Daria/rus_authors huggingface dataset:
кнутом , тряхнул вожжами , и лошади его побежали крупной рысью.Тронутый преданностию старого кучера , Дубровский замолчал и предался снова размышлениям . Прошло более часа , вдруг Гришка пробудил его восклицанием : « Вот Покровское ! » Дубровский поднял голову . Он ехал берегом широкого озера , из которого вытекала речка и вдали извивалась между холмами ; на одном из них над густою зеленью рощи возвышалась зеленая кровля и бельведер огромного каменного дома , на другом пятиглавая церковь и старинная колокольня ; около разбросаны были деревенские избы с их огородами и колодезями . Дубровский знал сии места ; он вспомнил , что на сем самом холму играл он с маленькой Машей Троекуровой , которая была двумя годами моложе и тогда уже обещала быть красавицей . Он хотел об ней осведомиться у Антона , но какая-то застенчивость удержала его.Подъехав к господскому дому , он увидел белое платье , мелькающее между деревьями сада . В это время Антон ударил по лошадям и , повинуясь честолюбию , общему и деревенским кучерам , как и извозчикам , пустился во весь дух через мост и мимо села . Выехав из деревни , поднялись они на гору , и Владимир увидел березовую рощу и влево на открытом месте серенький домик с красной кровлею ; сердце в нем забилось ; перед собою видел он Кистеневку и бедный дом своего отца.Через десять минут въехал он на барский двор . Он смотрел вокруг себя с волнением неописанным . Двенадцать лет не видал он своей родины . Березки , которые при нем только что были посажены около забора , выросли и стали теперь высокими ветвистыми деревьями . Двор , некогда украшенный тремя правильными цветниками , меж коими шла широкая дорога , тщательно выметаемая , обращен был в некошеный луг , на котором паслась опутанная лошадь . Собаки было залаяли , но , узнав Антона , умолкли и замахали косматыми хвостами . Дворня высыпала из людских изоб и окружила молодого барина с шумными изъявлениями радости . Насилу мог он продраться сквозь их усердную толпу и взбежал на ветхое крыльцо ; в сенях встретила его Егоровна и с плачем обняла своего воспитанника . « Здорово , здорово , няня , — повторял он , прижимая к сердцу добрую старуху , — что батюшка , где он ? каков он ? » В эту минуту в залу вошел , насилу передвигая ноги , старик высокого роста , бледный и худой , в халате и колпаке.— Здравствуй , Володька ! — сказал он слабым голосом , и Владимир с жаром обнял отца своего . Радость произвела в больном слишком сильное потрясение , он ослабел , ноги под ним подкосились , и он бы упал , если бы сын не поддержал его.— Зачем ты встал с постели , — говорила ему Егоровна , — на ногах не стоишь , а туда же норовишь , куда и люди.Старика отнесли в спальню . Он силился с ним разговаривать , но мысли мешались в его голове , и слова не имели никакой связи . Он замолчал и впал в усыпление . Владимир поражен был его состоянием . Он расположился в его спальне и просил оставить его наедине с отцом . Домашние повиновались , и тогда все обратились к Грише и повели в людскую ,
и угостили его по-деревенскому , со всевозможным радушием , измучив его вопросами и приветствиями.Несколько дней спустя после своего приезда молодой Дубровский хотел заняться делами , но отец его был не в состоянии дать ему нужные объяснения — у Андрея Гавриловича не было поверенного . Разбирая его бумаги , нашел он только первое письмо заседателя и черновой ответ на оное ; из того не мог он получить ясное понятие о тяжбе и решился ожидать последствий , надеясь на правоту самого дела.Между тем здоровье Андрея Гавриловича час от часу становилось хуже . Владимир предвидел его скорое разрушение и не отходил от старика , впадшего в совершенное детство.Между тем положенный срок прошел , и апелляция не была подана . Кистеневка принадлежала Троекурову . Шабашкин явился к нему с поклонами и поздравлениями и просьбою назначить , когда угодно будет его высокопревосходительству вступить во владение новоприобретенным имением — самому или кому изволит он дать на то доверенность . Кирила Петрович смутился . От природы не был он корыстолюбив , желание мести завлекло его слишком далеко , совесть его роптала . Он знал , в каком состоянии находился его противник , старый товарищ его молодости , — и победа не радовала его сердце . Он грозно взглянул на Шабашкина , ища к чему привязаться , чтоб его выбранить , но не нашед достаточного к тому предлога , сказал ему сердито : « Пошел вон , не до тебя » .Шабашкин , видя , что он не в духе , поклонился и спешил удалиться . А Кирила Петрович , оставшись наедине , стал расхаживать взад и вперед , насвистывая : « Гром победы раздавайся » , что всегда означало в нем необыкновенное волнение мыслей.Наконец он велел запрячь себе беговые дрожки , оделся потеплее ( это было уже в конце сентября ) и , сам правя , выехал со двора.Вскоре завидел он домик Андрея Гавриловича , и противуположные чувства наполнили душу его . Удовлетворенное мщение и властолюбие заглушали до некоторой степени чувства более благородные , но последние наконец восторжествовали . Он решился помириться с старым своим соседом , уничтожить и следы ссоры , возвратив ему его достояние . Облегчив душу сим благим намерением , Кирила Петрович пустился рысью к усадьбе своего соседа — и въехал прямо на двор.В это время больной сидел в спальной у окна . Он узнал Кирила Петровича , и ужасное смятение изобразилось на лице его : багровый румянец заступил место обыкновенной бледности , глаза засверкали , он произносил невнятные звуки . Сын его , сидевший тут же за хозяйственными книгами , поднял голову и поражен был его состоянием . Больной указывал пальцем на двор с видом ужаса и гнева . Он торопливо подбирал полы своего халата , собираясь встать с кресел , приподнялся ... и вдруг упал . Сын бросился к нему , старик лежал без чувств и без дыхания — паралич его ударил . « Скорей , скорей в город за лекарем ! » — кричал Владимир . « Кирила Петрович спрашивает вас » , — сказал вошедший слуга . Владимир бросил на него ужасный взгляд.— Скажи Кирилу Петровичу ,
