Но всё же хотелось бы услышать ответ на, пожалуй, центральную (и предельно конкретную) мысль, повторю её: Станиславский (последователем которого Ефремов был «в самом широком смысле слова») и МХАТ (в который он «шёл всю жизнь») у вас в статье — не встретились друг с другом. Не могу сказать точно, что от этого потеряла статья, но ничего не потерять не могла, не так ли?