Каламита

Калами́та (лат. Calamita, ср.-греч. Καλαμήτα) — средневековая крепость, остатки которой находятся в Инкермане, на правом берегу реки Чёрной вблизи устья, существовавшая с VI по XVIII век. Укрепление расположено на плато, в юго-западной части Монастырской скалы, отрога Мекензиевых гор. Ныне сохранились только руины отдельных башен и других фортификационных сооружений. Крепостью в разное время владели Византия, Феодоро (в тот период 7 лет — генуэзцы) и Османская империя. Охраняется как Объект культурного наследия народов РФ федерального значения. Этимология Топоним «Каламита» трактуется различным образом: на древнегреческом языке — как «красивый мыс» (др.-греч. καλὴ μύτη), наиболее распространённое, от «тростник, камыш» на византийском греческом (ср.-греч. κάλαμος). Д. Е. Афиногенов предлагал вариант «прекрасные квартиры» (ср.-греч. καλὰ μητάτα). На различных генуэзских портоланах, с начала XIV века, и в документах с 1426 года крепость, на латыни, упоминается, как лат. Calamita, лат. Callamita, лат. Chalamita, лат. Calamit, лат. Calomit, лат. Caramit, лат. Calami, лат. Calaliuja, лат. Calamithe. В византийских документах крепость на среднегреческом записывалась, как ср.-греч. Καλαμήτα(или ср.-греч. Καλαμίτους. В новогреческом языке выражение греч. καλὴ μύτη имеет значение «хороший нюх», что мало подходит для топонима. А. Ю. Виноградов допускает зарождение топонима в итальянской среде от слова итал. calamita «магнит», как переосмысление более древнего названия ср.-греч. Καλαμίτης — «камышовый», указывающего на выгодное местоположению порта, «притягивавшего» к себе торговцев. Также учёный считает возможным заимствование из латыни или итальянского слово calamita в византийский греческий. Существует также версия перевода, как «обитатели тростников, камышовые жители». Турецкое (производя от крымскотатарского) название крепости разъяснил в своё время Эвлия Челеби, отметив…вследствие того, что в тамошних скалах находится множество «инов», что означает пещеры, татары называют этот замок Инкерман. Описание Современная Каламита — полуразрушенные башни и остатки стен, неглубокий каменный ров с пещерами-казематами и большой деревянный крест на месте, где некогда стояла церковь. Укрепление в юго-западной части Монастырской скалы, отрога Мекензиевых гор, с юга и запада ограничено обрывами высотой 40—80 м, размеры защищаемой территории 215 на 110 м, площадь — около1,3 гектара(В. Ф. Филиппенко считает площадь в 1,2 гектара). С северной и восточной, напольной стороны, существовала стена длиной 234 м, а с учётом обнаруженных следов стены вдоль западного и южного обрывов длиной около 300 м общая протяжённость крепостных стен превышала 500 м. Система обороны включала 6 башен с рвом перед ней и валом перед рвом. Три из 6 башен сохранились на 2/3, остальные, как и стены превратились в руины. Размеры защищённой территории 215 на 110 м. Толщина стен укреплений составляла от 1,2 до 4 метров, а высота башен около 12 метров. Две башни (№ 3 и № 5 по современной нумерации) имели фундаменты на подрубках скалы, башни № 1 и № 6 стояли на выровненной скале. Вдоль стен проходит ров глубиной до 3,7 м на восточном участке и шириной 9,0 . В южных и западных обрывах скалы сохранилось более 100 искусственных пещер, в основном хозяйственного и жилого предназначения, также культовые и оборонительные помещения, Также с западной стороны находятся пещерные храмы и наземные строения действующего Инкерманского монастыря Стены и башни, построенные из бутового камня и известняковых блоков, сложенных на известковом растворе, сохраняли размеры и конфигурацию с византийских времён. В феодоритский период с начала XV века застраивались и окрестности крепости. С напольной стороны вырос посад, часть остатков которого, по мнению Мыца, была уничтожена при разработке карьера, в долине реки располагался пригород. В третьей четверти века планировалось сооружение передовой линии обороны, из которой была возведена только въездная квадратная башня около 150 м западнее городских ворот и подъездная дорога, вырубленная в скале, известная по планам и рисунку 1773, 1775 и 1783 года. История Историю крепости принято подразделять на три периода: византийский — вторая половина VI—X