, пока я не велел его выгнать со двора ... пошел ! — Слуга радостно побежал исполнить приказание своего барина ; Егоровна всплеснула руками . « Батюшка ты наш , — сказала она пискливым голосом , — погубишь ты свою головушку ! Кирила Петрович съест нас » . — « Молчи , няня , — сказал с сердцем Владимир , — сейчас пошли Антона в город за лекарем » . Егоровна вышла.В передней никого не было , все люди сбежались на двор смотреть на Кирила Петровича . Она вышла на крыльцо — и услышала ответ слуги , доносящего от имени молодого барина . Кирила Петрович выслушал его сидя на дрожках . Лицо его стало мрачнее ночи , он с презрением улыбнулся , грозно взглянул на дворню и поехал шагом около двора . Он взглянул и в окошко , где за минуту перед сим сидел Андрей Гаврилович , но где уж его не было . Няня стояла на крыльце , забыв о приказании барина . Дворня с шумом толковала о сем происшествии . Вдруг Владимир явился между людьми и отрывисто сказал : « Не надобно лекаря , батюшка скончался » .Сделалось смятение . Люди бросились в комнату старого барина . Он лежал в креслах , на которые перенес его Владимир ; правая рука его висела до полу , голова опущена была на грудь — не было уж и признака жизни в сем теле , еще не охладелом , но уже обезображенном кончиною . Егоровна взвыла , слуги окружили труп , оставленный на их попечение , — вымыли его , одели в мундир , сшитый еще в 1797 году , и положили на тот самый стол , за которым столько лет они служили своему господину.Похороны совершились на третий день . Тело бедного старика лежало на столе , покрытое саваном и окруженное свечами . Столовая полна была дворовых . Готовились к выносу . Владимир и трое слуг подняли гроб . Священник пошел вперед , дьячок сопровождал его , воспевая погребальные молитвы . Хозяин Кистеневки в последний раз перешел за порог своего дома . Гроб понесли рощею . Церковь находилась за нею . День был ясный и холодный . Осенние листья падали с дерев.При выходе из рощи увидели кистеневскую деревянную церковь и кладбище , осененное старыми липами . Там покоилось тело Владимировой матери ; там подле могилы ее накануне вырыта была свежая яма.Церковь полна была кистеневскими крестьянами , пришедшими отдать последнее поклонение господину своему . Молодой Дубровский стал у клироса ; он не плакал и не молился — но лицо его было страшно . Печальный обряд кончился . Владимир первый пошел прощаться с телом , за ним и все дворовые — принесли крышку и заколотили гроб . Бабы громко выли ; мужики изредка утирали слезы кулаком . Владимир и тех же трое слуг понесли его на кладбище в сопровождении всей деревни . Гроб опустили в могилу , все присутствующие бросили в нее по горсти песку , яму засыпали , поклонились ей и разошлись . Владимир поспешно удалился , всех опередил и скрылся в Кистеневскую рощу.Егоровна от имени его пригласила попа и весь причет церковный на похоронный обед , объявив , что молодой барин не намерен на оном присутствовать , и таким образом отец Антон ,
отправились на барский двор , рассуждая с Егоровной о добродетелях покойника и о том , что , по-видимому , ожидало его наследника . ( Приезд Троекурова и прием , ему оказанный , были уже известны всему околотку , и тамошние политики предвещали важные оному последствия . ) — Что будет — то будет , — сказала попадья , — а жаль , если не Владимир Андреевич будет нашим господином . Молодец , нечего сказать.— А кому же как не ему и быть у нас господином , — прервала Егоровна . — Напрасно Кирила Петрович и горячится . Не на робкого напал : мой соколик и сам за себя постоит , да и , бог даст , благодетели его не оставят . Больно спесив Кирила Петрович ! а небось поджал хвост , когда Гришка мой закричал ему : « Вон , старый пес ! долой со двора ! » — Ахти , Егоровна , — сказал дьячок , — да как у Григорья-то язык повернулся ; я скорее соглашусь , кажется , лаять на владыку , чем косо взглянуть на Кирила Петровича . Как увидишь его , страх и трепет и краплет пот , а спина-то сама так и гнется , так и гнется ... — Суета сует , — сказал священник , — и Кирилу Петровичу отпоют вечную память , всё как ныне и Андрею Гавриловичу , разве похороны будут побогаче да гостей созовут побольше , а богу не все ли равно ! — Ах , батька ! и мы хотели зазвать весь околоток , да Владимир Андреевич не захотел . Небось у нас всего довольно , есть чем угостить , да что прикажешь делать . По крайней мере , коли нет людей , так уж хоть вас употчую , дорогие гости наши.Сие ласковое обещание и надежда найти лакомый пирог ускорили шаги собеседников , и они благополучно прибыли в барский дом , где стол был уже накрыт и водка подана.Между тем Владимир углублялся в чащу дерев , движением и усталостию стараясь заглушать душевную скорбь . Он шел не разбирая дороги ; сучья поминутно задевали и царапали его , нога его поминутно вязла в болоте , — он ничего не замечал . Наконец достигнул он маленькой лощины , со всех сторон окруженной лесом ; ручеек извивался молча около деревьев , полуобнаженных осенью . Владимир остановился , сел на холодный дерн , и мысли одна другой мрачнее стеснились в душе его ... Сильно чувствовал он свое одиночество . Будущее для него являлось покрытым грозными тучами . Вражда с Троекуровым предвещала ему новые несчастия . Бедное его достояние могло отойти от него в чужие руки — в таком случае нищета ожидала его . Долго сидел он неподвижно на том же месте , взирая на тихое течение ручья , уносящего несколько поблеклых листьев и живо представляющего ему верное подобие жизни — подобие столь обыкновенное . Наконец заметил он , что начало смеркаться ; он встал и пошел искать дороги домой , но еще долго блуждал по незнакомому лесу , пока не попал на тропинку , которая и привела его прямо к воротам его дома.Навстречу Дубровскому попался поп со всем причетом . Мысль о несчастливом предзнаменовании пришла ему в голову . Он невольно пошел стороною и скрылся за деревом . Они его не заметили и с жаром говорили между собою , проходя мимо его.— Удались от зла и сотвори благо ,
