Agisight/tyv-rus-200k huggingface dataset:
Тувинский: Клопчукту кажаадан үндүрүп келген. Никита ону арай дүймеп көрген.
Русский: Клопика вывели из конюшни. Никита с волнением оглядел его.
Тувинский: Клопчук дээрге дүгүн эки аштап сивирип каап, ак майыктыг, кара кудуруктуг, кара челдиг, дыгылчак, чыкпак хүрең аът болган. Узун чүрбээжи караап дуй дүжүп чоруур, ынчангаш челин өттүр сергээ-биле көрбүшаан, бажын савап чоруур. Ооргазын дургаар кара чал баткан.
– Бо-даа эки аът чүве – дээш, Сергей Иванович иштинде суглуг демир хууң сунуп берген.
Русский: Клопик был рыжий, хорошо вычищенный, курбатенький, плотный меринок, в чулках, с темным густым хвостом и темной же гривой. Большая челка закрывала ему глаза, и он поматывал головой, весело поглядывая из-за волос. Вдоль спины у него шел черный ремешок.
– Конь добрый, – сказал Сергей Иванович и поднес ему ведро с водой.
Тувинский: Клопчук суун дөгере ижипкеш, бажын көдүрүп келген, – ооң куу эриннеринден суг төктүп бадып турган. Никита чүгенни ап алгаш, улустуң айтып бергени-биле, суглукту аъттың аксынче бир ийинден суккаш, чүгеннеп алган. Клопчук демирни ызыра сой тыртып алган. Никита азыында уулзалыг куу чонакты аъттың ооргазынга салгаш, оон эзерин каггаш, колун, чиримин тырта берген, – ол белен эвес херек.
Русский: Клопик выпил и поднял морду – вода текла у него с серых губ. Никита взял узду и, как его учили, завел удила сбоку в рот и взнуздал. Клопик похватал зубами железо. Никита наложил потник, серую с вензелем попону, поверх нее – седло и стал затягивать подпруги, – дело было нелегкое.
Тувинский: – Шөртейип турарын, көрден – деп, Сергей Иванович чугаалаан, – амытанның кажар деп чүвезин, иштин шөртейтип тур – ынча дээш, Клопчуктуң иш- тин орта часкаан; аът иштинде хейин үндүр тыныпкан, Никита колуннарын дыңзыдыр тыртып каан.
Русский: – Надувается, – сказал Сергей Иванович,- хитрое животное, брюхо надувает, – и он шлепнул ладонью Клопику по животу; мерин выдохнул воздух, Никита затянул подпруги.
Тувинский: Василий Никитьевич чедип келгеш, командылап эгелээн:
– Дынын солагай холуңга тудуп ал, аъттың мурнундан, солагай талакы өштүнче чоокшула. Аъттанывыт. Тепсениринге белеткен. Будуңну эзеңгиже хандыр сукпа, будуң бажын ишкээрлетпе.
Русский: Подошел Василий Никитьевич и начал командовать:
– В левую руку поводья, заходи спереди лошади, с левого плеча. Садись. Бери ее в шенкеля. Не запускай ноги в стремя, не подворачивай носки.
Тувинский: Никита аъттангаш, сирилээн буду-биле тептиндирбейн турган оң талакы эзеңгини арай боорда тып алгаш, дап берген, Клопчук шуут-ла аът кажаазынче челипкен. Василий Никитьевич алгырып-ла үнген:
– Тур! Тур! Оң талакы дының тырт, аазатпай!..
Русский: Никита сел, дрожащей ногой нашел правое ускользавшее стремя, тронул, и Клопик рысью пошел прямо в конюшню. Василий Никитьевич закричал:
– Стой! стой! Работай правым поводом, разиня!..
Тувинский: Аът кажаазынга, сериин черге барып, Клопчук туруп алган. Ыяткаш, арны изээн Никита дүже халааш, дынындан четкеш, чаң ап, кажараан аътка сымыранмышаан, эжикче чорупкан:
– Хаван, ёзулуг хаван, өөдежок мелегей!..
Русский: В конюшне, в холодке, Клопик остановился. Никита, горячий от стыда, соскочил, взял его за повод и повел к выходу, шепча хитрому меринку:
– Свинья, настоящая свинья, дурак несчастный!..
Тувинский: Клопчук чүрбээжин саглаңнадыр бажын савап каап чораан. Сергей Иванович келгеш, мынча дээн:
– Аъттанып алыңар, мен үндүр чедип каайн. Азарганчыг-ла кажараан моова-дыр. Ажыл кылыр тура чок, хөлегеге серииттенир туралыг хей-дир бо.

Русский: Клопик весело кивал челкой. Сергей Иванович сказал, подходя:
– Садитесь, я его проведу. Меринишка какой хитрящий. Не хотится ему работать, а хотится в холодке стоять.
