Daria/rus_authors huggingface dataset:
привели меня на тот самый тракт , в те самые места . Я вспомнил дочь старого смотрителя и обрадовался при мысли , что увижу ее снова . Но , подумал я , старый смотритель , может быть , уже сменен ; вероятно Дуня уже замужем . Мысль о смерти того или другого также мелькнула в уме моем , и я приближался к станции * * * с печальным предчувствием.Лошади стали у почтового домика . Вошед в комнату , я тотчас узнал картинки , изображающие историю блудного сына ; стол и кровать стояли на прежних местах ; но на окнах уже не было цветов , и всё кругом показывало ветхость и небрежение . Смотритель спал под тулупом ; мой приезд разбудил его ; он привстал ... Это был точно Самсон Вырин ; но как он постарел ! Покамест собирался он переписать мою подорожную , я смотрел на его седину , на глубокие морщины давно небритого лица , на сгорбленную спину — и не мог надивиться , как три или четыре года могли превратить бодрого мужчину в хилого старика . « Узнал ли ты меня ? — спросил я его , — мы с тобою старые знакомые » . — « Может статься , — отвечал он угрюмо , — здесь дорога большая ; много проезжих у меня перебывало » . — « Здорова ли твоя Дуня ? » — продолжал я. Старик нахмурился . « А бог ее знает » , — отвечал он . — « Так видно она замужем ? » — сказал я. Старик притворился , будто бы не слыхал моего вопроса , и продолжал пошептом читать мою подорожную . Я прекратил свои вопросы и велел поставить чайник . Любопытство начинало меня беспокоить , и я надеялся , что пунш разрешит язык моего старого знакомца.Я не ошибся : старик не отказался от предлагаемого стакана . Я заметил , что ром прояснил его угрюмость . На втором стакане сделался он разговорчив : вспомнил или показал вид , будто бы вспомнил меня , и я узнал от него повесть , которая в то время сильно меня заняла и тронула. « Так вы знали мою Дуню ? — начал он . — Кто же и не знал ее ? Ах , Дуня , Дуня ! Что за девка-то была ! Бывало , кто ни проедет , всякий похвалит , никто не осудит . Барыни дарили ее , та платочком , та сережками . Господа проезжие нарочно останавливались , будто бы пообедать , аль отужинать , а в самом деле только чтоб на нее подолее поглядеть . Бывало барин , какой бы сердитый ни был , при ней утихает и милостиво со мною разговаривает . Поверите ль , сударь : курьеры , фельдъегеря с нею по получасу заговаривались . Ею дом держался : что прибрать , что приготовить , за всем успевала . А я-то , старый дурак , не нагляжусь , бывало , не нарадуюсь ; уж я ли не любил моей Дуни , я ль не лелеял моего дитяти ; уж ей ли не было житье ? Да нет , от беды не отбожишь ся ; что суждено , тому не миновать » . Тут он стал подробно рассказывать мне свое горе . — Три года тому назад , однажды , в зимний вечер , когда смотритель разлиневывал новую книгу , а дочь его за перегородкой шила себе платье , тройка подъехала , и проезжий в черкесской шапке , в военной шинели , окутанный шалью , вошел в комнату , требуя лошадей . Лошади все были в разгоне .
нагайку ; но Дуня , привыкшая к таковым сценам , выбежала из-за перегородки и ласково обратилась к проезжему с вопросом : не угодно ли будет ему чего-нибудь покушать ? Появление Дуни произвело обыкновенное свое действие . Гнев проезжего прошел ; он согласился ждать лошадей и заказал себе ужин . Сняв мокрую , косматую шапку , отпутав шаль и сдернув шинель , проезжий явился молодым , стройным гусаром с черными усиками . Он расположился у смотрителя , начал весело разговаривать с ним и с его дочерью . Подали ужинать . Между тем лошади пришли , и смотритель приказал , чтоб тотчас , не кормя , запрягали их в кибитку проезжего ; но возвратясь , нашел он молодого человека почти без памяти лежащего на лавке : ему сделалось дурно , голова разболелась , невозможно было ехать ... Как быть ! смотритель уступил ему свою кровать , и положено было , если больному не будет легче , на другой день утром послать в С * * * за лекарем.На другой день гусару стало хуже . Человек его поехал верхом в город за лекарем . Дуня обвязала ему голову платком , намоченном уксусом , и села с своим шитьем у его кровати . Больной при смотрителе охал и не говорил почти ни слова , однако ж выпил две чашки кофе и охая заказал себе обед . Дуня от него не отходила . Он поминутно просил пить , и Дуня подносила ему кружку ею заготовленного лимонада . Больной обмакивал губы и всякий раз , возвращая кружку , в знак благодарности слабою своей рукою пожимал Дунюшкину руку . К обеду приехал лекарь . Он пощупал пульс больного , поговорил с ним по-немецки , и по-русски объявил , что ему нужно одно спокойствие и что дни через два ему можно будет отправиться в дорогу . Гусар вручил ему двадцать пять рублей за визит , пригласил его отобедать ; лекарь согласился ; оба ели с большим аппетитом , выпили бутылку вина и расстались очень довольны друг другом.Прошел еще день , и гусар совсем оправился . Он был чрезвычайно весел , без умолку шутил то с Дунею , то с смотрителем ; насвистывал песни , разговаривал с проезжими , вписывал их подорожные в почтовую книгу , и так полюбился доброму смотрителю , что на третье утро жаль было ему расстаться с любезным своим постояльцем . День был воскресный ; Дуня собиралась к обедне . Гусару подали кибитку . Он простился с смотрителем , щедро наградив его за постой и угощение ; простился и с Дунею и вызвался довезти ее до церкви , которая находилась на краю деревни . Дуня стояла в недоумении ... « Чего же ты боишься ? — сказал ей отец , — ведь его высокоблагородие не волк и тебя не съест : прокатись-ка до церкви » . Дуня села в кибитку подле гусара , слуга вскочил на облучок , ямщик свистнул , и лошади поскакали.Бедный смотритель не понимал , каким образом мог он сам позволить своей Дуне ехать вместе с гусаром , как нашло на него ослепление , и что тогда было с его разумом . Не прошло и получаса , как сердце его начало ныть , ныть , и беспокойство овладело им до такой степени , что он не утерпел и пошел сам к обедне . Подходя к церкви , увидел он ,