— говорил поп попадье , — нечего нам здесь оставаться . Не твоя беда , чем бы дело ни кончилось . — Попадья что-то отвечала , но Владимир не мог ее расслышать.Приближаясь , увидел он множество народа — крестьяне и дворовые люди толпились на барском дворе . Издали услышал Владимир необыкновенный шум и говор . У сарая стояли две тройки . На крыльце несколько незнакомых людей в мундирных сертуках , казалось , о чем-то толковали.— Что это значит ? — спросил он сердито у Антона , который бежал ему навстречу . — Это кто такие , и что им надобно ? — Ах , батюшка Владимир Андреевич , — отвечал старик задыхаясь . — Суд приехал . Отдают нас Троекурову , отымают нас от твоей милости ! .. Владимир потупил голову , люди его окружили несчастного своего господина . « Отец ты наш , — кричали они , целуя ему руки , — не хотим другого барина , кроме тебя , прикажи , осударь , с судом мы управимся . Умрем , а не выдадим » . Владимир смотрел на них , и странные чувства волновали его . « Стойте смирно , — сказал он им , — а я с приказными переговорю » . — « Переговори , батюшка , — закричали ему из толпы , — да усовести окаянных » .Владимир подошел к чиновникам . Шабашкин , с картузом на голове , стоял подбочась и гордо взирал около себя . Исправник , высокий и толстый мужчина лет пятидесяти с красным лицом и в усах , увидя приближающегося Дубровского , крякнул и произнес охриплым голосом : « Итак , я вам повторяю то , что уже сказал : по решению уездного суда отныне принадлежите вы Кирилу Петровичу Троекурову , коего лицо представляет здесь господин Шабашкин . Слушайтесь его во всем , что ни прикажет , а вы , бабы , любите и почитайте его , а он до вас большой охотник » . При сей острой шутке исправник захохотал , а Шабашкин и прочие члены ему последовали . Владимир кипел от негодования . « Позвольте узнать , что это значит » , — спросил он с притворным холоднокровием у веселого исправника . « А это то значит , — отвечал замысловатый чиновник , — что мы приехали вводить во владение сего Кирила Петровича Троекурова и просить иных прочих убираться подобру-поздорову » . — « Но вы могли бы , кажется , отнестися ко мне , прежде чем к моим крестьянам , и объявить помещику отрешение от власти ... » — « А ты кто такой , — сказал Шабашкин с дерзким взором . — Бывший помещик Андрей Гаврилов сын Дубровский волею божиею помре , мы вас не знаем , да и знать не хотим » .— Владимир Андреевич наш молодой барин , — сказал голос из толпы.— Кто там смел рот разинуть , — сказал грозно исправник , — какой барин , какой Владимир Андреевич ? барин ваш Кирила Петрович Троекуров — слышите ли , олухи.— Как не так , — сказал тот же голос.— Да это бунт ! — кричал исправник . — Гей , староста , сюда ! Староста выступил вперед.— Отыщи сей же час , кто смел со мною разговаривать , я его ! Староста обратился к толпе , спрашивая , кто говорил ? но все молчали ; вскоре в задних рядах поднялся ропот , стал усиливаться и в одну минуту превратился в ужаснейшие вопли .
их уговаривать . « Да что на него смотреть , — закричали дворовые , — ребята ! долой их ! » — и вся толпа двинулась . Шабашкин и другие члены поспешно бросились в сени и заперли за собою дверь. « Ребята , вязать » , — закричал тот же голос , — и толпа стала напирать ... « Стойте , — крикнул Дубровский . — Дураки ! что вы это ? вы губите и себя и меня . Ступайте по дворам и оставьте меня в покое . Не бойтесь , государь милостив , я буду просить его . Он нас не обидит . Мы все его дети . А как ему за вас будет заступиться , если вы станете бунтовать и разбойничать » .Речь молодого Дубровского , его звучный голос и величественный вид произвели желаемое действие . Народ утих , разошелся — двор опустел . Члены сидели в сенях . Наконец Шабашкин тихонько отпер двери , вышел на крыльцо и с униженными поклонами стал благодарить Дубровского за его милостивое заступление . Владимир слушал его с презрением и ничего не отвечал . « Мы решили , — продолжал заседатель , — с вашего дозволения остаться здесь ночевать ; а то уж темно , и ваши мужики могут напасть на нас на дороге . Сделайте такую милость : прикажите постлать нам хоть сена в гостиной ; чем свет , мы отправимся восвояси » .— Делайте что хотите , — отвечал им сухо Дубровский , — я здесь уже не хозяин . — С этим словом он удалился в комнату отца своего и запер за собою дверь. « Итак , все кончено , — сказал он сам себе , — еще утром имел я угол и кусок хлеба . Завтра должен я буду оставить дом , где я родился и где умер мой отец , виновнику его смерти и моей нищеты » . И глаза его неподвижно остановились на портрете его матери . Живописец представил ее облокоченною на перилы в белом утреннем платье с алой розою в волосах . « И портрет этот достанется врагу моего семейства , — подумал Владимир , — он заброшен будет в кладовую вместе с изломанными стульями или повешен в передней , предметом насмешек и замечаний его псарей , а в ее спальной , в комнате ... где умер отец , поселится его приказчик или поместится его гарем . Нет ! нет ! пускай же и ему не достанется печальный дом , из которого он выгоняет меня » . Владимир стиснул зубы , страшные мысли рождались в уме его . Голоса подьячих доходили до него , они хозяйничали , требовали то того , то другого и неприятно развлекали его среди печальных его размышлений . Наконец все утихло.Владимир отпер комоды и ящики , занялся разбором бумаг покойного . Они большею частию состояли из хозяйственных счетов и переписки по разным делам . Владимир разорвал их , не читая . Между ими попался ему пакет с надписью : письма моей жены . С сильным движением чувства Владимир принялся за них : они писаны были во время Турецкого похода и были адресованы в армию из Кистеневки . Она описывала ему свою пустынную жизнь , хозяйственные занятия , с нежностию сетовала на разлуку и призывала его домой ,
