Старый Сейлем

Исторический район Старый Сейлем (англ. Old Salem historic district) — район города Уинстон-Сейлем (округ Форсайт, штат Северная Каролина, Соединённые штаты Америки), часть существовавшего в 1766—1913 годах автономного городского поселения Сейлем. Район образован на основании Постановления о зонировании города Уинстон-Сейлем и округа Форсайт в 1948 году с целью сохранения исторического наследия немецкоговорящих первопоселенцев, принадлежавших к конгрегации Моравской церкви в Америке. Основанная в 1950 году некоммерческая организация «Old Salem Inc.» (с 2006 года «Музеи и сады Старого Сейлема») в период с 1951 по 2010 год на условиях государственно-частного партнёрства провела масштабную реставрацию и реконструкцию объектов исторического Сейлема, а также археологические изыскания как в границах района, так и за его пределами. В настоящее время Старый Сейлем представляет собой музей под открытым небом. Сохранившиеся и восстановленные здания города вкупе со специалистами по исторической реконструкции и экскурсоводами знакомят посетителей с жизнью моравского сообщества XVIII и XIX веков. В программу исторической реконструкции входит презентация таких древних ремесел, как ремесло лудильщика, кузнеца, сапожника, оружейного мастера, пекаря и плотника — занятия этими ремёслами происходят непосредственно на глазах посетителей. Около 70 процентов из 72 зданий и строений исторического района являются аутентичными. На территории исторического района помимо выставочных залов в исторических зданиях функционирует Музей декоративно-прикладного искусства (MESDA) — единственный музей, в 24 залах и 6 галереях которого выставлены объекты декоративно-прикладного искусства данной местности в период раннего развития Юга: мебель, картины, гобелены, керамические изделия, столовое серебро и изделия из металла, производимые и использовавшиеся в домах штатов Мериленд, Вирджиния, Северная и Южная Каролина, Джорджия, Кентукки и Теннесси в период до 1820 года. В 1966 году исторический район Старый Сейлем был включён в Реестр национальных исторических памятников США (англ. National Historic Landmark), а в 1978 году — в его обновлённую версию. Кроме того, несколько объектов Старого Сейлема, в том числе таверна, Дом одиноких братьев и церковь Святого Филиппа Моравского, индивидуально внесены в этот реестр. Старый Сейлем — уникальный пример теократически управляемого утопического общества, существовавшего на принципах пиетизма. Исторический Сейлем Основание Ваховии История моравов в Америке тесно связана с именем саксонского дворянина графа Николая Людвига фон Цинцендорфа. В 1722 году он предоставил убежище гонимым католиками последователям Яна Гуса. На его земле моравы основали поселение Хернхут, где в 1727 году возродили старинную религиозную организацию «Братское единство» («Unitas Fratrum»). При политической и финансовой поддержке графа Цинцендорфа в начале 1730-х годов братья-моравы направились с миссионерской целью в Новый Свет. После успешной миссии на острове Сент-Томас (Виргинские острова) в 1732 году и неудачной попытки закрепиться в Джорджии в 1735 году, они прибыли на север английских колониальных владений в Северной Америке, где в 1741 году основали поселения в Мэриленде и Пенсильвании. В отличие от Нью-Йоркской колонии, откуда моравы были изгнаны четыре года спустя, колония в пенсильванском Вифлееме развивалась вполне успешно. Но Моравская церковь не оставляла попыток найти территорию, где братия могла жить компактно, автономно и духовно изолированно в соответствии со своими правилами и традициями. Её стремление совпало с желанием английского лорда Джона Картерета, графа Гренвилля, продать землю в Пьемонте, на задворках Северной Каролины. В сентябре 1752 года епископ Август Готтлиб Шпанберген в сопровождении пяти братьев и землемера графа Гренвилля выехал их Эдинтона вглубь Северной Каролины. За четыре с половиной месяца моравы обследовали участки на реке Катоба, в верховьях Нью-Ривер и в Малберри Филдс, но не один из них не подошёл для основания колонии. В конце декабря они вышли к реке Ядкин, к востоку от которой, наконец, обнаружили подходящее место на трёх притоках реки Мадди-Крик (территория современного округа Форсайт). Первоначально епископ Шпанберген отобрал 14 участков общей площадью 73037 акров. Впоследствии землемер графа Гренвилля обследовал ещё пять участков. Таким образом общая площадь земли составила 98 985 акров. Поскольку Актом парламента Англии 1749 года Моравская церковь была признана епископальной и обладала теми же правами, что и другие протестантские конфессии в английских доминионах, колониальные власти не стали чинить препятствий. 7 августа 1753 года в Лондоне Джон Картерет, граф Гренвилл, передал право собственности на девятнадцать участков в Северной Каролине секретарю Unitas Fratrum Джеймсу Хаттону. Эта территория получила название Вахау, по региону в Австрии, где находилось родовое имение Цинцендорфов. Но уже скоро её стали именовать на латинский манер — Ваховия. Сумма сделки составила 500 фунтов, которые Моравская церковь обязалась выплатить в течение четырёх лет. До закрытия сделки моравы также должны были выплачивать графу Гренвиллю ежегодную арендную плату в размере 148 фунтов 9 шиллингов и 2,5 пенса. В том же 1753 году в Ваховии было основано первое моравское поселение Бетабара. Изначально оно планировалось как временное, и должно было функционировать только до строительства главного города региона — Сейлема. Однако начавшаяся вскоре Семилетняя война спутала планы колонистов. Постоянные набеги индейцев чероки на поседения белых людей в Северной Каролине привели к большому количеству беженцев, которые искали убежище в относительно безопасной Бетабаре вплоть до 1761 года. В итоге Бетабара вскоре превратилась в крупное и хорошо укреплённое поселение, в то время как планы строительства Сейлема пришлось отложить на 13 лет. Для обеспечения продовольствием быстро растущего населения в 1759 году по плану прибывшего из Европы архитектора Филиппа Кристиана Готтлиба Рейтера недалеко от Бетабары было основано поселение Бетания с большими сельскохозяйственными угодьями. Основание Сейлема Планирование Руководство Моравской церкви в Хернхуте внимательно следило за происходящим в Ваховии. Из-за медленного освоения территории в 1763 году оно направило в Бетабару епископа Фредерика Уильяма Маршалла, «человека большой работоспособности и обладающего замечательными организационными способностями, решительного, активного, методичного и быстрого в мыслях и действиях», который должен был взять на себя руководство светскими делами церкви в Северной Каролине. Фредерик Маршалл считается основателем города Сейлема и «его вдохновляющим гением, обеспечившим успех и прогресс на заре его существования». 