Realizing his powerlessness, Nabucco pleads for Fenena's life ("Oh di qual onta aggravasi questo mio crin canuto" / "Oh, what shame must my old head suffer").
Осознав это, Набукко умоляет Абигайль пощадить сестру (Oh di qual onta aggravasi questo mio crin canuto / "О, каким позором покрылась моя седая голова").