (для только в функции частицы таковым является ограничительное отрицание ne ... que : 29,83%), более частотным, чем *seulement* (13,04%).

Несмотря на пока небольшую выборку примеров, уже можно предположить, что переводчики склонны не сохранять в переводе тот самый дисбаланс аргументативной важности, который важен для только, вводящего « поправку », « оговорку » сказанному в левом контексте.

(21) – У товарища Сталина – Василий, сын, летчик-истребитель, потом у товарища Микояна сын воюет в авиации, у Лаврентия Павловича, я слышал, сын тоже на фронте, только не знаю, какой род войск. [В.С. Грос-сман. Жизнь и судьба (1959)]

Le camarade Staline a son fils, Vassili, qui est dans la chasse, et puis Mikoïan a, lui aussi, son fils qui fait la guerre dans l'aviation ; Lavrenti Pavlovitch, à ce que j'ai entendu dire, a son fils au front *mais* je ne sais pas dans quelle arme. [Trad. par Alexis Berelowitch (1980)]

В (21) большая важность ситуации р в оригинале очевидна. Говорящий перечисляет примеры для обоснования своего тезиса « Война и великая, и отечественная ». В эту же дискурсивную стратегию вписывается и утверждение у Лаврентия Павловича сын тоже на фронте, а тот факт,
что он не знает, в каких войсках, — малозначительная деталь, не умаляющая силы аргумента. Перевод только с помощью *mais* придает, наоборот, больший вес *q*. Можно предположить, что выбор *mais* связан с его большей употребительностью по сравнению с *seulement*.

*Seulement.* *Seulement* по своему функционированию максимально приближается к только: в функции частицы-фокализатора его характеризуют как ограничитель, в сферу его действия может входить как номинативная группа (Max a lu *seulement le magazine*), так и предикат (Max a *seulement* lu le *magazine*). Когда *seulement* расширяет свою сферу действия до сентенциональной, оно получает возможность выполнять связующую функцию, и его квалифицируют как adverbe conjonctif.

(22) Я в чем есть, той одежды хватит, только не забудьте в карман положить удостоверение защитника Брестской крепости – для потомков наших.

[С.А. Алексиевич. Время секонд хэнд (2013)]

Les vêtements que je porte suffiront, *seulement* n'oubliez pas de mettre dans ma poche ma carte de défenseur de la forteresse de Brest, pour nos descendants.

[Trad. par Sofie Benech (2013)]

Если функционирование *seulement* в качестве коннектора сомнению не подвергается, то вопрос определения передаваемого им отношения нельзя назвать решенным. Так, авторы исследования (Lamiroy, Charolles 2004) приводят несколько терминов: «antithesis», «concession», «contrast» (в теории RST, Mann, Thompson 1986), «contrast» (в SDRT, Asher, Lascarides 2003), «opposition», «restriction», «concession» (Sanders, Spooren 1999) и другие. В (Guimier 1996: 129) это отношение определено следующим образом: «*Seulement* indique que l'argument qu'il introduit s'oppose à celui qui a été mentionné précédemment. Il ne s'agit pas d'opposition radicale, mais de quelque chose qui va à l'encontre de ce qui a été avancé précédemment» [*Seulement* указывает на то, что вводимый им аргумент противопоставлен упомянутому ранее. Имеет место не полное противопоставление, а существование информации, противоречащей заявленному ранее].

Отметим, что, как и для только, существует проблема как разграничения связующей и не-связующей функции *seulement*, так и самих отношений. Однако и здесь в теоретических описаниях находим мысль о связи эксплицитно выраженного множества и связующего употребления, правда, в этой конфигурации автор характеризует значение *seulement* как отношение
ограничения (Piot 1998 : 249). Эта мысль у М. Пио проиллюстрирована примером (23), который в нашей классификацией относится к категории противопоставления.

(23) Vous me dites que c'est vrai ; seulement, je ne le crois pas. [Пример из Piot 1998]

Как видно, в семантике *seulement* также задействована как операция выделения элемента из множества, так и противопоставление. Несмотря на все эти факторы, в качестве эквивалента *только-коннектора* *seulement* не занимает первое место по частотности.

**Zero.** Около 13% случаев представлены нулевым эквивалентом в переводе. Это меньше, чем доля нулевого эквивалента для *только-частицы* (18,07%).

(24) « Хорошо устроенный джентльмен мечтает познакомиться с интеллигентной женщиной любого возраста. Желательно фото ». Ниже примечание мелким шрифтом : « Только не из Харбина ». [С.Д. Довлатов. Иностранка (1986)] « Gentleman bien sous tous rapports rêve de rencontrer femme cultivée ; âge indifférent. Photo souhaitée. » Au-dessous on pouvait lire en tout petits caractères : « Ne doit pas être de Kharbine » [Trad. par Jacques Michaut-Paternò (2001)]

В примерах типа (24) логико-семантическое отношение оказывается не передано при переводе ни коннектором, ни другими языковыми средствами.

**Ne... que.** Как мы уже упоминали в разделе 2.3., операция выделения элемента из множества является имманентной для семантики *только*.

(25) Она ни перед кем никогда не открывает сокровенных движений сердца, никому не поверяет душевых тайн ; не увидишь около нее доброй приятельницы, старушки, с которой бы она шепталась за чашкой кофе. Только с бароном фон Лангвагеном часто остается она наедине ; вечером он сидит иногда до полуночи, но почти всегда при Ольге [...]. [И.А. Гончаров. Обломов (1848–1859)]

Elle ne découvrait à personne les mouvements de son cœur, elle ne confiait à personne les secrets de son âme. On ne voyait pas à ses côtés « la bonne vieille amie qui bavarde avec vous en dégustant une tasse de café ». Elle ne demeurait en tête-à-tête qu'avec le baron de Langwagen, mais seulement jusqu'à minuit, et presque toujours en présence d'Olga. [Trad. par Arthur Adamov (1959)]
В (25) в р отрицательным универсальным квантификатором никому задано отрицательное множество людей, которым Марья Михайловна не открывала движений сердца и не поверяла душевых тайн, а только вводит элемент, который в это отрицательное множество не входит (барон фон Лангваген), причем указывая на то, что этот человек является единственным. В переводе эта единственность выражена ограничительным отрицанием ne...que.

Еще двадцать два переводных эквивалента зафиксированы с единичными употреблениями. Это ожидаемо, учитывая широту нюансов употребления только даже в функции коннектора. Среди них эквиваленты с семантикой выбора элемента из множества (sauf, hormis, sinon que, si ce n'est que, ne ... plus ... que, la seule chose, une chose, se borner à, se contenter), уступительности (toutefois), аддитивности (et, et encore), усилительные наречия (juste, surtout), средства тематизации (quant à, местоименный повтор), а также некоторые другие языковые средства, выбор которых обусловлен контекстом (en tout cas, maintenant, xadj_inutile de). Особый интерес представляют эквиваленты, передающие отношения, которое только не маркирует в оригинале. Например, в (27) переводной эквивалент et encore несет семантику аддитивности, что отражает функцию комментария, « поправки » по отношению к р, которую только выполняет с точки зрения коммуникативной стратегии.

(26) Занимали его в это мгновение даже какие-то посторонние мысли, только всё ненадолго. [Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание (1866)]

Ce qui l'occupait en ce moment c'étaient même des pensées tout à fait hors de propos, et encore pas pour longtemps. [Trad. par E. Guertik (1947)]

Объем статьи не позволяет дать анализ этих эквивалентов, ограничимся лишь иллюстрацией того, как оба переводчика определили функцию только в оригинале как маркера исключения и передали его с помощью разных языковых единиц sinon и si ce n'est.

