Daria/rus_authors huggingface dataset:
, я не обидел вас , Иван Иванович ! — Странно , что перепела до сих пор нейдут под дудочку.— Как вы себе хотите , думайте , что вам угодно , только я вас не обидел ничем.— Не знаю , отчего они нейдут , — говорил Иван Иванович , как бы не слушая Ивана Никифоровича . — Время ли не приспело еще , только время , кажется , такое , какое нужно.— Вы говорите , что жита хорошие ? — Восхитительные жита , восхитительные ! За сим последовало молчание.— Что это вы , Иван Никифорович , платье развешиваете ? — наконец сказал Иван Иванович.— Да , прекрасное , почти новое платье загноила проклятая баба . Теперь проветриваю ; сукно тонкое , превосходное , только вывороти — и можно снова носить.— Мне там понравилась одна вещица , Иван Никифорович.— Какая ? — Скажите , пожалуйста , на что вам это ружье , что выставлено выветривать вместе с платьем ? — Тут Иван Иванович поднес табаку . — Смею ли просить об одолжении ? — Ничего , одолжайтесь ! я понюхаю своего ! — При этом Иван Никифорович пощупал вокруг себя и достал рожок . — Вот глупая баба , так она и ружье туда же повесила ! Хороший табак жид делает в Сорочинцах . Я не знаю , что он кладет туда , а такое душистое ! На канупер немножко похоже . Вот возьмите , разжуйте немножко во рту . Не правда ли , похоже на канупер ? Возьмите , одолжайтесь ! — Скажите , пожалуйста , Иван Никифорович , я все насчет ружья : что вы будете с ним делать ? ведь оно вам не нужно.— Как не нужно ? а случится стрелять ? — Господь с вами , Иван Никифорович , когда же вы будете стрелять ? Разве по Втором Пришествии . Вы , сколько я знаю и другие запомнят , ни одной еще качки не убили , да и ваша натура не так уже Господом Богом устроена , чтоб стрелять . Вы имеете осанку и фигуру важную . Как же вам таскаться по болотам , когда ваше платье , которое не во всякой речи прилично назвать по имени , проветривается и теперь еще , что же тогда ? Нет , вам нужно иметь покой , отдохновение . ( Иван Иванович , как упомянуто выше , необыкновенно живописно говорил , когда нужно было убеждать кого . Как он говорил ! Боже , как он говорил ! ) Да , так вам нужны приличные поступки . Послушайте , отдайте его мне ! — Как можно ! это ружье дорогое . Таких ружьев теперь не сыщете нигде . Я , еще как собирался в милицию , купил его у турчина . А теперь бы то так вдруг и отдать его ? Как можно ? это вещь необходимая.— На что же она необходимая ? — Как на что ? А когда нападут на дом разбойники ... Еще бы не необходимая . Слава Тебе Господи ! теперь я спокоен и не боюсь никого . А отчего ? Оттого , что я знаю , что у меня стоит в коморе ружье.— Хорошее ружье ! Да у него , Иван Никифорович , замок испорчен.— Что ж , что испорчен ? Можно починить . Нужно только смазать конопляным маслом , чтоб не ржавел.— Из ваших слов , Иван Никифорович , я никак не вижу дружественного ко мне расположения . Вы ничего не хотите сделать для меня в знак приязни.— Как же это вы говорите , Иван Иванович , что я вам не оказываю никакой приязни ? Как вам не совестно !
на моей степи , и я ни разу не занимал их . Когда едете в Полтаву , всегда просите у меня повозки , и что ж ? разве я отказал когда ? Ребятишки ваши перелезают чрез плетень в мой двор и играют с моими собаками — я ничего не говорю : пусть себе играют , лишь бы ничего не трогали ! пусть себе играют ! — Когда не хотите подарить , так , пожалуй , поменяемся.— Что ж вы дадите мне за него ? — При этом Иван Никифорович облокотился на руку и поглядел на Ивана Ивановича.— Я вам дам за него бурую свинью , ту самую , что я откормил в сажу . Славная свинья ! Увидите , если на следующий год она не наведет вам поросят.— Я не знаю , как вы , Иван Иванович , можете это говорить . На что мне свинья ваша ? Разве черту поминки делать.— Опять ! без черта-таки нельзя обойтись ! Грех вам , ей-Богу , грех , Иван Никифорович ! — Как же вы , в самом деле , Иван Иванович , даете за ружье черт знает что такое : свинью ! — Отчего же она — черт знает что такое , Иван Никифорович ? — Как же , вы бы сами посудили хорошенько . Это-таки ружье , вещь известная ; а то — черт знает что такое : свинья ! Если бы не вы говорили , я бы мог это принять в обидную для себя сторону.— Что ж нехорошего заметили вы в свинье ? — За кого же , в самом деле , вы принимаете меня ? чтоб я свинью ... — Садитесь , садитесь ! не буду уже ... Пусть вам остается ваше ружье , пускай себе сгниет и перержавеет , стоя в углу в коморе , — не хочу больше говорить о нем.После этого последовало молчание.— Говорят , — начал Иван Иванович , — что три короля объявили войну царю нашему.— Да , говорил мне Петр Федорович . Что ж это за война ? и отчего она ? — Наверное не можно сказать , Иван Никифорович , за что она . Я полагаю , что короли хотят , чтобы мы все приняли турецкую веру.— Вишь , дурни , чего захотели ! — произнес Иван Никифорович , приподнявши голову.— Вот видите , а царь наш и объявил им за то войну . Нет , говорит , примите вы сами веру Христову ! — Что ж ? ведь наши побьют их , Иван Иванович ! — Побьют . Так не хотите , Иван Никифорович , менять ружьеца ? — Мне странно , Иван Иванович : вы , кажется , человек , известный ученостью , а говорите , как недоросль . Что бы я за дурак такой ... — Садитесь , садитесь . Бог с ним ! пусть оно себе околеет ; не буду больше говорить ! .. В это время принесли закуску.Иван Иванович выпил рюмку и закусил пирогом с сметаною.— Слушайте , Иван Никифорович . Я вам дам , кроме свиньи , еще два мешка овса , ведь овса вы не сеяли . Этот год все равно вам нужно будет покупать овес.— Ей-Богу , Иван Иванович , с вами говорить нужно , гороху наевшись . ( Это еще ничего , Иван Никифорович и не такие фразы отпускает . ) Где видано , чтобы кто ружье променял на два мешка овса ? Небось бекеши своей не поставите.— Но вы позабыли , Иван Никифорович , что я и свинью еще даю вам.— Как ! два мешка овса и свинью за ружье ? — Да что ж , разве мало ? — За ружье ? — Конечно , за ружье.— Два мешка за ружье ? — Два мешка не пустых , а с овсом ; а свинью позабыли ?