счастливую и блестящую будущность . Владимир зачитался и позабыл все на свете , погрузясь душою в мир семейственного счастия , и не заметил , как прошло время , стенные часы пробили одиннадцать . Владимир положил письма в карман , взял свечу и вышел из кабинета . В зале приказные спали на полу . На столе стояли стаканы , ими опорожненные , и сильный дух рома слышался по всей комнате . Владимир с отвращением прошел мимо их в переднюю — двери были заперты . Не нашед ключа , Владимир возвратился в залу , — ключ лежал на столе , Владимир отворил дверь и наткнулся на человека , прижавшегося в угол — топор блестел у него , и , обратясь к нему со свечою , Владимир узнал Архипа-кузнеца . « Зачем ты здесь ? » — спросил он . « Ах , Владимир Андреевич , это вы , — отвечал Архип пошепту , — господь помилуй и спаси ! хорошо , что вы шли со свечою ! » Владимир глядел на него с изумлением . « Что ты здесь притаился ? » — спросил он кузнеца.— Я хотел ... я пришел ... было проведать , все ли дома , — тихо отвечал Архип запинаясь.— А зачем с тобою топор ? — Топор-то зачем ? Да как же без топора нонече и ходить . Эти приказные такие , вишь , озорники — того и гляди ... — Ты пьян , брось топор , поди выспись.— Я пьян ? Батюшка Владимир Андреевич , бог свидетель , ни единой капли во рту не было ... да и пойдет ли вино на ум , слыхано ли дело , — подьячие задумали нами владеть , подьячие гонят наших господ с барского двора ... Эк они храпят , окаянные ; всех бы разом , так и концы в воду.Дубровский нахмурился . « Послушай , Архип , — сказал он , немного помолчав , — не дело ты затеял . Не приказные виноваты . Засвети-ка фонарь ты , ступай за мною » .Архип взял свечку из рук барина , отыскал за печкою фонарь , засветил его , и оба тихо сошли с крыльца и пошли около двора . Сторож начал бить в чугунную доску , собаки залаяли . « Кто сторожа ? » — спросил Дубровский . « Мы , батюшка , — отвечал тонкий голос , — Василиса да Лукерья » . — « Подите по дворам , — сказал им Дубровский , — вас не нужно » . — « Шабаш » , — промолвил Архип . « Спасибо , кормилец » , — отвечали бабы и тотчас отправились домой.Дубровский пошел далее . Два человека приблизились к нему ; они его окликали . Дубровский узнал голос Антона и Гриши . « Зачем вы не спите ? » — спросил он их . « До сна ли нам , — отвечал Антон . — До чего мы дожили , кто бы подумал ... » — Тише ! — перервал Дубровский , — где Егоровна ? — В барском доме в своей светелке , — отвечал Гриша.— Поди , приведи ее сюда да выведи из дому всех наших людей , чтоб ни одной души в нем не оставалось кроме приказных , а ты , Антон , запряги телегу.Гриша ушел и через минуту явился с своею матерью . Старуха не раздевалась в эту ночь ; кроме приказных , никто в доме не смыкал глаза.— Все ли здесь ? — спросил Дубровский , — не осталось ли никого в доме ? — Никого , кроме подьячих , — отвечал Гриша.— Давайте сюда сена или соломы , — сказал Дубровский.Люди побежали в конюшню и возвратились , неся в охапках сено.— Подложите под крыльцо .
. Ну , ребята , огню ! Архип открыл фонарь , Дубровский зажег лучину.— Постой , — сказал он Архипу , — кажется , второпях я запер двери в переднюю , поди скорей отопри их.Архип побежал в сени — двери были отперты . Архип запер их на ключ , примолвя вполголоса : « Как не так , отопри ! » — и возвратился к Дубровскому.Дубровский приблизил лучину , сено вспыхнуло , пламя взвилось и осветило весь двор.— Ахти , — жалобно закричала Егоровна , — Владимир Андреевич , что ты делаешь ? — Молчи , — сказал Дубровский . — Ну , дети , прощайте , иду куда бог поведет ; будьте счастливы с новым вашим господином.— Отец наш , кормилец , — отвечали люди , — умрем , не оставим тебя , идем с тобою.Лошади были поданы ; Дубровский сел с Гришею в телегу и назначил им местом свидания Кистеневскую рощу . Антон ударил по лошадям , и они выехали со двора.Поднялся ветер . В одну минуту пламя обхватило весь дом . Красный дым вился над кровлею . Стекла трещали , сыпались , пылающие бревна стали падать , раздался жалобный вопль и крики : « Горим , помогите , помогите » . — « Как не так » , — сказал Архип , с злобной улыбкой взирающий на пожар . « Архипушка , — говорила ему Егоровна , — спаси их , окаянных , бог тебя наградит » .— Как не так , — отвечал кузнец.В сию минуту приказные показались в окно , стараясь выломать двойные рамы . Но тут кровля с треском рухнула , и вопли утихли.Вскоре вся дворня высыпала на двор . Бабы с криком спешили спасти свою рухлядь , ребятишки прыгали , любуясь на пожар . Искры полетели огненной метелью , избы загорелись.— Теперь все ладно , — сказал Архип , — каково горит , а ? чай , из Покровского славно смотреть.В сию минуту новое явление привлекло его внимание ; кошка бегала по кровле пылающего сарая , недоумевая , куда спрыгнуть , — со всех сторон окружало ее пламя . Бедное животное жалким мяуканием призывало на помощь . Мальчишки помирали со смеху , смотря на ее отчаяние . « Чему смеетеся , бесенята , — сказал им сердито кузнец . — Бога вы не боитесь : божия тварь погибает , а вы сдуру радуетесь » , — и , поставя лестницу на загоревшуюся кровлю , он полез за кошкою . Она поняла его намерение и с видом торопливой благодарности уцепилась за его рукав . Полуобгорелый кузнец с своей добычей полез вниз . « Ну , ребята , прощайте , — сказал он смущенной дворне , — мне здесь делать нечего . Счастливо , не поминайте меня лихом » .Кузнец ушел ; пожар свирепствовал еще несколько времени . Наконец унялся , и груды углей без пламени ярко горели в темноте ночи , и около них бродили погорелые жители Кистеневки.На другой день весть о пожаре разнеслась по всему околотку . Все толковали о нем с различными догадками и предположениями . Иные уверяли , что люди Дубровского , напившись пьяны на похоронах , зажгли дом из неосторожности , другие обвиняли приказных , подгулявших на новоселии , многие уверяли , что он сам сгорел с земским судом и со всеми дворовыми . Некоторые догадывались об истине и утверждали ,