, но Дуни не было ни в ограде , ни на паперти . Он поспешно вошел в церковь : священник выходил из алтаря ; дьячок гасил свечи , две старушки молились еще в углу ; но Дуни в церкви не было . Бедный отец насилу решился спросить у дьячка , была ли она у обедни . Дьячок отвечал , что не бывала . Смотритель пошел домой ни жив ни мертв . Одна оставалась ему надежда : Дуня по ветрености молодых лет вздумала , может быть , прокатиться до следующей станции , где жила ее крестная мать . В мучительном волнении ожидал он возвращения тройки , на которой он отпустил ее . Ямщик не возвращался . Наконец к вечеру приехал он один и хмелен , с убийственным известием : « Дуня с той станции отправилась далее с гусаром » .Старик не снес своего несчастия ; он тут же слег в ту самую постель , где накануне лежал молодой обманщик . Теперь смотритель , соображая все обстоятельства , догадывался , что болезнь была притворная . Бедняк занемог сильной горячкою ; его свезли в С * * * и на его место определили на время другого . Тот же лекарь , который приезжал к гусару , лечил и его . Он уверил смотрителя , что молодой человек был совсем здоров и что тогда еще догадывался он о его злобном намерении , но молчал , опасаясь его нагайки . Правду ли говорил немец , или только желал похвастаться дальновидностию , но он нимало тем не утешил бедного больного . Едва оправясь от болезни , смотритель выпросил у С * * * почтмейстера отпуск на два месяца и , не сказав никому ни слова о своем намерении , пешком отправился за своею дочерью . Из подорожной знал он , что ротмистр Минский ехал из Смоленска в Петербург . Ямщик , который вез его , сказывал , что всю дорогу Дуня плакала , хотя , казалось , ехала по своей охоте . « Авось , — думал смотритель , — приведу я домой заблудшую овечку мою » . С этой мыслию прибыл он в Петербург , остановился в Измайловском полку , в доме отставного унтер-офицера , своего старого сослуживца , и начал свои поиски . Вскоре узнал он , что ротмистр Минский в Петербурге и живет в Демутовом трактире . Смотритель решился к нему явиться.Рано утром пришел он в его переднюю и просил доложить его высокоблагородию , что старый солдат просит с ним увидеться . Военный лакей , чистя сапог на колодке , объявил , что барин почивает и что прежде одиннадцати часов не принимает никого . Смотритель ушел и возвратился в назначенное время . Минский вышел сам к нему в халате , в красной скуфье . « Что , брат , тебе надобно ? » — спросил он его . Сердце старика закипело , слезы навернулись на глазах , и он дрожащим голосом произнес только : « Ваше высокоблагородие ! .. сделайте такую божескую милость ! .. » Минский взглянул на него быстро , вспыхнул , взял его за руку , повел в кабинет и запер за собою дверь . « Ваше высокоблагородие ! — продолжал старик , — что с возу упало , то пропало : отдайте мне по крайней мере бедную мою Дуню . Ведь вы натешились ею ; не погубите ж ее понапрасну » . — « Что сделано , того не воротишь , — сказал молодой человек в крайнем замешательстве ,
виноват перед тобою и рад просить у тебя прощения ; но не думай , чтоб я Дуню мог покинуть : она будет счастлива , даю тебе честное слово . Зачем тебе ее ? Она меня любит ; она отвыкла от прежнего своего состояния . Ни ты , ни она — вы не забудете того , что случилось » . Потом , сунув ему что-то за рукав , он отворил дверь , и смотритель , сам не помня как , очутился на улице.Долго стоял он неподвижно , наконец увидел за обшлагом своего рукава сверток бумаг ; он вынул их и развернул несколько пяти- и десятирублевых смятых ассигнаций . Слезы опять навернулись на глазах его , слезы негодования ! Он сжал бумажки в комок , бросил их наземь , притоптал каблуком и пошел ... Отошед несколько шагов , он остановился , подумал ... и воротился ... но ассигнаций уже не было . Хорошо одетый молодой человек , увидя его , подбежал к извозчику , сел поспешно и закричал : « Пошел ! .. » Смотритель за ним не погнался . Он решился отправиться домой на свою станцию , но прежде хотел хоть раз еще увидеть бедную свою Дуню . Для сего дни через два воротился он к Минскому ; но военный лакей сказал ему сурово , что барин никого не принимает , грудью вытеснил его из передней и хлопнул двери ему под нос . Смотритель постоял , постоял — да и пошел.В этот самый день , вечером , шел он по Литейной , отслужив молебен у Всех Скорбящих . Вдруг промчались перед ним щегольские дрожки , и смотритель узнал Минского . Дрожки остановились перед трехэтажным домом , у самого подъезда , и гусар вбежал на крыльцо . Счастливая мысль мелькнула в голове смотрителя . Он воротился и , поравнявшись с кучером : « Чья , брат , лошадь ? — спросил он , — не Минского ли ? » — « Точно так , — отвечал кучер , — а что тебе ? » — « Да вот что : барин твой приказал мне отнести к его Дуне записочку , а я и позабудь , где Дуня-то его живет » . — « Да вот здесь , во втором этаже . Опоздал ты , брат , с твоей запиской ; теперь уж он сам у нее » . — « Нужды нет , — возразил смотритель с неизъяснимым движением сердца , — спасибо , что надоумил , а я свое дело сделаю » . И с этим словом пошел он по лестнице.Двери были заперты ; он позвонил , прошло несколько секунд в тягостном для него ожидании . Ключ загремел , ему отворили . « Здесь стоит Авдотья Самсоновна ? » — спросил он . « Здесь , — отвечала молодая служанка , — зачем тебе ее надобно ? » Смотритель , не отвечая , вошел в залу . « Нельзя , нельзя ! — закричала вслед ему служанка , — у Авдотьи Самсоновны гости » . Но смотритель , не слушая , шел далее . Две первые комнаты были темны , в третьей был огонь . Он подошел к растворенной двери и остановился . В комнате , прекрасно убранной , Минский сидел в задумчивости . Дуня , одетая со всею роскошью моды , сидела на ручке его кресел , как наездница на своем английском седле . Она с нежностью смотрела на Минского , наматывая черные его кудри на свои сверкающие пальцы . Бедный смотритель ! Никогда дочь его не казалась ему столь прекрасною ; он поневоле ею любовался . « Кто там ? » — спросила она ,
