When Galileo discovered his four satellites of Jupiter in 1610, they lent weight to Copernicus's argument, because if other planets could have satellites, then Earth could too.
Когда Галилео Галилей открыл четыре спутника Юпитера (1610), он тем самым укрепил доводы Коперника, так как если одна планета имела спутники, почему бы другой планете — Земле — их не иметь.