(27) – Ну, что, видишь? Ничего не вижу, вижу только, что ты трус... Я не боюсь этих намеков. [И.А. Гончаров. Обломов (1848–1859)]

а) – Je ne vois rien, sinon que tu es un poltron. Comment peux-tu avoir peur ?
[Trad. par Arthur Adamov (1959)]

b) – Je ne vois rien, si ce n'est que tu es un poltron. [Trad. par Luba Jurgenson (1988)]
## 4. Некоторые итоги

Коннектор *только* может служить маркером трех логико-семантических отношений (исключения, исключения из рассмотрения, противительности), причем для выражения каждого из них задействуется операция выделения элемента из множества, которую *только* осуществляет и в не связующей функции.

В силу такой полисемичности *только*, возникающей под воздействием контекста, переводными эквивалентами коннектора *только* служит большое число языковых единиц, способных передавать отношения противопоставления (*mais*), ограничения (*ne...que*), исключения (*seulement*, *hormis*, *sinon*, *si ce n'est*), в том числе и языковые средства, не являющихся коннекторами (*seul*, *la seule chose*, *juste*, *uniquement*). Выбор того или иного эквивалента, на наш взгляд, зависит от той интерпретации, которая показалась переводчику наиболее естественной в данном контексте, и результат этой интерпретации не всегда точно передает все компоненты смысла высказывания оригинала, как, например, в случае перевода *только*, устанавливающего отношения «вопреки ожидаемому», коннектором *mais*.

## Библиография

* Акопян К.С. (2018). Союзные функции частицы *только*: частица-союз vs. частица-союзный аналог. Слово.ру: балтийский акцент, 9, 1, с. 29–44.

* Амеличева В.М. (2017). Формальное и семантическое варьирование русского коннектора не *только... но и его французские эквиваленты*. Съпоставителное езикознание/Сопоставительное языкознание/Contrastive Linguistics, 42, 4, с. 9–20.

* Апресян В.Ю., Пекелис О.Е. (2012). Подчинительные союзы. Материалы для проекта корпусного описания русской грамматики (http://rusgram.ru). На правах рукописи. Москва.

* Апресян В.Ю. (2004). ‘Компенсация’ и ‘оговорка’ в русской языковой картине мира, с. 15–22. In: Л.П. Крысин (ред.), Русский язык сегодня 3, Проблемы русской лексикографии. Москва: Институт русского языка им. В. В. Виноградова РАН, с. 15–22.

* Апресян В.Ю. (2015). Уступительность: механизмы образования и взаимодействия сложных значений в языке. Москва: Языки славянской культуры.

* БАС в 17-ти тт. (1950–1965). Словарь современного русского литературного языка, в 17 томах. Т. 15. Москва/Ленинград: Наука.
Богуславский И.М. (1996) Сфера действия лексических единиц. Москва: Школа Языки русской культуры.

Бурцева В.В. сост. (2010). Словарь наречий и служебных слов русского языка. Москва: Русский язык, Медия-Дрофа.

Ефремова Т.Ф. (2001). Толковый словарь служебных частей речи русского языка. Москва: Русский язык.

Инькова О.И., Манзотти Э. (2019). Исключение из множества. Ип: Инькова О.И., Манзотти Э., Связность текста: мереологические логико-семантические отношения. Москва: Издательский дом Яск, с. 215–304.

Инькова-Манзотти О.Ю. (2001). Коннекторы противопоставления во французском и русском языках. Сопоставительное исследование. Москва: Информэлектро.

Киданова М.Е. (2017). Корпусное исследование структуры составных коннекторов, выражающих отношение контактного предшествования. Вестник Московского университета. Серия 9. Филология, 4, с. 219–221.

Киселёва Л.К., Пайар Д. (ред.) (1998). Дискурсивные слова русского языка: опыт контекстно-семантического описания. Москва: Метатекст.

Кобозева И.М. (2016). Когнитивно-семантический подход к описанию средств связи предложений (на примере коннекторов со значением непосредственного следования). Труды Института русского языка им. В.В. Виноградова, 10, с. 120–134.

Кобозева И.М. (2017). Коннекторы контактного предшествования в русском и французском языках в зеркале надкорпусной базы данных. Contrastive linguistics, XLII, 4, с. 48–62.

Леденев Ю.И. (1961). О грамматической природе слов только и лишь в современном русском литературном языке. Русский язык в школе, 1, с. 14–17.

Ляпон М. В. (1986). Смысловая структура сложного предложения и текст. Москва: Наука.

МАС в 4-ч тт. Евгеньева А. П. (ред.), (1981). Словарь русского языка, в 4 томах, т. 4. Москва: Русский язык.

Морковкин В. В. (ред.) (1997). Словарь структурных слов русского языка. Москва: Лазурь.

Николаева Т.М. (1985). Функции частиц в высказывании (на материале славянских языков). Москва: Наука.

Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. (1992). Толковый словарь русского языка. Москва: Азъ.

Попкова Н.А. (2019). Профиль базовой формы показателя отношения неединственности ‘не только’. Ип: Инькова О.И. (ред.), Структура коннекторов и методы её описания. Москва: ТОРУС ПРЕСС, с. 178–204.
Санников В. З. (1989). Русские сочинительные конструкции. Семантика. Прагматика. Синтаксис. Москва : Наука.

Селина Н.П. (2003). Структурно-семантические и функциональные особенности слова только в современном русском языке. Дис. канд. филол. наук, Ставрополь.

Стародумова Е.А. (1974). Функции ограничительного слова только в современном русском языке. Синтаксические связи в русском языке, Владивосток : Изд-во Дальневост. ун-та, с. 32–52.

Стародумова Е.А. (1978). О некоторых « дополнительных » значениях предложений. Синтаксические связи в русском языке. Владивосток : Изд-во Дальневост. ун-та, с. 56–63.

Стародумова Е.А. (1988). Акцентирующие частицы в русском языке. Владивосток : Изд-во Дальневост. ун-та.

Стародумова Е.А. (отв. ред.). (2001). Словарь служебных слов русского языка. Владивосток, Издательство ДВГУ.

Толковый словарь русского языка : (1995). В 4 т./ Под ред. Д.Н. Ушакова. Т. 4 : С – Я, Москва : Русские словари.

Филипенко М. В. (2003). Семантика наречий и адвербиальных выражений. Москва : Азбуковник.

Шимчук Э. Г., Щур М. Г. (1999). Словарь русских частиц. Frankfurt am Main : Peter Lang.

Asher N., Lascarides A. (2003). *Logics of Conversation*. Cambridge : Cambridge University Press.

Baranzini L., Rihs A. (2016). Le marqueur sauf que : entre emplois « exceptifs » et « non exceptifs ». *Revue de sémantique et pragmatique*, 39, p. 7–18.

Guimier C. (1996). *Les adverbes du français : le cas des adverbes en -ment*. Paris : Ophrys.

Inkova O., Popkova N. (2017). Statistical data as information source for linguistic analysis of Russian connectors. *Informatics and Applications*, 11, 3, p. 123–131.

Kleiber G. (2005). Comment se ‘règle’ linguistiquement l’exception : petite sémantique des constructions exceptives. *Faits de langues*, 25, p. 39–52.

König E. (1991). *The Meaning of Focus Particles. A Comparative Perspective*. London : Routledge.