. Он всё молчал . Не получая ответа , Дуня подняла голову ... и с криком упала на ковер . Испуганный Минский кинулся ее подымать и , вдруг увидя в дверях старого смотрителя , оставил Дуню и подошел к нему , дрожа от гнева . « Чего тебе надобно ? — сказал он ему , стиснув зубы , — что ты за мною всюду крадешься , как разбойник ? или хочешь меня зарезать ? Пошел вон ! » — и сильной рукою , схватив старика за ворот , вытолкнул его на лестницу.Старик пришел к себе на квартиру . Приятель его советовал ему жаловаться ; но смотритель подумал , махнул рукой и решился отступиться . Через два дни отправился он из Петербурга обратно на свою станцию и опять принялся за свою должность . « Вот уже третий год , — заключил он , — как живу я без Дуни и как об ней нет ни слуху ни духу . Жива ли , нет ли , бог ее ведает . Всяко случается . Не ее первую , не ее последнюю сманил проезжий повеса , а там подержал да и бросил . Много их в Петербурге , молоденьких дур , сегодня в атласе да бархате , а завтра , поглядишь , метут улицу вместе с голью кабацкою . Как подумаешь порою , что и Дуня , может быть , тут же пропадает , так поневоле согрешишь , да пожелаешь ей могилы ... » Таков был рассказ приятеля моего , старого смотрителя , рассказ , неоднократно прерываемый слезами , которые живописно отирал он своею полою , как усердный Терентьич в прекрасной балладе Дмитриева . Слезы сии отчасти возбуждаемы были пуншем , коего вытянул он пять стаканов в продолжении своего повествования ; но как бы то ни было , они сильно тронули мое сердце . С ним расставшись , долго не мог я забыть старого смотрителя , долго думал я о бедной Дуне ... Недавно еще , проезжая через местечко * * * , вспомнил я о моем приятеле ; я узнал , что станция , над которой он начальствовал , уже уничтожена . На вопрос мой : « Жив ли старый смотритель ? » — никто не мог дать мне удовлетворительного ответа . Я решился посетить знакомую сторону , взял вольных лошадей и пустился в село Н.Это случилось осенью . Серенькие тучи покрывали небо ; холодный ветер дул с пожатых полей , унося красные и желтые листья со встречных деревьев . Я приехал в село при закате солнца и остановился у почтового домика . В сени ( где некогда поцеловала меня бедная Дуня ) вышла толстая баба и на вопросы мои отвечала » что старый смотритель с год как помер , что в доме его поселился пивовар , а что она жена пивоварова . Мне стало жаль моей напрасной поездки и семи рублей , издержанных даром . « Отчего ж он умер ? » — спросил я пивоварову жену . « Спился , батюшка » , — отвечала она . « А где его похоронили ? » — « За околицей , подле покойной хозяйки его » . — « Нельзя ли довести меня до его могилы ? » — « Почему же нельзя . Эй , Ванька ! полно тебе с кошкою возиться . Проводи-ка барина на кладбище да укажи ему смотрителеву могилу » .При сих словах оборванный мальчик , рыжий и кривой , выбежал ко мне и тотчас повел меня за околицу.— Знал ты покойника ? — спросил я его дорогой.— Как не знать ! Он выучил меня дудочки вырезывать .
( царство ему небесное ! ) идет из кабака , а мы-то за ним : « Дедушка , дедушка ! орешков ! » — а он нас орешками и наделяет . Всё бывало с нами возится.— А проезжие вспоминают ли его ? — Да ноне мало проезжих ; разве заседатель завернет , да тому не до мертвых . Вот летом проезжала барыня , так та спрашивала о старом смотрителе и ходила к нему на могилу.— Какая барыня ? — спросил я с любопытством.— Прекрасная барыня , — отвечал мальчишка ; — ехала она в карете в шесть лошадей , с тремя маленькими барчатами и с кормилицей , и с черной моською ; и как ей сказали , что старый смотритель умер , так она заплакала и сказала детям : « Сидите смирно , а я схожу на кладбище » . А я было вызвался довести ее . А барыня сказала : « Я сама дорогу знаю » . И дала мне пятак серебром — такая добрая барыня ! .. Мы пришли на кладбище , голое место , ничем не огражденное , усеянное деревянными крестами , не осененными ни единым деревцом . Отроду не видал я такого печального кладбища.— Вот могила старого смотрителя , — сказал мне мальчик , вспрыгнув на груду песку , в которую врыт был черный крест с медным образом.— И барыня приходила сюда ? — спросил я.— Приходила , — отвечал Ванька , — я смотрел на нее издали . Она легла здесь и лежала долго . А там барыня пошла в село и призвала попа , дала ему денег и поехала , а мне дала пятак серебром — славная барыня ! И я дал мальчишке пятачок и не жалел уже ни о поездке , ни о семи рублях , мною истраченных.Во всех ты , Душенька , нарядах хороша.В одной из отдаленных наших губерний находилось имение Ивана Петровича Берестова . В молодости своей служил он в гвардии , вышел в отставку в начале 1797 года , уехал в свою деревню и с тех пор оттуда не выезжал . Он был женат на бедной дворянке , которая умерла в родах , в то время как он находился в отъезжем поле . Хозяйственные упражнения скоро его утешили . Он выстроил дом по собственному плану , завел у себя суконную фабрику , утроил доходы и стал почитать себя умнейшим человеком во всем околотке , в чем и не прекословили ему соседи , приезжавшие к нему гостить с своими семействами и собаками . В будни ходил он в плисовой куртке , по праздникам надевал сертук из сукна домашней работы ; сам записывал расход и ничего не читал , кроме « Сенатских Ведомостей » . Вообще его любили , хотя и почитали гордым . Не ладил с ним один Григорий Иванович Муромский , ближайший его сосед . Этот был настоящий русский барин . Промотав в Москве большую часть имения своего и на ту пору овдовев , уехал он в последнюю свою деревню , где продолжал проказничать , но уже в новом роде . Развел он английский сад , на который тратил почти все остальные доходы . Конюхи его были одеты английскими жокеями . У дочери его была мадам англичанка . Поля свои обрабатывал он по английской методе : Но на чужой манер хлеб русский не родится , и несмотря на значительное уменьшение расходов ,