14 февраля 1765 года моравы вернулись к рассмотрению вопроса об основании Сейлема. Первоначально было отобрано несколько участков, подходящих для строительства. Согласно традиции братства местоположение будущего города определяло Провидение. По каждому из участков моравы тянули жребий. С седьмой попытки он выпал на участок площадью 3159,5 акра на северном берегу широкого ручья Вах (Сейлем-Крик). Рельеф местности был достаточно сложным. Участок располагался на южном склоне холма с перепадом высот в 100 футов (30,4 м). На западной границе он упирался в ручей Таун-Ран (Тар-Бранч), а на восточной круто обрывался в глубокий овраг. Это делало невозможным развитие города в восточном направлении и существенно затрудняло его развитие в западном направлении. Согласно первоначальному плану городской застройки, разработанному графом Цинцендорфом, Сейлем должен был иметь концентрическую форму с восемью радиально расходящимися главными улицами. Однако этот план не учитывал рельеф местности, поэтому сразу был отвергнут. Поскольку времени было мало, главный архитектор проекта Филипп Рейтер взял за основу разработанный им ранее градостроительный план города Литица. Основой Сейлема, ориентированного по оси «север-юг», стала центральная площадь, образованная четырьмя главными улицами: её западную и восточную стороны образуют соответственно Мейн-стрит и Чёрч-стрит, северную и южную стороны — Шаллоуфорд (ныне Академи-стрит) и Вест-стрит. Хотя официально улицы получили названия лишь в 1857 году, сейлемцы, безусловно, использовали их и ранее, поскольку основные из них (Мейн-стрит, Чёрч-стрит, Шаллоуфорд и Нью-стрит) уже отмечены на карте города 1821 года. Центральная площадь, согласно градостроительной концепции, должна была стать местом сосредоточения институциональных и общественных зданий. Здесь было запланировано строительство Гемайнхауса (дома собраний), дома одиноких братьев, дома одиноких сестёр, общественного магазина, а также школ для мальчиков и девочек. Остальная территория была разделена на примерно одинаковые участки для индивидуальных домов, каждый из которых получил свой номер. Эта нумерация участков, с некоторыми изменениями и дополнениями 1821 года, используется в Старом Сейлеме по сей день. В рамках первоначального планирования на городской окраине также были отведены земли сельскохозяйственного и промышленного назначения. Сейлемская плантация, предназначенная для обеспечения общины продовольствием, была заложена к юго-востоку от города, за Сейлем-крик, и начала функционировать в 1770 году. Позднее, около 1782 года, к юго-западу от города была основана ещё одна крупная ферма, известная как ферма Стокбургера. Крупные промышленные предприятия и мастерские планировалось разместить вдоль Weg von Shallow Ford. Выбор места был неслучайным: отсюда открывался кратчайший путь к броду, где Большая Филадельфийская фургонная дорога пересекала реку Ядкин. При планировании Сейлема Рейтер также учёл наличие к северо-западу от города двух родников и спроектировал систему самотечного водоснабжения. Запущенная в 1778 году, она стала надёжным источником воды для предотвращения пожаров и общественного пользования. Строительство После того, как план города был готов, моравы приступили к прокладке дорог, связав будущий город с существующей транспортной сетью Северной Каролины. Строительство самого города началось в январе 1766 года. Моравы имели сильные традиции каменного строительства, привезённые из Европы. Однако на первом этапе они столкнулись отсутствием в регионе источников извести, необходимой для изготовления раствора для кладки. Экспедиция на реку Кейп-Фир за ракушками не помогла решить проблему, а покупать известь в других регионах по 18 пенсов за бушель было слишком накладно. Единственным доступным строительным материалом был лес. В Пьемонте, как и в других частях Северной Каролины, в этот период преобладало бревенчатое строительство, но Фредерик Маршалл, руководивший строительством Сейлема, считал его пустой тратой дефицитной древесины, к тому же недолговечным и пожароопасным. Поэтому по его распоряжению первые шесть жилых домов на западной стороне Мейн-стрит были построены по технологии фахверк. Камень на глиняном растворе использовался лишь на этапе строительства подвалов и полуподвалов. Эти дома имели типовую трёхкомнатную планировку с центральным дымоходом, известную в Германии под названием «Flurküchenhaus». Дом под номером 4, построенный в 1768 году, является старейшим из сохранившихся аутентичных строений Старого Сейлема. По технологии фахверк на первом этапе строительства были возведены дом одиноких братьев (1769) и таверна (1772). Одним из последних каркасных домов, возведённых в это время, является дом землемера Рейтера, построенный в 1772 году. Далеко не все члены общины оказались довольны качеством фахверковых сооружений. Несмотря на позицию епископа Маршалла, к 1775 году моравы, в основном, отказались от этой технологии. К строительству каркасных домов община вернулась лишь в середине 1810-х годов, когда на лесопилке, построенной в 1776 году, появилось новое оборудование, позволяющее производить более качественные пиломатериалы. Попытки возведения строений из камня были возобновлены в начале 1770-х годов, но в условиях дефицита извести возведение стен из камня выше первого этажа оказалось невозможным. Это в значительной степени снижало их полезную площадь и функционал. Из-за этого второй этаж Гемайнхауса (1771) пришлось достраивать из фахверкового бруса. Каменное одноэтажное здание общественного магазина (1775) по проекту получилось слишком длинным, что не соответствовало архитектурной концепции центральной площади. Чтобы вписать магазин в городской ландшафт, строителям пришлось придать ему Г-образную форму. В сложившихся условиях большинство жителей Сейлема в итоге предпочло бревенчатые дома. Важное место в списке основных строительных материалов занимала глина, которую моравы добывали в долине Сейлем-Крик. Из неё производилась черепица для покрытия крыш. Технология её изготовления в то время была недоступна другим жителям Северной Каролины, которые, как правило, покрывали здания деревянной черепицей. Поэтому фахверковые конструкции, центральные дымоходы и крыши, покрытые глиняной черепицей, стали визитной карточкой раннего Сейлема. К тому же особый способ укладки черепицы потребовал изменения угла наклона крыши с тем, чтобы выступ карниза выходил за плоскость стены здания. Этот выступ является характерной деталью архитектуры Сейлема 18 века. В 1772 году первая очередь строительства была завершена, и моравская община начала массовое переселение из Бетабары в Сейлем. В это же время в южной части Ваховии были основаны сельскохозяйственные поселения моравов Фридланд (1771), Фридберг (1771) и первая англоязычная колония Хоуп (1772). Начавшаяся вскоре Война за независимость вынудила моравов заморозить дальнейшее строительство Сейлема на семь лет. В этот период им удалось завершить лишь строительство водовода, жизненно необходимого городу. Экономика Сейлема После 1750 года Пьемонт в Северной Каролине активно заселялся иммигрантами из Европы, преимущественно шотландцами, ирландцами и немцами. Переселенцы в основном занимались сельским хозяйством и промысловой охотой. В результате на рынке возник профицит фермерских и промысловых товаров, в то время как товары ремесленного производства были в дефиците. Моравы хорошо знали экономическую ситуацию в регионе, поэтому Сейлем изначально планировался не только как административный центр Ваховии и духовный центр Южной Моравской церкви в Америке, но и как региональный торговый и ремесленный центр. Именно торговля должна был стать основой благосостояния Сейлемской конгрегации. Несмотря на то, что окружающее население относилось к моравам с подозрением, а иногда и откровенно враждебно, община быстро наладила скупку у промысловиков олених шкур, которые затем фургонами переправляли в Чарлстон для дальнейшей отправки в Англию. Все торговые операции осуществлялись через принадлежавший общине общественный магазин, которым управлял выходец из Швеции Трауготт Багге. Торговля оленьими шкурами была важным бизнесом для моравов на раннем этапе становления Сейлема. Неслучайно первым промышленным предприятием в городе стал основанный в 1769 году кожевенный завод. В 1771 году для диаконии одиноких братьев было построено большое двухэтажное бревенчатое здание, в котором разместились мастерские. Здесь работали гончары, столяры, плотники, сапожники, красильщики и лудильщики. Производимые ими товары шли как на внутреннее потребление, так и на продажу. В том же году в Салеме были запущены две мельницы. В 1773 году одинокие братья открыли пивоварню и винокурню, а в 1784 году скотобойню. Примерно в это же время в кузнице, принадлежавшей общине, началось производство серпов. Общинный труд был приоритетным в Сейлеме, но конгрегация поощряла и частную