Блок, Марк

прошлого и собственного опыта. Это смешение необходимо заменить сознательным контролируемым наблюдением. Автор признаёт некорректным хронологические деления исторического времени на века, годы и прочие единицы. Для него подходящей единицей измерения в классификации времени является тот хронологический отрезок, который наиболее соответствует природе предмета: «Каждому типу явлений присуща своя, особая мера плотности изменения, своя специфическая ... система счисления. Преобразования социальной структуры, экономики, верований, образа мышления нельзя без искажения втиснуть в слишком узкие хронологические рамки». Таким образом, историческому времени свойственны не строгие единицы измерения, ограниченные одинаковыми рамками, а отрезки времени, согласующиеся с его внутренним ритмом. Рассматривая проблему исторического времени, Блок предлагает регрессивный метод исследования прошлого. Для того чтобы объяснить то или иное явление, необходимо понять его природу, а это возможно лишь при знакомстве с ним в наиболее зрелом виде. Поэтому, прежде чем погружаться в изучение происхождения, нужно определить свойства изучаемого явления в его законченном виде. Таким образом, историк оказывается застрахован от риска смешения преемственных связей с объяснением. Другой проблемой, исследуемой Блоком, является определение особенностей исторического наблюдения. По его мнению, прошлое есть некая данность, которую уже нельзя изменить, и восприятие этого прошлого непосредственно невозможно. Однако нашему непосредственному наблюдению доступны следы прошлого - исторические источники: текстовые и материальные, географические, языковые и так далее - «всё, что человек говорит или пишет, всё, что он изготавливает, всё, к чему он прикасается, может и должно давать о нём сведения». Для того чтобы уметь оперировать подобного вида источниками, автор предлагает воспользоваться совокупностью технических приёмов, применяемых разными учёными для исследования одной темы. Это одно из важнейших постулатов Блока - междисциплинарность. Автор предлагает свои методологические приёмы для работы с письменными источниками. Исторический источник не может быть только вместилищем какого-либо числа исторических фактов, воспринимаемых доверчивым исследователем, критика не должна ограничиваться одной лишь достоверностью сообщения автора. Блок разделял сообщения источника на намеренные и ненамеренные, причём первые могут уступать в значимости вторым. Так, иногда жития святых не содержат детальной информации об их жизни, но могут указывать на особый склад мышления их автора и образ жизни той эпохи, когда он был написан. Для того чтобы свидетельства источника не уклонились от внимания историка, необходимо составить вопросник. Всякое историческое изыскание предполагает, что опрос ведётся в определённом направлении, важно, чтобы эти вопросы диктовались исследователю не его предрассудками, здравым смыслом или традицией. Блок предлагал проверять достоверность источника при помощи других документов, способных подтвердить или опровергнуть его сообщение. Факторами, «разоблачающими ложь», могут выступать также язык свидетельства, его адекватность описываемому времени и месту, упоминаемые в источнике политические институты. В том случае, если свидетельство признано недостоверным, историк не может отказываться от данного источника, необходимого мотивировать обман. Это, в свою очередь, является частью изучения прошлого, его характерных черт, может быть, и не переданных непосредственно. Для наиболее точного исследования учёному необходимо прибегнуть и к такой дисциплине, как психология свидетельства. Учитывая психологические предпосылки автора источника, мы можем с наибольшей точностью установить, достоверно сообщение или нет, понять причину - умышленную или случайную ошибку допускает автор. Без понимания психологии свидетельства историк может совершить ошибку - последовать за источником, не учитывая того, что те или иные события оставляют в памяти человека неравнозначный след, что он не может передать события со стопроцентной точностью, что особенность восприятия событий зависит не только от прямого участия или наблюдения их. Историк не может также интерпретировать источник, не включая его в хронологический или синхронный ряд. От сходства или различия с другими источниками можно делать вывод о достоверности или недостоверности сообщения. Однако совпадения текстов не всегда являются доказательством «искренности» автора. М. Блок вводит понятия сходства подтверждающего и сходства опровергающего. В первом случае историческое свидетельство проверяемо другими документами. Во втором мы имеем дело с заимствованиями, необходимо искать их источник. Однако М. Блок не даёт методологических установок для проверки свидетельств, утверждая, что рациональные принципы, доведённые до крайности, в данной области исследования могут привести к своей противоположности. В конечном счёте, критика свидетельства основана на «инстинктивной метафизике подобного и различного, единичного и множественного». Одной из важнейших дисциплин, помогающих критике источника, автор признаёт лингвистику. Эта наука является наиболее объективной, так как выносит за пределы своего изучения человека. Сопоставляя язык документа и язык, присущий исследуемой территории, мы можем прийти к выводу о достоверности свидетельства. Но так же, изучая особенности употребления языка, тех или иных словесных выражений, мы выходим на психологический уровень автора источника и можем сделать соответствующие выводы. В сфере исторического анализа Блок предлагает рассматривать человека как продукт своего времени. Невозможно подходить с одинаковыми установками к человеку, действовавшему в Античности, в Новое или Новейшее время. Для того чтобы избежать излишней некорректности исследования, учёный должен рассматривать субъект исследования не со своей точки зрения, а с точки зрения человека его времени. Блок протестует против искусственного расчленения человека на homo religious, homo economicus или homo politicus - история должна изучать человека в единстве его социальных и прочих проявлений. Исторический источник, если задавать ему правильные вопросы, способен дать свидетельства о многих сферах человеческой жизни, однако М. Блок движется к воссозданию единого сознания человека прошлого. Те или иные поступки в поведении единого сознания человека прошлого могут противоречить друг другу только на первый взгляд, в основе же их определённые психологические предпосылки, которые автор должен находить. Человеческое «я» едино, его различные аспекты обладают взаимопроникновением. Этот же принцип Блок распространяет на общество - все его изменения или статичность обусловлены рядом причин, возможно, весьма далеко стоящих друг от друга. Переплетение различных аспектов жизни социума - религиозного, политического, экономического, культурного - является определяющим фактором его свойств. Социальная целостность, являющаяся целью исторического исследования, выражает себя именно в человеческом сознании. В нём смыкаются все черты, присущие эпохе, поняв его можно решить проблему целостного охвата изучаемого общества. Для того чтобы плодотворно анализировать человека или общество, необходимо наличие орудия анализа. Для исторического исследования подобное орудие - терминология. М. Блок был сторонником единой терминологии исторического исследования, с точными, отражающими исторические реалии понятиями. Любой исторический термин должен быть сопоставлен со «своим окружением», помещён в свою эпоху и ограждён от неверного истолкования. Любое слово способно нести на себе отпечаток эпохи - в негативном или позитивном к себе отношении. Необходимо считаться с реалиями подобного рода. Скорее всего, такое отношение к исторической терминологии объясняется стремлением автора изменить отношение к истории как к «изящной словесности», для чего необходимо выработать строгий понятийный аппарат. В 1924 году вышла в свет книга Блока «Короли-чудотворцы», которую

Source: original