не глупым , ибо первый из помещиков своей губернии догадался заложить имение в Опекунский совет : оборот , казавшийся в то время чрезвычайно сложным и смелым . Из людей , осуждавших его , Берестов отзывался строже всех . Ненависть к нововведениям была отличительная черта его характера . Он не мог равнодушно говорить об англомании своего соседа , и поминутно находил случай его критиковать . Показывал ли гостю свои владения , в ответ на похвалы его хозяйственным распоряжениям : « Да-с ! — говорил он с лукавой усмешкою , — у меня не то , что у соседа Григорья Ивановича . Куда нам по-английски разоряться ! Были бы мы по-русски хоть сыты » . Сии и подобные шутки , по усердию соседей , доводимы были до сведения Григорья Ивановича с дополнением и объяснениями . Англоман выносил критику столь же нетерпеливо , как и наши журналисты . Он бесился и прозвал своего зоила медведем и провинциалом.Таковы были сношения между сими двумя владельцами , как сын Берестова приехал к нему в деревню . Он был воспитан в * * * университете и намеревался вступить в военную службу , но отец на то не соглашался . К статской службе молодой человек чувствовал себя совершенно неспособным . Они друг другу не уступали , и молодой Алексей стал жить покамест барином , отпустив усы на всякий случай.Алексей был в самом деле молодец . Право было бы жаль , если бы его стройного стана никогда не стягивал военный мундир , и если бы он , вместо того , чтоб рисоваться на коне , провел свою молодость , согнувшись над канцелярскими бумагами . Смотря , как он на охоте скакал всегда первый , не разбирая дороги , соседи говорили согласно , что из него никогда не выйдет путного столоначальника . Барышни поглядывали на него , а иные и заглядывались ; но Алексей мало ими занимался , а они причиной его нечувствительности полагали любовную связь . В самом деле , ходил по рукам список с адреса одного из его писем : Акулине Петровне Курочкиной , в Москве , напротив Алексеевского монастыря , в доме медника Савельева , а вас покорнейше прошу доставить письмо сие А. Н. Р.Те из моих читателей , которые не живали в деревнях , не могут себе вообразить , что за прелесть эти уездные барышни ! Воспитанные на чистом воздухе , в тени своих садовых яблонь , они знание света и жизни почерпают из книжек . Уединение , свобода и чтение рано в них развивают чувства и страсти , неизвестные рассеянным нашим красавицам . Для барышни звон колокольчика есть уже приключение , поездка в ближний город полагается эпохою в жизни , и посещение гостя оставляет долгое , иногда и вечное воспоминание . Конечно всякому вольно смеяться над некоторыми их странностями , но шутки поверхностного наблюдателя не могут уничтожить их существенных достоинств , из коих главное : особенность характера , самобытность ( individualité 1 ) , без чего , по мнению Жан-Поля , не существует и человеческого величия . В столицах женщины получают , может быть ,
, как и головные уборы . Сие да будет сказано не в суд , и не в осуждение , однако ж Nota nostra manet 2 , как пишет один старинный комментатор.Легко вообразить , какое впечатление Алексей должен был произвести в кругу наших барышень . Он первый перед ними явился мрачным и разочарованным , первый говорил им об утраченных радостях и об увядшей своей юности ; сверх того носил он черное кольцо с изображением мертвой головы . Всё это было чрезвычайно ново в той губернии . Барышни сходили по нем с ума.Но всех более занята была им дочь англомана моего , Лиза ( или Бетси , как звал ее обыкновенно Григорий Иванович ) . Отцы друг ко другу не ездили , она Алексея еще не видала , между тем как все молодые соседки только об нем и говорили . Ей было семнадцать лет . Черные глаза оживляли ее смуглое и очень приятное лицо . Она была единственное и следственно балованное дитя , Ее резвость и поминутные проказы восхищали отца и приводили в отчаяние ее мадам мисс Жаксон , сорокалетнюю чопорную девицу , которая белилась и сурьмила себе брови , два раза в год перечитывала « Памелу » , получала за то две тысячи рублей и умирала со скуки в этой варварской России.За Лизою ходила Настя ; она была постарше , но столь же ветрена , как и ее барышня . Лиза очень любила ее , открывала ей все свои тайны , вместе с нею обдумывала свои затеи ; словом , Настя была в селе Прилучине лицом гораздо более значительным , нежели любая наперсница во французской трагедии.— Позвольте мне сегодня пойти в гости , — сказала однажды Настя , одевая барышню.— Изволь ; а куда ? — В Тугилово , к Берестовым . Поварова жена у них именинница и вчера приходила звать нас отобедать.— Вот ! — сказала Лиза , — господа в ссоре , а слуги друг друга угощают.— А нам какое дело до господ ! — возразила Настя , — к тому же я ваша , а не папенькина . Вы ведь не бранились еще с молодым Берестовым ; а старики пускай себе дерутся , коли им это весело.— Постарайся , Настя , увидеть Алексея Берестова , да расскажи мне хорошенько , каков он собою и что он за человек.Настя обещалась , а Лиза с нетерпением ожидала целый день ее возвращения . Вечером Настя явилась . « Ну , Лизавета Григорьевна , — сказала она , входя в комнату , — видела молодого Берестова ; нагляделась довольно ; целый день были вместе » .— Как это ? Расскажи , расскажи по порядку.— Извольте-с : пошли мы , я , Анисья Егоровна , Ненила , Дунька ... — Хорошо , знаю . Ну потом ? — Позвольте-с , расскажу всё по порядку . Вот пришли мы к самому обеду . Комната полна была народу . Были колбинские , захарьевские , приказчица с дочерьми , хлупинские ... — Ну ! а Берестов ? — Погодите-с . Вот мы сели за стол , приказчица на первом месте , я подле нее ... а дочери и надулись , да мне наплевать на них ... — Ах , Настя , как ты скучна с вечными своими подробностями ! — Да как же вы нетерпеливы ! Ну вот вышли мы из-за стола ... а сидели мы часа три , и обед был славный ; пирожное блан-манже синее , красное и полосатое ...