инициативу. Женатые братья по согласованию с общиной могли открывать собственное дело. В 1789 году Абрахам Лоеш организовал в Сейлеме суконную фабрику, а Готтлиб Шобер в 1790 году запустил производство бумаги. В 1800 году начала свою деятельность пекарня Винклера, получившая известность в США и просуществовавшая до 1926 года. В 1968 году дом семьи Винклеров был отреставрирован и в нём продолжает работать полноценная пекарня на дровах, где ежедневно производятся хлебобулочные изделия по традиционным рецептам. В 1823 году после закрытия дома одиноких братьев неженатые мужчины также получили право на организацию собственных мастерских. Структура общины Сейлема Сейлемская конгрегация базировалась на принципах пиетизма, в основе которого лежали эгалитаризм, общинная жизнь и религиозная чистота. Все члены общины считались равными между собой и отличались лишь принадлежностью к хору. Моравская община была разделена на восемь хоров: одиноких братьев, одиноких сестёр, женатых людей, вдовцов, вдов и сирот, старших мальчиков, старших девочек и детей. Хор имел для морава большее значение, чем семья, что находило отражение даже после смерти. На сейлемском кладбище «Божий акр» умерших членов общины хоронили не по принципу родства, а по принадлежности к хору. Высшим законодательным органом конгрегации было Общинное собрание в дальнейшем известное как Конгрегационная конференция. В его состав входили все члены братства. Общинное собрание собиралось нечасто, лишь для решения самых важных вопросов. В основном жизнью общины управляли три исполнительных органа: конференция старейшин, юридическая коллегия и конференция помощников. Конференция старейшин (нем. Aeltesten conferenz) ведала всеми духовными делами общины. Юридическая Коллегия (нем. Aufseher Collegium) отвечала за мирские дела конгрегации, включая управление торговлей, выплату заработной платы и другие финансовые вопросы, регулирование строительства, а также определяла кому каким ремеслом будет разрешено заниматься в Сейлеме. Конференция Помощников (нем. Grosse Helfer Conferenz) представляла собой своего рода наблюдательный совет, состоявший из наиболее уважаемых членов общины, которые следили за всем, что происходило в городе и сообщали о возникающих проблемах в соответствующий исполнительный орган. Кроме того «великие помощники» избирали членов юридической коллегии. Традиционно все моравские поселения, в том числе Сейлем, были организованы по системе «Oeconomie», при которой все средства производства принадлежали общине, а все материальные блага делились между её членами. При этом каждый член общины вносил свой вклад в соответствии со своими способностями, а долю получал в соответствии со своими потребностями. Но в отличие от других моравских колоний в Сейлеме эта система была более гибкой. Неженатые братья и незамужние сёстры жили каждый в своём общежитии и трудились на благо общины до вступления в законный брак. После этого они получали право на индивидуальное занятие ремеслом и аренду участка земли под строительство дома и личной мастерской. Несмотря на то, что социальный уклад моравов в Сейлеме строился на основании общинного консенсуса, Церковь контролировала все сферы жизни общины. Главным инструментом её влияния была монополия на землю. Ни один житель Сейлема не мог иметь земельный участок в частной собственности в пределах городской черты и должен был арендовать его у церкви. С лицами, нарушившими правила конгрегации, церковь в любой момент могла расторгнуть договор аренды земли и тем самым вынудить их покинуть город. Хотя моравы в быту пользовались английским языком, официальным языком Ваховии был немецкий вплоть до 1857 года. Лишь после перехода от теократического управления к муниципальному всё делопроизводство было переведено на английский язык. Вторая волна строительства Сейлема После окончания Войны за независимость и появления надёжного источника поставок извести, моравы перешли ко второй очереди застройки Сейлема. 1780-е годы стали для них временем выбора между каменным и кирпичным строительством. В 1784 году для диаконии одиноких братьев была построена каменная бойня, а 1787 году управляющий общественным магазином Трауготт Багге поставил на центральной площади дом из камня. На следующий год моравская община наняла Абрахама Лоеша на строительство каменного Гемайнхауса в Бетабаре, который стал последним крупным каменным зданием, построенным моравами в Северной Каролине. Настоящую революцию в строительстве произвёл каменщик Иоганн Готтлоб Краузе, также владевший ремеслом гончара, развернувший в Сейлеме кирпичное строительство. Всё началось с крупного пожара в январе 1784 года, в котором сгорела построенная из фахверкового бруса таверна. Это заведение имело важное значение для моравов: оно служило для общины одним из немногих средств связи с внешним миром. О важности таверны свидетельствует тот факт, что на её строительство были использованы материалы, предназначенные для возведения дома одиноких сестёр. Проект новой таверны был отдан Краузе, едва закончившему обучение у престарелого мастера-каменщика Мельхиора Распа. Опыта каменщику ещё не хватало, и для строительства таверны он применил изготовленный из красной глины нестандартный кирпич длиной около 12 дюймов, шириной 5¼ дюйма и высотой 3 дюйма. Но именно этот кирпич позволил мастеру реализовать проект погреба со сводчатым потолком, позволившим оптимизировать пространство для хранения продуктов. Таверна стала первым двухэтажным и полностью кирпичным зданием в Сейлеме. Кроме того таверна стала первым сооружением с парадным крыльцом. В 1785 году Краузе разработал план кирпичного дома типа «Flurküchenhaus» для Готтлиба Шобера, по которому были возведены ещё несколько домов. Большинство кирпичных зданий Краузе были двухэтажными и стояли на оштукатуренных каменных фундаментах. В том же году сейлемская община наняла мастера на строительство из кирпича дома одиноких сестёр, а в следующем году он руководил строительством кирпичной пристройки к дому одиноких братьев. Специально под требования Краузе в Сейлеме был организован кирпичный завод, а сам мастер был назначен его управляющим. В 1788 году из-за разногласий с общиной Краузе вынужден был покинуть Сейлем и переехать в Бетабару, где организовал гончарное производство. Однако попытки общины найти каменщика такой же квалификации успехом не увенчались. В 1794 году Моравская церковь подписала с ним контракт на строительство школы для мальчиков. Примечательно, что нижняя часть здания была выполнена Краузе в стиле 1780-х годов с каменным фундаментом и большими кирпичами. Однако в дальнейшем Краузе использовал для строительства традиционный бельгийский кирпич. Это изменение технологии строительства связано с именем каменщика Уильяма Грига, которого Краузе нанял в качестве помощника через три месяца после начала строительства школы для мальчиков. Благодаря Григу Краузе быстро освоил новую строительную технологию и уже скоро превзошёл по мастерству своего помощника. Это хорошо заметно при сравнении построенного Краузе в 1797 году дома Кристофера Воглера и построенного в то же время Григом дома Ворстехера. Моравская церковь осуществляла строгий архитектурный надзор за всем, что строилось в Сейлеме. Инструментом контроля служил разработанный епископом Ф. У. Маршаллом в 1788 году свод строительных норм и правил, который, вероятно, является самым ранним муниципальным строительным кодексом Америки. Согласно воззрениям моравов принцип равенства членов общины распространялся и на их жилища. Дом среднестатистического жителя города не должен был являться средством самовыражения его хозяина, он должен был быть однотипным и недорогим. Все строительные проекты должны были проходить экспертизу и согласовываться юридической коллегией. На этом этапе утверждалась фиксированная цена выкупа жилья, по которой член