век, феодоритский — приблизительно с 1400 года по 1475 год и турецкий, с 1475 года по 1774 год. А. Л. Бертье-Делагард в 1888 году, опираясь на доступную ему информацию, полагал, что у крепости было два этапа строительства: феодоритский, когда Алексей Старший в 1427 году построил её для борьбы с генуэзцами и турецкий — перестройка османами с учётом применения огнестрельного оружия в конце XVI или начале XVII века. Е. В. Веймарн в статье «О времени возникновения средневековой крепости Каламита» считал, что Каламита пережила четыре строительных периода, а в работе «Середньовiчний комплекс фортецi Каламiта» 1963 года выдвигал гипотезу о пяти этапах в строительстве крепости. Василий Фёдорович Филиппенко по итогам раскопок 1984—1988 года предполагал о наличии не менее трёх строительных этапов. В. Л. Мыц в работах 1991 и 2009 года утверждал, что крепость перестраивалась не менее 7 раз, ничем не обосновывая такое мнение. В. А. Сидоренко считал Каламиту Доросом, существовавшем здесь с античности до VIII века, производя название крепости от термина климаты. Айбабин и Хайрединова, в работе «Крымские готы страны Дори» опровергают эту версию и называют инкерманскую крепость генуэзской, утверждая, что какие-либо находки и строительные остатки VI—VIII века в ней отсутствуют. В. Л. Мыц, в диссертации 2023 года, утверждает, что поселение на Монастырской скале существовало с VIII века по XVIII век и в настоящее время его остатки практически полностью уничтожены карьером. Современный взгляд на историю Каламиты сложился после раскопок Е. В. Веймарна 1948—1950 года, по результатам которых учёный сделал вывод об основании крепости византийцами во второй половине VI века. Исходя из текста трактата Прокопия О постройках, где сказано, что Юстиниан I в юго-западном Крыму не строил крепостей, Веймарн отнёс возведение крепости либо к концу правления Юстиниана (этот период у Прокопия не описан), либо ко времени сразу после его смерти и допускал сооружение укреплений местным населением. Учёный считал, что у жителей юго-западного Крыма к тому времени сложились предпосылки для возникновения феодального строя, что и вызвало необходимость создания крепостей. Версию основания в VI веке поддержали многие историки. Византийская крепость Первое укрепление на месте будущей Каламиты, по мнению большинства историков, было построено по византийским технологиям в конце VI — начале VII века. В. Ф. Филиппенко полагает, что строительство укрепления началось в последнее десятилетие правления Юстиниана I и продолжалось до VII века (первый строительный период). Крепость состояла из двух стен толщиной 1,1—1,2 м, сходящихся под тупым углом. В том месте устроили башню, размерами 14 на 14 м, возле которой, предположительно, находились въездные ворота. В процессе первого строительства вдоль стен был создан ров, получившийся при добыче камня для стен. В. Л. Мыц считает, что крепость возвели для прикрытия с севера Гераклейского полуострова, где находились клеры сельской округи — хоры Херсонеса. В работе 1991 года В. Л. Мыц утверждал, что укрепление функционировало до VIII века и за это время дважды перестраивалось, по диссертации 2001 года укрепление было покинуто византийцами уже в VII веке и в дальнейшем постепенно разрушалось. Окончанием византийского периода большинство историков считают VIII век. Существует версия, что оставление крепости связано с появлением хазар в Крыму. Период Феодоро Начало строительства феодоритской крепости Мыц связывает с обострением отношений с Каффой в 1422 году. По его мнению строительство, на месте византийских стен, начал Алексей Старший не ранее 1422—1423 года. Видимо, какое-то поселение и порт к тому времени существовали. Как минимум с XII века в ближайшей округе существовали монастырь Святой Софии и |Загайтанский комплекс монастырей, в 1272 году сооружён Храм Евграфия, в том же XIII веке — храм «Атка» и другие. На 1420-е годы Х.