Lamiroy B., Charolles M. (2004). *Simplement, seulement, malheureusement, heureusement. Travaux de linguistique*, 2, p. 57–79.

Léard J.-M., Marengo S. (2006). L’exception et la restriction : similitude, différence ou inclusion ? In : G. Kleiber, C. Schnedecker, A. Theissen (éds.), *La relation partie-tout*, Leuven : Peeters (Bibliothèque de l’Information Grammaticale), p. 525–542.
Mann W., Thompson S. (1988). Rhetorical structure theory. Toward a functional theory of text organization. *Text*, 8(3), p. 243–281.

Piot M. (1998). L'adverbe conjonctif seulement. In: M. Bilger, K. van den Eynde, Gadet F. (éds), *Analyse linguistique et approches de l'oral : recueil d'études offert en hommage à Claire Blanche Benveniste*. Leuven : Uitgeverij Peeters, p. 249–256.

Sanders T., Spooren W., Noordman L. (1993). Coherence relations in a cognitive theory of discourse representation. *Cognitive Linguistics*, 4-2, p. 93–133.

TLFi : Trésor de la langue Française informatisé, http://www.atilf.fr/tlfi, ATILF – CNRS,
Université de Lorraine.
Ольга Инькова

Женевский университет & ИПИ ФИЦ ИУ РАН

# Показатели отношения сопутствования
в русском языке
и их итальянские эквиваленты

DOI 1024917/9788380845060.17

The paper offers a comparative analysis for the markers of “concomitance” in Russian (the connectives *pri ètom*, *pritom* and *pričem*) and their Italian equivalents. It is shown that, although the set of equivalents is basically the same for the three Russian connectives, their distribution is different: the lowest divergence holding, due to its predominantly argumentative function, for the equivalents of *pritom*; the greatest divergence for the equivalents of *pri ètom* (with moreover a maximum of zero equivalents). In *pričem* the idea of a hierarchical nature of the concomitance is most pronounced – excluding, unlike *pri ètom*, the markers of opposition from the possible Italian equivalents.

## 1. Отношение сопутствования: история вопроса и определение

Применительно к анализу связующих средств термин «сопутствование» не используется в русской грамматической традиции, в отличие, например, от немецкой. В работе (Kortmann 1997) термин «concomitance» используется для отношения, выражаемого *wobei*, а в фундаментальной работе, посвященной коннекторам немецкого языка (Breindl, Volodina, Waßner 2014), то же отношение определяется термином «Komitativität», а термин «Konkomitanz» дается как альтернативный. Помимо *wobei* это отношение может выражать *dabei* и *indem*. Отношение сопутствования определяется как концептуально элементарное, описывающее совместное участие в ситуации двух участников, причем, отношение иерархическое (Breindl, Volodina, Waßner 2014: 569). В качестве примеров<fnref n="1" /> приводятся такие высказывания (Breindl, Volodina, Waßner 2014: 570–571):

<footnote n="1">1. При отсутствии иного указания перевод наш.</footnote>
(1) Im Jahre 79 n. Chr. brach der Vesuv aus. *Dabei wurde die Stadt Pompeij vollkommen zerstört.*

В 79 году н.э. произошло извержение Везувия. *При этом город Помпея был полностью разрушен.*

(2) Im Jahre 79 n. Chr. brach der Vesuv aus und zerstörte die Stadt Pompeij vollständig. *Dabei galt der Vesuv eigentlich als inaktiv.*

В 79 году н.э. произошло извержение Везувия, которое полностью разрушило город Помпею. *При этом Везувий считался фактически недействующим вулканом.*

В (1) имеет место ситуация **извержение Везувия**. Она сопровождается, в том смысле, что имеет место в то же время и там же и является частью первой ситуации, второй ситуацией, – разрушением города Помпеи. В (2) – иная семантическая структура. Высказывание, описывающее ситуацию **извержение Везувия**, сопровождается вторым высказыванием, в том смысле, что оно добавляет об участнике первой ситуации – Везувии – новую информацию: Везувий считался недействующим вулканом. Немецкие лингвисты отмечают, что в (2) отношение сопутствования устанавливается на иллокутивном уровне, или на уровне высказывания.

Внутренняя форма немецких коннекторов wobei и dabei схожа с внутренней формой русских коннекторов с формантом **при: причем, притом, при этом и при том что**. В обоих языках коннекторы состоят из предлога нем. *bei 'при' и русск. при и относительного или указательного местоимения.* Схожа и семантика коннекторов. Об этом говорит, с одной стороны, возможность немецких и русских коннекторов служить друг другу переводными эквивалентами, как показывают примеры из параллельного немецко-русского подкорпуса Национального корпуса русского языка (НКРЯ). Ср. (3), где **причем** переведено wobei, и (4), где **при этом** переведено dabei:

(3) Хозяин заведения был в другой комнате, но часто входил в главную, спускаясь в нее откуда-то по ступенькам, **причем** прежде всего выказывались его щегольские смазные сапоги с большими красными отворотами.

[Ф. М. Достоевский. Преступление и наказание (1866)]

Der Besitzer des Lokals befand sich in einem anderen Zimmer, kam aber oft in das Hauptzimmer, in das er einige Stufen hinabstieg, wobei sich immer erst seine eleganten Schmierstiefeln mit rotem Besatz zeigten.
(4) Пришла, и прямо к Катерине Ивановне, и на стол перед ней тридцать целковых молча выложила. Ни словечка *при этом* не вымолвила [...] [Ф. М. Достоевский. Преступление и наказание (1866)]

Sie kam heim, ging gleich auf Katerina Iwanowna zu und legte vor ihr schweigend dreißig Rubel auf den Tisch. Kein Wörtchen sprach sie *dabei* [...]

С другой стороны, семантика русских коннекторов может быть описана в тех же терминах, что и семантика немецких коннекторов сопутствования. Так, в (3) описывается действие субъекта (*спускаться по лестнице*), а в части, вводимой причем, ситуация, являющаяся частью этого действия (*выказывались его сапоги*) и имеющее место одновременно с ним. В (4) описываются два действия одного лица, Сонечки, одно из которых (*не вымолвить ни слова*) сопровождает другое (*выложить деньги*). В обоих случаях можно говорить об отношении сопутствования, устанавливаемом на пропозициональном уровне, тогда как в (5) то же отношение установлено на иллокутивном уровне.

(5) Тройка двинулась в Патриарший, причем кот тронулся на задних лапах. [М. А. Булгаков. Мастер и Маргарита (ч. 1) (1929–1940)]

В первой части предложения описывается ситуация *Тройка двинулась в Патриарший*, а в части, вводимой причем, уточняется, каким образом действие двинуться осуществляется одним из участников ситуации, котом. Иными словами, здесь уже не одно действие сопровождается другим, а одно высказывание сопровождается другим, дополняющим его.

На основании формального и семантического сходства немецких и русских коннекторов в (Инькова 2018) предложено называть отношения, выражаемые коннекторами с формантом *при*, отношением сопутствования. Как известно, в русской грамматической традиции коннекторы *причем*, *притом* и *при этом* относятся к числу присоединительных. Однако сам термин присоединение определен нечетко, поскольку речь может идти о трех разных явлениях.

