Daria/rus_authors huggingface dataset:
из своего угла старую обглоданную кость . Еремка всегда голодал , даже когда ему случалось съесть какого-нибудь зайчонка . Когда Богач вернулся , он только покачал головой : какой хитрый зайчишка : когда угощают , так и не смотрит , а когда ушли , — так все дотла поел.— Ну и лукавец ! — удивлялся старик . — А я тебе гостинца принес , косому плуту ... Он достал из-за пазухи несколько морковок , пару кочерыжек , репку и свеклу . Еремка лежал на своем месте как ни в чем не бывало , но когда он облизнулся , вспомнив съеденное у зайца угощение , Богач понял его коварство и принялся его журить : — И не стыдно тебе , старому плуту ... а ? ! . Что , не едал ты каши ? Ах , ненасытная утроба .... Когда старик увидел валявшуюся перед зайцем кость , он не мог удержаться от смеха . Вот так Еремка , тоже сумел угостить ... Да не хитрый ли плутище ! .. Заяц отдохнул за ночь и перестал бояться . Когда Богач дал ему морковку , он с жадностью ее съел.— Эге , брат , вот так-то лучше будет ! .. Это , видно , не Еремкина голая кость ... Будет чваниться-то . Ну-ка , еще репку попробуй.И репка была съедена с тем же аппетитом.— Да ты у меня совсем молодец ! .. — хвалил старик.Когда совсем рассветало , в дверь послышался стук , и тоненький детский голосок проговорил : — Дедушка , отвори ... Смерть как замерзла ! .. Богач отворил тяжелую дверь и впустил в избушку девочку лет семи . Она была в громадных валенках , в материнской кацавейке и закутана рваным платком.— Ах , это ты , Ксюша ... Здравствуй , птаха.— Мамка послала тебе молочка ... не тебе , а зайцу ... — Спасибо , красавица ... Он взял из покрасневших на морозе детских ручонок небольшую крынку молока и поставил ее бережно на стол.— Ну , вот мы и с праздником ... А ты , Ксюша , погрейся . Замерзла ? — Студено ... — Давай раздевайся . Гостья будешь ... Зайчика пришла посмотреть ? — А то как же ... — Неужто не видала ! — Как не видать ... Только я-то видела летних зайцев , когда они серые , а этот совсем белый у тебя.Ксюша разделась . Это была самая обыкновенная деревенская белоголовая девочка , загорелая , с тоненькой шейкой , тоненькой косичкой и тоненькими ручками и ножками . Мать одевала ее по-старинному — в сарафан . Оно и удобно и дешевле . Чтобы согреться , Ксюша попрыгала на одной ноге , грела дыханием окоченевшие ручонки и только потом подошла к зайчику.— Ах , какой хорошенький зайчик , дедушка ... Беленький весь , а только ушки точно оторочены черным.— Это уж по зиме все такие зайцы , беляки , бывают ... Девочка села около зайчика и погладила его по спинке.— А что у него ножка завязана тряпочкой , дедушка ? — Сломана лапка , вот я и завязал ее , чтобы все косточки срослись.— Дедушка , а ему больно было ? — Известно , больно ... — Дедушка , а заживет лапка ? — Заживет , ежели он будет смирно лежать ... Да он и лежит , не ворохнется . Значит , умный ! .. — Дедушка , а как его зовут ? — Зайца-то ? Ну , заяц и есть заяц , — вот и все название.— Дедушка , то другие зайцы , которые здоровые в поле бегают ,
хроменький ... Вон у нас кошку Машкой зовут.Богач задумался и с удивлением посмотрел на Ксюшу . Ведь совсем глупая девчонка , а ведь правду сказала.— Ишь ты , какая птаха ... — думал он вслух . — И в самом деле , надо как-нибудь назвать , а то зайцев-то много ... Ну , Ксюша , так как его мы назовем ... а ? — Черное Ушко ... — Верно ! .. Ах ты , умница ... Значит , ты ему будешь в том роде , как крестная ... Весть о хромом зайце успела облететь всю деревню , и скоро около избушки Богача собралась целая толпа любопытных деревенских ребят.— Дедушка , покажи зайчика ! — просили.Богач даже рассердился . Всех пустить зараз нельзя — не поместятся в избе , а по одному пускать — выстудят всю избу.Старик вышел на крылечко и сказал : — Невозможно мне показывать вам зайца , потому он хворый ... Вот поправится , — тогда и приходите , а теперь ступайте домой.Через две недели Черное Ушко совсем выздоровел . Молодые косточки скоро срастаются . Он уже никого не боялся и весело прыгал по всей избе . Особенно ему хотелось вырваться на волю , и он сторожил каждый раз , когда открывалась дверь.— Нет , брат , мы тебя не пустим , — говорил ему Богач . — Чего тебе на холоде мерзнуть да голодать ? .. Живи с нами , а весной — с богом , ступай в поле . Только нам с Еремкой не попадайся ... Еремка , очевидно , думал то же самое . Он ложился у самой двери , и когда Черное Ушко хотел перепрыгнуть через него , скалил свои белые зубы и рычал . Впрочем , заяц его совсем не боялся и даже заигрывал с ним . Богач смеялся до слез над ними . Еремка растянется на полу во весь рост , закроет глаза , будто спит , а Черное Ушко начинает прыгать через него . Увлекшись этой игрой , заяц иногда стукался головой о лавку и начинал по-заячьи плакать , как плачут на охоте смертельно раненные зайцы.— И точно младенец , — удивлялся Богач . — По-ребячьи и плачет ... Эй ты , Черное Ухо , ежели тебе своей головы не жаль , так пожалей хоть лавку . Она не виновата ... Эти увещания плохо действовали , и заяц не унимался . Еремка тоже увлекался игрой и начинал гоняться по избе за зайцем , раскрыв пасть и высунув язык . Но заяц ловко увертывался от него.— Что , брат Еремка , не можешь его догнать ? — подсмеивался над собакой старик . — Где тебе , старому ... Только лапы понапрасну отобьешь.Деревенские ребята частенько прибегали в избушку Богача , чтобы поиграть с зайчиком , и приносили ему что-нибудь из съестного . Кто тащит репку , кто морковку , кто свеклу или картошку . Черное Ушко принимал эти дары с благодарностью и тут же их съедал с жадностью . Ухватит передними лапками морковку , припадет к ней головой и быстро-быстро обгрызет , точно обточит . Он отличался большой прожорливостью , так что даже Богач удивлялся.— И в которое место он ест такую прорву ... Не велика скотинка , а все бы ел , сколько ему ни дай.Чаще других бывала Ксюша , которую деревенские ребята прозвали « заячьей крестной » . Черное Ушко отлично ее знал , сам бежал к ней и любил спать у нее на коленях .