-Ф. Байер приводит выдержки из документов массарий Кафы о морском походе в октябре 1423 года Негроно ди Нигро по приказу консула Кафы против Каламиты. К этому времени, вероятно, произошла смены внешнеполитической ориентации Алексея с прогенуэзской на сближение с Венецией и Трапезундской империей. После окончания конфликта с Каффой в 1424 году Каламита — единственный порт княжества, через который поддерживалось сообщение с Трапезундом, Синопом, Венецией и Молдавией. Установив союзнические отношения с Крымским улусом Золотой Орды (позже — с Крымским ханством), феодоритам удалось перенаправить большую часть товаров, следовавших по маршруту восток-запад (Шёлковый путь) на Каламиту и её порт Авлиту. Морская торговля стала одним из главных источников дохода княжества и способствовала развитию города и росту его богатства. В порту постоянно находилась большая часть турецкого торгового флота, доставлявшего разнообразные товары в Крым. На экспорт, через Боспор и Солхат шёл поток товаров с востока, большую долю в котором составляли рабы. В 1434—1441 годы во время очередного венециано-генуэзского конфликта Алексей, как соперник Генуи, принял сторону венецианцев, предоставив эскадре Стефано Контарини порт Авлиту у Каламиты, а все свои действия согласовывал с событиями на театре военных действий между Генуей и Венецией. События тех лет известны, как Генуэзско-феодоритская война (1433—1441). В июле 1434 года в западный Крым была отправлена карательная экспедиция золотого рыцаря Карло Ломеллино. 10 июня 1434 года отряд Ломеллино подошёл к Каламите. Перед приходом противника, 10 июня 1434 года, все жители покинули город и, считается, что в тот же день крепость была захвачена и генуэзцы некоторое время владели Каламитой. Вначале город был сожжён, но вскоре захватчики вынуждены были приступить к её восстановлению. Была произведена некоторая реконструкцию оборонительных сооружений в соответствии с новыми оборонительными традициями. К северо-западной куртине с внешней стороны пристроили ещё одну башню, а с тыльной стороны — подпорную стену, увеличив толщину куртин. При этом документов о выделении средств на ремонт в бухгалтерских книгах Каффы нет. Осенью 1441 года война закончилась и после её окончания роль Каламиты ещё более возросла. Кроме местных товаров большой оборот имела транзитная торговля между западом и востоком. Значительный доход приносила торговля рабами, которых поставляли крымские ханы (например, летом 1474 года татарский царевич Айдер из набега на Великое княжество Литовское привёл более 15 000 пленных, которых продали турецким купцам «… в порту Каламита»). Активная торговля, приносящая большие доходы, позволила правителям Феодоро осуществлять обширное строительство на всей территории, в том числе в Каламите и её округе, где были расширялись пещерные монастыри и храмы. Особого размаха торговля достигла в третьей четверти XVI века, после переноса столицы ханства в Кырк-Ор: хан, почувствовав вкус к роскошной жизни, постоянно требовал расширения порта и строительства новых причалов. Феодориты перехватили значительную часть товарооборота Каффы. В донесении дожу Генуэзской республики Пьетро ди Кампофрегозо консула Каффы Боруеля де Гримальди от 31 января 1453 года сказано…в Каламите продолжается бурная торговля и заходит более чем обычно судов, кораблей и суденышек турецких со множеством торговцев и множеством товаров… С увеличением объёмов черноморской торговли во второй половине XV века разрастался и город. Каламита в ту пору состояла из укреплённого центра и посада. В долине реки Чёрной располагался пригород, имелся порт Авлита со складами и верфями, в округе города было устроено несколько монастырей и скитов. В связи с ростом населения в третьей четверти века началось сооружение второй линии обороны, о которой известно, что ко времени гибели государства была возведена только въездная квадратная башня с шириной въезда 2,95 м, располагавшаяся около 150 м западнее городских ворот. К башне вела вырубленная в скале дорога. По снятым картографами в 1773, 1775 и 1783 годах планах и рисунку высоту башни определяют в 13—14 м, с открытой верхней боевой площадкой с зубчатым парапетом. А. Л. Бертье-Делагард предполагал, что над воротами именно этой башни Мартин Броневский в 1578 году видел украшенную гербами греческую надпись. В 1475 году, в ходе османского завоевания Крыма под руководством Гедик Ахмед-паши Каламита была захвачена и турецкими войсками. В. Л. Мыц предполагает, что хорошая сохранность крепости может свидетельствовать о том, что какого-то