в горелки , а молодой барин тут и явился.— Ну что ж ? правда ли , что он так хорош собой ? — Удивительно хорош , красавец , можно сказать . Стройный , высокий , румянец во всю щеку ... — Право ? А я так думала , что у него лицо бледное . Что же ? Каков он тебе показался ? Печален , задумчив ? — Что вы ? Да этакого бешеного я и сроду не видывала . Вздумал он с нами в горелки бегать.— С вами в горелки бегать ! Невозможно ! — Очень возможно ! Да что еще выдумал ! Поймает , и ну целовать ! — Воля твоя , Настя , ты врешь.— Воля ваша , не вру . Я насилу от него отделалась . Целый день с нами так и провозился.— Да как же , говорят , он влюблен и ни на кого не смотрит ? — Не знаю-с , а на меня так уж слишком смотрел , да и на Таню , приказчикову дочь , тоже ; да и на Пашу колбинскую , да грех сказать , никого не обидел , такой баловник ! — Это удивительно ! А что в доме про него слышно ? — Барин , сказывают , прекрасный : такой добрый , такой веселый . Одно нехорошо : за девушками слишком любит гоняться . Да , по мне , это еще не беда : со временем остепенится.— Как бы мне хотелось его видеть ! — сказала Лиза со вздохом.— Да что же тут мудреного ? Тугилово от нас недалеко , всего три версты : подите гулять в ту сторону или поезжайте верхом ; ( вы верно встретите его . Он же всякой день , рано поутру , ходит с ружьем на охоту.— Да нет , нехорошо . Он может подумать , что я за ним гоняюсь . К тому же отцы наши в ссоре , так и мне всё же нельзя будет с ним познакомиться ... Ах , Настя ! Знаешь ли что ? Наряжусь я крестьянкою ! — И в самом деле ; наденьте толстую рубашку , сарафан , да и ступайте смело в Тугилово ; ручаюсь вам , что Берестов уж вас не прозевает.— А по-здешнему я говорить умею прекрасно . Ах , Настя , милая Настя ! Какая славная выдумка ! — И Лиза легла спать с намерением непременно исполнить веселое свое предположение.На другой же день приступила она к исполнению своего плана , послала купить на базаре толстого полотна , синей китайки и медных пуговок , с помощью Насти скроила себе рубашку и сарафан , засадила за шитье всю девичью , и к вечеру всё было готово . Лиза примерила обнову и призналась пред зеркалом , что никогда еще так мила самой себе не казалась . Она повторила свою роль , на ходу низко кланялась и несколько раз потом качала головою , наподобие глиняных котов , говорила на крестьянском наречии , смеялась , закрываясь рукавом , и заслужила полное одобрение Насти . Одно затрудняло ее : она попробовала было пройти по двору босая , но дерн колол ее нежные ноги , а песок и камушки показались ей нестерпимы . Настя и тут ей помогла : она сняла мерку с Лизиной ноги , сбегала в поле к Трофиму пастуху и заказала ему пару лаптей по той мерке . На другой день , ни свет ни заря , Лиза уже проснулась . Весь дом еще спал . Настя за воротами ожидала пастуха . Заиграл рожок , и деревенское стадо потянулось мимо барского двора . Трофим , проходя перед Настей , отдал ей маленькие пестрые лапти и получил от нее полтину в награждение .
нарядилась крестьянкою , шепотом дала Насте свои наставления касательно мисс Жаксон , вышла на заднее крыльцо и через огород побежала в поле.Заря сияла на востоке , и золотые ряды облаков , казалось , ожидали солнца , как царедворцы ожидают государя ; ясное небо , утренняя свежесть , роса , ветерок и пение птичек наполняли сердце Лизы младенческой веселостию ; боясь какой-нибудь знакомой встречи , она , казалось , не шла , а летела . Приближаясь к роще , стоящей на рубеже отцовского владения , Лиза пошла тише . Здесь она должна была ожидать Алексея . Сердце ее сильно билось , само не зная почему ; но боязнь , сопровождающая молодые наши проказы , составляет и главную их прелесть . Лиза вошла в сумрак рощи . Глухой , перекатный шум ее приветствовал девушку . Веселость ее притихла . Мало-помалу предалась она сладкой мечтательности . Она думала ... но можно ли с точностию определить , о чем думает семнадцатилетняя барышня , одна , в роще , в шестом часу весеннего утра ? Итак , она шла , задумавшись , по дороге , осененной с обеих сторон высокими деревьями , как вдруг прекрасная легавая собака залаяла на нее . Лиза испугалась и закричала . В то же время раздался голос : « Tout beau , Sbogar ici ... » 3 и молодой охотник показался из-за кустарника . « Небось , милая , — сказал он Лизе , — собака моя не кусается » . Лиза успела уже оправиться от испугу и умела тотчас воспользоваться обстоятельствами . « Да нет , барин , — сказала она , притворяясь полуиспуганной , полузастенчивой , — боюсь : она , вишь , такая злая ; опять кинется » . Алексей ( читатель уже узнал его ) между тем пристально глядел на молодую крестьянку . « Я провожу тебя , если ты боишься , — сказал он ей ; — ты мне позволишь идти подле себя ? » — « А кто те мешает ? — отвечала Лиза , — вольному воля , а дорога мирская » . — « Откуда ты ? » — « Из Прилучина ; я дочь Василья кузнеца , иду по грибы » ( Лиза несла кузовок на веревочке ) . « А ты , барин ? Тугиловский , что ли ? » — « Так точно , — отвечал Алексей , — я камердинер молодого барина » . Алексею хотелось уравнять их отношения . Но Лиза поглядела на него и засмеялась . « А лжешь , — сказала она , — не на дуру напал . Вижу , что ты сам барин » . — « Почему же ты так думаешь ? » — « Да по всему » . — « Однако ж ? » — « Да как же барина с слугой не распознать ? И одет-то не так , и баишь иначе , и собаку-то кличешь не по-нашему » . Лиза час от часу более нравилась Алексею . Привыкнув не церемониться с хорошенькими поселянками , он было хотел обнять ее ; но Лиза отпрыгнула от него и приняла вдруг на себя такой строгий и холодный вид , что хотя это и рассмешило Алексея , но удержало его от дальнейших покушений . « Если вы хотите , чтобы мы были вперед приятелями , — сказала она с важностию , — то не извольте забываться » . — « Кто тебя научил этой премудрости ? — спросил Алексей , расхохотавшись . — Уж не Настенька ли , моя знакомая , не девушка ли барышни вашей ? Вот какими путями распространяется просвещение !