черной неблагодарностью . Раз , когда Ксюша уходила домой , Черное Ушко с быстротой молнии шмыгнул в дверях около ее ног — и был таков . Девочка горько расплакалась . Еремка сообразил , в чем дело , и бросился в погоню.— Как же , ищи ветра в поле ... — посмеялся над ним Богач . — Он похитрее тебя будет ... А ты , Ксюшка , не реви . Пусть его побегает , а потом сам вернется . Куда ему деться ? — Наши деревенские собаки его разорвут , дедушка ... — Так он и побежал тебе в деревню ... Он прямо махнул за реку , к своим . Так и так , мол , жив и здоров , имею собственную квартиру и содержание . Побегает , поиграет и назад придет , когда есть захочет . А Еремка-то глупый , бросился его ловить ... Ах , глупый пес ! .. « Заячья крестная » все-таки ушла домой со слезами , да и сам старый Богач мало верил тому , что говорил . И собаки по дороге могут разорвать , и у себя дома лучше покажется . А тут еще Еремка вернулся домой , усталый , виноватый , с опущенным хвостом . Старому Богачу сделалось даже жутко , когда наступил вечер . А вдруг Черное Ушко не придет ... Еремка лег у самой двери и прислушивался к каждому шороху . Он тоже ждал . Обыкновенно Богач разговаривал с собакой , а тут молчал . Они понимали друг друга без слов.Наступил вечер . Богач засиделся за работой дольше обыкновенного . Когда он уже хотел ложиться спать на свою печь , Еремка радостно взвизгнул и бросился к двери.— Ах , косой , вернулся из гостей домой ... Это был действительно он , Черное Ушко . С порога он прямо бросился к своей чашке и принялся пить молочко , потом съел кочерыжку и две морковки.— Что , брат , в гостях-то плохо тебя угощали ? — говорил Богач , улыбаясь . — Ах ты , бесстыдник , бесстыдник . И крестную свою до слез довел.Еремка все время стоял около зайца и ласково помахивал хвостом . Когда Черное Ушко съел все , что было в чашке , Еремка облизал ему морду и начал искать блох.— Ах вы , озорники ! — смеялся Богач , укладываясь на печи . — Видно , правду пословица говорит : вместе тесно , а врозь скучно ... Ксюша прибежала на другое утро чем свет и долго целовала Черное Ушко.— Ах ты , бегун скверный ... — журила она его . — Вперед не бегай , а то собаки разорвут . Слышишь , глупый ? Дедушка , а ведь он все понимает ... — Еще бы не понимать , — согласился Богач , — небойсь вот как знает , где его кормят ... После этого случая за Черным Ушком уже не следили . Пусть его убегает поиграть и побегать по снежку . На то он и заяц , чтобы бегать . Месяца через два Черное Ушко совсем изменился : и вырос , и потолстел , и шерсть на нем начала лосниться . Он вообще доставлял много удовольствия своими шалостями и веселым характером , и Богачу казалось , что и зима нынче как-то скорее прошла.Одно только было нехорошо . Охота на зайцев давала Богачу порядочный заработок . За каждого зайца он получал по четвертаку , а это большие деньги для бедного человека . В зиму Богач убивал штук сто . А теперь выходило так , как будто и совестно губить глупых зайцев , совестно перед Черным Ушком .
Вечером Богач и Еремка уходили на охоту крадучись и никогда не вносили в избу убитых зайцев , как прежде , а прятали их в сенях . Даже Еремка это понимал , и когда в награду за охоту получал заячьи внутренности , то уносил их куда-нибудь подальше от сторожки и съедал потихоньку.— Что , брат , совестно ? — шутил над ним старик . — Оно , конечно , заяц — тварь вредная , озорная , а все-таки оно того ... Может , и в ём своя заячья душонка есть , так , плохонькая совсем душонка.Зима прошла как-то особенно быстро . Наступил март . По утрам крыши обрастали блестящей бахромой из ледяных сосулек . Показались первые проталинки . Почки на деревьях начали бухнуть и наливаться . Прилетели первые грачи . Все кругом обновлялось и готовилось к наступающему лету , как к празднику . Один Черное Ушко был невесел . Он начал пропадать из дому все чаще и чаще , похудел , перестал играть , а вернется домой , наестся и целый день спит в своем гнезде под лавкой.— Это он линяет , ну , вот ему и скучно , — объяснял Богач . — По весне-то зайцев не бьют по этому самому ... Мясо у него тощее , шкурка как молью подбита . Одним словом , как есть ничего не стоит ... Действительно , Черное Ушко начал менять свою зимнюю белую шубку на летнюю , серую . Спинка сделалась уже серой , уши , лапки тоже , и только брюшко оставалось белым . Он любил выходить на солнышко и подолгу грелся на завалинке.Раз прибежала Ксюша проведать своего крестника , но его не было дома уже целых три дня.— Теперь ему и в лесу хорошо , вот и ушел , пострел , — объяснял Богач пригорюнившейся девочке . — Теперь зайцы почку едят , ну , а на проталинках и зеленую травку ущипнет . Вот ему и любопытно ... — А я ему молочка принесла , дедушка ... — Ну , молочко мы и без него съедим ... Еремка вертелся около Ксюши и лаял на опустевшее под лавкой заячье гнездо.— Это он тебе жалуется , — объяснял Богач . — Хотя и пес , а все-таки обидно ... Всех нас обидел , пострел.— Он недобрый , дедушка ... — говорила Ксюша со слезами на глазах.— Зачем недобрый ? Просто заяц — и больше ничего . Лето погуляет , пока еда в лесу есть , а к зиме , когда нечего будет есть , и вернется сам ... Вот увидишь . Одним словом , заяц ... Черное Ушко пришел еще раз , но к самой сторожке не подошел , а сел пеньком и смотрит издали . Еремка подбежал к нему , лизнул в морду , повизжал , точно приглашая в гости , но Черное Ушко не пошел . Богач поманил его ; но он оставался на своем месте и не двигался.— Ах , пострел ! — ворчал старик . — Ишь как сразу зазнался , косой ... Прошла весна . Наступило лето . Черное Ушко не показывался . Богач даже рассердился на него.— Ведь мог бы как-нибудь забежать на минутку ... Кажется , не много дела и время найдется.Ксюша тоже сердилась . Ей было обидно , что она целую зиму так любила такого нехорошего зайца ... Еремка молчал , но тоже был недоволен поведением недавнего приятеля.Прошло и лето . Наступила осень . Начались заморозки . Перепадал первый мягкий , как пух , снежок . Черное Ушко не показывался.— Придет ,