серьёзного сопротивления оказано не было. А порт Каламиты служил для обеспечения турезкой армии, осаждавшей Мангуп. Османский период После гибели Феодоро в 1475 году крепость с посадом, в статусе нахийе — наименьшей административной единицы, возглавляемой сотником (субаши) включили в состав санджака Кефе Османской империи. Турки называли крепость и поселение «Инкирман» (тур. İnkirman). В начале XVI века статус нахийе был поднят до уровня «каза» (уездов), а Инкерман, оставшись в ранге нахийе, включили состав Манrубского казалыка. По археологическим данным, при турках оборонительную систему основательно реконструировали с учётом обороны от огнестрельного оружия — был сооружён гласис. Также, в конце XVI начале XVII века, с напольной (северной стороны) перед рвом была построена ещё одна башня, соединявшаяся с крепостными стенами шестиметровым переходом. В дефтера Лива-и Кефе — налоговых ведомостях по Кефинскому эялету, описывалось поселение Инкерман, крепость вовсе не упоминается. По налоговым ведомостям за 1520 год в Инкермане числилось 179 мусульман и 1153 «немусульманина». К 1542 году мусульман было 194 жителя и 958 немусульман. В османский период, по меньшей мере в XVI—XVII веке, в Инкермане размещалась резиденция нуреддин-султана Крымского ханства, которого посещали иноземные послы. В 1578 году Инкерман посетил польский дипломат Мартин Броневский, посол к крымскому хану Мехмеду II Гирею. Броневский отметил поселение приблизительно в 300 домов к северо-западу от крепости и описал строительную плиту с греческой надписью и украшенную гербами, вмонтированную над воротами города; о населении крепости дипломат не упоминал. А. Л. Бертье-Делагард предположил, что виденная Броневским плита была известной строительной надписью Алексея 1427 года и помещалась над воротами отдельно стоящей башни непостроенной внешней оборонительной линии. В 1634/1635 году (1044 год хиджры), согласно османскому реестру земельных владений Южного Крыма, в Инкирмане числилось 12 дворов иноверцев; в 1651—1652 году — 5 дворов, платящих налог джизйе. В марте 1634 года в Инкермане побывал дьяк Иаков Лызлов, прибывший в Крым в составе московского посольства. Лызлов оставил описание Инкермана, при этом уделив основное внимание заброшенному монастырю. В «городке» Иаков отметил населённость разными народами и множество приходящих в порт кораблей из разных стран. Члены посольства 1656—1658 года Родион Васильевич Жуков и Л. Пашин были в Инкермане у нуреддин-султана 16 марта 1657 года. В своём отчёте писали: «видели град Инкерман…велик. Переднюю стену видели, на ней 6 башен, 7-я отводная. Да на градской же стене палата великая столовая. И полоненики сказывали, что в той палате стенное письмо есть». Турецкий путешественник Эвлия Челеби осматривал Инкерман в 1666 году, оставив довольно много сведений о Каламите. О крепости путешественник писалЭто сильная крепость в форме миндалины, расположенная на берегу струящейся реки Казаклы-озен на горе, подобной горе Бисутун, стремящейся в небо, огромной голой красной скале. Восточная ее сторона представляет собой мощную шаддадовскую стену, высокую и толстую, в 500 шагов. Там есть 6 башен и огромный ров, спускающийся ниже основания стен на 3 человеческих шага. [Ров] вырублен в обрывистой скале. А со стороны кыблы, с юга, совсем нет крепостных стен. Упаси Бог, человек не осмеливается здесь глянуть вниз. Потому что это шесть голых скал, подобных горе Бисутун. Около ворот — глубокий ров, он вырублен в скале на целых 20 шагов. Человеку не под силу соорудить такой глубокий ров, вырубив его в скале. В древние времена его соорудили неверные в страхе перед татарами с удивительным стараниемТакже Челеби отметил четырёхугольную башню так и не построенной передовой линии обороны. По мнению путешественника «…если бы это сделали, то крепость Инкерман была бы совершенно безопасной». «Железные ворота» въездной башни крепости были постоянно закрыты, над ними «начертан тарих этой крепости», венчала башню маленькая церковь. Внутри крепости, за воротами, Челеби описал «мрачное и зловещее диван-хане королей неверных», переделанное в мечеть. В самой в крепости было 10 домов, но там никто не жил — начальник крепости с пятьюдесятью воинами обитали у подножия