, что вышла было из своей роли , и тотчас поправилась . « А что думаешь ? — сказала она , — разве я и на барском дворе никогда не бываю ? небось : всего наслышалась и нагляделась . Однако , — продолжала она , — болтая с тобою , грибов не наберешь . Иди-ка ты , барин , в сторону , а я в другую . Прощения просим ... » Лиза хотела удалиться , Алексей удержал ее за руку . « Как тебя зовут , душа моя ? » — « Акулиной , — отвечала Лиза , стараясь освободить свои пальцы от руки Алексеевой ; — да пусти ж , барин ; мне и домой пора » . — « Ну , мой друг Акулина , непременно буду в гости к твоему батюшке , к Василью кузнецу » — « Что ты ? — возразила с живостию Лиза , — ради Христа , не приходи . Коли дома узнают , что я с барином в роще болтала наедине , то мне беда будет ; отец мой , Василий кузнец , прибьет меня до смерти » . — « Да я непременно хочу с тобою опять видеться » . — « Ну я когда-нибудь опять сюда приду за грибами » . — « Когда же ? » — « Да хоть завтра » . — « Милая Акулина , расцеловал бы тебя , да не смею . Так завтра , в это время , не правда ли ? » — « Да , да » . — « И ты не обманешь меня ? » — « Не обману » . — « Побожись » . — « Ну вот те святая пятница , приду » .Молодые люди расстались . Лиза вышла из лесу , перебралась через поле , прокралась в сад и опрометью побежала в ферму , где Настя ожидала ее . Там она переоделась , рассеянно отвечая на вопросы нетерпеливой наперсницы , и явилась в гостиную . Стол был накрыт , завтрак готов , и мисс Жаксон , уже набеленная и затянутая в рюмочку , нарезывала тоненькие тартинки . Отец похвалил ее за раннюю прогулку . « Нет ничего здоровее , — сказал он , — как просыпаться на заре » . Тут он привел несколько примеров человеческого долголетия , почерпнутых из английских журналов , замечая , что все люди , жившие более ста лет , не употребляли водки и вставали на заре зимой и летом . Лиза его не слушала . Она в мыслях повторяла все обстоятельства утреннего свидания , весь разговор Акулины с молодым охотником , и совесть начинала ее мучить . Напрасно возражала она самой себе , что беседа их не выходила из границ благопристойности , что эта шалость не могла иметь никакого последствия , совесть ее роптала громче ее разума . Обещание , данное ею на завтрашний день , всего более беспокоило ее : она совсем было решилась не сдержать своей торжественной клятвы . Но Алексей , прождав ее напрасно , мог идти отыскивать в селе дочь Василья кузнеца , настоящую Акулину , толстую , рябую девку , и таким образом догадаться об ее легкомысленной проказе . Мысль эта ужаснула Лизу , и она решилась на другое утро опять явиться в рощу Акулиной.С своей стороны Алексей был в восхищении , целый день думал он о новой своей знакомке ; ночью образ смуглой красавицы и во сне преследовал его воображение . Заря едва занималась , как он уже был одет . Не дав себе времени зарядить ружье , вышел он в поле с верным своим Сбогаром и побежал к месту обещанного свидания .
он увидел меж кустарника мелькнувший синий сарафан и бросился навстречу милой Акулины . Она улыбнулась восторгу его благодарности ; но Алексей тотчас же заметил на ее лице следы уныния и беспокойства . Он хотел узнать тому причину . Лиза призналась , что поступок ее казался ей легкомысленным , что она в нем раскаивалась , что на сей раз не хотела она не сдержать данного слова , но что это свидание будет уже последним и что она просит его прекратить знакомство , которое ни к чему доброму не может их довести . Всё это , разумеется , было сказано на крестьянском наречии ; но мысли и чувства , необыкновенные в простой девушке , поразили Алексея . Он употребил всё свое красноречие , дабы отвратить Акулину от ее намерения ; уверял ее в невинности своих желаний , обещал никогда не подать ей повода к раскаянию , повиноваться ей во всем , заклинал ее не лишать его одной отрады : видаться с нею наедине , хотя бы через день , хотя бы дважды в неделю . Он говорил языком истинной страсти и в эту минуту был точно влюблен . Лиза слушала его молча . « Дай мне слово , — сказала она наконец , — что ты никогда не будешь искать меня в деревне или расспрашивать обо мне . Дай мне слово не искать других со мной свиданий , кроме тех , которые я сама назначу » . Алексей поклялся было ей святою пятницею , но она с улыбкой остановила его . « Мне не нужно клятвы , — сказала Лиза , — довольно одного твоего обещания » . После того они дружески разговаривали , гуляя вместе по лесу , до тех пор , пока Лиза сказала ему : пора . Они расстались , и Алексей , оставшись наедине , не мог понять , каким образом простая деревенская девочка в два свидания успела взять над ним истинную власть . Его сношения с Акулиной имели для него прелесть новизны , и хотя предписания странной крестьянки казались ему тягостными , но мысль не сдержать своего слова не пришла даже ему в голову . Дело в том , что Алексей , несмотря на роковое кольцо , на таинственную переписку и на мрачную разочарованность , был добрый и пылкий малый и имел сердце чистое , способное чувствовать наслаждения невинности.Если бы слушался я одной своей охоты , то непременно и во всей подробности стал бы описывать свидания молодых людей , возрастающую взаимную склонность и доверчивость , занятия , разговоры ; но знаю , что большая часть моих читателей не разделила бы со мною моего удовольствия . Эти подробности вообще должны казаться приторными , итак , я пропущу их , сказав вкратце , что не прошло еще и двух месяцев , а мой Алексей был уже влюблен без памяти , и Лиза была не равнодушнее , хотя и молчаливее его . Оба они были счастливы настоящим и мало думали о будущем.Мысль о неразрывных узах довольно часто мелькала в их уме , но никогда они о том друг с другом не говорили . Причина ясная : Алексей , как ни привязан был к милой своей Акулине , всё помнил расстояние , существующее между им и бедной крестьянкою ; а Лиза ведала , какая ненависть существовала между их отцами , и не смела надеяться на взаимное примирение .
