He had written of the future: "I ... cannot think of a single person who could say what I believe needs to be said ... there is practically no one on whose judgement I could rely".
Он писал: «Я … не могу представить себе никого, кто говорил бы то, что должно быть сказано по моему убеждению … Я не могу полагаться практически ни на чьё мнение».