He had very strong opinions on how this approach—which was most popularly implemented by the Bourbaki school in France—initially had a negative impact on French mathematical education, and then later on that of other countries as well.
Он был глубоко убеждён, что этот подход — известный в основном благодаря активности французской школы Николя Бурбаки — оказал негативное влияние на преподавание математики сначала во Франции, а затем и в других странах.