самолюбие ее было втайне подстрекаемо темной , романическою надеждою увидеть наконец тугиловского помещика у ног дочери прилучинского кузнеца . Вдруг важное происшествие чуть было не переменило их взаимных отношений.В одно ясное , холодное утро ( из тех , какими богата наша русская осень ) Иван Петрович Берестов выехал прогуляться верхом , на всякий случай взяв с собою пары три борзых , стремянного и несколько дворовых мальчишек с трещотками . В то же самое время Григорий Иванович Муромский , соблазнясь хорошею погодою , велел оседлать куцую свою кобылку и рысью поехал около своих англизированных владений . Подъезжая к лесу , увидел он соседа своего , гордо сидящего верхом , в чекмене , подбитом лисьим мехом , и поджидающего зайца , которого мальчишки криком и трещотками выгоняли из кустарника . Если б Григорий Иванович мог предвидеть эту встречу , то конечно б он поворотил в сторону ; но он наехал на Берестова вовсе неожиданно и вдруг очутился от него в расстоянии пистолетного выстрела . Делать было нечего . Муромский , как образованный европеец , подъехал к своему противнику и учтиво его приветствовал . Берестов отвечал с таким же усердием , с каковым цепной медведь кланяется господам по приказанию своего вожатого . В сие время заяц выскочил из лесу и побежал полем . Берестов и стремянный закричали во всё горло , пустили собак и следом поскакали во весь опор . Лошадь Муромского , не бывавшая никогда на охоте , испугалась и понесла . Муромский , провозгласивший себя отличным наездником , дал ей волю и внутренно доволен был случаем , избавляющим его от неприятного собеседника . Но лошадь , доскакав до оврага , прежде ею не замеченного , вдруг кинулась в сторону , и Муромский не усидел . Упав довольно тяжело на мерзлую землю , лежал он , проклиная свою куцую кобылу , которая , как будто опомнясь , тотчас остановилась , как только почувствовала себя без седока . Иван Петрович подскакал к нему , осведомляясь , не ушибся ли он . Между тем стремянный привел виновную лошадь , держа ее под уздцы . Он помог Муромскому взобраться на седло , а Берестов пригласил его к себе . Муромский не мог отказаться , ибо чувствовал себя обязанным , и таким образом Берестов возвратился домой со славою , затравив зайца и ведя своего противника раненым и почти военнопленным.Соседи , завтракая , разговорились довольно дружелюбно . Муромский попросил у Берестова дрожек , ибо признался , что от ушибу не был он в состоянии доехать до дома верхом . Берестов проводил его до самого крыльца , а Муромский уехал не прежде , как взяв с него честное слово на другой же день ( и с Алексеем Ивановичем ) приехать отобедать по-приятельски в Прилучино . Таким образом вражда старинная и глубоко укоренившаяся , казалось , готова была прекратиться от пугливости куцой кобылки.Лиза выбежала навстречу Григорью Ивановичу . « Что это значит , папа ? — сказала она с удивлением , — отчего вы хромаете ? Где ваша лошадь ? Чьи это дрожки ? » — « Вот уж не угадаешь , my dear » 4 ,
Иванович и рассказал всё , что случилось . Лиза не верила своим ушам . Григорий Иванович , не дав ей опомниться , объявил , что завтра будут у него обедать оба Берестовы . « Что вы говорите ! — сказала она , побледнев . — Берестовы , отец и сын ! Завтра у нас обедать ! Нет , папа , как вам угодно : я ни за что не покажусь » . — « Что ты , с ума сошла ? — возразил отец , — давно ли ты стала так застенчива , или ты к ним питаешь наследственную ненависть , как романическая героиня ? Полно , не дурачься ... » — « Нет , папа , ни за что на свете , ни за какие сокровища не явлюсь я перед Берестовыми » . Григорий Иванович пожал плечами и более с нею не спорил , ибо знал , что противоречием с нее ничего не возьмешь , и пошел отдыхать от своей достопримечательной прогулки.Лизавета Григорьевна ушла в свою комнату и призвала Настю . Обе долго рассуждали о завтрашнем посещении . Что подумает Алексей , если узнает в благовоспитанной барышне свою Акулину ? Какое мнение будет он иметь о ее поведении и правилах , о ее благоразумии ? С другой стороны , Лизе очень хотелось видеть , какое впечатление произвело бы на него свидание столь неожиданное ... Вдруг мелькнула ей мысль . Она тотчас передала ее Насте ; обе обрадовались ей как находке и положили исполнить ее непременно.На другой день за завтраком Григорий Иванович спросил у дочки , всё ли намерена она спрятаться от Берестовых . « Папа , — отвечала Лиза , — я приму их , если это вам угодно , только с уговором : как бы я перед ними ни явилась , что б я ни сделала , вы бранить меня не будете и не дадите никакого знака удивления или неудовольствия » . — « Опять какие-нибудь проказы ! — сказал смеясь Григорий Иванович . — Ну , хорошо , хорошо ; согласен , делай , что хочешь , черноглазая моя шалунья » . С этим словом он поцеловал ее в лоб , и Лиза побежала приготовляться.В два часа ровно коляска домашней работы , запряженная шестью лошадьми , въехала на двор и покатилась около густозеленого дернового круга . Старый Берестов взошел на крыльцо с помощью двух ливрейных лакеев Муромского . Вслед за ним сын его приехал верхом и вместе с ним вошел в столовую , где стол был уже накрыт . Муромский принял своих соседей как нельзя ласковее , предложил им осмотреть перед обедом сад и зверинец и повел по дорожкам , тщательно выметенным и усыпанным песком . Старый Берестов внутренно жалел о потерянном труде и времени на столь бесполезные прихоти , но молчал из вежливости . Сын его не разделял ни неудовольствия расчетливого помещика , ни восхищения самолюбивого англомана ; он с нетерпением ожидал появления хозяйской дочери , о которой много наслышался , и хотя сердце его , как нам известно , было уже занято , но молодая красавица всегда имела право на его воображение.Возвратясь в гостиную , они уселись втроем : старики вспомнили прежнее время и анекдоты своей службы , а Алексей размышлял о том , какую роль играть ему в присутствии Лизы . Он решил ,