, а коли не хотите , так с чертом ! — О ! вас зацепи только ! Увидите : нашпигуют вам на том свете язык горячими иголками за такие богомерзкие слова . После разговору с вами нужно и лицо и руки умыть , и самому окуриться.— Позвольте , Иван Иванович ; ружье вещь благородная , самая любопытная забава , притом и украшение в комнате приятное ... — Вы , Иван Никифорович , разносились так с своим ружьем , как дурень с писаною торбою , — сказал Иван Иванович с досадою , потому что действительно начинал уже сердиться.— А вы , Иван Иванович , настоящий гусак.Если бы Иван Никифорович не сказал этого слова , то они бы поспорили между собою и разошлись , как всегда , приятелями ; но теперь произошло совсем другое . Иван Иванович весь вспыхнул.— Что вы такое сказали , Иван Никифорович ? — спросил он , возвысив голос.— Я сказал , что вы похожи на гусака , Иван Иванович.— Как же вы смели , сударь , позабыв и приличие и уважение к чину и фамилии человека , обесчестить таким поносным именем ? — Что ж тут поносного ? Да чего вы , в самом деле , так размахались руками , Иван Иванович ? — Я повторяю , как вы осмелились , в противность всех приличий , назвать меня гусаком ? — Начхать я вам на голову , Иван Иванович ! Что вы так раскудахтались ? Иван Иванович не мог более владеть собою : губы его дрожали ; рот изменил обыкновенное положение ижицы , а сделался похожим на О ; глазами он так мигал , что сделалось страшно . Это было у Ивана Ивановича чрезвычайно редко . Нужно было для этого его сильно рассердить.— Так я ж вам объявляю , — произнес Иван Иванович , — что я знать вас не хочу ! — Большая беда ! ей-Богу , не заплачу от этого ! — отвечал Иван Никифорович.Лгал , лгал , ей-Богу , лгал ! ему очень было досадно это.— Нога моя не будет у вас в доме.— Эге-ге ! — сказал Иван Никифорович , с досады не зная сам , что делать , и , против обыкновения , встав на ноги . — Эй , баба , хлопче ! — При сем показалась из-за дверей та самая тощая баба и небольшого роста мальчик , запутанный в длинный и широкий сюртук . — Возьмите Ивана Ивановича за руки да выведите его за двери ! — Как ! Дворянина ? — закричал с чувством достоинства и негодования Иван Иванович . — Осмельтесь только ! подступите ! Я вас уничтожу с глупым вашим паном ! Ворон не найдет места вашего ! ( Иван Иванович говорил необыкновенно сильно , когда душа его бывала потрясена . ) Вся группа представляла сильную картину : Иван Никифорович , стоявший посреди комнаты в полной красоте своей без всякого украшения ! Баба , разинувшая рот и выразившая на лице самую бессмысленную , исполненную страха мину ! Иван Иванович с поднятою вверх рукою , как изображались римские трибуны ! Это была необыкновенная минута ! спектакль великолепный ! И между тем только один был зрителем : это был мальчик в неизмеримом сюртуке , который стоял довольно покойно и чистил пальцем свой нос.Наконец Иван Иванович взял шапку свою.— Очень хорошо поступаете вы , Иван Никифорович ! прекрасно ! Я это припомню вам.— Ступайте , Иван Иванович ,
! да глядите , не попадайтесь мне : а не то я вам , Иван Иванович , всю морду побью ! — Вот вам за это , Иван Никифорович ! — отвечал Иван Иванович , выставив ему кукиш и хлопнув за собою дверью , которая с визгом захрипела и отворилась снова.Иван Никифорович показался в дверях и что-то хотел присовокупить , но Иван Иванович уже не оглядывался и летел со двора.Итак , два почтенные мужа , честь и украшение Миргорода , поссорились между собою ! и за что ? за вздор , за гусака . Не захотели видеть друг друга , прервали все связи , между тем как прежде были известны за самых неразлучных друзей ! Каждый день , бывало , Иван Иванович и Иван Никифорович посылают друг к другу узнать о здоровье и часто переговариваются друг с другом с своих балконов и говорят друг другу такие приятные речи , что сердцу любо слушать было . По воскресным дням , бывало , Иван Иванович в штаметовой бекеше , Иван Никифорович в нанковом желто-коричневом казакине отправляются почти об руку друг с другом в церковь . И если Иван Иванович , который имел глаза чрезвычайно зоркие , первый замечал лужу или какую-нибудь нечистоту посреди улицы , что бывает иногда в Миргороде , то всегда говорил Ивану Никифоровичу : « Берегитесь , не ступите сюда ногою , ибо здесь нехорошо » . Иван Никифорович , с своей стороны , показывал тоже самые трогательные знаки дружбы и , где бы ни стоял далеко , всегда протянет к Ивану Ивановичу руку с рожком , примолвивши : « Одолжайтесь ! » А какое прекрасное хозяйство у обоих ! .. И эти два друга ... Когда я услышал об этом , то меня как громом поразило ! Я долго не хотел верить : Боже праведный ! Иван Иванович поссорился с Иваном Никифоровичем ! Такие достойные люди ! Что ж теперь прочно на этом свете ? Когда Иван Иванович пришел к себе домой , то долго был в сильном волнении . Он , бывало , прежде всего зайдет в конюшню посмотреть , ест ли кобылка сено ( у Ивана Ивановича кобылка саврасая , с лысинкой на лбу ; хорошая очень лошадка ) ; потом покормит индеек и поросенков из своих рук и тогда уже идет в покои , где или делает деревянную посуду ( он очень искусно , не хуже токаря , умеет выделывать разные вещи из дерева ) , или читает книжку , печатанную у Любия Гария и Попова ( названия ее Иван Иванович не помнит , потому что девка уже очень давно оторвала верхнюю часть заглавного листка , забавляя дитя ) , или же отдыхает под навесом . Теперь же он не взялся ни за одно из всегдашних своих занятий . Но вместо того , встретивши Гапку , начал бранить , зачем она шатается без дела , между тем как она тащила крупу в кухню ; кинул палкой в петуха , который пришел к крыльцу за обыкновенной подачей ; и когда подбежал к нему запачканный мальчишка в изодранной рубашонке и закричал : « Тятя , тятя , дай пряника ! » — то он ему так страшно пригрозил и затопал ногами , что испуганный мальчишка забежал Бог знает куда.Наконец , однако ж , он одумался и начал заниматься всегдашними делами . Поздно стал он обедать и уже ввечеру почти лег отдыхать под навесом .
