История такая. Давно было это, до перестройки… Летом студенты в стройотрядах работали… А мы хуже? Мы тоже в одном провинциальном городке работали. Был среди нас товарищ – Шура. Телом - бел, волосом - рыж, рожей - конопат, весом – центнер с гаком. Умел водку пить винтом из горла. Делал это ловко, но, надо признать, не злоупотреблял. Хотя, чтоб повеселиться, как всем – приходилось Шуре напрягаться. Проще сказать – спиртного, что закупали вскладчину, ему не хватало. Не весело было. Закупал он, как водится, отдельно от всех пару-тройку бутылочек бормотушки, не спеша выпивал парочку перед ужином, а затем принимал участие в общей тусовке, веселился и оттягивался. А когда чуял, что организм (весом в центнер с гаком) справился с залитым в него алкоголем, то отходил в сторонку, высасывал третью бутылочку бормотушки и веселился далее. На очередной попойке красны девицы на нем повисли: "А покажи, да покажи, как ты бутылку водки можешь из горла на раз заглотить". Он отнекивался как мог. Говорит: "Не хочу я сразу эдак, хочу веселиться вместе со всеми". Но девицы были настырны, а, как утверждала Нани Брегвадзе (лицо, кстати сказать, кавказской национальности), ЕСЛИ ЖЕНЩИНА ПРОСИТ… В общем, залил Шура бутылку водки в себя через горло и, под аплодисменты девиц, сдулся… Сидит, такой мягкий, самодостаточный, на внешние запросы не отвечает. Спит, в общем. Девицы, как-то, сразу утратили к нему интерес. А народ разгулялся, и решил рвануть на танцы в этот самый городок, благо и недалеко. Решено – сделано. Все ушли, оставили только недвижимый организм весом в центнер с лишним. Организм пришел в себя примерно через час, и, как только в сознании утвердился, понял, что народ ушел в город. Ну и организм решил увеселенье продолжить. Прихватил он свою запасную бутылочку бормотушки и – двинулся в город. Но, беда приключилась. Выходя из вагончика Шура оступился и уронил свое бело тело на землю. Одежда, знамо дело, испачкалась. Ну, поскольку Шура уже при памяти пребывал, решил он это исправить и грязь отскрести и даже подсмыть. А в умывальниках, которые прямо рядом и висели – четыре их было – вода кончилась. В трех, в тех, что вода была. А в четвертом вода не кончилась. Хотя, там воды и не бывало. Там был керосин, мы им руки от мазуты отмывали. А Шуре в тот момент это как-то в голову не пришло. Течет, и - хорошо. В общем, он при пособстве керосину себя в порядок привел и зашагал в город. А в городе – танцы… Музыка местная гремит, мужики девок щупають, то есть – танцуют с ними, в общем – все культурно отдыхают. Мы тоже там стоим, за своими девками приглядываем, чтоб никто не забидел. А девки наши куражатся – крутят головы местному населению. Стоим мы так – вдруг чуем: КЕРОСИНОМ пахнет! И сильно этак пахнет, аж мочи нет. И видим мы, что источник этого мерзкого запаху – Шура! И что Шура, сам того нисколько не стесняясь, танцует с какой-то местной барышней в общем коллективе танцующих. И танцует, понимаешь, на полном контакте, поглаживая свою партнершу по заднице, а сам при этом пованивает как керосинная лавка. А местная барышня глядит на Шуру горящими глазами с нескрываемым интересом, и на запах керосина как-то не очень обращает внимание. Тут танец кончился, Шура галантно помуслил даме ручку и направился к нам. Тут уж совсем невмочь стало керосин нюхать. А Шура, как ни в чем не бывало подруливает к нам и спрашивает, нету ли у нас желания бормотушкой настроение приподнять. После таких его слов показалось нам, что керосином он стал пахнуть меньше, или запах керосина как-то стал приятнее. Понятное дело, на его предложение мы с радостью согласились. И тут… Тут Шура запихивает свою ручищу к себе в штаны (за пояс) и извлекает оттуда (из паховой области) – Бутылку Бормотушки, в стеклянной посуде емкостью 0,7 литра! Вот тут мы и поняли, что местной барышне действительно было наплевать на запах керосина. Наверное у нее никогда в жизни не было кавалера с таким либидо…