Details are scanty, but it seems at least clear that Catherine spent the first five years of her marriage in silent, melancholy submission to her husband; and that she then, for another five years, turned a little to the world for consolation in her troubles.
Подробности неизвестны, но совершенно точно ясно, что Екатерина провела первые пять лет своего брака в безмолвном угнетённом подчинении своему мужу; следующие пять лет она искала утешение у окружающих её людей.