косой ... — утешал Богач Еремку . — Вот погоди : как занесет все снегом , нечего будет есть , ну , и придет . Верно тебе говорю ... Но выпал и первый снег , а Черное Ушко не показывался . Богачу сделалось даже скучно . Что же это в самом деле : уж нынче и зайцу нельзя поверить , не то что людям ... Однажды утром Богач что-то мастерил около своей избушки , как вдруг послышался далекий шум , а потом выстрелы . Еремка насторожился и жалобно взвизгнул.— Батюшки , да ведь это охотники поехали стрелять зайцев ! — проговорил Богач , прислушиваясь к выстрелам , доносившимся с того берега реки . — Так и есть ... Ишь как запаливают ... Ох , убьют они Черное Ушко ! Непременно убьют ... Старик , как был , без шапки побежал к реке . Еремка летел впереди.— Ох , убьют ! — повторял старик , задыхаясь на ходу . — Опять стреляют ... С горы было все видно . Около лесной заросли , где водились зайцы , стояли на известном расстоянии охотники , а из лесу на них гнали дичь загонщики . Вот затрещали деревянные трещотки , поднялся страшный гам и крик , и показались из заросли перепуганные , оторопелые зайцы . Захлопали ружейные выстрелы , и Богач закричал не своим голосом : — Батюшки , погодите ! ! Убьете моего зайца ... Ой , батюшки ! ! .До охотников было далеко , и они ничего не могли слышать , но Богач продолжал кричать и махал руками . Когда он подбежал , загон уже кончился . Было убито около десятка зайцев.— Батюшки , что вы делаете ? — кричал Богач , подбегая к охотникам.— Как , что ? Видишь , зайцев стреляем.— Да ведь в лесу-то мой собственный заяц живет ... — Какой твой ? — Да так ... Мой заяц — и больше ничего . Левая передняя лапка перешиблена ... Черное Ушко ... Охотники засмеялись над сумасшедшим стариком , который умолял их не стрелять со слезами на глазах.— Да нам твоего зайца совсем не надо , — пошутил кто-то . — Мы стреляем только своих ... — Ах , барин , барин , нехорошо ... Даже вот как нехорошо ... Богач осмотрел всех убитых зайцев , но среди них Черного Ушка не было . Все были с целыми лапками.Охотники посмеялись над стариком и пошли дальше по лесной опушке , чтобы начать следующий загон . Посмеялись над Богачом и загонщики , ребята-подростки , набранные из деревни , посмеялся и егерь Терентий , тоже знакомый мужик.— Помутился немножко разумом наш Богач , — пошутил еще Терентий . — Этак каждый начнет разыскивать по лесу своего зайца ... Для Богача наступало время охоты на зайцев , но он все откладывал . А вдруг в ловушку попадет Черное Ушко ? Пробовал он выходить по вечерам на гумна , где кормились зайцы , и ему казалось , что каждый пробегавший мимо заяц — Черное Ушко.— Да ведь Еремка-то по запаху узнает его , на то он пес ... — решил он . — Надо попробовать ... Сказано — сделано . Раз , когда поднялась непогода , Богач отправился с Еремкой на охоту . Собака пошла под гору как-то неохотно и несколько раз оглядывалась на хозяина.— Ступай , ступай , нечего лениться ... — ворчал Богач.Он обошел гумна и погнал зайцев . Выскочило зараз штук десять. « Ну ,
будет Еремке пожива ... » — думал старик.Но его удивил собачий вой . Это выл Еремка , сидя под горой на своем месте . Сначала Богач подумал , что собака взбесилась , и только потом понял , в чем дело : Еремка не мог различить зайцев ... Каждый заяц ему казался Черным Ушком . Сначала старик рассердился на глупого пса , а потом проговорил : — А ведь правильно , Еремка , даром что глупый пес ... Верно , шабаш нам зайцев душить . Будет ... Богач пошел к хозяину фруктового сада и отказался от своей службы.— Не могу больше ... — коротко объяснил он .
Едва только дворник отворил калитку , как Постойко с необыкновенной ловкостью проскользнул мимо него на улицу . Это случилось утром . Постойке необходимо было подраться с пойнтером из соседнего дома , — его выпускали погулять в это время.— А , ты опять здесь , мужлан ? — проворчал пойнтер , скаля свои белые длинные зубы и вытягивая хвост палкой . — Я тебе задам ... Постойко задрал еще сильнее свой пушистый хвост , свернутый кольцом , ощетинился и смело пошел на врага . Они встречались каждый день в это время и каждый раз дрались до остервенения . Охотничий пес не мог видеть равнодушно кудластого дворового пса , а тот в свою очередь сгорал от нетерпения запустить свои белые зубы в выхоленную кожу важничавшего барина . Пойнтера звали Аргусом , и он даже был раз на собачьей выставке , в самом отборном обществе других породистых и таких же выхоленных собак . Враги медленно подходили друг к другу , поднимали шерсть , скалили зубы , и только хотели вцепиться , как вдруг в воздухе свистнула длинная веревка и змеей обвила Аргуса . Он жалобно взвизгнул от боли , присел и даже закрыл глаза . А Постойко летел вдоль улицы стремглав , спасаясь от бежавших за ним людей с веревками . Он хотел улизнуть куда-нибудь в ворота , но везде все было еще заперто . Впереди выбежали дворники и загородили Постойке дорогу . Опять свистнула веревка , и Постойко очутился с арканом на шее.— А , попался , голубчик ! — говорил какой-то верзила , подтаскивая несчастную собаку к большому фургону.Постойко сначала отчаянно сопротивлялся , но проклятая веревка ужасно давила шею , так что у него в глазах помутилось . Он даже не помнил , как его втолкнули в фургон . Там уже было до десятка разных собак , скромно жавшихся по углам : два мопса , болонка , сеттер , водолаз и несколько бездомных уличных собачонок , таких тощих и жалких , а в их числе и Аргус , забившийся со страху в самый дальний угол.— Могли бы и повежливее обращаться с нами , — пропищала болонка , сторонясь от уличных собак . — Моя генеральша узнает , так задаст ... Эта противная собачонка ужасно важничала , и Постойко с удовольствием потрепал бы ее , но сейчас было не до нее . Пойманные собаки чувствовали себя сконфуженными и на время позабыли все свои собачьи расчеты . Спокойнее всех держал себя водолаз . Он не обращал ни на кого внимания , улегся по самой середине и зажмурился с такой важностью , точно какая важная особа.— Господин водолаз , как вы полагаете ? — обратилась к нему болонка , виляя пушистым белым хвостом . — Здесь так грязно , а я не привыкла ... Наконец , какое общество ... фи ! .. Конечно , меня схватили по ошибке и сейчас же выпустят , но все-таки неприятно . Пахнет здесь отвратительно ... Водолаз полуоткрыл один глаз , презрительно посмотрел на болонку и еще важнее задремал.— Вы совершенно правы , сударыня , — ответил за него один из мопсов , приятно оскалясь . — Случилось простое недоразумение ... Мы все попали сюда по ошибке.— Я предполагаю , что нас отправят на выставку ,