Тувинский: Адак сөөлүнде Клопчукту холга киирип апкан, Никита мал кажааларының кыдыын дургаар ыт даалыгы-биле халдып чоруп турган.
Русский: Наконец Клопика обуздали, и Никита гарцевал на нем собачьим галопом вдоль скотных дворов.
Тувинский: Сергей Иванович одагалыг бөргүн, далган бызап каан хол-хаптарын кеткеш, мурнуку олутка олура каапкаш, шириини-биле алгырган:
– Сал!

Русский: Сергей Иванович надел шапочку с перьями, обсыпанные мукой перчатки, сел на козлы и крикнул сурово:
– Пускай!
Тувинский: Лорд Байроннуң дынын тудуп турган Артем бир ийинче чайлай халый берген, кошкан үш аът дап бергеш, шаланы хаккылатпышаан, сери иштинден ужуп үнгеш, хомут-тергениң кара дозузун, чес-хола дериин кылаңнатпышаан, янзы-бүрү үннүг коңгурактарын кыңгырадып, кошкан аъттарның дуюгларының адаандан борбак-борбак довурактарны караңнадыр – көктүг-шыктыг кодан иштин шала дескиндир халыткаш, бажың чанынга доктаай берген.
Русский: Артем, державший под уздцы Лорда Байрона, отскочил в сторону, и тройка, рванувшись и стуча по доскам, вылетела из каретника, сверкая лаком и медью коляски, кидая свежими комьями с копыт пристяжных, заливаясь подобранными бубенцами, – описала по зеленому двору полукруг и стала у дома.
Тувинский: Эргин кырындан ак платье кеткен Александра Леонтьевна дүжүп баткаш, ак хол-майгынын ажытпышаан, ынаар шала ыракта девиржидип турган Никитаже дүвүрей аарак көрген. Ачазы авазын тергеге олурткаш, боду ооң соондан үне халый берген.
– Хап ор!
Русский: С крыльца спустилась Александра Леонтьевна в белом платье и, раскрывая белый зонтик, с тревогой смотрела на гарцевавшего вдалеке Никиту. Отец подсадил матушку в коляску, вскочил сам.
– Пошел!
Тувинский: Сергей Иванович аъттарның дынын көдүре каапкан. Хөлчок чараш, аңнар дег, калдар-кара аъттар дыннарын шеле тыртпышаан, тергени чииги-биле алгаш ыңай болганнар, көвүрүгнү каңгырадыр халдып эрткеш, кошкан аъттар даалыкче киргеш, халчыпканнар. Лорд Байрон ол дээрге – анаа оюнчук-тур деп чүвени билбишаан, кулактарын сүвүреңнедип каап чораан. Авазы минут санында-ла хая көрнүп каап чоруп орган. Никита дынын сула салыпкаш, ыгыйып алган, аъдының кара-маңы-биле кошкан үш аътты сүрүп кел чыткан.
Русский: Сергей Иванович приподнял вожжи. Караковые великолепные звери, просясь на тугих удилах, легко понесли коляску, простучали по мостику, пристяжные пошли в галоп, завились. Лорд Байрон, зная, что все это – шутки, прядал ушами. Матушка поминутно оглядывалась. Никита, пригнувшись, бросив поводья, во весь мах догонял тройку.
Тувинский: Никита эрези кончуг, оларны эрте халды бээр деп бодаан, ынчалза-даа Клопчук ону – артык чүве деп көрген, ынчангаш терге-биле деңнежип кээрге, орукче ээй тырткаш, булутталган доозун аразы-биле терге соондан бир дески челип орган. Ону доктаадыр-даа, хажыызынче ээр-даа арга чок болган: Клопчук ол бүгүнү артык чүве деп санаар, – чоруур дээнде, оруктап чоруур-ла болгай, хей шорлуп чораан херек чок.
Русский: Он хотел лихо пролететь мимо, но Клопик рассудил, что это – лишнее, и когда поравнялся с коляской, то свернул на дорогу и пошел рысью, ровненько позади колес, в облаке пыли. Никакими силами его нельзя было ни приостановить, ни свернуть в сторону: все это он считал излишним, – ехать, так ехать по дороге, зря не задираться.
Тувинский: Авазы хая көрнүп каап-ла чораан. Никита аксын дуй ызырттынып алгаш, аъттың ийи кулааның аразынче кезе көрбүшаан, силгидип-ле чораан. Довурак- доозундан хөңнү булганып, Клопчуктуң челижинден ишти-баары хойтпакталып калган.
– Тергеге кээп олуруп алыр сен бе?
Русский: Матушка оглядывалась. Никита трясся, сжав рот, напряженно глядя между ушей лошади. От пыли тошнило, от Клопиной рыси перебултыхался живот.
– Хочешь в коляску?
Тувинский: Никита угдажок бажын чайгаан. Ачазы каттырып кааш, Сергей Ивановичиге мынча дээн:
– Сала каавыт! 