1) об особом виде синтаксической связи, как, например, в высказываниях *Он купил машину, и недорого*, — традиция, восходящая к работам С.Е. Крючкова, А.Ф. Прияткиной и др.;

2) об особом «приеме сочетания смыслов», [...] приводящем к нарушению привычных словесных ассоциаций» (ЛЭС: 399), определение В.В. Виноградова;
3) об особом роде отношений между фрагментами текста, когда «вторая часть сообщает добавочные, дополнительные сведения, присоединяемые к тем, которые содержатся в первой части» (Формановская 2007: 21). Определенное таким образом отношение охватывает настолько разнородный набор показателей (да и, а поэтому, а то, более того, если, как и, причем и многие другие), что лишается своей объяснительной силы. Поэтому в (Инькова 2020) предложено отказаться от употребления термина «присоединение» в этом значении (см. также Зализняк 2017).

В упомянутой выше работе (Инькова 2018) дано описание функционирования четырех русских коннекторов сопутствования: при этом, причем, притом и при том что. В этом исследовании, в силу его сопоставительного характера, нас будут интересовать первые три, поскольку коннектор при том что появился в русском языке не так давно и характеризует в большей степени разговорную речь (подробнее см. Инькова 2015), и для него в параллельном корпусе нет достаточного количества вхождений. Анализ, как качественный, так и количественный, проводится с использованием Надкорпусной базы данных (НБД) коннекторов (подробнее о концепции, системе разметки и статистических возможностях см. Inkova, Popkova 2017).

Кратко обобщим проведенный в (Инькова 2018) анализ, необходимый нам для описания итальянских эквивалентов наших трех коннекторов.

## 2. При этом, причем и притом: особенности функционирования

Коннектор при этом выражает отношение сопутствования как на пропозициональном, как в (4) выше, так и на иллокутивном уровне, причем первое употребление, согласно статистике в НБД, является для него более частотным (75% употреблений).

(6) Рябова я обнаружил в читальном зале. Он, как мне показалось, был рад нашей встрече. Долго расспрашивал меня о службе в армии. Вид у него при этом был смущенный. [Сергей Довлатов. Филиал (1987)]

Что касается его синтаксических особенностей, то в 53% этот коннектор вводит самостоятельное высказывание; см. (4) и (6).

Коннектор причем тоже может выражать отношение сопутствования как на пропозициональном (3), так и на иллокутивном (5) уровне, но для
него в современном русском языке характерно именно иллокутивное употребление (почти 80%). Наиболее характерная для него синтаксическая структура – сложное предложение, часть которого он вводит (60%); второй по частотности тип фрагмента текста, вводимого причем (26%), – непредикативная неглагольная единица; ср. (7):

(7) Раиса была нашей машинисткой – **причем** весьма квалифицированной.
[Сергей Довлатов. Чемодан (1986)]

Наконец, **притом** употребляется в современном языке только для выражения отношения иллокутивного сопутствования, но, в отличие от **причем**, для которого это употребление является также наиболее частотным, вводимый им фрагмент текста, как правило, включается говорящим в аргументативную цепочку; ср. (8), где аргумент, вводимый **причем**, включен в аргументацию, которая продолжается фрагментом текста, введенным **да... и**:

(8) Чтобы кончить все это разом, ей оставалось одно: заметив признаки рождающейся любви в Штольце, не дать ей пищи и хода и уехать поскорей. Но она уже потеряла время: это случилось давно, **притом** надо было ей предвидеть, что чувство разыграется у него в страсть: да это и не Обломов: от него никуда не уедешь. [И. А. Гончаров. Обломов (1859)]

Аргументативное употребление, требующее коммуникативной равноправности фрагментов текста, становится возможным у **притом** благодаря присутствию в его составе указательного местоимения: это снимает синтаксическую иерархию фрагментов текста, характерную для **причем**, и снижает иерархию коммуникативную. Что касается синтаксических свойств **притом**, то у него нет доминирующей синтаксической структуры: он в равной степени употребляется для ввода самостоятельного предложения или части сложного предложения. С непредикативными языковыми единицами **притом** может употребляться только в сочетании с союзом **и**.

(9) За двадцать лет своей деятельности в театрах Варенуха видал всякие виды, но тут он почувствовал, что ум его застилается как бы пеленою, и он ничего не сумел произнести, кроме житейской **и притом** совершенно нелепой фразы: [М. А. Булгаков. Мастер и Маргарита, часть 1 (1929–1940)]
Сопоставительный анализ русских показателей отношения сопутствования имеет как теоретическую, так и практическую ценность, поскольку для них во многих языках нет точных эквивалентов из класса коннекторов.

### 3. Итальянские эквиваленты коннекторов с формантом при

#### 3.1. При этом

Единицей анализа в НБД является речевая реализация (РР) – та форма, в которой коннектор употреблен в данном конкретном высказывании. В НБД в направлении перевода русский – итальянский в результате сплошной выборки сформировано 120 аннотаций, содержащих при этом, и зафиксировано 9 РР; см. Таблицу 1².

<table><caption>Таблица 1. – Аннотации с РР, включающими при этом, зафиксированные в НБД.</caption><thead><tr><td>Речевая реализация</td><td>Количество аннотаций</td></tr></thead><tbody><tr><td>при этом</td><td>50</td></tr><tr><td>и при этом</td><td>32</td></tr><tr><td>и при этом</td><td>28</td></tr><tr><td>но при этом</td><td>4</td></tr><tr><td>но при этом</td><td>2</td></tr><tr><td>но ведь при этом</td><td>1</td></tr><tr><td>но ведь при этом</td><td>1</td></tr><tr><td>и при этом еще</td><td>1</td></tr><tr><td>если||то при этом||однако же</td><td>1</td></tr></tbody></table>

Приведем примеры на три наиболее частотные РР: при этом, и при этом и и при этом:

(10) Лишь только шоферы трех машин увидели пассажира, спешащего на стоянку с туго набитым портфелем, как все трое из-под носа у него уехали пустыми, почему-то при этом злобно оглядываясь. [М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929–1940)]

<footnote n="2">² Одиночная вертикальная черта означает, что элементы, входящие с состав РР, разделены текстом, двойная вертикальная черта означает, что компоненты РР находятся в разных фрагментах текста.</footnote>
Non appena gli autisti di tre macchine videro un passeggero che si affrettava verso di loro con una cartella voluminosa, tutti e tre gli filarono via vuoti sotto il naso, lanciandogli occhiate cariche d'odio. [Trad. da Vera Dridso (1967)]

(11) Да, его сиятельство шел именно к ней, потому что глядел прямо на нее в упор и слащаво улыбался, *и при этом* жевал губами, что делал он всегда, когда видел хорошеньких женщин. [А.П. Чехов. Рассказы (1885–1903)]

Sì, Sua Eccellenza veniva proprio verso di lei, poiché la guardava con insistenza, faceva un sorriso dolciastro e muoveva le labbra come faceva sempre quando vedeva una bella donna. [Trad. da Fausto Malcovati]

(12) – Да три полсотни с лишком надо будет приложить, – сказал Петрович и сжал *при этом* значительно губы. [Н.В. Гоголь. Шинель (1842)]

«Un tre biglietti da cinquanta o poco piú bisognerebbe mettere» disse Petrovič stringendo le labbra in modo significativo. [Trad. da F. Mariano (1986)]

Примеры (10)-(12) иллюстрируют также и наиболее частотные для трех РР переводные эквиваленты. Для *при этом* в большинстве случаев (38%, 19 аннотаций) зафиксирован нулевой эквивалент. В 9 случаях из 19 это связано с тем, что в русском оригинальном тексте *при этом* вводит фрагмент текста с деепричастием настоящего времени, имеющим семантику сопутствующего обстоятельства, а значит отчасти дублирующим семантику коннектора, как в (10). Мы увидим, что деепричастие является одним из высокочастотных функциональных эквивалентов русских показателей сопутствования при кореферентности субъектов главного и сопутствующего действия.