общины мог продать его только другому члену общины или церкви. Также в этот период времени дом не предназначался для передачи по наследству. Моравская церковь оставляла за собой право решать, кто будет жить в доме после смерти его владельца. Однако некоторые зажиточные члены общины уже не хотели жить в «простых домах». В 1802 году доктор Самуэль Бенджамин Вирлинг построил роскошный особняк, ставший в то время самым большим домом в Сейлеме. Конгрегация, нуждавшаяся в услугах доктора, вынуждена была закрыть глаза на его строительство. Дом Вирлинга стал последней работой Иоганна Краузе и положил начало отходу от моравских архитектурных традиций. Построенный в 1816 году дом Вольца уже отражает постепенное вытеснение традиционной германской формы и переход к федеральному стилю и стилю греческого возрождения. С этого времени индивидуализация жилья в Сейлеме стала развиваться ускоренными темпами. Дом Джона Воглера (1819), построенный в английском стиле, ознаменовал собой полный отход от традиционной моравской архитектуры. В 1821 году Генрих Хербст построил дом с парадным крыльцом, выходившим непосредственно на тротуар, что было прямо запрещено строительным кодексом 1788 года. Хербст также привнёс в архитектуру Сейлема новый элемент — двухэтажную веранду. В том же году рядом с Хербстом построил дом с неоклассическими колоннами Адам Бутнер. К концу 1820-х годов также наметилась тенденция к разделению личного и рабочего пространств. Всё чаще ремесленники стали выносить производство из жилых домов в отдельно стоящие мастерские. Несмотря на то, что кирпич быстро доказал свою практичность и универсальность, кирпичное строительство обходилось достаточно дорого. Поэтому возведение бревенчатых и каркасных домов в Сейлеме продолжалось. Большинство из них было снесено в более позднее время. К 1840-м годам уже трудно было определить происхождение Сейлема как немецкого поселения. Самым ярким примером индивидуальности и богатства стал дом Эдварда Бело (1849) — роскошный особняк в стиле греческого возрождения. Он расположен на Мейн-стрит как раз напротив фахверковых домов 1760-х годов постройки, являющихся символом эгалитаризма и общественного консенсуса. Расширение жилой зоны Расширение жилой зоны Сейлема началось в 1819 году за счёт жилой застройки вдоль Нью-стрит (Фабричный ряд). Это были преимущественно бревенчатые и каркасные дома типа «Flurküchenhaus». Вследствие того, что Фабричный ряд не вошёл в первоначальную концепцию Исторического района «Старый Сейлем», большинство этих домов было снесено в 1960-х ― 1970-х годах. От первоначальной застройки на историческом месте сохранился лишь кирпичный дом садовника Кристиана Сассдорфа (1839). Каркасный дом отставного священника и ботаника Кристиана Денке (1832) удалось спасти от сноса, перенеся его на Солт-стрит. В 1985 году компанией «Old Salem inc.» был реконструирован каркасный дом бондаря Джона Аккермана (1822). Все три постройки Фабричного ряда были внесены в Национальный реестр исторических памятников США. Преподобный Денке ввел в Сейлеме моду на новогреческий стиль. В дальнейшем элементы греческого возрождения активно использовались при строительстве домов, спроектированных местным предпринимателем Френсисом Фрисом в 1840—1841 годах, в том числе его собственного дома на Брукстаун-стрит (снесён) и дома епископа на Чёрч-стрит. Из сохранившихся построек в греческом стиле особый интерес представляют дом краснодеревщика Джейкоба Сиверса на Мейн-стрит (1845), дом Эдварда Аккермана на Фабричном ряду (1856) и дом предпринимателя Эдварда Бело на Мейн-стрит (1849—1859). К началу 1840-х годов центральная часть Сейлема была уже плотно застроена. Поэтому в 1843 году управляющий хлопкопрядильной фабрикой Аллен Аккерман построил свой двухэтажный каркасный дом на участке бывшей пивоварни, находившемся на значительном расстоянии от центра города. Его дом положил начало новой улице Поплар-стрит и стал первым строением будущего района Вест-Сейлем. После образования округа Форсайт городская застройка распространялась преимущественно на север, вдоль Мейн-стрит. Здесь появились крупные промышленные предприятия, в том числе вагоностроительный завод и мебельная фабрика Воглера, а также жилые дома для работников. Значительная часть этой жилой застройки была снесена в 1962 году при строительстве автомагистрали U.S. Route 421. Среди снесённых зданий оказалась и жестяная мастерская Микки, вывеска которого ― гигантский кофейник — является символом города Уинстон-Сейлем. Гражданская война в США на время затормозила дальнейшее развитие Сейлема. Моравы были убеждёнными пацифистами и непосредственно в боевых действиях не участвовали. Благодаря этому городу удалось избежать разрушений. 10 апреля 1865 года мэр Сейлема Джошуа Бонер без боя сдал город трёхтысячному кавалерийскому отряду генерала Уильяма Палмера, командовавшего авангардом кавалерийской группы генерала Джорджа Стоунмана в ходе рейда по Северной Каролине. 21 мая того же года капеллан 10-го добровольческого кавалерийского полка преподобный Сет Кларк зачитал общий приказ № 32 генерала армии Огайо Джона Скофилда об освобождении рабов. Моравской церкви вскоре пришлось решать вопрос о размещении чернокожих вольноотпущенников. В 1872 году на территории бывшей плантации Шумана к юго-востоку от Сейлема появился мини-город с сетью улиц, застроенных простыми каркасными домами, церковью и собственным кладбищем, полноправными резидентами которого стали бывшие рабы. Этот район получил название Либерия, но уже к 1876 году был переименован в Хэппи-Хилл. Историческое наследие афроамериканцев в Сейлеме практически не сохранилось. По состоянию на 2018 год оно представлено лишь реконструированной бревенчатой церковью (проект 1823 года), кирпичной церковью Святого Филиппа (1861) и плохо сохранившимся кладбищем «Акр негритянского Бога» (1816). В связи с возросшим интересом к истории афроамериканцев в Сейлеме компания «Музеи и сады Сейлема» с декабря 2016 года реализует проект «Скрытый город», в рамках которого осуществляет археологические изыскания на участках исторического района, где содержались рабы и проживали вольноотпущенники. После окончания Гражданской войны значительную роль в строительной отрасли Сейлема стала играть учреждённая в это время строительная фирма «Братья Фогл». В начале 1870-х годов компания построила на заказ несколько зданий в стиле эклектики. Братья Фогл также стали пионерами строительства в Сейлеме и Уинстоне многоквартирных домов. В период индустриализации Сейлема проложенная в 1826 году улица Нью-Шаллоуфорд-стрит (ныне Брукстаун-авеню) также стала местом сосредоточения крупной промышленности. Вслед за появлением фабрик и заводов здесь в 1890-х — 1910-х было осуществлено строительство жилья для среднего класса и рабочих. Эта жилая застройка стала частью расширяющегося района Вест-Сейлем. Полутораэтажные и двухэтажные каркасные дома с садиками на заднем дворе сохранились в аутентичном виде, а на некоторых из них сохранилась оригинальная черепица из прессованной глины. В этот же период времени в городе осуществлялось строительство домов по проектам профессиональных архитекторов. Несколько сохранившихся исторических зданий в районе фабрики «Arista Cotton Mill» — Хайлхёрст в стиле королевы Анны (1884), дом Уильяма Блэра в стиле колониального возрождения (1901) и дом Генри Шаффнера в стиле английского возрождения (1907) — свидетельствуют о существовании здесь целого «модного» квартала, построенного состоятельными гражданами города. К ним также следует отнести дома Конрада Старбака и Джеймса Роджерса, которые по состоянию на 2018 год находятся за пределами исторического района. Образование в Сейлеме Образование играло важную роль в жизни сейлемской общины. Об этом свидетельствует тот факт, что первое образовательное заведение в Сейлеме ― школа для мальчиков ― начала