угла : он немного оправился от страха . — Я уже раз был на выставке и могу сказать , что там совсем недурно . Главное , хорошо кормят ... Одна из уличных собачонок горько засмеялась . Нечего сказать , на хорошую выставку привезут : она уже бывала в фургоне и только по счастливой случайности вырвалась.— Нас всех привезут в собачий приют и там повесят , — сообщила она приятную новость всей собачьей компании . — Я даже видела , как это делают . Длинный такой сарай , а в нем висят веревки ... — Ах , замолчите , мне дурно ... — запищала болонка . — Ах , дурно ! .. — Повесят ? — удивился водолаз , открывая глаза . — Желал бы я знать , кто смеет подойти ко мне ? .. Бедный Постойко весь задрожал , когда услыхал роковое слово . Он даже почувствовал , как будто его шею уже что-то давит . За что же повесят ? Неужели за то , что он хотел подраться с Аргусом ? .. И Постойко и Аргус старались не смотреть теперь друг на друга , точно никогда и не встречались . Отчасти им было совестно , а отчасти и не до того , чтобы продолжать старую вражду. « Пусть уж лучше Аргуса повесят , — думал Постойко , — только меня бы выпустили ... » Конечно , так нехорошо было думать , но в скверных обстоятельствах каждый заботится больше всего только о себе одном . Фургон покатился дальше , и дверь с железной решеткой отворялась только для того , чтобы принять новые жертвы . Сегодняшняя охота на бродячих собак была особенно удачна , и верзила , заправлявший всем делом , решил , что на сегодня достаточно.— Ступай домой , — сказал он кучеру.Нечего сказать , приятное путешествие « домой » ! .. Все собаки чувствовали себя очень скверно , а один маленький мопсик даже взвыл . Помилуйте , что же это такое ! .. А фургон все катился медленно и тяжело , точно на край света . Собак было много , и они поневоле толкали друг друга , когда фургон раскачивался на ухабах ; а таких ухабов чем дальше , тем было больше . Таким образом , в этой толкотне Постойко и не заметил , как очутился рядом с Аргусом , даже ткнул его своей мордой в бок.— Извините , вы меня тычете своей мордой ... — заметил Аргус с ядовитой любезностью хорошо воспитанной собаки ; но , узнав приятеля , прибавил шепотом : — А ведь скверная история , Постойко ! .. Я по крайней мере не имею никакого желания болтаться на веревке ... Впрочем , меня хозяин выкупит.Постойко удрученно молчал . У него не было хозяина , а жил он как-то так , без хозяев . В город его привезли из деревни всего месяц назад.Приют для бродячих собак помещался на краю города , где уже не было ни мостовых , ни фонарей , а маленькие избушки вросли совсем в землю , точно гнилые зубы . Помещение приюта состояло из двух старых сараев : в одном держали собак , а в другом их вешали . Когда фургон въехал во двор , из первого сарая послышался такой жалобный вой и лай , что у Постойки сердце сжалось . Пришел , видно , ему конец ... — Сегодня полон фургон , — хвастался верзила , когда вышел , смотритель с коротенькой трубочкой в зубах.— Рассортируйте их по породам ...
смотритель , равнодушно заглядывая в фургон.— Господин смотритель ! — пищала болонка . — Выпустите меня , пожалуйста : мне уж надоело сидеть в вашем дурацком фургоне.Смотритель даже не взглянул на нее.— Вот невежа ! .. — ворчала болонка.Когда отворили дверь сарая , где содержались собаки , там поднялся такой лай , визг и вой , что сжалось бы самое жестокое сердце . Верзила вытаскивал за шиворот из фургона одну собаку за другой и сносил в сарай . Появление новичка на время утишало бурю . Последним был выведен водолаз и помещен в особом отделении . С какой радостью встречали новичков сидевшие в заключении собаки , — точно дорогих гостей . Они их обнюхивали , лизали и ласкали , как родных . Постойко попал в отделение бездомных уличных-собак , которые отнеслись к нему с большим сочувствием.— Как это тебя угораздило ... а ? — спрашивал лохматый Барбос.— Да , уж так ... Только хотел подраться с одним франтом , нас обоих и забрали . Я было задал тягу вдоль по улице , но тут дворники загородили дорогу . Одним словом , скверная история ... Одно , что меня утешает , так это то , что и франт тоже попался . Он к охотничьим собакам посажен ... Такой голенастый и хвост палкой.— С ошейником ? — Да ... Эти франты всегда в ошейниках щеголяют.— Ну , так его хозяин выкупит.В течение нескольких минут Постойко узнал все порядки этого собачьего приюта . Пойманных собак рассаживали по клеткам и держали пять дней . Если хозяин не приходил выкупать собаку , ее уводили в другой сарай и вздергивали на веревку . Постойко был ужасно огорчен : оставалось жить , может быть , всего пять дней ... Это ужасно ... И все из-за того только , что выскочил подраться с проклятым франтом . Впрочем , их и повесят вместе , потому что срок одинаковый . Плохое утешение , но все-таки утешение.— Вот этой желтенькой собачонке осталось жить всего один день , — сообщал Барбос . — А вот той , пестрой , — сегодня ... — А тебе ? — Ну , мне еще долго : целых три дня . С часу на час жду , когда придут за мной . Порядочно-таки надоело здесь сидеть . Кстати , не хочешь ли закусить ? Вот в корыте болтушка ... Кушанье прескверное , но приходится жрать всякую дрянь ... Огорченный Постойко не мог даже подумать о пище . До еды ли , когда , того гляди , повесят ! Он с ужасом смотрел на пеструю маленькую собачку , которая была уже на очереди . Бедная вздрагивала и жмурилась , когда слышались шаги и отворялась входная дверь . Может быть , это идут за ней.— А ты все-таки закуси , — советовал Барбос . — Очень уж скучно здесь сидеть ... Вон те франты , охотничьи собаки , не едят дня по три с горя , ну а мы — простые дворняги , и нам не до церемоний . Голод не тетка ... Ты из деревни ? Постойко рассказал свою историю . Родился и вырос он далеко от этого проклятого города , в деревне , где нет ни дворников , ни больших каменных дворов , ни собачьих приютов , ни фургонов , а все так просто : за деревней река , за рекой поля , за полями лес . Нынешним летом в деревню приехали господа на дачу . Вот он , на свою беду ,