В 8 случаях из 19 нулевой эквивалент можно объяснить тем, что *при этом* вводит самостоятельное предложение. В этом случае довольно бедная семантика сопутствования остается невыраженной; ср. (13), а также итальянский перевод (4) в (14), где в отличие от немецкого языка, отношение между двумя ситуациями должно выводиться читателем на основе их смыслового содержания.

(13) [...] Гастон надувал свои и так толстые губы и цедил с сентиментальной ужимкой: «Oui, ils sont gentils». Его карие глаза блуждали *при этом* по разнообразным более или менее художественным безделушкам в мастерской [...] [В.В. Набоков. Лолита (1955–1967)]
[...] Gaston sporgeva le labbra grassocce e mormorava languido: «Oui, ils sont gentils». I suoi occhi bruni erravano sul vario bric-à-brac sentimentale e artistico attorno a noi [...] [Trad. da Giulia Arborio Mella]

(14) Appena rientrata, va dritta da Katerina Ivànovna, e senza parlare le mette davanti, sul tavolo, trenta rubli d'argento. Non disse una sola parola [Trad. da Giorgio Kraiski]

В двух случаях нулевого эквивалента *при этом* не является коннектором, а входит в обязательную валентность предиката быть; ср. (15):

(15) Припомнилось даже, как нанимали этот таксомотор у «Метрополя», был еще *при этом* какой-то актер не актер... [М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929–1940)]

Rammentò perfino come avevano preso il tassì vicino al Métropole, c'era anche uno, chi sa, forse un attore... [Trad. da Vera Dridso (1967)]

Для сравнения скажем, что нулевой эквивалент для PP и *при этом* зафиксирован лишь в 6,25% случаев (16), а для PP и*при этом* не зафиксирован пока вовсе.

(16) От старика Николай узнал, что Марья боялась жить в лесу с Кирьяком и что он, когда бывал пьян, приходил всякий раз за ней и *при этом* шумел и бил ее без пощады. [А.П. Чехов. Рассказы (1885–1903)]

Kirjàk veniva in cerca di lei ogni volta che era ubriaco; litigava e la batteva, senza misericordia. [Trad. da Fausto Malcovati]

Наиболее частотным эквивалентом *и при этом* является союз *е* (25%), как в (11) выше; на втором месте – уже упомянутое нами деепричастие настоящего времени (15,63%). Ср. (17):

(17) Тяжёлая дверь кабака, в котором сидел я с Орловым, то и дело отворялась *и при этом* как-то сладострастно повизгивала. [М. Горький. Супруги Орловы (1897–1898)]

La pesante porta della bettola in cui stavo seduto con Orlof si apriva ad ogni momento, provocando dei gridolini che parevano voluttuosi. [Trad. da Eugenio Wenceslao Foulques]
У РР с дистантным расположением *и и при этом – и|при этом – эти же эквиваленты следуют в обратном порядке: на деепричастие приходится 28,6% (ср. (12) выше), а на союз *е – 21,43%; ср. (18):

(18) Тут он зааплодировал, но в совершенном одиночестве, *и на лице при этом* у него играла уверенная улыбка [...] [М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929–1940)]

Applaudí, ma in completa solitudine, e sul suo volto aleggiava un sorriso sicuro [...] [Trad. da Vera Dridso (1967)]

Заметим, что из 15 итальянских переводов (12) деепричастие выбрано в качестве эквивалента *и|при этом* 5 раз, а союз *е – 4 раза; ср.,* например, перевод Э. Баззарелли в (19):

(19) «Bisognerà dare un tre cinquantoni», disse Petrovič e strinse le labbra in modo significativo. [Trad. da Eridano Bazzarelli (1980)]

Подчеркнем в этой связи, что перевод одной из частей РР, в состав которой входит сочинительный союз, только эквивалентом сочинительного союза, является в значительной степени регулярным выбором переводчиков. Ср. для РР с союзом *но*:

– РР *но|при этом* оба раза переведена *та*; ср. (20):

(20) – Не могу сказать; *но меня интересует при этом* другое обстоятельство так сказать, целый вопрос. [Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание (1866)] Questo non potrei affermarlo; *ma* a interessarmi è, per così dire, la questione nel suo complesso. [Trad. da Giorgio Kraiski]

– РР *но при этом* переведена *та* в трех случаях из четырех; ср. (21):

(21) Он стал давать по пятидесятى рублей в месяц еще, предположив взыскать эти деньги из доходов Обломова третьего года, *но при этом* растолковал и даже побожился сестре, что больше ни гроша не положит [И.А. Гончаров. Обломов (1849–1858)]

Cominciò dunque a dare alla sorella cinquanta rubli al mese, proponendosi di detrarli poi dalle entrate di Oblomov del terzo anno, *ma* le disse deciso, e addirittura giurò, che non avrebbe dato più neanche una copeca [Trad. da Argia Michettoni]
Для *при этом* союз *е* является также вторым по частоте эквивалентом, следующим, но со значительным отрывом, после нулевого эквивалента (8% против 38%).

(22) Двое швейцаров, лишь только увидели его, бросили свои посты в раздевалке и бежали, а за ними бежали из ресторана все посетители и служащие. *При этом* у кассирши непонятным образом пропала вся выручка. [М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929–1940)]

I due uscieri, non appena lo videro, lasciarono i loro posti nello spogliatoio e scapparono, e dietro a loro scapparono dal ristorante tutti gli avventori e il personale di servizio. *E alla cassiera scomparve misteriosamente l'intero incasso.*
[Trad. da Vera Dridso (1967)]

Высоко частотными для всех трех PP – *при этом, и при этом и и|при этом* – являются сочетания союза *е с другими языковыми единицами*, выражающими тот или иной аспект семантики сопутствования, в первую очередь, одновременность главного и сопутствующего действий: *e nel farlo, e nello stesso tempo, e allora, e intanto* и др., как с контактным, так и с дистантным расположением элементов, причем форма итальянской PP, как правило, отражает форму PP оригинала; ср. (23) *с e nel farlo* и (24) *с e nel|farlo*, (25) *с e nello stesso tempo* и (26) *с e|nello stesso tempo*:

(23) Соня дала свой адрес *и при этом* покраснела. [Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание (1866)]

Sònja gli diede il suo indirizzo *e nel farlo* arrossì. [Trad. da Giorgio Kraiski]

(24) [...] настойчиво и громко сказал он, вставая *и* немного оттолкнув *при этом* Порфирия [...] [Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание (1866)]

[...] disse con voce forte e aggressiva, alzandosi *e* dando, *nel farlo*, una lieve spinta a Porfirij [...] [Trad. da Giorgio Kraiski]

(25) Затем, развернув перед собой бумаги и всё более возбуждая любопытство Вавилова, ротмистр стал читать, рассматривать *и при этом* многозначительно мычал. [М. Горький. Бывшие люди (1897–1898)]