функционировать в 1771 году, ещё до официального заселения города, в то время как Домашняя Моравская церковь, главное культовое сооружение конгрегации, была построена и освящена в 1800 году. В 1794 году школа для мальчиков переехала в новое двухэтажное кирпичное здание на центральной городской площади. В 1896 году было завершено строительство второго здания школы на Чёрч-стрит. Образование в школе поучали мальчики 6—14 лет. Они изучали письмо, арифметику, историю, географию, геометрию, латынь, греческий, английский, французский и немецкий языки, рисование и музыку. После окончания школы мальчики переселялись в дом одиноких братьев, где в качестве подмастерий изучали определённое им общиной ремесло. Такое положение сохранялось до 1823 года. Лишь после закрытия дома одиноких братьев они получили возможность вернуться в семьи. В то же время наиболее одарённые дети, по всей видимости, имели возможность получать академическое образование. Примером может служить Фрэнсис Левин Фрис (1812―1863), талантливый предприниматель и лидер сейлемского бизнеса. Уже в школьные годы он демонстрировал выдающиеся способности. По окончании начальной школы в Сейлеме он был направлен на обучение в «Педагогиум» Назарет-Холла (Назарет, Пенсильвания). В возрасте восемнадцати лет он начал преподавать в школе для мальчиков, а в двадцать четыре был назначен руководителем строительства Сейлемской хлопковой фабрики, где в последующем стал управляющим. Старшие дети также могли продолжать среднее образование. До 1843 года в здании школы для мальчиков работала вечерняя школа для подмастерьев. В 1839 году в Сейлеме также начала образовательную деятельность нормальная школа. Моравы имели особый взгляд на женское образование, что было нехарактерно для Юга Америки того времени. Школа для девочек была организована одинокой сестрой Элизабет Остерлейн в 1772 году в женской части Гемайнхауса. Школа была небольшой и предназначалась лишь для девочек, принадлежащих к моравской общине. Но уже к началу 1800-х годов к руководству Сейлема стали обращаться жители соседних неморавских населённых пунктов, которые хотели дать своим дочерям образование. Моравская церковь увидела в этом возможность наладить отношения с остальной частью Юга. Переоборудование территории одиноких сестёр под кампус началось в 1802 году. Ещё до окончания строительства школы-интерната для девочек в Сейлем прибыли восемь первых учениц из Хиллсборо, Фейетвилля, округов Галифакс и Касвелл. С открытием школы-интерната в 1805 году количество школьниц, не принадлежавших к моравской общине, увеличилось до тридцати. Девочки изучали чтение, письмо, синтаксис, историю, географию, музыку, рисование и рукоделие. К 1818 году программа обучения была значительно расширена, и дневная школа для девочек была преобразована в Сейлемскую женскую академию, а затем в Сейлемскую академию и колледж. Академия привлекала студентов со всего Юга, и число абитуриенток постоянно росло. В 1856 году на месте снесённого Гемайнхауса для нужд академии был построен так называемый Главный зал (Main Hall) в неогреческом стиле, а 1859 году учебное заведение вынуждено было взять в аренду часть помещений дома одиноких сестёр. В начале 20 века на территории кампуса были возведены дополнительные учебные корпуса и общежития в моравском стиле. Сейлемская академия и колледж является старейшим высшим учебным заведением для женщин в США. После отмены рабства Моравская церковь проявила заботу об образовании детей вольноотпущенников. В 1867 году она бесплатно предоставила землю под строительство школы «для цветных». Построенное в том же году учебное заведение стало первой школой для афроамериканских детей в округе Форсайт и одной из первых в Северной Каролине. Индустриализация в Сейлеме В начале 19 века ремесленное производство оставалось приоритетным для моравов. Жестянщики, портные, сапожники, каретники, краснодеревщики, шорники, свечники, шляпники, бондари и пекари были неотъемлемой частью экономической жизни Сейлема. Многие из них продолжали успешно развивать своё ремесло на протяжении всего 19 века за счёт качества и уникальности товара. Среди них можно выделить серебряных дел мастера Джона Воглера, производившего ювелирные изделия, часы и оружие. В 1831 году его родственник Тимоти Воглер в соответствии с семейными традициями также открыл оружейную мастерскую. Винтовки «Vogler» продолжали выпускаться до конца 1880-х годов. В 1828 году бывший банковский агент Кристиан Блюм организовал на своём участке типографию. Его альманах «Фермеры и плантаторы» издаётся членами семьи Блюм по сей день. В 1834 году переехавший из Германии Генрих Шаффнер основал на Фабричном ряду крупное гончарное производство. Его ученик Даниэль Краузе продолжал производить моравскую керамику вплоть до начала 20 века. Семья Винклеров продолжала выпускать традиционную моравскую выпечку и в начале 20 века. Однако бурное развитие промышленного производства на Юге Америки не могло не сказаться на Сейлеме. В условиях растущей экономической конкуренции моравы вынуждены были искать новые пути обеспечения благосостояния общины. Этим объясняется их ранний интерес к текстильному производству, становление которого началось в Северной Каролине. В 1815 году Моравская церковь разрешила компании «Vaniman Zevely» установить в городе первую в штате чесальную машину для шерсти с паровым приводом, а в 1821 году Джон Воглер был командирован в Линкольнтон для изучения производства хлопчатобумажных тканей. Всё это привело к созданию в 1836 году производственной компании «Salem Manufacturing Company». Первая в Сейлеме и седьмая в Северной Каролине хлопковая фабрика на паровой тяге была построена на средства общины, но чтобы оказывать доминирующее влияние на её управление Моравская церковь приобрела контрольный пакет акций компании. По состоянию на 1841 год на фабрике работало 156 человек ― 128 женщин и 28 мужчин. Следующий этап индустриализации в Сейлеме связан с именем Фрэнсиса Левина Фриса. В 1838 году он оставил пост управляющего Сейлемской хлопковой фабрики с тем, чтобы попробовать себя на стезе частного предпринимательства. В 1840 году при поддержке отца Уильяма Фриса и тестя Джона Воглера он запустил на Нью-Шаллоуфорд-стрит фабрику по производству чёсаной шерсти, работающую на паровой тяге. Вскоре были запущены процессы окрашивания, валяния, прядения и ткачества. В 1843 году Фрис начал пошив джинсов, которые стали самым популярным товаром его фабрики. В 1846 году партнёром Фрэнсиса Фриса стал его младший брат Генри Уильям. Организованная братьями компания «F&H Fries» в 1847 году арендовала бумажную фабрику Шобера, а в 1848 году запустила крупную хлопковую фабрику на 528 веретён, перерабатывающую в год до 100000 фунтов хлопка-сырца. Братья Фрис были не единственными крупными предпринимателями в Сейлеме. В 1840 году Айвен Бонер и Фредерик Сассдорф организовали в городе табачную фабрику, а в 1852 году Эдвард Бело на месте бывшей фабрики «Vaniman Zevely» запустил чугунолитейное производство. В годы Гражданской войны компания «F&H Fries» стала основным поставщиком мануфактуры для армии Конфедерации, что позволило братьям значительно увеличить оборотный капитал и личное богатство. Несмотря на то, что в ходе рейда Стоунмана по Северной Каролине на складах компании в Хай-Пойнте в пожаре сгорело 1700 тюков хлопка, а запасы шерсти в Техасе были разграблены (общий убыток компании составил около одного миллиона долларов), после окончания боевых действий Генри Фрис, возглавивший бизнес после смерти брата, быстро встал на ноги. В 1874 году карьеру в «F&H Fries Manufacturing Company» начал девятнадцатилетний Фрэнсис Генри Фрис, сын Фрэнсиса Левина Фриса, который вскоре занял лидирующую позицию в бизнесе. В 1877 году он выкупил производственную площадку «Salem Manufacturing Company», на которой было организовано мукомольное