с голубями , который сварила Гапка , выгнал совершенно утреннее происшествие . Иван Иванович опять начал с удовольствием рассматривать свое хозяйство . Наконец остановил глаза на соседнем дворе и сказал сам себе : « Сегодня я не был у Ивана Никифоровича ; пойду-ка к нему » . Сказавши это , Иван Иванович взял палку и шапку и отправился на улицу ; но едва только вышел за ворота , как вспомнил ссору , плюнул и возвратился назад . Почти такое же движение случилось и на дворе Ивана Никифоровича . Иван Иванович видел , как баба уже поставила ногу на плетень с намерением перелезть в его двор , как вдруг послышался голос Ивана Никифоровича : « Назад ! назад ! не нужно ! » Однако ж Ивану Ивановичу сделалось очень скучно . Весьма могло быть , что сии достойные люди на другой же бы день помирились , если бы особенное происшествие в доме Ивана Никифоровича не уничтожило всякую надежду и не подлило масла в готовый погаснуть огонь вражды.К Ивану Никифоровичу ввечеру того же дня приехала Агафия Федосеевна . Агафия Федосеевна не была ни родственницей , ни свояченицей , ни даже кумой Ивану Никифоровичу . Казалось бы , совершенно ей незачем было к нему ездить , и он сам был не слишком ей рад ; однако ж она ездила и проживала у него по целым неделям , а иногда и более . Тогда она отбирала ключи и весь дом брала на свои руки . Это было очень неприятно Ивану Никифоровичу , однако ж он , к удивлению , слушал ее , как ребенок , и хотя иногда и пытался спорить , но всегда Агафия Федосеевна брала верх.Я , признаюсь , не понимаю , для чего это так устроено , что женщины хватают нас за нос так же ловко , как будто за ручку чайника ? Или руки их так созданы , или носы наши ни на что не годятся . И несмотря , что нос Ивана Никифоровича был несколько похож на сливу , однако ж она схватила его за этот нос и водила за собою , как собачку . Он даже изменял при ней , невольно , обыкновенный свой образ жизни : не так долго лежал на солнце , если же и лежал , то не в натуре , а всегда надевал рубашку и шаровары , хотя Агафия Федосеевна совершенно этого не требовала . Она была неохотница до церемоний , и , когда у Ивана Никифоровича была лихорадка , она сама своими руками вытирала его с ног до головы скипидаром и уксусом . Агафия Федосеевна носила на голове чепец , три бородавки на носу и кофейный капот с желтенькими цветами . Весь стан ее похож был на кадушку , и оттого отыскать ее талию было так же трудно , как увидеть без зеркала свой нос . Ножки ее были коротенькие , сформированные на образец двух подушек . Она сплетничала , и ела вареные бураки по утрам и отлично хорошо ругалась , — и при всех этих разнообразных занятиях лицо ее ни на минуту не изменяло своего выражения , что обыкновенно могут показывать одни только женщины.Как только она приехала , все пошло навыворот.— Ты , Иван Никифорович , не мирись с ним и не проси прощения : он тебя погубить хочет , это таковский человек ! Ты его еще не знаешь.Шушукала , шушукала проклятая баба и сделала то ,
не хотел об Иване Ивановиче.Все приняло другой вид : если соседняя собака затесалась когда на двор , то ее колотили чем ни попало ; ребятишки , перелазившие через забор , возвращались с воплем , с поднятыми вверх рубашонками и с знаками розг на спине . Даже самая баба , когда Иван Иванович хотел было ее спросить о чем-то , сделала такую непристойность , что Иван Иванович , как человек чрезвычайно деликатный , плюнул и примолвил только : « Экая скверная баба ! хуже своего пана ! » Наконец , к довершению всех оскорблений , ненавистный сосед выстроил прямо против него , где обыкновенно был перелаз чрез плетень , гусиный хлев , как будто с особенным намерением усугубить оскорбление . Этот отвратительный для Ивана Ивановича хлев выстроен был с дьявольской скоростью : в один день.Это возбудило в Иване Ивановиче злость и желание отомстить . Он не показал , однако ж , никакого вида огорчения , несмотря на то , что хлев даже захватил часть его земли ; но сердце у него так билось , что ему было чрезвычайно трудно сохранять это наружное спокойствие.Так провел он день . Настала ночь ... О , если б я был живописец , я бы чудно изобразил всю прелесть ночи ! Я бы изобразил , как спит весь Миргород ; как неподвижно глядят на него бесчисленные звезды ; как видимая тишина оглашается близким и далеким лаем собак ; как мимо их несется влюбленный пономарь и перелазит чрез плетень с рыцарскою бесстрашностию ; как белые стены домов , охваченные лунным светом , становятся белее , осеняющие их деревья темнее , тень от дерев ложится чернее , цветы и умолкнувшая трава душистее , и сверчки , неугомонные рыцари ночи , дружно со всех углов заводят свои трескучие песни . Я бы изобразил , как в одном из этих низеньких глиняных домиков разметавшейся на одинокой постеле чернобровой горожанке с дрожащими молодыми грудями снится гусарский ус и шпоры , а свет луны смеется на ее щеках . Я бы изобразил , как по белой дороге мелькает черная тень летучей мыши , садящейся на белые трубы домов ... Но вряд ли бы я мог изобразить Ивана Ивановича , вышедшего в эту ночь с пилою в руке . Столько на лице у него было написано разных чувств ! Тихо , тихо подкрался он и подлез под гусиный хлев . Собаки Ивана Никифоровича еще ничего не знали о ссоре между ними и потому позволили ему , как старому приятелю , подойти к хлеву , который весь держался на четырех дубовых столбах ; подлезши к ближнему столбу , приставил он к нему пилу и начал пилить . Шум , производимый пилою , заставлял его поминутно оглядываться , но мысль об обиде возвращала бодрость . Первый столб был подпилен ; Иван Иванович принялся за другой . Глаза его горели и ничего не видали от страха . Вдруг Иван Иванович вскрикнул и обомлел : ему показался мертвец ; но скоро он пришел в себя , увидевши , что это был гусь , просунувший к нему свою шею . Иван Иванович плюнул от негодования и начал продолжать работу . И второй столб подпилен : здание пошатнулось . Сердце у Ивана Ивановича начало так страшно биться , когда он принялся за третий ,