познакомился с ними , вернее сказать , они сами познакомились с ним . Был у них такой кудрявый мальчик Боря , — увидал деревенскую собачку и засмеялся . Какая смешная собака : шерсть торчит клочьями , хвост крючком , а цвет шерсти такой грязный , точно она сейчас из лужи . Да и кличка тоже смешная : Постойко ! .. « Эй , Постойко , иди сюда ! » Сначала Постойко отнесся к городскому мальчику очень недоверчиво , а потом соблазнился телячьей косточкой . Именно эта косточка и погубила его ... Стал он сам приходить на дачу к господам и выжидал подачек . Боря любил с ним играть , и они вместе пропадали по целым дням в лесу , на полях , на реке . Ах , какое хорошее было время и как быстро оно промелькнуло ! Постойко настолько познакомился , что смело приходил в комнаты , валялся по коврам и вообще чувствовал себя как дома . Главное , отличная была еда у господ : до того наешься , что даже дышать трудно . Но наступила осень , и господа начали собираться в город . Маленький Боря непременно захотел взять Постойко с собой , как его ни уговаривали оставить эту затею . Таким образом Постойко и попал в большой город , где Боря скоро совсем забыл его . Приютился Постойко на дворе и жил кое-как со дня на день . Помнила о нем только одна кухарка Андреевна , которая и кормила его и ласкала , — они были из одной деревни . Впрочем , Постойко очень скоро привык к бойкой городской жизни и любил показать свою деревенскую удаль на городских изнеженных собаках.— Что же , можно и в городе жить , — согласился Барбос . — Только я одного не понимаю : за что такая честь этим моськам и болонкам ? Даже обидно делается , когда на них смотришь ... Ну , для чего они ? Вот охотничьи собаки или водолазы — те другое дело . Положим , они важничают , но все-таки — настоящие собаки . А то какая-нибудь моська ! .. тьфу ! .. Даже и здесь им честь : их и вешают не в очередь , а ждут лишнюю неделю — не возьмет ли кто-нибудь . И находятся дураки — берут ... Это просто несправедливо ! .. Только бы мне выбраться отсюда , я бы задал моськам.Не успел Барбос излить своего негодования , как появился смотритель в сопровождении горничной.— Ваша собака сегодня пропала ? — спрашивал смотритель.— Да ... Такая маленькая , беленькая ... зовут « Боби » , — объяснила горничная.— Я здесь , — запищала жалобно болонка.— Ну , слава богу , — обрадовалась горничная . — А то генеральша пообещала отказать мне от места , если не разыщу собаки.Она уплатила деньги , взяла болонку , на руки и ушла , — Вот видишь , — заметил сердито Барбос . — Всегда так : настоящую собаку не ценят , а дрянь берегут и холят.Как ужасно долго тянулись дни для заключенных ... Даже ночь не приносила покоя . Собаки бредили во сне , лаяли и взвизгивали . Тревога начиналась вместе с дневным светом , который заглядывал в щели сарая золотистыми лучами и колебавшимися жирными пятнами света . Просыпались раньше других маленькие собачонки и начинали беспокойно прислушиваться к малейшему шуму извне . К ним присоединялись охотничьи .
слышался последним , точно кто колотил пудовой гирей по дну пустой бочки . Часто поднималась ложная тревога.— Идут , идут ! .. Вой и визг усиливались , превращаясь в дикий концерт , а потом все смолкало разом , когда никто не приходил.Но вот слышались шаги ... Все настораживалось . Собачий чуткий слух старался узнать знакомую походку . Начинались взвизгивания . Когда дверь растворялась и в нее врывался яркий дневной свет , все мгновенно стихало . У деревянных решеток виднелись собачьи головы , жадными глазами искавшие хозяев . Вот идет смотритель со своей неизменной трубочкой , за ним вышагивает верзила , ловивший собак арканом , — он же и вешал их . За ними являлись посетители , разыскивавшие своих собак . Чей-то хозяин пришел ! .. Кого выпустят на волю ? .. Водолаз чуть не разломал решетку , когда увидел своего хозяина . Как запрыгала эта тяжелая машина , оглушая лаем весь сарай ! .. — Ну , что , брат , не понравилось ? — шутил хозяин . — То-то , вперед будь умней ... Комнатные собачонки с визгом лезли к решетке , отталкивая друг друга . Некоторые становились на задние лапки . Но приходившие брали только своих собак и уходили . Смотритель обходил все отделения и коротко говорил : — Повесьте очередных ... Верзила готов был , кажется , перевешать всех собак на свете , — с таким удовольствием он выбирал своих жертв . Из отделения , в котором сидел Постойко , уведена была пестрая собачка . Она так истомилась ожиданием , что совершенно покорно шла за своим мучителем ; лучше смерть , чем это ужасное томление и неизвестность . Потом увели желтенькую собачку и старого охотничьего сеттера.Так прошли три длинных , бесконечных дня . Подходила очередь Барбоса , который заметно притих.— Если сегодня за мной не придут ... — говорил он утром . — Нет , этого не может быть ! .. За что же меня вешать ? .. Кажется , служил верой и правдой ? .. — Придут , — успокаивал его Постойко , — Нельзя же оставлять хорошую собаку в таком положении ... Жалко было смотреть на этого Барбоса , когда отворялась дверь и когда он не находил своего хозяина среди входивших . « Мне всего осталось жить несколько часов , — говорили с отчаянием эти добрые собачьи глаза . — Всего несколько часов ... » Как быстро летело время ! А тут всего несколько часов ... — Вот он ! .. — крикнул однажды Барбос , опрометью бросаясь к решетке.Но это была жестокая ошибка : пришли не за ним . Приведенный в отчаяние Барбос забился в угол и жалобно завыл . Это было такое горе , о каком знали только здесь , в этих ужасных стенах.— Возьмите его , — сказал смотритель , указывая на Барбоса . Барбоса увели , и Постойко почувствовал , как у него мороз пошел по коже : еще два дня , и его уведут точно так же . Ведь у него нет настоящего хозяина , как у охотничьих собак или этих противных мосек и болонок . Да , оставалось всего два дня , коротких два дня ... Время здесь было и ужасно длинно и ужасно коротко . Он и ночью не мог спать . Грезилась деревня , поля , леса ... Ах ,