, движимый злобой и отчаянием . Троекуров приезжал на другой же день на место пожара и сам производил следствие . Оказалось , что исправник , заседатель земского суда , стряпчий и писарь , так же как Владимир Дубровский , няня Егоровна , дворовый человек Григорий , кучер Антон и кузнец Архип пропали неизвестно куда . Все дворовые показали , что приказные сгорели в то время , как повалилась кровля ; обгорелые кости их были отрыты . Бабы Василиса и Лукерья сказали , что Дубровского и Архипа-кузнеца видели они за несколько минут перед пожаром . Кузнец Архип , по всеобщему показанию , был жив и , вероятно , главный , если не единственный , виновник пожара . На Дубровском лежали сильные подозрения . Кирила Петрович послал губернатору подробное описание всему происшествию , и новое дело завязалось.Вскоре другие вести дали другую пищу любопытству и толкам . В * * появились разбойники и распространили ужас по всем окрестностям . Меры , принятые противу них правительством , оказались недостаточными . Грабительства , одно другого замечательнее , следовали одно за другим . Не было безопасности ни по дорогам , ни по деревням . Несколько троек , наполненных разбойниками , разъезжали днем по всей губернии , останавливали путешественников и почту , приезжали в селы , грабили помещичьи дома и предавали их огню . Начальник шайки славился умом , отважностью и каким-то великодушием . Рассказывали о нем чудеса ; имя Дубровского было во всех устах , все были уверены , что он , а никто другой , предводительствовал отважными злодеями . Удивлялись одному : поместия Троекурова были пощажены ; разбойники не ограбили у него ни единого сарая , не остановили ни одного воза . С обыкновенной своей надменностию Троекуров приписывал сие исключение страху , который умел он внушить всей губернии , также и отменно хорошей полиции , им заведенной в его деревнях . Сначала соседи смеялись между собою над высокомерием Троекурова и каждый день ожидали , чтоб незваные гости посетили Покровское , где было им чем поживиться , но наконец принуждены были с ним согласиться и сознаться , что и разбойники оказывали ему непонятное уважение ... Троекуров торжествовал и при каждой вести о новом грабительстве Дубровского рассыпался в насмешках насчет губернатора , исправников и ротных командиров , от коих Дубровский уходил всегда невредимо.Между тем наступило 1-е октября — день храмового праздника в селе Троекурова . Но прежде чем приступим к описанию сего торжества и дальнейших происшествий , мы должны познакомить читателя с лицами для него новыми , или о коих мы слегка только упомянули в начале нашей повести.Читатель , вероятно , уже догадался , что дочь Кирила Петровича , о которой сказали мы еще только несколько слов , есть героиня нашей повести . В эпоху , нами описываемую , ей было семнадцать лет , и красота ее была в полном цвете . Отец любил ее до безумия , но обходился с нею со свойственным ему своенравием , то стараясь угождать малейшим ее прихотям , то пугая ее суровым ,
обращением . Уверенный в ее привязанности , никогда не мог он добиться ее доверенности . Она привыкла скрывать от него свои чувства и мысли , ибо никогда не могла знать наверно , каким образом будут они приняты . Она не имела подруг и выросла в уединении . Жены и дочери соседей редко езжали к Кирилу Петровичу , коего обыкновенные разговоры и увеселения требовали товарищества мужчин , а не присутствия дам . Редко наша красавица являлась посреди гостей , пирующих у Кирила Петровича . Огромная библиотека , составленная большею частию из сочинений французских писателей XVIII века , была отдана в ее распоряжение . Отец ее , никогда не читавший ничего , кроме « Совершенной поварихи » , не мог руководствовать ее в выборе книг , и Маша , естественным образом , перерыв сочинения всякого рода , остановилась на романах . Таким образом совершила она свое воспитание , начатое некогда под руководством мамзель Мими , которой Кирила Петрович оказывал большую доверенность и благосклонность и которую принужден он был наконец выслать тихонько в другое поместие , когда следствия его дружества оказались слишком явными . Мамзель Мими оставила по себе память довольно приятную . Она была добрая девушка и никогда во зло не употребляла влияния , которое , видимо , имела над Кирилом Петровичем , в чем отличалась она от других наперсниц , поминутно им сменяемых . Сам Кирила Петрович , казалось , любил ее более прочих , и черноглазый мальчик , шалун лет девяти , напоминающий полуденные черты m-lle Мими , воспитывался при нем и признан был его сыном , несмотря на то , что множество босых ребятишек , как две капли воды похожих на Кирила Петровича , бегали перед его окнами и считались дворовыми . Кирила Петрович выписал из Москвы для своего маленького Саши француза-учителя , который и прибыл в Покровское во время происшествий , нами теперь описываемых.Сей учитель понравился Кирилу Петровичу своей приятной наружностию и простым обращением . Он представил Кирилу Петровичу свои аттестаты и письмо от одного из родственников Троекурова , у которого четыре года жил он гувернером . Кирила Петрович все это пересмотрел и был недоволен одною молодостью своего француза — не потому , что полагал бы сей любезный недостаток несовместным с терпением и опытностию , столь нужными в несчастном звании учителя , но у него были свои сомнения , которые тотчас и решился ему объяснить . Для сего велел он позвать к себе Машу ( Кирила Петрович по-французски не говорил , и она служила ему переводчиком ) .— Подойди сюда , Маша ; скажи ты этому мусье , что так и быть — принимаю его ; только с тем , чтоб он у меня за моими девушками не осмелился волочиться , не то я его , собачьего сына ... переведи это ему , Маша.Маша покраснела и , обратясь к учителю , сказала ему по-французски , что отец ее надеется на его скромность и порядочное поведение.Француз ей поклонился и отвечал , что он надеется заслужить уважение , даже если откажут ему в благосклонности.Маша слово в слово перевела его ответ.— Хорошо ,