что он несколько раз прекращал работу ; уже более половины его было подпилено , как вдруг шаткое здание сильно покачнулось ... Иван Иванович едва успел отскочить , как оно рухнуло с треском . Схвативши пилу , в страшном испуге прибежал он домой и бросился на кровать , не имея даже духа поглядеть в окно на следствия своего страшного дела . Ему казалось , что весь двор Ивана Никифоровича собрался : старая баба , Иван Никифорович , мальчик в бесконечном сюртуке — все с дрекольями , предводительствуемые Агафией Федосеевной , шли разорять и ломать его дом.Весь следующий день провел Иван Иванович как в лихорадке . Ему все чудилось , что ненавистный сосед в отмщение за это , по крайней мере , подожжет дом его . И потому он дал повеление Гапке поминутно обсматривать везде , не подложено ли где-нибудь сухой соломы . Наконец , чтобы предупредить Ивана Никифоровича , он решился забежать зайцем вперед и подать на него прошение в миргородский поветовый суд . В чем оно состояло , об этом можно узнать из следующей главы.Чудный город Миргород ! Каких в нем нет строений ! И под соломенною , и под очеретяною , даже под деревянною крышею ; направо улица , налево улица , везде прекрасный плетень ; по нем вьется хмель , на нем висят горшки , из-за него подсолнечник выказывает свою солнцеобразную голову , краснеет мак , мелькают толстые тыквы ... Роскошь ! Плетень всегда убран предметами , которые делают его еще более живописным : или напяленною плахтою , или сорочкою , или шароварами . В Миргороде нет ни воровства , ни мошенничества , и потому каждый вешает , что ему вдумается . Если будете подходить к площади , то , верно , на время остановитесь полюбоваться видом : на ней находится лужа , удивительная лужа ! единственная , какую только вам удавалось когда видеть ! Она занимает почти всю площадь . Прекрасная лужа ! Домы и домики , которые издали можно принять за копны сена , обступивши вокруг , дивятся красоте ее.Но я тех мыслей , что нет лучше дома , как поветовый суд . Дубовый ли он или березовый , мне нет дела ; но в нем , милостивые государи , восемь окошек ! восемь окошек в ряд , прямо на площадь и на то водное пространство , о котором я уже говорил и которое городничий называет озером ! Один только он окрашен цветом гранита : прочие все домы в Миргороде просто выбелены . Крыша на нем вся деревянная , и была бы даже выкрашена красною краскою , если бы приготовленное для того масло канцелярские , приправивши луком , не съели , что было , как нарочно , во время поста , и крыша осталась некрашеною . На площадь выступает крыльцо , на котором часто бегают куры , оттого что на крыльце всегда почти рассыпаны крупы или что-нибудь съестное , что , впрочем , делается не нарочно , но единственно от неосторожности просителей . Он разделен на две половины : в одной присутствие , в другой арестантская . В той половине , где присутствие , находятся две комнаты чистые , выбеленные : одна — передняя для просителей ; в другой стол ,
. Четыре стула дубовые с высокими спинками ; возле стен сундуки , кованные железом , в которых сохранялись кипы поветовой ябеды . На одном из этих сундуков стоял тогда сапог , вычищенный ваксою . Присутствие началось еще с утра . Судья , довольно полный человек , хотя несколько тонее Ивана Никифоровича , с доброю миною , в замасленном халате , с трубкою и чашкою чаю , разговаривал с подсудком . У судьи губы находились под самым носом , и оттого нос его мог нюхать верхнюю губу , сколько душе угодно было . Эта губа служила ему вместо табакерки , потому что табак , адресуемый в нос , почти всегда сеялся на нее . Итак , судья разговаривал с подсудком . Босая девка держала в стороне поднос с чашками.В конце стола секретарь читал решение дела , но таким однообразным и унывным тоном , что сам подсудимый заснул бы , слушая . Судья , без сомнения , это бы сделал прежде всех , если бы не вошел в занимательный между тем разговор.— Я нарочно старался узнать , — говорил судья , прихлебывая чай уже с простывшей чашки , — каким образом это делается , что они поют хорошо . У меня был славный дрозд , года два тому назад . Что ж ? вдруг испортился совсем . Начал петь Бог знает что . Чем далее , хуже , хуже , стал картавить , хрипеть , — хоть выбрось ! А ведь самый вздор ! это вот отчего делается : под горлышком делается бобон , меньше горошинки . Этот бобончик нужно только проколоть иголкою . Меня научил этому Захар Прокофьевич , и именно , если хотите , я вам расскажу , каким это было образом : приезжаю я к нему ... — Прикажете , Демьян Демьянович , читать другое ? — прервал секретарь , уже несколько минут как окончивший чтение.— А вы уже прочитали ? Представьте , как скоро ! Я и не услышал ничего ! Да где ж оно ? дайте его сюда , я подпишу . Что там еще у вас ? — Дело козака Бокитька о краденой корове.— Хорошо , читайте ! Да , так приезжаю я к нему ... Я могу даже рассказать вам подробно , как он угостил меня . К водке был подан балык , единственный ! Да , не нашего балыка , которым , — при этом судья сделал языком и улыбнулся , причем нос понюхал свою всегдашнюю табакерку , — которым угощает наша бакалейная миргородская лавка . Селедки я не ел , потому что , как вы сами знаете , у меня от нее делается изжога под ложечкою . Но икры отведал ; прекрасная икра ! нечего сказать , отличная ! Потом выпил я водки персиковой , настоянной на золототысячник . Была и шафранная ; но шафранной , как вы сами знаете , я не употребляю . Оно , видите , очень хорошо : наперед , как говорят , раззадорить аппетит , а потом уже завершить ... А ! слыхом слыхать , видом видать ... — вскричал вдруг судья , увидев входящего Ивана Ивановича.— Бог в помощь ! желаю здравствовать ! — произнес Иван Иванович , поклонившись на все стороны , с свойственною ему одному приятностию . Боже мой , как он умел обворожить всех своим обращением ! Тонкости такой я нигде не видывал . Он знал очень хорошо сам свое достоинство и потому на всеобщее почтение смотрел , как на должное .