Боре , который так скоро забыл его.Постойко сильно похудел и мрачно забился в угол . Э , будь что будет , а от своей судьбы не уйдешь . Да ... Прошел четвертый день.Наступил пятый . Постойко лежал на соломе и не поднимал даже головы , когда дверь отворялась ; он столько раз ошибался , что теперь был не в силах ошибиться еще раз . Да , ему слышались и знакомые шаги и знакомый голос , и все это оказывалось ошибкой . Может ли быть что-нибудь ужаснее ! .. Холодное отчаяние овладело Постойкой , и он ждал своей участи . Ах , только бы скорее ... И в минуту такого отчаяния он вдруг слышит : — Не у вас ли наша собака ? — А какой она породы ? — Да никакой породы , батюшка ... Наша деревенская собака.— Ну , назовите масть ? — Да масти нет никакой ... так , — хвост закорючкой , а сама лохматая . Вы только мне покажите , — уж я узнаю ... — Ее Постойком зовут , — прибавил детский голос , .Постойко не поверил сначала собственным ушам ... Столько раз он напрасно слышал эти голоса ... — Да вот он сидит , Постойко-то наш ! .. — заговорила Андреевна , указывая на него . — Ах ты , милаш ... Да как же ты похудел ! .. Бедный ... Постойко был выпущен и , как сумасшедший , вертелся около Андреевны и Бори.— Если бы вы сегодня не пришли , конец вашему Постойке , — говорил смотритель . — Вон у нас сколько собак сидит ... И жаль другую , а приходится убивать.Андреевна и Боря обошли все отделения и долго ласкали визжавших собак , просившихся на волю . Добрая Андреевна даже прослезилась : если бы она была богата , откупила бы на волю всех . Постойко в это время разыскал Аргуса.— Прощай , братец , — проговорил он , виляя хвостом . — Может быть , и за тобой придут ... — Нет , меня позабыли ... — уныло ответил Аргус , провожая счастливца своими умными глазами.С какой бешеной радостью вырвался Постойко на волю , как он прыгал , как визжал ; а там , в сарае , раздавались такие жалобные вопли , стоны и отчаянный лай.— Кабы мы с тобой не земляки были , так висеть бы тебе на веревочке ! — наставительно говорила Андреевна прыгавшему около нее Постойке . — Смотри у меня , пострел .
Дождливый летний день . Я люблю в такую погоду бродить по лесу , особенно когда впереди есть теплый уголок , где можно обсушиться и обогреться . Да к тому же летний дождь — теплый . В городе в такую погоду — грязь , а в лесу земля жадно впитывает влагу , и вы идете по чуть отсыревшему ковру из прошлогоднего палого листа и осыпавшихся игл сосны и ели . Деревья покрыты дождевыми каплями , которые сыплются на вас при каждом движении . А когда выглянет солнце после такого дождя , лес так ярко зеленеет и весь горит алмазными искрами . Что-то праздничное и радостное кругом вас , и вы чувствуете себя на этом празднике желанным , дорогим гостем.Именно в такой дождливый день я подходил к Светлому озеру , к знакомому сторожу на рыбачьей сайме 1 Тарасу . Дождь уже редел . На одной стороне неба показались просветы , еще немножко — и покажется горячее летнее солнце . Лесная тропинка сделала крутой поворот , и я вышел на отлогий мыс , вдававшийся широким языком в озеро . Собственно , здесь было не самое озеро , а широкий проток между двумя озерами , и сайма приткнулась в излучине на низком берегу , где в заливчике ютились рыбачьи лодки . Проток между озерами образовался благодаря большому лесистому острову , разлегшемуся зеленой шапкой напротив саймы.Мое появление на мысу вызвало сторожевой оклик собаки Тараса , — на незнакомых людей она всегда лаяла особенным образом , отрывисто и резко , точно сердито спрашивала : « Кто идет ? » Я люблю таких простых собачонок за их необыкновенный ум и верную службу ... Рыбачья избушка издали казалась повернутой вверх дном большой лодкой , — это горбилась старая деревянная крыша , проросшая веселой зеленой травой . Кругом избушки поднималась густая поросль из иван-чая , шалфея и « медвежьих дудок » , так что у подходившего к избушке человека виднелась одна голова . Такая густая трава росла только по берегам озера , потому что здесь достаточно было влаги и почва была жирная.Когда я подходил уже совсем к избушке , из травы кубарем вылетела на меня пестрая собачонка и залилась отчаянным лаем.— Соболько , перестань ... Не узнал ? Соболько остановился в раздумье , но , видимо , еще не верил в старое знакомство . Он осторожно подошел , обнюхал мои охотничьи сапоги и только после этой церемонии виновато завилял хвостом . Дескать , виноват , ошибся , — а все-таки я должен стеречь избушку.Избушка оказалась пустой . Хозяина не было , то есть он , вероятно , отправился на озеро осматривать какую-нибудь рыболовную снасть . Кругом избушки все говорило о присутствии живого человека : слабо курившийся огонек , охапка только что нарубленных дров , сушившаяся на кольях сеть , топор , воткнутый в обрубок дерева . В приотворенную дверь саймы виднелось все хозяйство Тараса ; ружье на стене , несколько горшков на припечке , сундучок под лавкой , развешанные снасти . Избушка была довольно просторная , потому что зимой во время рыбного лова в ней помещалась целая артель рабочих . Летом старик жил один . Несмотря ни на какую погоду ,