производство, а в 1880 году преобразовал хлопковую фабрику отца и дяди в ультрасовременное текстильное предприятие «Arista Cotton Mill». К концу 19 века Фрэнсисом Фрисом было основано ещё несколько текстильных предприятий, среди которых была «Maline Mills», преобразованная в последствии в компанию «Indera Mills». Кроме того в 1893 году Фрэнсис Фрис стал президентом «Wachovia Loan and Trast Company», первой трастовой компании в Северной Каролине, которую в 1891 году основал его дядя Генри Фрис. Со временем фирма стала крупнейшей трастовой компанией в штате, а затем и во всей стране. Развитие промышленной базы в Сейлеме требовало создания транспортной и энергетической инфраструктуры. Ещё в 1854 году по проекту и под руководством Фрэнсиса Левина Фриса была построено самая длинная в мире досчатая дорога Планк-роуд. Она протянулась на 129 миль от Фейетвилля через Сейлем до Бетании. В 1873 году под руководством Эдварда Бело было завершено строительство Северо-Западной железной дороги. В 1891 году Фрэнсис Генри Фрис построил 122-мильную железную дорогу через горы в Роанок, а в 1910 году начала действовать Южная железная дорога Уинстон-Сейлема, предназначенная для грузовых перевозок. Электрификация Сейлема также связана с семьёй Фрисов. В 1897 году младший сын Фрэнсиса Левина Фриса Генри Элиас основал энергетическую компанию «Fries Manufacturing and Power Company», которая построила плотину на реке Ядкин у поселения Айдолс. В следующем году компания начала поставки электроэнергии для предприятий Сейлема и горожан. Это был первый случай передачи энергии на большое расстояние на юге США. В 1890 году в Сейлеме была проложена трамвайная линия вдоль Мейн-стрит, которая связала жилые кварталы с предприятиями на севере и юге города. Упадок сейлемской конгрегации Моравская община Сейлема была основана на утопических принципах, поэтому её трансформация была неизбежной. По мнению американского историка и археолога профессора университета Южной Каролины Лиланда Фергюсона главной причиной её разложения стало рабство, которое развратило моравов настолько, что это привело к отказу от их нравственных идеалов. Хотя большинство американских исследователей не разделяет эту точку зрения, рабство, безусловно, привнесло раскол в общину Сейлема. Первый чернокожий невольник по имени Сэм появился в Сейлеме в 1769 году. Это вызвало неоднозначную реакцию части общины, поскольку нарушало принцип равенства людей. Разногласия ещё больше усилились, когда в 1771 году Сэм принял моравскую веру и под именем Иоганна Самюэля стал членом Братства, оставаясь при этом несвободным человеком. С другой стороны, рабство было законным и просто запретить его Моравская церковь не могла. К тому же использование рабского труда было неотъемлемой частью экономической модели Юга Америки, и отказавшись от него, моравы рисковали утратить конкурентные преимущества. В итоге Моравская церковь приняла компромиссное решение: рабство в Сейлеме было разрешено, но ни один член общины не должен был иметь рабов в личной собственности и использовать из труд в городе. Все невольники могли принадлежать только церкви и использоваться на предприятиях общины — в таверне, общественном магазине и гончарной мастерской. Однако такое решение не устроило деловую часть общины. Церковный закон постоянно нарушался. Наиболее распространённым механизмом уклонения от его исполнения было содержание и использование чернокожих рабов за пределами городской черты, где юрисдикция церкви заканчивалась. Но имели место и более серьёзные нарушения. Так, в 1803 году в использовании личных рабов на бумажной фабрике был уличён Генрих Шобер. В аналогичном нарушении правил был замечен и Вильгельм Фрис, который вопреки закону приобрёл большое количество рабов и использовал их как в своей мастерской, так и на ферме в северо-западном углу городского участка. Несмотря на то, что моравы своей культурой и образом жизни отличались от других сообществ Юга, всё же они были южанами, поэтому усиление расовой сегрегации наблюдалось и в Сейлеме. Поначалу чернокожие члены Братства могли посещать церковные службы наряду с белыми прихожанами, но уже в 1789 году им было позволено занимать в церкви только задние ряды при наличии свободных мест. В 1802 году службы для «негров» стали проводиться отдельно. В 1816 году чернокожих перестали хоронить на общинном кладбище «Божий акр». Для этой цели был выделен отдельный участок, получивший название «Акр негритянского Бога». К началу 1820-х годов отдельные церковные службы для афроамериканцев были прекращены, и лишь под давлением Женского миссионерского общества Сейлема 5 мая 1822 года Моравская церковь создала отдельную афроамериканскую конгрегацию, численность которой к концу года составила 14 человек. В 1823 году рядом с «Акром негритянского Бога» для чернокожего населения была построена бревенчатая церковь, а 1865 году афроамериканская конгрегация получила новое кирпичное здание. Церковь Святого Филиппа Моравского является единственной исторической церковью чернокожих моравов в Америке и одной из старейших афроамериканских конгрегаций среди всех религиозных конфессий в США. Церковь Святого Филиппа Моравского индивидуально внесена в Реестр национальных памятников США. Своего апогея раскол общины на почве рабовладения достиг в 1845 году, когда произошёл конфликт между двумя влиятельными членами Братства доктором и плантатором Фредериком Шуманом и промышленником Фрэнсисом Фрисом. Незадолго до этого Ф. Л. Фрис добился разрешения на использование рабов на своей шерстяной фабрике в качестве исключения. Это вызвало возмущение Ф. Шумана, которому ранее в таком разрешении было отказано. Конфликт был вынесен на Конгрегационную конференцию, на которой был поставлен вопрос о снятии любых ограничений на использование личных рабов в Сейлеме. В феврале 1845 года был создан специальный комитет при Совете конгрегации для пересмотра действующих правил, касающихся владения рабами. В 1847 году все ограничения на покупку и использование невольников в Сейлеме были отменены. С этого времени в городе и его окрестностях наблюдается резкий рост несвободного населения. Согласно федеральной переписи населения 1860 года в Сейлеме и его окрестностях насчитывалось 418 рабов, из которых 158 проживали и работали непосредственно в городе. Рабство стало источником раздора в общине Сейлема, но не сломало теократическую систему управления. Хотя позиции Церкви к середине 19 века ослабли, она продолжала сохранять рычаги влияния на общину, главным из которых была собственность на землю. Поэтому большинство американских исследователей считает, что главной причиной упадка сейлемской конгрегации стали процессы индустриализации, которые были инициированы самими моравами. По мнению старшего специалиста по программам Национального фонда гуманитарных наук в Вашингтоне Майкла Ширли становление в Сейлеме крупного частного бизнеса привело к формированию богатой и влиятельной деловой элиты, которая не хотела мириться с ограничениями, которые Церковь накладывала на их деятельность. При образовании округа Форсайт в 1849 году лидеры сейлемского бизнеса, прежде всего Ф. Л. Фрис, избранный председателем первого совета окружных комиссаров, предприняли максимум усилий, чтобы административным центром округа стал Сейлем. Появление в городе светских властей позволило бы ограничить влияние Церкви. Однако их планы были сорваны отчаянной попыткой немногих приверженцев старых устоев защитить город, изоляционизм которого оказалась под угрозой. В итоге для основания нового административного центра, получившего название Уинстон, был выделен 51 акр земли к северу от Сейлема. Уинстон был создан как светский противовес теократическому Сейлему. Но несмотря на то, что лидеры сейлемского бизнеса стремились вырваться из под опеки Церкви, они всё же были моравами, и интересы общины