[...] poi, dopo aver spiegato le carte, eccitando sempre più la curiosità di Vavilof, il capitano si mise a leggere, a leggere minuziosamente, *e, nello stesso tempo*, grugniva in modo significativo. [Trad. da Eugenio Wenceslao Foulques]
(26) Он до того уморительно произнёс это и такую при этом скорчил рожу, что Орлов так и прыснул смехом. [М. Горький. Супруги Орловы (1897–1898)] Pronunciò queste parole in un modo così comico e fece, *nello stesso tempo*, una smorfia così brutta, che Orlof scoppiò in una sonora risata. [Trad. da Eugenio Wenceslao Foulques]

Зафиксированы также РР, в которых союз *e* сочетается с единицами аддитивной семантики: *e inoltre, e in più, e insieme a questo, e per di più*, последнее с элементом градации, которым не обладают русские показатели:

(27) Он хочет непременно подарить тебе десять тысяч рублей и при этом заявляет желание тебя однажды видеть в моем присутствии. [Ф.М. Достоевский. Преступление и наказание (1866)] Vuole regalarti a tutti i costi diecimila rubli, *e inoltre* esprime il desiderio di rincontrarti una volta in mia presenza. [Trad. da Giorgio Kraiski]

(28) За день я побывал в трех местах. *При этом* наблюдал три сенсационные встречи. [С.Д. Довлатов. Филиал (1987)] Nello stesso giorno capitai in tre luoghi diversi *e per di più* potei assistere a tre incontri sensazionali. [Trad. da Laura Salmon]

Эти же языковые единицы с временной и аддитивной семантикой могут быть использованы и без союза *e*:

(29) Это не человек, а машина, и злая машина, когда рассердится, – прибавила она, вспоминая *при этом* Алексея Александровича со всеми подробностями его фигуры, манеры говорить и его характера [Л.Н. Толстой. Анна Каренина (1873–1877)]] Non è un uomo, ma una macchina, e una macchina cattiva, quando si arrabbia – ella aggiunse, ricordandosi *intanto* di Aleksej Aleksandrovic in tutti i particolari della sua figura, del suo modo di parlare e del suo carattere [Trad. da Maria Bianca Luporini]

В качестве эквивалентов зафиксированы и временные союзы *quando* и *mentre*, выражающие одновременность действий.

(30) [...] сквозь зубы в тон арестанту проговорил Пилат, и глаза его *при этом* мерцали. [М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929–1940)]
[...] disse Pilato tra i denti, con lo stesso tono del prigioniero, mentre i suoi occhi scintillavano. [Trad. da Vera Dridso (1967)]

(31) Иной говорит глупости или плутует, и так жизнерадостно, я же, случается, сознательно делаю добро и испытываю при этом только беспокойство или полнейшее равнодушие. [А.П. Чехов. Рассказы (1885–1903)]

Uno dice delle sciocchezze o fa delle bricconate con la più grande gioia di vivere; e io quando faccio il bene coscientemente, non provo se non inquietudine, oppure la più completa indifferenza. [Trad. da Fausto Malcovati]

У PP и при этом на долю эквивалентов с временной семантикой приходится в общей сложности 46,4% (у PP и при этом – 15,6%, у при этом – 20%), а эквиваленты с аддитивной семантикой пока не зафиксированы (см. таблицы ниже).

В качестве эквивалентов русских показателей отношения сопутствования могут использоваться показатели более семантически насыщенных отношений: в первую очередь, уступительных и разного рода отношений противопоставления<fnref n="3" />. Такие переводы характерны для PP при этом, когда она вводит самостоятельное предложение. Ср. *sebbene* в (32), *ma* в (33), *comunque* в (34) и даже *in compenso* в (35). Обращает на себя внимание также тот факт, что все перечисленные модели перевода встречаются у одной и той же переводчицы.

(32) Я утешал себя мыслью: « Должна же она готовиться к зачетам. И потом – не могут люди видеться ежедневно... » *При этом* я был совершенно уверен, что видеться люди должны ежедневно, а к зачетам готовиться не обязательно. [С.Д. Довлатов. Филиал (1987)]

Mi consolava questo pensiero: « È chiaro che sta preparandosi per gli esami. E poi le persone non possono mica vedersi ogni giorno... ». *Sebbene* fossi del tutto convinto che le persone avrebbero dovuto vedersi tutti i giorni e che non fosse indispensabile prepararsi per gli esami. [Trad. da Laura Salmon]

(33) Вопреки моим правилам я иду на этот шаг. *При этом* надеюсь, что вы еще овладеете языком Шиллера и Гете. [С.Д. Довлатов. Филиал (1987)]

Lo farò, contrariamente ai miei principii. Ma mi auguro che lei si premurerà di apprendere la lingua di Schiller e di Goethe. [Trad. da Laura Salmon]

<footnote n="3">³ Подобную ситуацию можно наблюдать и в переводах на французский язык; см. (Inkova 2018).</footnote>
(34) Разглядывая этих людей, я старался угадать, кто из них тайно преследует мою девушку. *При этом*, должен заметить, вели они себя учтиво и непосредственно. [С.Д. Довлатов. Филиал (1987)]

Osservando quelle persone, cercavo di indovinare chi di loro mirasse segretamente alla mia ragazza. Devo comunque ammettere che si comportavano in modo rispettoso e naturale. [Trad. da Laura Salmon]

(35) То есть научился критиковать Достоевского, восхищаясь *при этом* Шарковым и Гольцем. [С.Д. Довлатов. Филиал (1987)]

Ovvero avevo imparato a criticare Dostoevskij, entusiasmandomi in compenso per gente come Šarkov e Gol'c. [Trad. da Laura Salmon]

Исследователи отмечают у русских показателей с формантом *при* наличие уступительно-противительной семантики (например, Кузнецова 1986а, 1986б), а некоторые (в частности, Апресян 1999, 2006) даже относят их к числу уступительных. Следует, однако, подчеркнуть, что эта интерпретация возникает у них только при соответствующем смысловом соотношении соединяемых коннектором фрагментов текста на фоне их основной семантики сопутствования.

Особо следует оговорить трансформацию сочинительной конструкции, оформляемой PP и *при этом*, в определительное придаточное, зафиксированное для него почти в 10% случаев и у разных переводчиков, которое призвано, по-видимому, отразить иерархический характер отношения сопутствования, в котором отчетливо выделяются главное действие и действие, его сопровождающее. Ср. (36):

(36) Потом бабка принялась сечь Мотьку, *и при этом* у Мотьки опять задралась рубаха. [А.П. Чехов. Рассказы (1885–1903)]

La vecchia si sentì, poi, in dovere di frustare anche Mòtka, *a cui* la camicia salì ancora più su. [Trad. da Fausto Malcovati]

Мы рассмотрели наиболее частотные эквиваленты трех PP: *при этом*, *и при этом* и *и|при этом*. Полный состав их функциональных эквивалентов приведен в Таблицах 2–4, которые отражают, в частности, и высокое число моделей перевода для каждого из коннекторов: 17 для PP и *при этом*, 15 – для *и|при этом*, 26 – для *при этом*.
<table><caption>Таблица 2.</caption><thead><tr><th>и при этом</th><th>32</th><th></th></tr><tr><th>ФЭФ итал. яз.</th><th></th><th>Кол-во МЭ<br>(% в группе)</th></tr></thead><tbody><tr><td>e</td><td></td><td>8 (25,00%)</td></tr><tr><td>x_gerund_pres</td><td></td><td>5 (15,63%)</td></tr><tr><td>x_sub_clause</td><td></td><td>3 (9,38%)</td></tr><tr><td>e_nel Inf</td><td></td><td>2 (6,25%)</td></tr><tr><td>zero</td><td></td><td>2 (6,25%)</td></tr><tr><td>x_ger_pres_nel contempo</td><td></td><td>1 (3,13%)</td></tr><tr><td>e in più</td><td></td><td>1 (3,13%)</td></tr><tr><td>e inoltre</td><td></td><td>1 (3,13%)</td></tr><tr><td>e insieme a questo</td><td></td><td>1 (3,13%)</td></tr><tr><td>e nel farlo</td><td></td><td>1 (3,13%)</td></tr><tr><td>e nello<br>stesso tempo</td><td></td><td>1 (3,13%)</td></tr><tr><td>e per di più</td><td></td><td>1 (3,13%)</td></tr><tr><td>e per di più</td><td></td><td>1 (3,13%)</td></tr><tr><td>mentre</td><td></td><td>1 (3,13%)</td></tr><tr><td>però</td><td></td><td>1 (3,13%)</td></tr><tr><td>x_apposizione</td><td></td><td>1 (3,13%)</td></tr><tr><td>xprep_in_Det_N</td><td></td><td>1 (3,13%)</td></tr></tbody></table>