Ивановичу , нос его потянул с верхней губы весь табак , что всегда было у него знаком большого удовольствия.— Чем прикажете потчевать вас , Иван Иванович ? — спросил он . — Не прикажете ли чашку чаю ? — Нет , весьма благодарю , — отвечал Иван Иванович , поклонился и сел.— Сделайте милость , одну чашечку ! — повторил судья.— Нет , благодарю . Весьма доволен гостеприимством , — отвечал Иван Иванович , поклонился и сел.— Одну чашку , — повторил судья.— Нет , не беспокойтесь , Демьян Демьянович ! При этом Иван Иванович поклонился и сел.— Чашечку ? — Уж так и быть , разве чашечку ! — произнес Иван Иванович и протянул руку к подносу.Господи Боже ! какая бездна тонкости бывает у человека ! Нельзя рассказать , какое приятное впечатление производят такие поступки ! — Не прикажете ли еще чашечку ? — Покорно благодарствую , — отвечал Иван Иванович , ставя на поднос опрокинутую чашку и кланяясь.— Сделайте одолжение , Иван Иванович ! — Не могу . Весьма благодарен . — При этом Иван Иванович поклонился и сел.— Иван Иванович ! сделайте дружбу , одну чашечку ! — Нет , весьма обязан за угощение.Сказавши это , Иван Иванович поклонился и сел.— Только чашечку ! одну чашечку ! Иван Иванович протянул руку к подносу и взял чашку.Фу ты пропасть ! как может , как найдется человек поддержать свое достоинство ! — Я , Демьян Демьянович , — говорил Иван Иванович , допивая последний глоток , — я к вам имею необходимое дело : я подаю позов . — При этом Иван Иванович поставил чашку и вынул из кармана написанный гербовый лист бумаги . — Позов на врага своего , на заклятого врага.— На кого же это ? — На Ивана Никифоровича Довгочхуна.При этих словах судья чуть не упал со стула.— Что вы говорите ! — произнес он , всплеснув руками . — Иван Иванович ! вы ли это ? — Видите сами , что я.— Господь с вами и все святые ! Как ! вы , Иван Иванович , стали неприятелем Ивану Никифоровичу ? Ваши ли это уста говорят ? Повторите еще ! Да не спрятался ли у вас кто-нибудь сзади и говорит вместо вас ? .. — Что ж тут невероятного . Я не могу смотреть на него ; он нанес мне смертную обиду , оскорбил честь мою.— Пресвятая Троица ! как же мне теперь уверить матушку ! А она , старушка , каждый день , как только мы поссоримся с сестрою , говорит : « Вы , детки , живете между собою , как собаки . Хоть бы вы взяли пример с Ивана Ивановича и Ивана Никифоровича . Вот уж друзья так друзья ! то-то приятели ! то-то достойные люди ! » Вот тебе и приятели ! Расскажите , за что же это ? как ? — Это дело деликатное , Демьян Демьянович ! на словах его нельзя рассказать . Прикажите лучше прочитать просьбу . Вот , возьмите с этой стороны , здесь приличнее.— Прочитайте , Тарас Тихонович ! — сказал судья , оборотившись к секретарю.Тарас Тихонович взял просьбу и , высморкавшись таким образом , как сморкаются все секретари по поветовым судам , с помощию двух пальцев , начал читать : — « От дворянина Миргородского повета и помещика Ивана , Иванова сына , Перерепенка прошение ; а о чем ,
свету своими богопротивными , в омерзение приводящими и всякую меру превышающими законопреступными поступками , дворянин Иван , Никифоров сын , Довгочхун , сего 1810 года июля 7 дня учинил мне смертельную обиду , как персонально до чести моей относящуюся , так равномерно в уничижение и конфузию чина моего и фамилии . Оный дворянин , и сам притом гнусного вида , характер имеет бранчивый и преисполнен разного рода богохулениями и бранными словами ... » Тут чтец немного остановился , чтобы снова высморкаться , а судья с благоговением сложил руки и только говорил про себя : — Что за бойкое перо ! Господи Боже ! как пишет этот человек ! Иван Иванович просил читать далее , и Тарас Тихонович продолжал : — « Оный дворянин , Иван , Никифоров сын , Довгочхун , когда я пришел к нему с дружескими предложениями , назвал меня публично обидным и поносным для чести моей именем , а именно : гусаком , тогда как известно всему Миргородскому повету , что сим гнусным животным я никогда отнюдь не именовался и впредь именоваться не намерен . Доказательством же дворянского моего происхождения есть то , что в метрической книге , находящейся в церкви Трех Святителей , записан как день моего рождения , так равномерно и полученное мною крещение . Гусак же , как известно всем , кто сколько-нибудь сведущ в науках , не может быть записан в метрической книге , ибо гусак есть не человек , а птица , что уже всякому , даже не бывавшему в семинарии , достоверно известно . Но оный злокачественный дворянин , будучи обо всем это сведущ , не для чего иного , как чтобы нанесть смертельную для моего чина и звания обиду , обругал меня оным гнусным словом.2 ) Сей же самый неблагопристойный и неприличный дворянин посягнул притом на мою родовую , полученную мною после родителя моего , состоявшего в духовном звании , блаженной памяти Ивана , Онисиева сына , Перерепенка , собственность , тем , что , в противность всяким законам , перенес совершенно насупротив моего крыльца гусиный хлев , что делалось не с иным каким намерением , как чтоб усугубить нанесенную мне обиду , ибо оный хлев стоял до сего в изрядном месте и довольно еще был крепок . Но омерзительное намерение вышеупомянутого дворянина состояло единственно в том , чтобы учинить меня свидетелем непристойных пассажей : ибо известно , что всякий человек не пойдет в хлев , тем паче в гусиный , для приличного дела . При таком противузаконном действии две передние сохи захватили собственную мою землю , доставшуюся мне еще при жизни от родителя моего , блаженной памяти Ивана , Онисиева сына , Перерепенка , начинавшуюся от амбара и прямою линией до самого того места , где бабы моют горшки.3 ) Вышеизображенный дворянин , которого уже самое имя и фамилия внушает всякое омерзение , питает в душе злостное намерение поджечь меня в собственном доме . Несомненные чему признаки из нижеследующего явствуют : во-1-х , оный злокачественный дворянин начал выходить часто из своих покоев , чего прежде никогда ,