скалы на берегу реки, «в саду, подобном райскому». Восточнее крепости располагался мусульманский квартал в 300 двухэтажных домов крытых дёрном, с соборной мечетью 1522 года постройки и медресе при ней . В пойме реки располагался нижний пригород, в котором имелись маленькая баня, старая мечеть с каменным минаретом и большой дворец нуреддин-султана. В нижнем пригороде Челеби насчитал 250 мусульманских домов и 200 «злосчатных домов греческих неверных», отметив и один христианский храм. Также Челеби сообщал о сохранявшихся в то время многочисленных фундаментах водяных мельниц на берегу реки у города. После занятия Крыма русскими войсками в 1771 году крепость утратила оборонительное значение. В 1773 году «штурман прапорщичьего ранга» русского новоизобретённого корабля «Модон» Иван Батурин снял подробный и относительно точный план крепости Инкерман. Батурин зафиксировал все шесть башен, пять куртин, ров, гласис, укрепление у башни № 1. Также отмечена отдельно стоящая проездная башня, построенная над ведущей к крепости дорогой, высеченной в скале. Внутри крепости обозначены два квартала, три отдельных сооружения и колодец. Вне крепости на план нанесены восемь кварталов с большой мечетью и кладбищем. После обретения Крымским ханством независимости по Кючук-Кайнарджийскому мирному договору 1774 года и утратой Османской империей крымских владений «повелительным актом» Шагин-Гирея 1775 года Инкирман был включён в состав Бакчи-сарайского каймаканства Мангупскаго кадылыка. В составе России После присоединения Крыма к России 08 (19) апреля 1783 года, указом Екатерины II от 10 (21) февраля 1784 года был основан Севастополь. С началом возведения города в районе крепости началась добыча строительного камня — был организован карьер, функционировавший до нового времени. В 1850 году, по инициативе архиепископа Херсонского и Таврического Иннокентия, в обрывах скалы был возобновлён монастырь, освящённый во имя святого Климента. Во время Крымской войны на территории крепости располагались российские резервные части. В ходе Инкерманского сражения 24 октября 1854 года русские войска подверглись обстрелу артиллерией и из штуцеров, при этом несколько ядер и бомб попали в храмы, произведя существенные разрушения. Англофранцузскими войсками был полностью разграблен храм монастыря. В начале XX века крепость окончательно перешла в собственность монастыря, который развернул на территории Каламиты бурную строительную деятельность, в ходе которой было значительно спланировано пространство внутри крепостных стен. 21 мая 1901 года, в рамках подготовки к празднованию 50-летия обороны Севастополя 1854—1855 года и в память об Инкерманском сражении, был заложен храм-памятник. Строительство завершили в 1905 году и 5 октября собор освятили во имя святого Николая Чудотворца. Тогда же рядом с храмом внутри крепости построили два братских корпуса — один с надомной церковью Благовещения Пресвятой Богородицы. После установления в Крыму советской власти, 23 ноября 1922 года Николаевский собор в крепости был по договору передан религиозной общине церкви в бесплатное пользование, но, в связи с отсутствием средств на содержание, 19 декабря 1925 года верующие отказались от использования храма. 20 января 1926 года президиумом Севастопольского райисполкома было принято решение о ликвидации Инкерманского монастыря с передачей его построек Местхозу города. 9 августа того же года аналогичное решение приняли и на заседании Управления Церковной комиссии при КрымЦИК. Во время Крымскиого землетрясения 1927 года пострадали и храмы Каламиты: на зданиях собора Св. Николая и Благовещенской церкви образовались большие трещины 15 февраля 1929 года председатель Севастопольского райсовета заявил, что вопрос о сносе зданий бывшего монастыря на территории крепости решён и разборка поручена севастопольскому Госфонду. Вопрос о сносе ещё не раз поднимался до 1933 года, но эти планы так и остались нереализованными. Позднее жилые монастырские корпуса на плато решили использовать в практических целях: в них были поселены семьи рабочих железной дороги и совхоза № 10. Постановлением СНК Крымской АССР № 1648 от 19 октября 1937 года в составе Севастопольского музейного объединения был создан «Музей