, — сказал Кирила Петрович , — не нужно для него ни благосклонности , ни уважения . Дело его ходить за Сашей и учить грамматике да географии , переведи это ему.Марья Кириловна смягчила в своем переводе грубые выражения отца , и Кирила Петрович отпустил своего француза во флигель , где назначена была ему комната.Маша не обратила никакого внимания на молодого француза , воспитанная в аристократических предрассудках , учитель был для нее род слуги или мастерового , а слуга иль мастеровой не казался ей мужчиною . Она не заметила и впечатления , ею произведенного на m-r Дефоржа , ни его смущения , ни его трепета , ни изменившегося голоса . Несколько дней сряду потом она встречала его довольно часто , не удостоивая большей внимательности . Неожиданным образом получила она о нем совершенно новое понятие.На дворе у Кирила Петровича воспитывались обыкновенно несколько медвежат и составляли одну из главных забав покровского помещика . В первой своей молодости медвежата приводимы были ежедневно в гостиную , где Кирила Петрович по целым часам возился с ними , стравливая их с кошками и щенятами . Возмужав , они бывали посажены на цепь , в ожидании настоящей травли . Изредка выводили пред окна барского дома и подкатывали им порожнюю винную бочку , утыканную гвоздями ; медведь обнюхивал ее , потом тихонько до нее дотрогивался , колол себе лапы , осердясь толкал ее сильнее , и сильнее становилась боль . Он входил в совершенное бешенство , с ревом бросался на бочку , покамест не отымали у бедного зверя предмета тщетной его ярости . Случалось , что в телегу впрягали пару медведей , волею и неволею сажали в нее гостей и пускали их скакать на волю божию . Но лучшею шуткою почиталась у Кирила Петровича следующая.Проголодавшегося медведя запрут , бывало , в пустой комнате , привязав его веревкою за кольцо , ввинченное в стену . Веревка была длиною почти во всю комнату , так что один только противуположный угол мог быть безопасным от нападения страшного зверя . Приводили обыкновенно новичка к дверям этой комнаты , нечаянно вталкивали его к медведю , двери запирались , и несчастную жертву оставляли наедине с косматым пустынником . Бедный гость , с оборванной полою и до крови оцарапанный , скоро отыскивал безопасный угол , но принужден был иногда целых три часа стоять прижавшись к стене и видеть , как разъяренный зверь в двух шагах от него ревел , прыгал , становился на дыбы , рвался и силился до него дотянуться . Таковы были благородные увеселения русского барина ! Несколько дней спустя после приезда учителя , Троекуров вспомнил о нем и вознамерился угостить его в медвежьей комнате : для сего , призвав его однажды утром , повел он его с собою темными коридорами ; вдруг боковая дверь отворилась , двое слуг вталкивают в нее француза и запирают ее на ключ . Опомнившись , учитель увидел привязанного медведя , зверь начал фыркать , издали обнюхивая своего гостя , и вдруг , поднявшись на задние лапы , пошел на него ... Француз не смутился , не побежал и ждал нападения .
приближился , Дефорж вынул из кармана маленький пистолет , вложил его в ухо голодному зверю и выстрелил . Медведь повалился . Всё сбежалось , двери отворились , Кирила Петрович вошел , изумленный развязкою своей шутки . Кирила Петрович хотел непременно объяснения всему делу : кто предварил Дефоржа о шутке , для него предуготовленной , или зачем у него в кармане был заряженный пистолет . Он послал за Машей , Маша прибежала и перевела французу вопросы отца.— Я не слыхивал о медведе , — отвечал Дефорж , — но я всегда ношу при себе пистолеты , потому что не намерен терпеть обиду , за которую , по моему званью , не могу требовать удовлетворения.Маша смотрела на него с изумлением и перевела слова его Кирилу Петровичу . Кирила Петрович ничего не отвечал , велел вытащить медведя и снять с него шкуру ; потом , обратясь к своим людям , сказал : « Каков молодец ! не струсил , ей-богу , не струсил » . С той минуты он Дефоржа полюбил и не думал уже его пробовать.Но случай сей произвел еще большее впечатление на Марью Кириловну . Воображение ее было поражено : она видела мертвого медведя и Дефоржа , спокойно стоящего над ним и спокойно с нею разговаривающего . Она увидела , что храбрость и гордое самолюбие не исключительно принадлежат одному сословию , и с тех пор стала оказывать молодому учителю уважение , которое час от часу становилось внимательнее . Между ими основались некоторые сношения . Маша имела прекрасный голос и большие музыкальные способности , Дефорж вызвался давать ей уроки . После того читателю уже не трудно догадаться , что Маша в него влюбилась , сама еще в том себе не признаваясь.Накануне праздника гости начали съезжаться , иные останавливались в господском доме и во флигелях , другие у приказчика , третьи у священника , четвертые у зажиточных крестьян . Конюшни полны были дорожных лошадей , дворы и сараи загромождены разными экипажами . В девять часов утра заблаговестили к обедне , и все потянулось к новой каменной церкви , построенной Кирилом Петровичем и ежегодно украшаемой его приношениями . Собралось такое множество почетных богомольцев , что простые крестьяне не могли поместиться в церкви и стояли на паперти и в ограде . Обедня не начиналась , ждали Кирила Петровича . Он приехал в коляске шестернею и торжественно пошел на свое место , сопровождаемый Мариею Кириловной . Взоры мужчин и женщин обратились на нее ; первые удивлялись ее красоте , вторые со вниманием осмотрели ее наряд . Началась обедня , домашние певчие пели на крылосе , Кирила Петрович сам подтягивал , молился , не смотря ни направо , ни налево , и с гордым смирением поклонился в землю , когда дьякон громогласно упомянул и о зиждителе храма сего.Обедня кончилась . Кирила Петрович первый подошел ко кресту . Все двинулись за ним , потом соседи подошли к нему с почтением . Дамы окружили Машу . Кирила Петрович , выходя из церкви , пригласил всех к себе обедать , сел в коляску и отправился домой . Все поехали вслед за ним . Комнаты наполнились гостями .