<table><thead><tr><th>и|при этом</th><th>28</th><th></th></tr><tr><th>ФЭФ итал. яз.</th><th></th><th>Кол-во МЭ<br>(% в группе)</th></tr></thead><tbody><tr><td>x_gerund_pres</td><td></td><td>8 (28,57%)</td></tr><tr><td>e</td><td></td><td>6 (21,43%)</td></tr><tr><td>e|dopo N</td><td></td><td>2 (7,14%)</td></tr><tr><td>e allora</td><td></td><td>1 (3,57%)</td></tr><tr><td>e intanto</td><td></td><td>1 (3,57%)</td></tr><tr><td>e nel farlo</td><td></td><td>1 (3,57%)</td></tr><tr><td>e nello<br>stesso tempo</td><td></td><td>1 (3,57%)</td></tr><tr><td>e_part_passato</td><td></td><td>1 (3,57%)</td></tr><tr><td>e|in quella</td><td></td><td>1 (3,57%)</td></tr><tr><td>e|intanto</td><td></td><td>1 (3,57%)</td></tr><tr><td>e|nel farlo</td><td></td><td>1 (3,57%)</td></tr><tr><td>e|nello<br>stesso tempo</td><td></td><td>1 (3,57%)</td></tr></tbody></table>
<table><caption>Таблица 3.</caption><tr><td>mentre</td><td>1 (3,57%)</td></tr><tr><td>nel frattempo</td><td>1 (3,57%)</td></tr><tr><td>quando</td><td>1 (3,57%)</td></tr></table>

<table><caption>Таблица 4.</caption><thead><tr><th>при этом</th><th>50</th><th></th></tr><tr><th>ФЭФ итал. яз.</th><th></th><th>Кол-во МЭ<br>(% в группе)</th></tr></thead><tbody><tr><td>zero</td><td></td><td>19 (38,00%)</td></tr><tr><td>e</td><td></td><td>4 (8,00%)</td></tr><tr><td>allora</td><td></td><td>2 (4,00%)</td></tr><tr><td>e per di più</td><td></td><td>2 (4,00%)</td></tr><tr><td>ma</td><td></td><td>2 (4,00%)</td></tr><tr><td>anche</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>comunque</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>con_N</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>contestualmente</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>così</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>e allora</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>e insieme</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>e intanto</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>in compenso</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>in quel tempo</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>in tutto questo</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>intanto</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>li</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>malgrado ciò</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>mentre</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>per di più</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>questo</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>sebbene</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>x_gerund_pres</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>x_nel farlo</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr><tr><td>x_nel_Inf</td><td></td><td>1 (2,00%)</td></tr></tbody></table>

Таблицы 2–4. Функциональные эквиваленты РР и при этом и и при этом, при этом в итальянском языке, зафиксированные в НБД.
### 3.2. Причем

Хотя, как показано в (Инькова 2020), *причем* может сочетаться в современном языке с союзом *и* (об этом говорят данные НКРЯ), однако это употребление является редким (в НКРЯ 0,25%).

(37) Здесь свободно бегало чудовище, *и причем* – опасное. [Татьяна Тронина. Никогда не говори «навсегда» (2004)]

В НБД сформировано 113 аннотаций с единственной РР – *причем* – и зафиксировано 33 модели перевода (см. Таблицу 5 ниже). Наиболее частотным функциональным эквивалентом *причем* является союз *е* (26,5% случаев, 30 аннотаций), за ним следует нулевой эквивалент (13,3%, 15 аннотаций). Ср. перевод (5) в (38) и (39).

(38) Il terzetto avanzava verso il Patriarshij, *e* il gatto camminava sulle zampe posteriori. [Trad. da Vera Dridso (1967)]

(39) И Ковригин еще семь минут проклинал Лимонова. *Причем* теперь уже за его счет. [С.Д. Довлатов. Филиал (1987)]

E per altri sette minuti Kovrigin insultò Limonov, questa volta su gentile concessione dell'insultato. [Trad. da Laura Salmon]

Заметим, что перевод *причем* сочинительным союзом снимает иерархию двух ситуаций, а вводимый им фрагмент текста – его функции «комментирующего», «подчиненного» речевого акта». Ср. в этом отношении русский оригинал и его перевод в (40):

(40) [...] он стоял с салфеткой в руке и пытался поцеловать какую-то даму, *причем* обещал ей, что на другой день, и ровно в полдень, придет к ней в гости. [М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929–1940)]

[...] se ne stava in piedi con un tovagliolo in mano e cercava di baciare una sig-nora, *e* le prometteva che sarebbe andato a trovarla l'indomani a mezzogiorno in punto. [Trad. da Vera Dridso (1967)]

В оригинальном тексте действие обещать прийти в гости сопровождает действие пытаться поцеловать какую-то даму, тогда как в переводе эти два действия лишь находятся в отношении одновременности. В других контекстах перевод *причем* при помощи *e* придает отношению следственный
оттенок; ср. (41), где точка с запятой, поставленная между двумя фрагментами текста, не спасает ситуацию:

(41) [...] она очень сконфузилась, сладко улыбнулась, *причем* ее маленькое лицо стало похоже на пирожное. [А.П. Чехов. Рассказы (1885–1903)]

Tutta confusa, sorrise bonariamente; e la sua piccola faccia sembrò simile a un buon dolce. [Trad. da Fausto Malcovati]

Следующим по частотности является союз *mentre* (9 аннотаций, около 8%), как с временным (7 аннотаций), так и с сопоставительным (2 аннотации) значением.