пещерных городов», в который вошла крепость Каламита. Для размещения музейной экспозиции первоначально передали здание Благовещенской церкви. Во время обороны Севастополя 1941—1942 года в монастыре и крепости размещался 25-й Чапаевской дивизии Приморской армии РККА. Крепость, постройки на плато и монастырь в ходе боевых действий получили значительные повреждения. Начиная с конца 1940-х годов руины Никольского храма и бывшие монастырские постройки внутри крепости местные жители разбирали на стройматериалы. В течение двух месяцев разбором развалин средневековой крепости занимались учреждения треста «Севастопольстрой» — тогда разрушение достигло особенно крупных масштабов. Ещё в мае 1944 года был создан «Инкерманский известково-ракушечный карьер» с целью добычи камня для восстановления разрушенных в годы Великой Отечественной войны народно-хозяйственных объектов Крыма, и в первую очередь Севастополя. Собственно ломка известняка в непосредственной близости от крепости началась в 1947 году. В октябре 1947 года специальная комиссия из представителей Академии наук СССР и музеев Крыма обследовала памятник. Комиссия засвидетельствовала, что «I, III, V и VI крепостные башни разобраны почти полностью, остались только четыре куртины оборонительных стен. Вторая башня повреждена частично. В результате хищнической ломки камня с внутренней стороны крепостных стен образовались горы строительного мусора, обезобразившие внешний вид памятника». С 1948 года (затем в 1950 и 1952 году) в зоне будущего карьера на территории крепости Инкерманской археологической экспедицией Музея «пещерных городов» и Крымского филиала АН СССР, проводились раскопки под руководством Е. В. Веймарна. Изучались «верхний посад» и позднесредневековый могильник. В 1968 году на руинах башни № 5 Херсонесским заповедником проводились реставрационные работы. Проект первой очереди консервации и реставрации оборонительных сооружений крепости был сделан в 1983 году институтом «Укрпроектреставрация», который также готовил проект ремонтно-реставрационных работ на башнях и куртинах крепости в 1985 году. Для этого проекта отделом строительства и архитектуры Севастопольского горисполкома провёл комплексные исследования объектов, на которых планировались противоаварийные и ремонтно консервационные работы. В 1990 году Херсонесский музей-заповедник заключил новый договор с институтом «Укрпроектреставрация» на разработку научно-проектной документации по ремонтно-консервационным работам крепости Каламита и Инкерманского монастыря. Все эти проекты не были реализованы. Охранный статус Проблему сохранения руин крепости впервые пытались решить в конце 1920-х годов, когда вначале охрану крепости и расположенных на её территории зданий бывшего монастыря поручили Херсонесскому археологическому музею, а позже вовсе включили в его состав. Постановлением Совета Министров РСФСР № 503 от 22 мая 1948 года «Об утверждении дополнительного списка памятников архитектуры, подлежащих государственной охране» территория Инкермана с расположенными на ней памятниками архитектуры (пещерный город, руины крепости и монастыря) получили статус государственного историко-архитектурного заповедника. Границы заповедника и мероприятия по его охране, а также передачу под охрану и в постоянное музейное пользование Музею «пещерных городов» Крыма были установлены решением Исполкома Крымского областного Совета депутатов трудящихся № 816 от 25 августа 1948 года «Об охране памятников архитектуры и истории Крыма». При принятии постановления Совета Министров УССР от 28 марта 1956 года № 320 «Об утверждении списка памятников архитектуры по Украинской ССР» для служебного пользования издали список «Памятников архитектуры Украинской ССР, находившихся под охраной государства», в котором под охранными номерами 9.1 и 9.2 числятся «Крепость Каламита» и «Пещерный монастырь» в Инкермане. В октябре 1961 года решением Севастопольского Управления культуры памятники были переданы Херсонесскому музею. В 1962 году комиссия, в состав которой входили представители музея и городской администрации, осмотрела крепость и отметила её неудовлетворительное состояние и риск гибели вследствие продолжавшейся добычи камня в карьере. В решении Исполкома