«УСИКИ» История будет немножко пикантная и не из моей жизни. Мне ее один мой друг рассказал, у которого таких приключений было премного; он их даже как приключения не воспринимает. Эдик был лидером в своей школьной компании и слыл трендсеттером. В возрасте 14-15 лет было просто надо завоевать как можно больше очков у слабого пола, включая и первый постельный раз. Эдик довел процесс первой случки до культа, убедив, после ночных дворовых разговоров с отсидевшими ребятами, все свое окружение, что мужик со своими НАТУРАЛЬНЫМИ причиндалами нормальную девчушку полностью удовлетворить не может. Для этого, кроме специальных знаний, уже чисто физически нужны какие-то дополнительные прибамбасы на причинном месте, как то "розочка", "шары" или "усики" (мне остается только надеяться, что читатель(ница) знает, о чем тут речь). То есть говорить об этом было очень популярно, слыть в этом отношении просвященным хотелось каждому. Кухня слухов и подробных описаний якобы пережитого бурлила вовсю. Но на балабольстве все и завершалось - "лечь под нож" желающих было маловато. Но через некоторое время подходит к Эдику Рафик. Рафик...ну, знаете, такой невысокий, очки с сантиметровыми линзами, шевелюра, требующая расчески, и полная голова дат, теорем и формул, - такие рафики в каждом классе были. Подходит и, ужасно стесняясь, сообщает Эдику на ухо, что завтра (!!!) у него - первое свидание там с кем-то, и душа и тело, из небезпричинной опаски оплошать, требует конструктивной реставрации некоего органа. Эдик сделал умное лицо квалифициронного консультанта по таким, для него рутинным, вопросам и после двухминутных прений подогнал способности, возможности и опыт под общий знаменатель: было решено вставить Рафику "усики". Для этого пациент и два ассистента были приглашены после уроков к Эдику домой. Операцию, взвесив все за и против, наметили провести на кухне (основную причину сего решения Рафику не сообщили - кровь с кафеля смывается легче, чем с обоев или ковров). Ассистенты, которых уже колотило от адреналина, поставили покорного Рафика посредь кухни и стянули с него штаны и трусы. Перед ним была поставлена табуретка, на которую было запланировано положить ОБЪЕКТ хирургического вмешательства. Но когда Рафик стоял, табуретка была слишком низко, а в коленопреклоненном состоянии - слишком высоко. Недолго думая, Эдик приказал ассистентам открыть свои портфели и положить на табуретку столько учебников, пока не стало в аккурат. Обсудив факт, что Рафик теперь символически "положил" на школьные знания, приступили непосредственно к делу. Один из ассистентов оттянул кожицу объекта по длинне учебника. Эдик достал МОЛОТОК, ФИГУРНУЮ ОТВЁРТКУ и леску, которой через несколько минут и предстояло стать усиками. Леска была толстовата, отец говорил, что это "на жереха", но другой не было. Второму ассистенту было велено наставить отвертку на оттянутую кожицу, что он, держа инструмент как кинжал, и сделал, а Рафику - закрыть глаза, дабы не лицезреть предстоящего надругательства над собственной плотью. Это был тот момент, когда последнему идиоту стало бы ясно, что Эдик не имеет ни малейшего представления, что он делает. Но вопросов о столь нелепейшем способе завоевания женского сердца ни у кого даже не возникало ввиду абсолютного преклонения перед авторитетом Эдика и его компетенции в подобных вещах. Разволновавшийся Эдик долго целился-метился и естественно боялся садануть молотком мимо отвертки. Ассистенты мешали своим присутствием, накаляли атмосферу и с немигающими глазами, размером с блюдца, уставились на объект. Произошло то, чего никто не ожидал. Эдик во рвении своя так жахнул молотком по отвертке, что та, кроме кожицы объекта, прошила три учебника. Ассистент, державший отвертку от этого вида впал в шоковое состояние и продолжал крепко держаться за рукоятку. Теперь попробуйте себе представить следующую сцену. От звука глухого удара и от пронзительной боли Рафик инстинктивно открывает глаза и смотрит на объект. После чего он эти глаза закатывает, теряет сознание и начинает падать назад, буквально зависая на торчащей в учебниках отвертке. Ассистент отвертку из руки не выпускает и обалдело, безо всякой реакции следит, как пробитое в кожице отверстие заметно вытягивается в длинну. Эдик сначала теряется, но потом бросает молоток и кидается удержать падающее тело Рафика в вертикальном положении. Из-за криков и возгласов ассистент выходит из транса, разжимает руку и отвертка вместе с учебниками гирляндой повисает на кровоточащем объекте. Но и это еще не все. В попытках загладить внеплановый ляпсус, Эдик перепоручает тело Рафика своим помощникам и, поддерживая окровавленные учебники, одной рукой старается просунуть пучок лески в развороченное отверстие. После х-той попытки ему это удается и он завязывает леску на узел. "Усики", обильно орошенные кровушкой Рафика, торчали во все стороны сантиметров на восемь и объект, после того как из него выдрали отвертку, напоминал "ерш" трубочиста с толстой ручкой, который проволокли по бойне. Эдик с некоторым сомнением посмотрел на свою работу, на бездыханное тело Рафика и, посоветовавшись с окончательно обалдевшими ассистентами, пошел на поиски перевязочного материала. Объект забинтовывали, не снимая лески. Эдик сказал, что все будет ништяк и что надо только обождать недельку - он же предупреждал! Рафик пришел в себя и тихонько и тоскливо воя, просил отпустить его домой. Операционная группа облегченно вздохнула и, прицепив к его штанам подтяжки, так как штаны на объекте не сходились, на всякий случай напомнила Рафику о "никомунислова". Наверное, совершенно излишне дописывать, что ни назавтра, ни через две недели у Рафика никаких свиданий не было. И в школу он ходить не мог тоже. Он лежал дома, а его мама делала ему примочки и обрабатывала опухший объект мазями. Естественно в конце концов все обошлось, не то бы я и не стал писать эту историю. Эдик стал на 15 лет старше, но когда вспоминает про "усики", ухмыляется и просит меня рассказать присутствующим эту трагихохму. - У тебя лучше получается, - говорит он. Он всегда так говорит...