, не предпринимал ; во-2-х , в людской его , примыкающей о самый забор , ограждающий мою собственную , полученную мною от покойного родителя моего , блаженной памяти Ивана , Онисиева сына , Перерепенка , землю , ежедневно и в необычайной продолжительности горит свет , что уже явное есть к тому доказательство , ибо до сего , по скаредной его скупости , всегда не только сальная свеча , но даже каганец был потушаем.И потому прошу оного дворянина Ивана , Никифорова сына , Довгочхуна , яко повинного в зажигательстве , в оскорблении моего чина , имени и фамилии и в хищническом присвоении собственности , а паче всего в подлом и предосудительном присовокуплении к фамилии моей названия гусака , ко взысканию штрафа , удовлетворения проторей и убытков присудить и самого , яко нарушителя , в кандалы забить и , заковавши , в городскую тюрьму препроводить , и по сему моего прошению решение немедленно и неукоснительно учинить . — Писал и сочинял дворянин , миргородский помещик Иван , Иванов сын , Перерепенко » .По прочтении просьбы судья приблизился к Ивану Ивановичу , взял его за пуговицу и начал говорить ему почти таким образом : — Что это вы делаете , Иван Иванович ? Бога бойтесь ! бросьте просьбу , пусть она пропадает ! ( Сатана приснись ей ! ) Возьмитесь лучше с Иваном Никифоровичем за руки , да поцелуйтесь , да купите сантуринского , или никопольского , или хоть просто сделайте пуншику , да позовите меня ! Разопьем вместе и позабудем все ! — Нет , Демьян Демьянович ! не такое дело , — сказал Иван Иванович с важностию , которая так всегда шла к нему . — Не такое дело , чтобы можно было решить полюбовною сделкою . Прощайте ! Прощайте и вы , господа ! — продолжал он с тою же важностию , оборотившись ко всем . — Надеюсь , что моя просьба возымеет надлежащее действие . — И ушел , оставив в изумлении все присутствие.Судья сидел , не говоря ни слова ; секретарь нюхал табак ; канцелярские опрокинули разбитый черепок бутылки , употребляемый вместо чернильницы ; и сам судья в рассеянности разводил пальцем по столу чернильную лужу.— Что вы скажете на это , Дорофей Трофимович ? — сказал судья , после некоторого молчания обратившись к подсудку.— Ничего не скажу , — отвечал подсудок.— Экие дела делаются ! — продолжал судья.Не успел он этого сказать , как дверь затрещала и передняя половина Ивана Никифоровича высадилась в присутствие , остальная оставалась еще в передней . Появление Ивана Никифоровича , и еще в суд , так показалось необыкновенным , что судья вскрикнул ; секретарь прервал свое чтение . Один канцелярист , в фризовом подобии полуфрака , взял в губы перо ; другой проглотил муху . Даже отправлявший должность фельдъегеря и сторожа инвалид , который до того стоял у дверей , почесывая в своей грязной рубашке с нашивкою на плече , даже этот инвалид разинул рот и наступил кому-то на ногу.— Какими судьбами ! что и как ? Как здоровье ваше , Иван Никифорович ? Но Иван Никифорович был ни жив ни мертв ,
назад . Напрасно судья кричал в переднюю , чтобы кто-нибудь из находившихся там выпер сзади Ивана Никифоровича в присутственную залу . В передней находилась одна только старуха просительница , которая , несмотря на все усилия своих костистых рук , ничего не могла сделать . Тогда один из канцелярских , с толстыми губами , с широкими плечами , с толстым носом , глазами , глядевшими скоса и пьяна , с разодранными локтями , приближился к передней половине Ивана Никифоровича , сложил ему обе руки накрест , как ребенку , и мигнул старому инвалиду , который уперся своим коленом в брюхо Ивана Никифоровича , и , несмотря на жалобные стоны , вытиснут он был в переднюю . Тогда отодвинули задвижки и отворили вторую половинку дверей . Причем канцелярский и его помощник , инвалид , от дружных усилий дыханием уст своих распространили такой сильный запах , что комната присутствия превратилась было на время в питейный дом.— Не зашибли ли вас , Иван Никифорович ? Я скажу матушке , она пришлет вам настойки , которою потрите только поясницу и спину , и все пройдет.Но Иван Никифорович повалился на стул и , кроме продолжительных охов , ничего не мог сказать . Наконец слабым , едва слышным от усталости голосом произнес он : — Не угодно ли ? — и , вынувши из кармана рожок , прибавил : — Возьмите , одолжайтесь ! — Весьма рад , что вас вижу , — отвечал судья . — Но все не могу представить себе , что заставило вас предпринять труд и одолжить нас такою приятною нечаянностию.— С просьбою ... — мог только произнесть Иван Никифорович.— С просьбою ? с какою ? — С позвом ... — тут одышка произвела долгую паузу , — ох ! .. с позвом на мошенника ... Ивана Ивановича Перерепенка.— Господи ! и вы туда ! Такие редкие друзья ! Позов на такого добродетельного человека ! .. — Он сам сатана ! — произнес отрывисто Иван Никифорович.Судья перекрестился.— Возьмите просьбу , прочитайте.— Нечего делать , прочитайте , Тарас Тихонович , — сказал судья , обращаясь к секретарю с видом неудовольствия , причем нос его невольно понюхал верхнюю губу , что обыкновенно он делал прежде только от большого удовольствия . Такое самоуправство носа причинило судье еще более досады . Он вынул платок и смел с верхней губы весь табак , чтобы наказать дерзость его.Секретарь , сделавши обыкновенный свой приступ , который он всегда употреблял перед начатием чтения , то есть без помощи носового платка , начал обыкновенным своим голосом таким образом : — « Просит дворянин Миргородского повета Иван , Никифоров сын , Довгочхун , а о чем , тому следуют пункты:1 ) По ненавистной злобе своей и явному недоброжелательству , называющий себя дворянином , Иван , Иванов сын , Перерепенко всякие пакости , убытки и иные ехидненские и в ужас приводящие поступки мне чинит и вчерашнего дня пополудни , как разбойник и тать , с топорами , пилами , долотами и иными слесарными орудиями , забрался ночью в мой двор и в находящийся в оном мой же собственный хлев , собственноручно и поносным образом его изрубил . На что , с моей стороны ,