и насилу могли пробраться до хозяина . Барыни сели чинным полукругом , одетые по запоздалой моде , в поношенных и дорогих нарядах , все в жемчугах и бриллиантах , мужчины толпились около икры и водки , с шумным разногласием разговаривая между собою . В зале накрывали стол на 80 приборов . Слуги суетились , расставляя бутылки и графины и прилаживая скатерти . Наконец дворецкий провозгласил : « Кушание поставлено » , — и Кирила Петрович первый пошел садиться за стол , за ним двинулись дамы и важно заняли свои места , наблюдая некоторое старшинство , барышни стеснились между собою , как робкое стадо козочек , и выбрали себе места одна подле другой . Против них поместились мужчины . На конце стола сел учитель подле маленького Саши.Слуги стали разносить тарелки по чинам , в случае недоумения руководствуясь лафатерскими догадками , и почти всегда безошибочно . Звон тарелок и ложек слился с шумным говором гостей , Кирила Петрович весело обозревал свою трапезу и вполне наслаждался счастием хлебосола . В это время въехала на двор коляска , запряженная шестью лошадьми . « Это кто ? » — спросил хозяин . « Антон Пафнутьич » , — отвечали несколько голосов . Двери отворились , и Антон Пафнутьич Спицын , толстый мужчина лет пятидесяти с круглым и рябым лицом , украшенным тройным подбородком , ввалился в столовую , кланяясь , улыбаясь и уже собираясь извиниться ... « Прибор сюда , — закричал Кирила Петрович , — милости просим , Антон Пафнутьич , садись да скажи нам , что это значит : не был у моей обедни и к обеду опоздал . Это на тебя не похоже , ты и богомолен и покушать любишь » . — « Виноват , — отвечал Антон Пафнутьич , привязывая салфетку в петлицу горохового кафтана , — виноват , батюшка Кирила Петрович , я было рано пустился в дорогу , да не успел отъехать и десяти верст , вдруг шина у переднего колеса пополам — что прикажешь ? К счастию , недалеко было от деревни ; пока до нее дотащились , да отыскали кузнеца , да все кое-как уладили , прошли ровно три часа , делать было нечего . Ехать ближним путем через Кистеневский лес я не осмелился , а пустился в объезд ... » — Эге ! — прервал Кирила Петрович , — да ты , знать , не из храброго десятка ; чего ты боишься ? — Как чего боюсь , батюшка Кирила Петрович , а Дубровского-то ; того и гляди попадешься ему в лапы . Он малый не промах , никому не спустит , а с меня , пожалуй , и две шкуры сдерет.— За что же , братец , такое отличие ? — Как за что , батюшка Кирила Петрович ? а за тяжбу-то покойника Андрея Гавриловича . Не я ли в удовольствие ваше , то есть по совести и по справедливости , показал , что Дубровские владеют Кистеневкой безо всякого на то права , а единственно по снисхождению вашему . И покойник ( царство ему небесное ) обещал со мною по-свойски переведаться , а сынок , пожалуй , сдержит слово батюшкино . Доселе бог миловал . Всего-навсе разграбили у меня один анбар , да того и гляди до усадьбы доберутся.— А в усадьбе-то будет им раздолье , — заметил Кирила Петрович , — я чай ,
полна ... — Куда , батюшка Кирила Петрович . Была полна , а нынче совсем опустела ! — Полно врать , Антон Панфутьич . Знаем мы вас ; куда тебе деньги тратить , дома живешь свинья свиньей , никого не принимаешь , своих мужиков обдираешь , знай копишь да и только.— Вы все изволите шутить , батюшка Кирила Петрович , — пробормотал с улыбкою Антон Пафнутьич , — а мы , ей-богу , разорились , — и Антон Пафнутьич стал заедать барскую шутку хозяина жирным куском кулебяки . Кирила Петрович оставил его и обратился к новому исправнику , в первый раз к нему в гости приехавшему и сидящему на другом конце стола подле учителя.— А что , поймаете хоть вы Дубровского , господин исправник ? Исправник струсил , поклонился , улыбнулся , заикнулся и произнес наконец : — Постараемся , ваше превосходительство.— Гм , постараемся . Давно , давно стараются , а проку все-таки нет . Да , правда , зачем и ловить его . Разбои Дубровского благодать для исправников : разъезды , следствия , подводы , а деньги в карман . Как такого благодетеля извести ? Не правда ли , господин исправник ? — Сущая правда , ваше превосходительство , — отвечал совершенно смутившийся исправник.Гости захохотали.— Люблю молодца за искренность , — сказал Кирила Петрович , — а жаль покойного нашего исправника Тараса Алексеевича — кабы не сожгли его , так в околотке было бы тише . А что слышно про Дубровского ? где его видели в последний раз ? — У меня , Кирила Петрович , — пропищал толстый дамский голос , — в прошлый вторник обедал он у меня ... Все взоры обратились на Анну Савишну Глобову , довольно простую вдову , всеми любимую за добрый и веселый нрав . Все с любопытством приготовились услышать ее рассказ.— Надобно знать , что тому три недели послала я приказчика на почту с деньгами для моего Ванюши . Сына я не балую , да и не в состоянии баловать , хоть бы и хотела ; однако сами изволите знать : офицеру гвардии нужно содержать себя приличным образом , и я с Ванюшей делюсь , как могу , своими доходишками . Вот и послала ему 2000 рублей , хоть Дубровский не раз приходил мне в голову , да думаю : город близко , всего семь верст , авось бог пронесет . Смотрю : вечером мой приказчик возвращается , бледен , оборван и пеш — я так и ахнула . « Что такое ? что с тобою сделалось ? » Он мне : « Матушка Анна Савишна , разбойники ограбили ; самого чуть не убили , сам Дубровский был тут , хотел повесить меня , да сжалился и отпустил , зато всего обобрал , отнял и лошадь и телегу » . Я обмерла ; царь мой небесный , что будет с моим Ванюшею ? Делать нечего : написала я сыну письмо , рассказала все и послала ему свое благословение без гроша денег.Прошла неделя , другая — вдруг въезжает ко мне на двор коляска . Какой-то генерал просит со мною увидеться : милости просим ; входит ко мне человек лет тридцати пяти , смуглый , черноволосый , в усах , в бороде , сущий портрет Кульнева , рекомендуется мне как друг и сослуживец покойного мужа Ивана Андреевича ; он-де ехал мимо и не мог не заехать к его вдове , зная ,