стояли для них не на последнем месте. Они планировали использовать новый административный центр не только для личной выгоды, но и с выгодой для общины. Однако политическая ситуация в округе быстро изменилась. Хотя моравы в большинстве своём были аполитичны, их представление об общественном порядке совпадало с философией партии вигов, а экономические интересы совпадали с её экономической политикой. Однако основу электората нового округа составляли фермеры и плантаторы-рабовладельцы, которые поддерживали Демократическую партию. Благодаря этому на муниципальных выборах в Уинстоне в 1856 году победу одержали демократы, которые отодвинули от власти вигов и поддерживающих их моравов. Свобода предпринимательства способствовала переносу деловой активности в Уинстон, что повлекло за собой перераспределение финансовых и инвестиционных потоков в пользу нового окружного центра. Уже скоро здесь появились крупные табачные и текстильные производства. Уинстон стремительно рос и развивался, в то время как развитие Сейлема практически остановилось. В том же 1849 году под сомнение была поставлена законность существовавшей в Сейлеме системы земельной аренды. Моравская церковь заказала экспертизу договоров аренды земли, которая выявила их несоответствие законам штата. Это делало договоры юридически ничтожными. Чтобы избежать конфискации земли, сейлемские теократы скрыли эту информацию от общины и начали её распродажу арендаторам. Демонтаж системы аренды земли фактически означал конец теократического правления в Сейлеме и покончил с его моравской природой. 31 января 1856 года, ровно через 90 лет после основания Сейлема, Моравская церковь сложила полномочия по управлению городом. В январе 1857 года в Сейлеме состоялись выборы мэра и городского совета. В октябре 1877 года новым главой Моравской церкви в Сейлеме был назначен преподобный Эдвард Рондталер, который попытался вернуть моравов к их истокам. Однако новые поколения сейлемцев, которые родились и выросли на американской земле, уже не хотели жить по старым правилам. На референдуме 9 мая 1913 года большинство жителей Сейлема высказались за присоединение города к более успешному Уинстону. С этого момента Сейлем перестал существовать как автономное городское поселение. Движение за сохранение Старого Сейлема Попытки сохранения исторического наследия моравов Сейлема предпринимались с конца 19 века, но это были разрозненные инициативы общественных организаций и отдельных граждан города. Так, в 1895 году группа горожан основала Историческое общество Ваховии, которое в партнёрстве с Южной Моравской церковью открыло музей в школе для мальчиков, что не только предоставило пространство для демонстрации истории моравов Сейлема, но и защитило от сноса историческое здание 1794 года постройки. В 1907 году группа инициативных горожан, ценящих архитектуру и историю, во главе с Адой Аллен убедила руководство Сейлемской академии и колледжа не сносить дом инспектора 1810 года постройки. В 1920-х годах, когда власти Уинстон-Сейлема приняли решение о сносе таверны, Ада Аллен арендовала её у наследников Адама Бутнера, первого частного владельца заведения, и вместе с сестрой Энни жила в ней 10 лет, пока здание не было зарегистрировано как историческое. В 1936 году Общество колониальных дам Америки округа Форсайт выкупило и провело реставрацию четвёртого дома 1768 года постройки, старейшего аутентичного здания в Сейлеме. Уильям Хойт, журналист и председатель торговой палаты, приобрёл и сохранил дом Эберта-Райха 1793 года постройки. Огромную работу по сохранению истории моравов Северной Каролины проделала Аделаида Фрис. Назначенная в 1911 году архивариусом Южной Моравской церкви, она обработала и систематизировала обширный массив документов, хранившихся в архиве церкви. Благодаря её работе в свет вышло семитомное издание «Записки моравов в Северной Каролине» («Records of the Moravians in North Carolina») и ещё несколько книг по истории Сейлема и округа Форсайт. В 1938 году известный моравский специалист по текстилю Артур Спау разработал проект полного восстановления Сейлема в историческом виде наподобие того, как это сделал Джон Рокфеллер-младший в Уильямсберге. Хотя план не был реализован, Спау стал первым, кто разработал программу по сохранению города такого масштаба. Консолидация движения за сохранение Сейлема произошла летом 1947 года, когда местный торговец Говард Гейнс приобрёл участок под домом № 5 1768 года постройки с тем, чтобы построить на этом месте магазин. Этому воспрепятствовало Общество колониальных дам Америки, которое сумело привлечь жителей Сейлема на защиту исторического места. Протестными акциями и обращениями в муниципалитет защитники истории вынудили Гейнса продать участок покупателю, который был готов сохранить его в историческом виде. Вслед за этим активисты образовали Гражданский комитет по сохранению исторического Сейлема, который в октябре 1947 года направил в мэрию Уинстон-Сейлема петицию с требованием остановить уничтожение исторических объектов города. Уступая давлению общественности 21 декабря 1948 года Городской совет принял Закон о зонировании города Уинстон-Сейлема и округа Форсайт с положением «О защите старого и исторического района Сейлема, а также оригинального моравского поселения в Бетабаре». С этого момента все строительные работы в пределах исторического района были приостановлены. В октябре 1949 года Гражданский комитет нанял архитектурную фирму «Perry, Shaw and Hepburn» из Бостона для проведения обследования исторических объектов города и оценки возможности их реставрации. Прибывший в Уинстон-Сейлем представитель компании Эндрю Хепбёрн в конце ноября 1949 года представил генеральный план по восстановлению исторического Сейлема. Для его реализации в апреле 1950 года была создана некоммерческая компания «Old Salem Inc.». Восстановление Старого Сейлема Преобразование исторического города Сейлем в Исторический район Старый Сейлем стало национально значимым событием в деле развития исторической науки, охраны памятников истории и исторической археологии в Соединённых Штатах. Объединение модели зонирования исторических районов Чарлстона (Южная Каролина) с музейными стандартами колониального Уильямсберга и создание корпорации «Old Salem Inc.» (с 2006 года «Музеи и сады Старого Сейлема») позволили создать инновационное и эффективное государственно-частное партнёрство и не только успешно восстановить уникальный образец моравского общинного поселения 18 века, но и создать одну из крупнейших коллекций немецко-моравской архитектуры в США. В первый 1950 финансовый год компания «Old Salem Inc.» сумела аккумулировать на своих счетах 45000 долларов, что позволило ей приобрести первые четыре объекта недвижимости для последующей реставрации. Поддержку компании оказывали городские власти, Моравская церковь, Сейлемская академия и колледж, Историческое общество Ваховии, Общество колониальных дам Америки и частные лица, что компенсировало отсутствие крупного инвестора. За период с 1951 по 1961 год OSI реконструировала 9 зданий, в том числе школу для мальчиков (1794), дом Микша (1771) и дом Джона Воглера (1819). Ещё шесть строений, среди них здание пожарной службы и насосная станция, были реконструированы. Также был восстановлен исторический ландшафт центральной площади Сейлема. Новаторский подход властей Уинстон-Сейлема к сохранению исторического наследия вызвал интерес со стороны законодателей Северной Каролины. 