не подавал никакой причины к столь противозаконному и разбойническому поступку.2 ) Оный же дворянин Перерепенко имеет посягательство на самую жизнь мою и до 7-го числа прошлого месяца , содержа втайне сие намерение , пришел ко мне и начал дружеским и хитрым образом выпрашивать у меня ружье , находившееся в моей комнате , и предлагал мне за него , с свойственною ему скупостью , многие негодные вещи , как-то : свинью бурую и две мерки овса . Но , предугадывая тогда же преступное его намерение , я всячески старался от оного уклонить его ; но оный мошенник и подлец , Иван , Иванов сын , Перерепенко , выбранил меня мужицким образом и питает ко мне с того времени вражду непримиримую . Притом же оный , часто поминаемый , неистовый дворянин и разбойник , Иван , Иванов сын , Перерепенко , и происхождения весьма поносного : его сестра была известная всему свету потаскуха и ушла за егерскою ротою , стоявшею назад тому пять лет в Миргороде ; а мужа своего записала в крестьяне . Отец и мать его тоже были пребеззаконные люди , и оба были невообразимые пьяницы . Упоминаемый же дворянин и разбойник Перерепенко своими скотоподобными и порицания достойными поступками превзошел всю свою родню и под видом благочестия делает самые соблазнительные дела : постов не содержит , ибо накануне Филипповки сей богоотступник купил барана и на другой день велел зарезать своей беззаконной девке Гапке , оговариваясь , аки бы ему нужно было под тот час сало на каганцы и свечи.Посему прошу оного дворянина , яко разбойника , святотатца , мошенника , уличенного уже в воровстве и грабительстве , в кандалы заковать и в тюрьму , или государственный острог , препроводить , и там уже , по усмотрению , лиша чинов и дворянства , добре барбарами шмаровать и в Сибирь на каторгу по надобности заточить ; проторы , убытки велеть ему заплатить и по сему моему прошению решение учинить . — К сему прошению руку приложил дворянин Миргородского повета Иван , Никифоров сын , Довгочхун » .Как только секретарь кончил чтение , Иван Никифорович взялся за шапку и поклонился , с намерением уйти.— Куда же вы , Иван Никифорович ? — говорил ему вслед судья . — Посидите немного ! выпейте чаю ! Орышко ! что ты стоишь , глупая девка , и перемигиваешься с канцелярскими ? Ступай , принеси чаю ! Но Иван Никифорович , с испуга , что так далеко зашел от дому и выдержал такой опасный карантин , успел уже пролезть в дверь , проговорив : — Не беспокойтесь , я с удовольствием ... — и затворил ее за собою , оставив в изумлении все присутствие.Делать было нечего . Обе просьбы были приняты , и дело готовилось принять довольно важный интерес , как одно непредвиденное обстоятельство сообщило ему еще большую занимательность . Когда судья вышел из присутствия в сопровождении подсудка и секретаря , а канцелярские укладывали в мешок нанесенных просителями кур , яиц , краюх хлеба , пирогов , книшей и прочего дрязгу , в это время бурая свинья вбежала в комнату и схватила , к удивлению присутствовавших , не пирог или хлебную корку ,
прошение Ивана Никифоровича , которое лежало на конце стола , перевесившись листами вниз . Схвативши бумагу , бурая хавронья убежала так скоро , что ни один из приказных чиновников не мог догнать ее , несмотря на кидаемые линейки и чернильницы.Это чрезвычайное происшествие произвело страшную суматоху , потому что даже копия не была еще списана с нее . Судья , то есть его секретарь и подсудок , долго трактовали об таком неслыханном обстоятельстве ; наконец решено было на том , чтобы написать об этом отношение к городничему , так как следствие по этому делу более относилось к гражданской полиции . Отношение за № 389 послано было к нему того же дня , и по этому самому произошло довольно любопытное объяснение , о котором читатели могут узнать из следующей главы.Как только Иван Иванович управился в своем хозяйстве и вышел , по обыкновению , полежать под навесом , как , к несказанному удивлению своему , увидел что-то красневшее в калитке . Это был красный обшлаг городничего , который , равномерно как и воротник его , получил политуру и по краям превращался в лакированную кожу . Иван Иванович подумал про себя : « Недурно , что пришел Петр Федорович поговорить » , — но очень удивился , увидя , что городничий шел чрезвычайно скоро и размахивал руками , что случалось с ним , по обыкновению , весьма редко . На мундире у городничего посажено было восемь пуговиц , девятая как оторвалась во время процессии при освящении храма назад тому два года , так до сих пор десятские не могут отыскать , хотя городничий при ежедневных рапортах , которые отдают ему квартальные надзиратели , всегда спрашивает , нашлась ли пуговица . Эти восемь пуговиц были насажены у него таким образом , как бабы садят бобы ; одна направо , другая налево . Левая нога была у него прострелена в последней кампании , и потому он , прихрамывая , закидывал ею так далеко в сторону , что разрушал этим почти весь труд правой ноги . Чем быстрее действовал городничий своею пехотою , тем менее она подвигалась вперед . И потому , покамест дошел городничий к навесу , Иван Иванович имел довольно времени теряться в догадках , отчего городничий так скоро размахивал руками . Тем более это его занимало , что дело касалось необыкновенной важности , ибо при нем была даже новая шпага.— Здравствуйте , Петр Федорович ! — вскричал Иван Иванович , который , как уже сказано , был очень любопытен и никак не мог удержать своего нетерпения при виде , как городничий брал приступом крыльцо , но все еще не поднимал глаз своих вверх и ссорился с своею пехотою , которая никаким образом не могла с одного размаху взойти на ступеньку.— Доброго дня желаю любезному другу и благодетелю Ивану Ивановичу ! — отвечал городничий.— Милости прошу садиться . Вы , как я вижу , устали , потому что ваша раненая нога мешает ... — Моя нога ! — вскрикнул городничий , бросив на Ивана Ивановича один из тех взглядов , какие бросает великан на пигмея , ученый педант на танцевального учителя . При этом он вытянул свою ногу и топнул ею об пол .