(42) Вдруг мой автомобиль, словно отозвавшись на муки моего бедного сердца, начал как-то скатываться и скользить из стороны в сторону, *причем* из-под него доносилось беспомощное «хляп-хляп-хляп». [В.В. Набоков. Лолита (1955–1967)]

Tutto d'un tratto, come se la macchina che guidavo fosse sensibile agli spasimi del mio povero cuore, slittammo di qua e di là *mentre* qualcosa sotto di noi emetteva uno sconsolato plap-plap-plap. [Trad. da Giulia Arborio Mella]

(43) Приходится предположить в Достоевском как бы стремление ставить различные жизненные проблемы на обсуждение этих своеобразных, трепещущих страстью, полыхающих огнем фанатизма «голосов», *причем* сам он как бы только присутствует при этих судорожных диспутах. [М.М. Бахтин. Проблемы поэтики Достоевского (1929)]

Bisogna supporre in Dostoevskij una tendenza a mettere in discussione i diversi problemi vitali tra queste originali «voci», ribollenti di passione e accese dal fuoco del fanatismo, *mentre* egli stesso sembra solo che assista a queste dispute convulse. [Trad. da Giuseppe Garritano (1968)]

Наряду с *mentre* в НБД зафиксирована целая серия языковых единиц с временной семантикой: *durante*, *e intanto*, *al che*, *allora*, *e allo stesso tempo*, *nel momento di*, *non appena*, *nel_Inf*. В общей сложности на долю эквивалентов *причем* с временной семантикой приходится 20,3% (ср. 20% у РР *при этом*). В этой связи интересно проанализировать 15 вариантов перевода (44), в котором *причем* употреблено в не характерной для него в современном русском языке функции показателя пропозиционального сопутствования.
(44) Ребенка окрестили, *причем* он заплакал и сделал такую гримасу, как будто бы предчувствовал, что будет титулярный советник. [Н.В. Гоголь. Шинель (1842)]

Шесть переводчиков из пятнадцати выбирают *durante* в качестве эквивалента *причем*, в двух случаях ему предшествует союз *e*. Такой выбор приводит к номинализации предыдущего действия. Для этого выбираются существительные *rito*, *battesimo*, *cerimonia*.

(45) Il bambino fu battezzato. *Durante* il rito egli scoppiò a piangere e fece una smorfia tale, che pareva presentisse la sua sorte di consigliere titolare. [Trad. da Eridano Bazzarelli (1980)]

(46) Il bambino venne battezzato, *e durante* il battesimo egli si mise a piangere [...] [Trad. da Pietro Zveteremich (1967)]

Четыре переводчика выбрали в качестве эквивалента союз *e*, который в трех случаях сопровождается указанием на временной отрезок (*e sul più bello*, *e proprio nel momento cruciale*) или номинализацией первого действия (*e in quell'occasione*).

(47) Il bimbo fu battezzato; *e sul più bello* si mise a piangere [...] [Trad. da Clemente Rebora (1922)]

Еще в двух случаях переводчики выбирают другие единицы с временной семантикой: *al che* и *mentre*, последнее в сочетании с анафорической отсылкой к главному действию (*mentre lo facevano*).

(48) Il bambino fu battezzato, *al che scoppiò* a piangere [...] [Trad. da Emanuela Guercetti (1995)]

Наконец, еще один эквивалент, на этот раз с аддитивной семантикой – *ed oltre a ciò* – можно считать неудачным.

(49) Battezzarono il bimbo; *ed oltre a ciò* egli pianse [...] [Trad. da Leone Pacini-Savoj (1957)]

Что касается единиц с аддитивной семантикой, то здесь также зафиксировано в качестве эквивалента *причем* скалярное *per di più*. Заметим, что этот
перевод встречается преимущественно у Л. Сальмон в тексте С. Довлатова «Филиал»: 4 из 6 *per di più* и 3 из 4 *e per di più*<fnref n="4" />.

(50) Тася появилась рано утром. *Причем* довольно бодрая и требовательная. [С.Д. Довлатов. Филиал (1987)]

Tasja compare the al mattino presto. *Per di più* piuttosto arzilla ed esigente. [Trad. da Laura Salmon]

(51) Почвенники запасали спиртное на вечер. *Причем* держали его не в холодильниках, а между оконными рамами. [С.Д. Довлатов. Филиал (1987)]

I nazionalisti facevano incetta di vodka per la serata. *E per di più* non la tenevano in frigo, ma sul davanzale della finestra. [С.Д. Довлатов. Филиал (1987)]

В качестве эквивалентов *причем* зафиксированы деепричастие настоящего времени (52) и относительное придаточное (53), которые использовались и для перевода РР с *при этом*.

(52) Тот, что жарил мясо, повернулся, *причем* ужаснул буфетчика своими клыками. [М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929–1940)]

Quello che arrostiva la carne si voltò, *spaventando* il barista con le sue zanne. [Trad. da Vera Dridso (1967)]

(53) [...] мы стали за него бороться, и наконец раздался выстрел, *причем* пуля ушла в стену нашего номера, и оттуда забил очень тонкий и очень забавный фонтанчик горячей воды. [В.В. Набоков. Лолита (1955–1967)]

[...] ce la contendemmo finché non partì un colpo che fece sgorgare un sottilissimo e comicissimo zampillo d'acqua calda dal buco che aveva aperto nel muro del bungalow. [Trad. da Giulia Arborio Mella]

<footnote n="4">⁴ Интересно, что градационную семантику тоже в текстах С. Довлатова («Заповедние» и «Чемодан») видит у *причем* и французский переводчик. В НБД из 9 аннотаций, в которых *причем* переведен *qui plus est* 'более того', 7 приходятся на тексты Довлатова, причем все – в парцеллированных конструкциях, которые, по-видимому, способствуют созданию градационной семантики. Ср.:</footnote>

<footnote>И в результате-один чемодан. *Причем*, довольно скромного размера. [С.Д. Довлатов. Чемодан (1986)]</footnote>

<footnote>Et résultat de tout ça: une valise. *Qui plus est*, de dimensions plutôt modestes. [Trad. par Jacques Michaut-Paternò (2001)]</footnote>
Зафиксированы также и показатели более семантически насыщенных отношений, но в отличие от РР с *при этом*, это, в основном, показатели импликативных отношений (условных и причинных): *anche perché, se, tanto più che*, но также и уступительных отношений (*anche se*) и отношения противопоставления *e d'altronde*. Все они зафиксированы с единичными употреблениями, не всегда адекватно передающими смысл оригинального текста. Ср. (54):

(54) Хорошо, но что еще носил наш учитель в то лето, да и вообще в лучшие месяцы тех незабываемых лет, когда мы жили с ним на одной станции, *причем* его дача находилась в поселке за рекой, а наша – в одном из тех поселков, которые были на том же берегу, что и станция? [Саша Соколов. Школа для дураков (1973)]

Bene, ma che altro portava indosso il nostro maestro quell'estate e, di solito, durante i mesi migliori di quegli anni indimenticabili, quando abitavamo vicini alla stessa stazione, *anche se* la sua dacia faceva parte di un gruppetto di dacie sull'altra riva del fiume e la nostra invece faceva parte di uno di quei gruppetti che erano sul lato della stazione? [Trad. da Margherita Crepax]

Из эквивалентов, не зафиксированных для РР с *при этом*, отметим знаки пунктуации: тире (55) и двоеточие (56), на долю которых приходится по 2,65%.

(55) В это время Коровьев и Азазелло, *причем* Коровьев в обычном своем наряде, а вовсе не во фрачном праздничном, сидели в столовой квартиры, доканчивая завтрак. [М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929-1940)]

In quel momento, Korov'ev e Azazello – Korov'ev col suo abbigliamento abituale, e non con il frac festivo – erano seduti nella sala da pranzo e stavano terminando di far colazione. [Trad. da Vera Dridso (1967)]

(56) Велосипедисты с громким криком "Ап!" соскочили с машин и раскланялись, *причем* блондинка посылала публике воздушные поцелуи, а малютка протрубил смешной сигнал на своем гудке. [М.А. Булгаков. Мастер и Маргарита (1929-1940)]

Gridando forte» Up!», i ciclisti balzarono giù dalle loro macchine per salutare: la bionda mandava baci al pubblico, mentre il bimpetto fece suonare un buffo segnale al suo clacson. [Trad. da Vera Dridso (1967)]