жарко натапливал русскую печь и спал на полатях . Эта любовь к теплу объяснялась почтенным возрастом Тараса : ему было около девяноста лет . Я говорю « около » , потому что сам Тарас забыл , когда он родился . « Еще до француза » , как объяснял он , то есть до нашествия французов в Россию в 1812 году.Сняв намокшую куртку и развесив охотничьи доспехи по стенке , я принялся разводить огонь . Соболько вертелся около меня , предчувствуя какую-нибудь поживу . Весело разгорелся огонек , пустив кверху синюю струйку дыма . Дождь уже прошел . По небу неслись разорванные облака , роняя редкие капли . Кое-где синели просветы неба . А потом показалось и солнце , горячее июльское солнце , под лучами которого мокрая трава точно задымилась . Вода в озере стояла тихо-тихо , как это бывает только после дождя . Пахло свежей травой , шалфеем , смолистым ароматом недалеко стоявшего сосняка . Вообще хорошо , как только может быть хорошо в таком глухом лесном уголке . Направо , где кончался проток , синела гладь Светлого озера , а за зубчатой каймой поднимались горы . Чудный уголок ! И недаром старый Тарас прожил здесь целых сорок лет . Где-нибудь в городе он не прожил бы и половины , потому что в городе не купишь ни за какие деньги такого чистого воздуха , а главное — этого спокойствия , которое охватывало здесь . Хорошо на сайме ! .. Весело горит яркий огонек ; начинает припекать горячее солнце , глазам больно смотреть на сверкающую даль чудного озера . Так сидел бы здесь и , кажется , не расстался бы с чудным лесным привольем . Мысль о городе мелькает в голове , как дурной сон.В ожидании старика я прикрепил на длинной палке медный походный чайник с водой и повесил его над огнем . Вода уже начинала кипеть , а старика все не было.— Куда бы ему деться ? — раздумывал я вслух . — Снасти осматривают утром , а теперь полдень ... Может быть , поехал посмотреть , не ловит ли кто рыбу без спроса ... Соболько , куда девался твой хозяин ? Умная собака только виляла пушистым хвостом , облизывалась и нетерпеливо взвизгивала . По наружности Соболько принадлежал к типу так называемых « промысловых » собак . Небольшого роста , с острой мордой , стоячими ушами и загнутым вверх хвостом , он , пожалуй , напоминал обыкновенную дворнягу , с той разницей , что дворняга не нашла бы в лесу белки , не сумела бы « облаять » глухаря , выследить оленя , — одним словом , настоящая промысловая собака , лучший друг человека . Нужно видеть такую собаку именно в лесу , чтобы в полной мере оценить все ее достоинства.Когда этот « лучший друг человека » радостно взвизгнул , я понял , что он завидел хозяина . Действительно , в протоке черной точкой показалась рыбачья лодка , огибавшая остров . Это и был Тарас ... Он плыл , стоя на ногах , и ловко работал одним веслом — настоящие рыбаки все так плавают на своих лодках-однодеревках , называемых не без основания « душегубками » . Когда он подплыл ближе , я заметил , к удивлению , плывшего перед лодкой лебедя.— Ступай домой , гуляка ! — ворчал старик ,
красиво плывшую птицу . — Ступай , ступай ... Вот я тебе дам — уплывать бог знает куда ... Ступай домой , гуляка ! Лебедь красиво подплыл к сайме , вышел на берег , встряхнулся и , тяжело переваливаясь на своих кривых черных ногах , направился к избушке.Саймой на Урале называют рыбацкие стоянки . ( Прим . Д. Н . Мамина-Сибиряка . ) Старик Тарас был высокого роста , с окладистой седой бородой и строгими большими серыми глазами . Он все лето ходил босой и без шляпы . Замечательно , что у него все зубы были целы и волосы на голове сохранились . Загорелое широкое лицо было изборождено глубокими морщинами . В жаркое время он ходил в одной рубахе из крестьянского синего холста.— Здравствуй , Тарас ! — Здравствуй , барин ! — Откуда бог несет ? — А вот за Приемышем плавал , за лебедем ... Все тут вертелся , в протоке , а потом вдруг и пропал ... Ну , я сейчас за ним . Выехал в озеро — нет ; по заводям проплыл — нет ; а он за островом плавает.— Откуда достал-то его , лебедя ? — А бог послал , да ! .. Тут охотники из господ наезжали ; ну , лебедя с лебедушкой и пристрелили , а вот этот остался . Забился в камыши и сидит . Лететь-то не умеет , вот и спрятался , ребячьим делом . Я , конечно , ставил сети подле камышей , ну , и поймал его . Пропадет один-то , ястреба заедят , потому как смыслу в ем еще настоящего нет . Сиротой остался . Вот я его привез и держу . И он тоже привык ... Теперь вот скоро месяц будет , как живем вместе . Утром на заре поднимется , поплавает в протоке , покормится , потом и домой . Знает , когда я встаю , и ждет , чтобы покормили . Умная птица , одним словом , и свой порядок знает.Старик говорил необыкновенно любовно , как о близком человеке . Лебедь приковылял к самой избушке и , очевидно , выжидал какой-нибудь подачки.— Улетит он у тебя , дедушка ... — заметил я.— Зачем ему лететь ? И здесь хорошо : сыт , кругом вода ... — А зимой ? — Перезимует вместе со мной в избушке . Места хватит , а нам с Собольком веселей . Как-то один охотник забрел ко мне на сайму , увидал лебедя и говорит вот так же : « Улетит , ежели крылья не подрежешь » . А как же можно увечить божью птицу ? Пусть живет , как ей от господа указано ... Человеку указано одно , а птице — другое ... Не возьму я в толк , зачем господа лебедей застрелили . Ведь и есть не станут , а так , для озорства ... Лебедь точно понимал слова старика и посматривал на него своими умными глазами.— А как он с Собольком ? — спросил я.— Сперва-то боялся , а потом привык . Теперь лебедь-то в другой раз у Соболька и кусок отнимает . Пес заворчит на него , а лебедь его — крылом . Смешно на них со стороны смотреть . А то гулять вместе отправятся : лебедь по воде , а Соболько — по берегу . Пробовал пес плавать за ним , ну , да ремесло-то не то : чуть не потонул . А как лебедь уплывет , Соболько ищет его . Сядет на бережку и воет ... Дескать , скучно мне , псу , без тебя , друг сердешный . Так вот и живем втроем.Я очень любил старика . Рассказывал уж он очень хорошо и знал много .