живу . Я угостила его чем бог послал , разговорились о том о сем , наконец и о Дубровском . Я рассказала ему свое горе . Генерал мой нахмурился . « Это странно , — сказал он , — я слыхал , что Дубровский нападает не на всякого , а на известных богачей , но и тут делится с ними , а не грабит дочиста , а в убийствах никто его не обвиняет ; нет ли тут плутни , прикажите-ка позвать вашего приказчика » . Пошли за приказчиком , он явился ; только увидел генерала , он так и остолбенел . « Расскажи-ка мне , братец , каким образом Дубровский тебя ограбил и как он хотел тебя повесить » . Приказчик мой задрожал и повалился генералу в ноги . « Батюшка , виноват — грех попутал — солгал » . — « Коли так , — отвечал генерал , — так изволь же рассказать барыне , как все дело случилось , а я послушаю » . Приказчик не мог опомниться . « Ну что же , — продолжал генерал , — рассказывай : где ты встретился с Дубровским ? » — « У двух сосен , батюшка , у двух сосен » . — « Что же сказал он тебе ? » — « Он спросил у меня , чей ты , куда едешь и зачем ? » — « Ну , а после ? » — « А после потребовал он письмо и деньги » . — « Ну » . — « Я отдал ему письмо и деньги » . — « А он ? .. Ну — а он ? » — « Батюшка , виноват » . — « Ну , что ж он сделал ? .. » — « Он возвратил мне деньги и письмо да сказал : ступай себе с богом — отдай это на почту » . — « Ну , а ты ? » — « Батюшка , виноват » . — « Я с тобою , голубчик , управлюсь , — сказал грозно генерал , — а вы , сударыня , прикажите обыскать сундук этого мошенника и отдайте его мне на руки , а я его проучу . Знайте , что Дубровский сам был гвардейским офицером , он не захочет обидеть товарища » . Я догадывалась , кто был его превосходительство , нечего мне было с ним толковать . Кучера привязали приказчика к козлам коляски . Деньги нашли ; генерал у меня отобедал , потом тотчас уехал и увез с собою приказчика . Приказчика моего нашли на другой день в лесу , привязанного к дубу и ободранного как липку.Все слушали молча рассказ Анны Савишны , особенно барышни . Многие из них втайне ему доброжелательствовали , видя в нем героя романического , особенно Марья Кириловна , пылкая мечтательница , напитанная таинственными ужасами Радклиф.— И ты , Анна Савишна , полагаешь , что у тебя был сам Дубровский , — спросил Кирила Петрович . — Очень же ты ошиблась . Не знаю , кто был у тебя в гостях , а только не Дубровский.— Как , батюшка , не Дубровский , да кто же , как не он , выедет на дорогу и станет останавливать прохожих да их осматривать.— Не знаю , а уж , верно , не Дубровский . Я помню его ребенком ; не знаю , почернели ль у него волоса , а тогда был он кудрявый белокуренький мальчик , но знаю наверное , что Дубровский пятью годами старше моей Маши и что , следственно , ему не тридцать пять , а около двадцати трех.— Точно так , ваше превосходительство , — провозгласил исправник , — у меня в кармане и приметы Владимира Дубровского . В них точно сказано , что ему от роду двадцать третий год.— А ! — сказал Кирила Петрович ,
: прочти-ка , а мы послушаем ; не худо нам знать его приметы , авось в глаза попадется , так не вывернется.Исправник вынул из кармана довольно замаранный лист бумаги , развернул его с важностию и стал читать нараспев : — « Приметы Владимира Дубровского , составленные по сказкам бывших его дворовых людей.От роду 23 года , роста середнего , лицом чист , бороду бреет , глаза имеет карие , волосы русые , нос прямой . Приметы особые : таковых не оказалось » .— И только , — сказал Кирила Петрович.— Только , — отвечал исправник , складывая бумагу.— Поздравляю , господин исправник . Ай да бумага ! по этим приметам немудрено будет вам отыскать Дубровского . Да кто же не среднего роста , у кого не русые волосы , не прямой нос , да не карие глаза ! Бьюсь об заклад , три часа сряду будешь говорить с самим Дубровским , а не догадаешься , с кем бог тебя свел . Нечего сказать , умные головушки приказные.Исправник смиренно положил в карман свою бумагу и молча принялся за гуся с капустой . Между тем слуги успели уж несколько раз обойти гостей , наливая каждому его рюмку . Несколько бутылок горского и цимлянского громко были уже откупорены и приняты благосклонно под именем шампанского , лица начинали рдеть , разговоры становились звонче , несвязнее и веселее.— Нет , — продолжал Кирила Петрович , — уж не видать нам такого исправника , каков был покойник Тарас Алексеевич ! Этот был не промах , не разиня . Жаль , что сожгли молодца , а то бы от него не ушел ни один человек изо всей шайки . Он бы всех до единого переловил , да и сам Дубровский не вывернулся б и не откупился . Тарас Алексеевич деньги с него взять-то бы взял , да и самого не выпустил : таков был обычай у покойника . Делать нечего , видно , мне вступиться в это дело да пойти на разбойников с моими домашними . На первый случай отряжу человек двадцать , так они и очистят воровскую рощу ; народ не трусливый , каждый в одиночку на медведя ходит , от разбойников не попятятся.— Здоров ли ваш медведь , батюшка Кирила Петрович , — сказал Антон Пафнутьич , вспомня при сих словах о своем косматом знакомце и о некоторых шутках , коих и он был когда-то жертвою.— Миша приказал долго жить , — отвечал Кирила Петрович . — Умер славною смертью , от руки неприятеля . Вон его победитель , — Кирила Петрович указывал на Дефоржа , — выменяй образ моего француза . Он отомстил за твою ... с позволения сказать ... Помнишь ? — Как не помнить , — сказал Антон Пафнутьич почесываясь , — очень помню . Так Миша умер . Жаль Миши , ей-богу жаль ! какой был забавник ! какой умница ! эдакого медведя другого не сыщешь . Да зачем мусье убил его ? Кирила Петрович с великим удовольствием стал рассказывать подвиг своего француза , ибо имел счастливую способность тщеславиться всем , что только ни окружало его . Гости со вниманием слушали повесть о Мишиной смерти и с изумлением посматривали на Дефоржа , который , не подозревая , что разговор шел о его храбрости , спокойно сидел на своем месте и делал нравственные замечания резвому своему воспитаннику.