For in these was reflected that which a personality must feel concerning the evolution and essential being of humanity when this personality is kept back from grasping the spiritual world by the restricted thought in the philosophy of nature characterizing the end of the 19th century...What attracted me particularly was that one could read Nietzsche without coming upon anything which strove to make the reader a 'dependent' of Nietzsche's.
Штейнер позже замечал : «Идеи Ницше о „вечном возвращении“ и „сверхчеловеке“ долго занимали меня, ибо в них отражалось то, что должна была пережить относительно развития человечества и человеческого существа личность, которую от постижения духовного мира удерживали крепко спаянные идеи естествознания конца XIX столетия… Но особенно меня привлекало то, что Ницше не стремился сделать из читателя своего „последователя“».