, умные старики . Много летних ночей приходилось коротать на сайме , и каждый раз узнаешь что-нибудь новое . Прежде Тарас был охотником и знал места кругом верст на пятьдесят , знал всякий обычай лесной птицы и лесного зверя ; а теперь не мог уходить далеко и знал одну свою рыбу . На лодке плавать легче , чем ходить с ружьем по лесу , а особенно по горам . Теперь ружье оставалось у Тараса только по старой памяти да на всякий случай , если бы забежал волк . По зимам волки заглядывали на сайму и давно уже точили зубы на Соболька . Только Соболько был хитер и не давался волкам.Я остался на сайме на целый день . Вечером ездили удить рыбу и ставили сети на ночь . Хорошо Светлое озеро , и недаром оно названо Светлым , — вода в нем совершенно прозрачная , так что плывешь на лодке и видишь все дно на глубине нескольких сажен . Видны и пестрые камешки , и желтый речной песок , и водоросли , видно , как и рыба ходит « руном » , то есть стадом . Таких горных озер на Урале сотни , и все они отличаются необыкновенной красотой . От других Светлое озеро отличалось тем , что прилегало к горам только одной стороной , а другой выходило « в степь » , где начиналась благословенная Башкирия . Кругом Светлого озера разлеглись самые привольные места , а из него выходила бойкая горная река , разливавшаяся по степи на целую тысячу верст . Длиной озеро было до двадцати верст , да в ширину около девяти . Глубина достигала в некоторых местах сажен пятнадцати ... Особенную красоту придавала ему группа лесистых островов . Один такой островок отдалился на самую середину озера и назывался Голодаем , потому что , попав на него в дурную погоду , рыбаки не раз голодали по нескольку дней.Тарас жил на Светлом уже сорок лет . Когда-то у него были и своя семья и дом , а теперь он жил бобылем . Дети перемерли , жена тоже умерла , и Тарас безвыходно оставался на Светлом по целым годам.— Не скучно тебе , дедушка ? — спросил я , когда мы возвращались с рыбной ловли . — Жутко одинокому-то в лесу ... — Одному ? Тоже и скажет барин ... Я тут князь князем живу . Все у меня есть ... И птица всякая , и рыба , и трава . Конечно , говорить они не умеют , да я-то понимаю все . Сердце радуется в другой раз посмотреть на божью тварь ... У всякой свой порядок и свой ум . Ты думаешь , зря рыбка плавает в воде или птица по лесу летает ? Нет , у них заботы не меньше нашего ... Эвон , погляди , лебедь-то дожидается нас с Собольком . Ах , прокурат ! .. Старик ужасно был доволен своим Приемышем , и все разговоры в конце концов сводились на него.— Гордая , настоящая царская птица , — объяснил он . — Помани его кормом , да не дай , в другой раз и не пойдет . Свой карахтер тоже имеет , даром что птица ... С Собольком тоже себя очень гордо держит . Чуть что , сейчас крылом , а то и носом долбанет . Известно , пес в другой раз созорничать захочет , зубами норовит за хвост поймать , а лебедь его по морде ... Это тоже не игрушка , чтобы за хвост хватать.Я переночевал и утром на другой день собрался уходить.
по осени приходи , — говорил старик на прощание . — Тогда рыбу лучить будем с острогой ... Ну , и рябчиков постреляем . Осенний рябчик жирный.— Хорошо , дедушка , приеду как-нибудь.Когда я отходил , старик меня вернул : — Посмотри-ка , барин , как лебедь-то разыгрался с Собольком ... Действительно , стоило полюбоваться оригинальной картиной . Лебедь стоял , раскрыв крылья , а Соболько с визгом и лаем нападал на него . Умная птица вытягивала шею и шипела на собаку , как это делают гуси . Старый Тарас от души смеялся над этой сценой , как ребенок.В следующий раз я попал на Светлое озеро уже поздней осенью , когда выпал первый снег . Лес и теперь был хорош . Кое-где на березах еще оставался желтый лист . Ели и сосны казались зеленее , чем летом . Сухая осенняя трава выглядывала из-под снега желтой щеткой . Мертвая тишина царила кругом , точно природа , утомленная летней кипучей работой , теперь отдыхала . Светлое озеро казалось больше , потому что не стало прибрежной зелени . Прозрачная вода потемнела , и в берег с шумом била тяжелая осенняя волна ... Избушка Тараса стояла на том же месте , но казалась выше , потому что не стало окружавшей ее высокой травы . Навстречу мне выскочил тот же Соболько . Теперь он узнал меня и ласково завилял хвостом еще издали . Тарас был дома . Он чинил невод для зимнего лова.— Здравствуй , старина ! .. — Здравствуй , барин ! — Ну , как поживаешь ? — Да ничего ... По осени-то , к первому снегу , прихворнул малость . Ноги болели ... К непогоде у меня завсегда так бывает.Старик действительно имел утомленный вид . Он казался теперь таким дряхлым и жалким . Впрочем , это происходило , как оказалось , совсем не от болезни . За чаем мы разговорились , и старик рассказал свое горе.— Помнишь , барин , лебедя-то ? — Приемыша ? — Он самый ... Ах , хороша была , птица ... а вот мы опять с Собольком остались одни ... Да , не стало Приемыша.— Убили охотники ? — Нет , сам ушел ... Вот как мне обидно это , барин ! .. Уж я ли , кажется , не ухаживал за ним , я ли не водился ! .. Из рук кормил ... Он ко мне и на голос шел . Плавает он по озеру , — я его кликну , он и подплывает . Ученая птица . И ведь совсем привыкла ... да ! Уж в заморозки грех вышел . На перелете стадо лебедей спустилось на Светлое озеро . Ну , отдыхают , кормятся , плавают , а я любуюсь . Пусть божья птица с силой соберется : не близкое место лететь ... Ну , а тут и вышел грех . Мой-то Приемыш сначала сторонился от других лебедей : подплывет к ним , и назад . Те гогочут по-своему , зовут его , а он домой ... Дескать , у меня свой дом есть . Так дня три это у них было . Все , значит , переговариваются по-своему , по-птичьему . Ну , а потом , вижу , мой Приемыш затосковал ... Вот , все равно как человек тоскует . Выйдет это на берег , встанет на одну ногу и начнет кричать . Да ведь как жалобно кричит ... На меня тоску нагонит , а Соболько , дурак , волком воет . Известно , вольная птица , кровь-то сказалась ... Старик замолчал и тяжело вздохнул.— Ну , и что же ,