On 10 April 1962, Kirchherr's mother phoned her daughter at work and told her Sutcliffe was not feeling well, had been brought back to the house, and an ambulance had been called for.
Вскоре Сатклиффу стало хуже, и вот 10 апреля 1962 года Астрид на работу позвонила мать и сказала, что он чувствует себя ужасно, его привезли домой и вызвали «Скорую помощь».