. Дверь отворилась , он повернул голову с таким равнодушием , с такою гордою небрежностию , что сердце самой закоренелой кокетки непременно должно было бы содрогнуться . К несчастию , вместо Лизы вошла старая мисс Жаксон , набеленная , затянутая , с потупленными глазами и с маленьким книксом , и прекрасное военное движение Алексеево пропало втуне . Не успел он снова собраться с силами , как дверь опять отворилась , и на сей раз вошла Лиза . Все встали ; отец начал было представление гостей , но вдруг остановился и поспешно закусил себе губы ... Лиза , его смуглая Лиза , набелена была по уши , насурьмлена пуще самой мисс Жаксон ; фальшивые локоны , гораздо светлее собственных ее волос , взбиты были , как парик Людовика XIV ; рукава à l'imbécile 5 торчали как фижмы у Madame de Pompadour 6 ; талия была перетянута , как буква икс , и все бриллианты ее матери , еще не заложенные в ломбарде , сияли на ее пальцах , шее и ушах . Алексей не мог узнать свою Акулину в этой смешной и блестящей барышне . Отец его подошел к ее ручке , и он с досадою ему последовал ; когда прикоснулся он к ее беленьким пальчикам , ему показалось , что они дрожали . Между тем он успел заметить ножку , с намерением выставленную и обутую со всевозможным кокетством . Это помирило его несколько с остальным ее нарядом . Что касается до белил и до сурьмы , то в простоте своего сердца , признаться , он их с первого взгляда не заметил , да и после не подозревал . Григорий Иванович вспомнил свое обещание и старался не показать и виду удивления ; но шалость его дочери казалась ему так забавна , что он едва мог удержаться . Не до смеху было чопорной англичанке . Она догадывалась , что сурьма и белила были похищены из ее комода , и багровый румянец досады пробивался сквозь искусственную белизну ее лица . Она бросала пламенные взгляды на молодую проказницу , которая , отлагая до другого времени всякие объяснения , притворялась , будто их не замечает.Сели за стол . Алексей продолжал играть роль рассеянного и задумчивого . Лиза жеманилась , говорила сквозь зубы , нараспев , и только по-французски . Отец поминутно засматривался на нее , не понимая ее цели , но находя всё это весьма забавным . Англичанка бесилась и молчала . Один Иван Петрович был как дома : ел за двоих , пил в свою меру , смеялся своему смеху и час от часу дружелюбнее разговаривал и хохотал . Наконец встали из-за стола ; гости уехали , и Григорий Иванович дал волю смеху и вопросам . « Что тебе вздумалось дурачить их ? — спросил он Лизу . — А знаешь ли что ? Белила право тебе пристали ; не вхожу в тайны дамского туалета , но на твоем месте я бы стал белиться ; разумеется , не слишком , а слегка » . Лиза была в восхищении от успеха своей выдумки . Она обняла отца , обещалась ему подумать о его совете и побежала умилостивлять раздраженную мисс Жаксон , которая насилу согласилась отпереть ей свою дверь и выслушать ее оправдания , Лизе было совестно показаться перед незнакомцами такой чернавкою ; она не смела просить ...
что добрая , милая мисс Жаксон простит ей ... и проч. , и проч . Мисс Жаксон , удостоверясь , что Лиза не думала поднять ее насмех , успокоилась , поцеловала Лизу и в залог примирения подарила ей баночку английских белил , которую Лиза и приняла с изъявлением искренней благодарности.Читатель догадается , что на другой день утром Лиза не замедлила явиться в роще свиданий . « Ты был , барин , вечор у наших господ ? — сказала она тотчас Алексею , — какова показалась тебе барышня ? » Алексей отвечал , что он ее не заметил . « Жаль » , — возразила Лиза . « А почему же ? » — спросил Алексей . « А потому , что я хотела бы спросить у тебя , правда ли , говорят ... » — « Что же говорят ? » — « Правда ли , говорят , будто бы я на барышню похожа ? » — « Какой вздор ! Она перед тобой урод уродом » . — « Ах , барин , грех тебе это говорить ; барышня наша такая беленькая , такая щеголиха ! Куда мне с нею равняться ! » Алексей божился ей , что она лучше всевозможных беленьких барышень , и , чтоб успокоить ее совсем , начал описывать ее госпожу такими смешными чертами , что Лиза хохотала от души , « Однако ж , — сказала она со вздохом , — хоть барышня , может , и смешна , всё же я перед нею дура безграмотная » . — « И ! — сказал Алексей , — есть о чем сокрушаться ! Да коли хочешь , я тотчас выучу тебя грамоте » . — « А взаправду , — сказала Лиза , — не попытаться ли и в самом деле ? » — « Изволь , милая ; начнем хоть сейчас » . Они сели . Алексей вынул из кармана карандаш и записную книжку , и Акулина выучилась азбуке удивительно скоро . Алексей не мог надивиться ее понятливости . На следующее утро она захотела попробовать и писать ; сначала карандаш не слушался ее , но через несколько минут она и вырисовывать буквы стала довольно порядочно . « Что за чудо ! — говорил Алексей . — Да у нас учение идет скорее , чем по ланкастерской системе » . В самом деле , на третьем уроке Акулина разбирала уже по окладам « Наталью , боярскую дочь » , прерывая чтение замечаниями , от которых Алексей истинно был в изумлении , и круглый лист измарала афоризмами , выбранными из той же повести.Прошла неделя , и между ними завелась переписка . Почтовая контора учреждена была в дупле старого дуба . Настя втайне исправляла должность почтальона . Туда приносил Алексей крупным почерком написанные письма и там же находил на синей простой бумаге каракульки своей любезной . Акулина видимо привыкала к лучшему складу речей , и ум ее приметно развивался и образовывался.Между тем недавнее знакомство между Иваном Петровичем Берестовым и Григорьем Ивановичем Муромским более и более укреплялось и вскоре превратилось в дружбу , вот по каким обстоятельствам : Муромский нередко думал о том , что по смерти Ивана Петровича всё его имение перейдет в руки Алексею Ивановичу ; что в таком случае Алексей Иванович будет один из самых богатых помещиков той губернии , и что нет ему никакой причины не жениться на Лизе . Старый же Берестов , с своей стороны ,