, однако ж , ему дорого стоила , потому что весь корпус его покачнулся и нос клюнул перила ; но мудрый блюститель порядка , чтоб не подать никакого вида , тотчас оправился и полез в карман , как будто бы с тем , чтобы достать табакерку . — Я вам доложу о себе , любезнейший друг и благодетель Иван Иванович , что я делывал на веку своем не такие походы . Да , серьезно , делывал . Например , во время кампании тысяча восемьсот седьмого года ... Ах , я вам расскажу , каким манером я перелез через забор к одной хорошенькой немке . — При этом городничий зажмурил один глаз и сделал бесовски плутовскую улыбку.— Где же вы бывали сегодня ? — спросил Иван Иванович , желая прервать городничего и скорее навести его на причину посещения ; ему бы очень хотелось спросить , что такое намерен объявить городничий ; но тонкое познание света представляло ему всю неприличность такого вопроса , и Иван Иванович должен был скрепиться и ожидать разгадки , между тем как сердце его колотилось с необыкновенною силою.— А позвольте , я вам расскажу , где был я , — отвечал городничий . — Во-первых , доложу вам , что сегодня отличное время ... При последних словах Иван Иванович почти что не умер.— Но , позвольте , — продолжал городничий . — Я пришел сегодня к вам по одному весьма важному делу . — Тут лицо городничего и осанка приняли то же самое озабоченное положение , с которым брал он приступом крыльцо.Иван Иванович ожил и трепетал , как в лихорадке , не замедливши , по обыкновению своему , сделать вопрос : — Какое же оно важное ? разве оно важное ? — Вот извольте видеть : прежде всего осмелюсь доложить вам , любезный друг и благодетель Иван Иванович , что вы ... с моей стороны , я , извольте видеть , я ничего , но виды правительства , виды правительства этого требуют : вы нарушили порядок благочиния ! .. — Что это вы говорите , Петр Федорович ? Я ничего не понимаю.— Помилуйте , Иван Иванович ! Как вы ничего не понимаете ? Ваша собственная животина утащила очень важную казенную бумагу , и вы еще говорите после этого , что ничего не понимаете ! — Какая животина ? — С позволения сказать , ваша собственная бурая свинья.— А я чем виноват ? Зачем судейский сторож отворяет двери ! — Но , Иван Иванович , ваше собственное животное — стало быть , вы виноваты.— Покорно благодарю вас за то , что с свиньею меня равняете.— Вот уж этого я не говорил , Иван Иванович ! Ей-Богу , не говорил ! Извольте рассудить по чистой совести сами : вам , без всякого сомнения известно , что , согласно с видами начальства , запрещено в городе , тем же паче в главных градских улицах , прогуливаться нечистым животным . Согласитесь сами , что это дело запрещенное.— Бог знает что это вы говорите ! Большая важность , что свинья вышла на улицу ! — Позвольте вам доложить позвольте , позвольте , Иван Иванович , это совершенно невозможно . Что ж делать ? Начальство хочет — мы должны повиноваться . Не спорю , забегают иногда на улицу и даже на площадь куры и гуси ,
в прошлом году дал предписание не впускать на публичные площади . Которое предписание тогда же приказал прочитать изустно , в собрании , пред целым народом.— Нет , Петр Федорович , я здесь ничего не вижу , как только то , что вы всячески стараетесь обижать меня.— Вот этого-то не можете сказать , любезнейший друг и благодетель , чтобы я старался обижать . Вспомните сами : я не сказал вам ни одного слова прошлый год , когда вы выстроили крышу целым аршином выше установленной меры . Напротив , я показал вид , как будто совершенно этого не заметил . Верьте , любезнейший друг , что и теперь бы я совершенно , так сказать ... но мой долг , словом , обязанность требует смотреть за чистотою . Посудите сами , когда вдруг на главной улице ... — Уж хороши ваши главные улицы ! Туда всякая баба идет выбросить то , что ей не нужно.— Позвольте вам доложить , Иван Иванович , что вы сами обижаете меня ! Правда , это случается иногда , но по большей части только под забором , сараями или коморами ; но чтоб на главной улице , на площадь втесалась супоросная свинья , это такое дело ... — Что ж такое , Петр Федорович ! Ведь свинья творение Божие ! — Согласен ! Это всему свету известно , что вы человек ученый , знаете науки и прочие разные предметы . Конечно , я наукам не обучался никаким : скорописному письму я начал учиться на тридцатом году своей жизни . Ведь я , как вам известно , из рядовых.— Гм ! — сказал Иван Иванович.— Да , — продолжал городничий , — в тысяча восемьсот первом году я находился в сорок втором егерском полку в четвертой роте поручиком . Ротный командир у нас был , если изволите знать , капитан Еремеев . — При этом городничий запустил свои пальцы в табакерку , которую Иван Иванович держал открытою и переминал табак.Иван Иванович отвечал : — Гм ! — Но мой долг , — продолжал городничий , — есть повиноваться требованиям правительства . Знаете ли вы , Иван Иванович , что похитивший в суде казенную бумагу подвергается , наравне со всяким другим преступлением , уголовному суду ? — Так знаю , что , если хотите , и вас научу . Так говорится о людях , например если бы вы украли бумагу ; но свинья животное , творение Божие ! — Всё так , но закон говорит : « виновный в похищении ... » Прошу вас прислушаться внимательно : виновный ! Здесь не означается ни рода , ни пола , ни звания , — стало быть , и животное может быть виновно . Воля ваша , а животное прежде произнесения приговора к наказанию должно быть представлено в полицию как нарушитель порядка.— Нет , Петр Федорович ! — возразил хладнокровно Иван Иванович . — Этого-то не будет ! — Как вы хотите , только я должен следовать предписаниям начальства.— Что ж вы стращаете меня ? Верно , хотите прислать за нею безрукого солдата ? Я прикажу дворовой бабе его кочергой выпроводить . Ему последнюю руку переломят.— Я не смею с вами спорить . В таком случае , если вы не хотите представить ее в полицию , то пользуйтесь ею , как вам угодно : заколите , когда желаете , ее к Рождеству и наделайте из нее окороков ,