12 мая 1965 года они приняли Закон о Старом Сейлеме (Old Salem Act), который распространил действие положений муниципального закона о зонировании на округ Форсайт, а в 1971 году Генеральная ассамблея Северной Каролины распространила его действие на весь штат. Поддержка со стороны властей штата позволила компании «Old Salem Inc.» значительно ускорить темпы восстановления Старого Сейлема. В период с 1962 по 1971 год корпорация провела 25 реставраций и 16 реконструкций, при этом 15 из них были проведены на объектах, принадлежавших частным лицам. В рамках этих работ OSI пришлось снести около 160 строений, не представляющих исторической ценности. Кроме того с 1950 по 1971 год OSI осуществила археологические изыскания на 58 объектах, основная часть которых пришлась на 1960-е годы. В 1966 году исторический район Старый Сейлем был включён в Реестр национальных исторических памятников США. Кроме того, два его объекта — таверна и дом одиноких братьев — были внесены в него индивидуально. Долгое время реставрация городского ландшафта была затруднена из-за проблем с собственниками городской инфраструктуры. К началу 1970-х годов эти вопросы удалось разрешить, и в 1972 году компания «Old Salem Inc.» приступила к реализации планов по восстановлению исторического вида улиц, их озеленению и восстановлению садов. В рамках программы восстановления городского ландшафта 18 века, заявленной ещё в 1950 году, были скрыты провода линий электропередач, современные уличные фонари были заменены на исторические, демонтированы вывески, рекламные плакаты и асфальтовое покрытие. В 1974 году компания учредила комитет по восстановлению садов под председательством Флоры Энн Байнум, основательницы Общества истории Южного сада, и наняла профессионального садовника Питера Хэтча. Первоначально площадь Исторического района Старый Сейлем составляла 62 акра и включала в себя преимущественно центральную часть Сейлема. В 1960-х годах компания «Old Salem Inc.» несколько расширила границы района за счёт новых приобретений. Эти изменения были зафиксированы в муниципальном законе о зонировании 1968 года и обновлённой редакции Реестра национальных памятников США 1978 года. Однако OSI продолжала активно работать как в границах исторического района, так и за её пределами. К июню 1982 года она приобрела участки в районе Фабричного ряда. Промышленные строения Salem Manufacturing Company и хлопковой фабрики «Ариста» и три дома на Соут-трейд-стрит были внесены в национальный реестр как исторические памятники, а участки кожевенного завода, пивоварни и бойни ― как памятники археологии. В октябре 1982 года компания расширила границы исторического района на юг за счёт покупки участков № 100 и № 101. Кроме того, в 1980-х годах OSI купила землю к юго-западу от исторического района с тем, чтобы в дальнейшем, когда это станет возможным, приобрести территорию бывшей фермы Стокбургера. Единственное сохранившееся здание этой исторической фермы — дом фермера — включён в расширенную границу исторического района. В конце 1990-х годов компания уделяла большое внимание архитектурным и археологическим ресурсам за пределами традиционных границ. В 1997 и 1999 годах была проведена полная инвентаризация исторических объектов как внутри исторического района, так и за его пределами, в том числе в Бетабаре. В 1999 году три сохранившихся здания и 41 археологический объект первого поселения моравов в Ваховии были внесены в Реестр национальных памятников США. В этот же период времени OSI арендовала у афроамериканской конгрегации церковь Святого Филиппа Моравского и добилась её внесения в индивидуальный список национального реестра. Также компания приобрела права на дом Паттерсона (1857), дом Бело-Стоктон (1875) и дом Натаниэля Сиверса (1875), а также помогла сохранить дом Эдварда Бело. Восстановление Старого Сейлема было завершено в 2010 году после окончания реконструкции последнего запланированного объекта — дома Чарльза Купера 1841 года постройки. По состоянию на 2018 год площадь исторического района Старый Сейлем составляет 193 акра, на которых расположено 72 исторических памятника. Из них 25 аутентичных строений и 11 реконструированных находятся в собственности компании «Музеи и сады Сейлема». За 20 оригинальными и 6 реконструированными зданиями, принадлежащими муниципалитету Уинстон-Сейлема, Моравской церкви, Сейлемской академии и колледжу и Историческому обществу Ваховии, компания осуществляет архитектурный надзор. Остальные исторические объекты находятся в частной собственности. Старый Сейлем ― музей под открытым небом Старый Сейлем — музей под открытым небом, одно из крупнейших собраний архитектуры, отражающее различные периоды истории США. Колониальный период представлен преимущественно образцами германско-моравской архитектуры, период ранней республики — федеральным и неогреческим стилями, поздний викторианский период — неоготикой, эклектикой, стилями королевы Анны и романского возрождения. Для конца 19 — начала 20 веков характерны стили колониального и классического возрождения. Интерес к архитектуре Сейлема возник почти одновременно с образованием исторического района. Уже в 1952 году власти Уинстон-Сейлема открыли небольшой центр для посетителей, а с 1954 года компания «Old Salem Inc.» («Музеи и сады Сейлема») начала проводить экскурсии по Старому Сейлему. В отреставрированных и реконструированных зданиях, принадлежавших компании, были открыты выставки, рассказывающие об истории, культуре и традициях не только моравов Сейлема, но и афроамериканцев и коренного населения Америки. Большое внимание «Музеи и сады Сейлема» уделяют исторической реконструкции. Презентация таких старинных ремёсел, как ремесло лудильщика, кузнеца, сапожника, оружейного мастера, пекаря и плотника и занятия этими ремёслами происходит непосредственно на глазах посетителей. Первоначально функции «хозяев города» выполняли одетые в национальные немецкие костюмы волонтёры из числа местных жителей и студентов Сейлемской академии и колледжа. По мере роста туристического потока к ним добавились профессиональные экскурсоводы. Совместно с Моравской церковью «Музеи и сады Сейлема» принимают участие в воспроизведении некоторых моравских религиозных традиций, например таких, как пасхальные богослужения на рассвете и праздник любви в канун Рождества. Кроме того, компания позиционирует себя не только как музейный, но и как образовательный проект. Экскурсионные туры для организованных групп школьников включают элементы обучения, а на сайте компании доступны видеоуроки для детей разного возраста. В связи с неуклонным ростом числа посетителей в 2003 году в историческом районе был построен современный туристический центр «Old Salem». В его помещениях также периодически проводятся выставки экспонатов из коллекции компании «Музеи и сады Сейлема». Здесь же расположен сувенирный магазин, а в аудитории имени Джеймса Грея, первого президента компании, установлен уникальный орган 1800 года, изготовленный известным американским мастером Дэвидом Танненбергом. На территории исторического района Старый Сейлем функционирует Музейный центр Фрэнка Хортона, в котором расположен Музей декоративно-прикладного искусства (MESDA). В 24 залах и 6 галереях выставлены объекты декоративно-прикладного искусства данной местности в период раннего развития Юга: мебель, картины, гобелены, керамические изделия, столовое серебро и изделия из металла, производимые и использовавшиеся в домах штатов Мериленд, Вирджиния, Северная и Южная Каролина, Джорджия, Кентукки и Теннесси в период до 1820 года. Основу фондов музея составляет коллекция Ф. Л. Хортона, антиквара, посвятившего свой жизнь популяризации и переоценке значимости декоративного искусства и материальной культуры Юга Америки. Примечания Источники National historic landmark nomination. Old Salem historic district. — 2018. — 314 с. National historic landmark nomination. Bethabara historic district. — 1998. — 29 с. National historic landmark nomination. Bethania historic district. — 2001. — 62 с. Guide book of N. W. North Carolina, containing historical sketches of the moravians in North Carolina, a description of the country and its industrial pursuits. — Salem, N. C.: L. V. & E. T. Blum, Printers, 1878. — 109 с.