Севастопольского горсвета № 632 от 21 октября 1969 года «Об утверждении охранной зоны Херсонесского заповедника» отмечалось, что территория заповедника состоит из территории древнего городища, 11 клеров Гераклейского полуострова и территории крепости Каламита и устанавливалась фиксированная охранная зона памятника на расстоянии 20 м от оборонительного рва с северной и северо-восточной стороны крепости. Распоряжением правительства РФ № 2073-р от 17 октября 2015 года «Перечень объектов федерального значения, расположенных на территориях Республики Крым и г. Севастополя» крепость Каламита объявлена памятником истории федерального значения России. Примечания Комментарии Источники Литература Байер, Ханс-Файт. История крымских готов как интерпретация Сказания Матфея о городе Феодоро / А. И. Романчук. — Екатеринбург: Издательство Уральского университета, 2001. — С. 167—170. — 477 с. — ISBN 5-7525-0928-9. А. Л. Бертье-Делагард. Остатки древних сооружений в окрестностях Севастополя и пещерные города Крыма // Записки Одесского Общества Истории и Древностей. — Одесса: Типография Алексомати, 1888. — Т. XIV. — С. 190. — 815 с. А. Л. Бертье-Делагард. Каламита и Феодоро // Известия таврической учёной комиссии / А.И. Маркевич. — Таврическая Губернская Типография, 1918. — Т. 55. — С. 1—44. — 386 с. А. А. Vasiliev. Готы в Крыму = The Goths in the Crimea (англ.). — Cambridge, Massachusetts: Mediaeval academy of America, 1936. — 292 p. Васюкова Анна Вадимовна, Е. В. Неделькин. От древних руин до памятника археологии. И архитектуры: из истории охраны крепости. Каламита-инкерман в XX веке // Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского. Серия «Исторические науки» : журнал. — 2023. — Т. 7 (75), № 4. — С. 18—32. — ISSN 2413-1741. Е. В. Веймарн. О времени возникновения средневековой крепости Каламита // История и археология средневекового Крыма / А. П. Смирнов. — Москва: 2-я типография издательства АН СССР, 1958. — С. 55—63. — 193 с. — 3000 экз. А. Ю. Виноградов. Toponymica Pontica. I. Каламита // ΧΕΡΣΩΝΟΣ ΘΕΜΑΤΑ: ИМПЕРИЯ И ПОЛИС / А. И. Айбабин и др.. — Симферополь, 2019. — С. 75—78. — 268 с. — (XI Международный Византийский Семинар (Севастополь — Балаклава 3-7 июня 2019 г.)). — ISBN 978-5-6042012-8-2. А. Ю. Виноградов, Гайдуков, Никита Евгеньевич, М. С. Желтов. Пещерные храмы Таврики: к проблеме типологии и хронологии // Российская археология : журнал. — 2005. — Вып. 1. — С. 72—80. — ISSN 0869-6063. Архивировано 14 марта 2022 года. Джанов, Александр Витальевич. Каффа, Крымское ханство и османы в 1454–1456 гг. // Сугдейський збірник. — 2019. — № 2 (VIII). — С. 79—373. — ISSN 2708-4914. Ю. А. Катунин. Монастыри Крыма в XIX–XX веках (по материалам крымских архивов). — Симферополь: Культура народов Причерноморья, 2000. — С. 44, 49. — 128 с. — ISBN 966-7608-12-3. Ю. М. Могаричёв. Монастырь на южном и западном обрывах Монастырской скалы // Пещерные церкви Таврики / А. И. Романчук. — Симферополь: Таврия, 1997. — С. 7—11. — 384 с. — 1000 экз. — ISBN 5-7780-0790-6. В. Л. Мыц. Крым в XIII-XV веках: историко-археологическое исследование. — Казань: Институт археологии им.А. Х. Халикова (на правах рукописи), 2023. — Т. I. — 937 с. — (Диссертация на соискание учѐной степени доктора исторических наук). В. Л. Мыц. Каффа и Феодоро в XV веке : контакты и конфликты. — Симферополь: Универсум, 2009. — 528 с. — ISBN 978-966-8048-40-1. Н. И. Репников. Инкерман // Материалы к археологической карте юго-западного нагорья Крыма 1939-40. — Рукопись, 1939. — С. 32—37. — 387 с. Г. А. Санин. Отношения России и Украины с Крымским ханством в середине XVII века / А. Л. Нарочницкий. — Москва: Наука, 1987. — 272 с. — (монография). — 4500 экз. Василий Фёдорович Филиппенко. Новое в истории и археологии крепости Каламиты-Инкермана // Херсонесский сборник : ежегодник. — 1996. — № 7. — С. 143—152. — ISSN 2782-4977. Эвлия Челеби. Книга путешествий. Крым и сопредельные области. Извлечения из сочинения турецкого путешественника XVII века / И. Н. Храпунов. — 2. — Симферополь: Доля, 2008. — 269 с. — 2000 экз. — ISBN 978-966-366-159-9. А. Л. Якобсон. Средневековый Крым. — Москва ; Ленинград: Наука, 1964. — С. 81. — 232 с. — (Очерки истории и истории материальной культуры). — 1300 экз.