At age eighteen, he saw a show by illusionist James Randi, and became enamored of his approach to magic that openly acknowledged deception as entertainment rather than a mysterious supernatural power.
Но в восемнадцатилетнем возрасте он увидел трюки Джеймса Рэнди, был очарован его подходом к магии, который открыто признавал обман как развлечение, а не как некую сверхъестественную силу.