Русский: Никита упрямо замотал головой. Отец, засмеявшись, сказал Сергею Ивановичу:
– Дай ходу!
Тувинский: Лорд Байрон ийи кулаан үзейткеш, демир дег даваннарын сунгулай каапкан, кошкан аъттар көктүг черлеп калбаргаш чыдыпканнар, Клопчук даалыкче кирген, ынчалза-даа, терге ырап бар-ла чыткан, ынчаар орта Клопчук хорадап келгеш, бар-ла шаа-биле халып орган, – муңгаранчыг-ла кыскан.
Русский: Лорд Байрон наставил уши и пошел выкидывать железными ногами, пристяжные разостлались над травой, Клопик перешел в галоп, но коляска уходила, и он, рассердившись, скакал теперь что было силы – старался ужасно.
Тувинский: Бир дески челиштен хөңнү булганып чорааны чиде берген, Никита эптиг болгаш быжыдыр олурупкан хап орган, кулакта хат сыгырган, орук кыйыында көк тараа чиңгирттиленген, хүн чырыында көзүлбес хамнаарактар бөдүүн үн-биле ырлашкан... Ол дээрге Фенимор Куперниң номунда ышкаш, барык-ла ол хире тааланчыг эки болган.
Русский: Отвратительное ощущение ровной рыси прошло, Никита сидел легко и крепко, свистел ветер в ушах, сбоку дороги ходили волнами зеленые хлеба, невидимо в солнечном свете пели простенькими голосами жаворонки... Это было почти так же хорошо, как у Фенимора Купера.
Тувинский: Кошкан аъттар кылаштажып эгелээннер, Никита оларга чедип келгеш, үрдүнүп секперевишаан, ачазынче өөрүшкүлүг көрүнген.
– Эки-дир бе, кандыг-дыр, Никита?
– Магалыг-ла-дыр. Клопчук – кайгамчык-ла аът-тыр...
Русский: Коляска пошла шагом. Никита догнал ее и, отпыхиваясь, радостно глядел на отца.
– Хорошо, Никита?
– Чудесно... Клопик – удивительная лошадь...
Тувинский: ЭШТИР ЧЕРГЕ
Эртен эрте Василий Никитьевич, Аркадий Иванович, Никита суглар шалыңдан көгере берген сиген аразында кокпа орук-биле хөлчүкке барып эштир дээш, сүрүштүр бар чытканнар.
Русский: В КУПАЛЬНЕ
Рано поутру Василий Никитьевич, Аркадий Иванович и Никита шли гуськом по тропинке, в сизой от росы траве, на пруд – купаться.
Тувинский: Садтың шыргай арыгларында эртенгиниң туманналчаа ам-даа арываан. 
Русский: Утренний дымок еще стоял в густых чащах сада.
Тувинский: Шыкта ары чигирлиг чокпак-сарыглар кырында, ак-ак кашкалар кырында саазын дег, кашпагай ховаганнар үңмерлежип, арылар чымыжынга сагыш човап ужуп чоруп турган. 
Русский: На поляне, над медовыми желтыми метелками, над белыми кашками, толклись легкими листиками бабочки, летела озабоченная пчела.
Тувинский: Сад шыргайында черлик көге-буга мукулап олурган, – карактарын шимгеш, бөскээн дөгдейтир үрдүнгеш, хамык чүве турган хевээр турар, эрте бергеш, эргип, катап чедип кээр деп, муңгаранчыг, тааланчыы-биле мукулап орган.
Русский: В чаще сада ворковал дикий голубь, – закрыв глаза, надув грудку, печально, сладко ворковал о том, что точно так же все это будет всегда, и пройдет, и снова будет.
Тувинский: Сугну чайтыңайндыр часкап турар узун көвүрүгнү кырлап кешкеш, Василий Никитьевич манзыдан кылган узун үгекке кирип келгеш, сериин черге хевин ужулгаш, дүктүгүр хөрээн, хоюг быгыннарын часкагылап, сугнуң карак чылчырыктаар кылаңнааш кырынче көрбүшаан чугаалаан:
– Эки-дир оо, кончуг эки!
Русский: Пройдя по длинным хлопающим по воде мосткам в дощатую купальню, Василий Никитьевич раздевался в тени на лавке, похлопывал себя по белой волосатой груди, по гладким бокам, щурился на ослепительные отблески воды и говорил:
– Хорошо, отлично!
Тувинский: Ооң хүнге додуккан, кылаңнааш салдыг арнын көөрге, ак мага-ботка чыпшырып каан аңгы чүве ышкаш. Ачазының кадык-шыыраа онзагай эки бооп көстүп турган. Будунга азы өштүнге сээк хонуптарга, чаарс кылдыр часкаар, ол черинде ягаан-кызыл ис артып каар. 
Русский: Его загорелое лицо с блестящей бородой казалось приставленным к белому телу. От отца особенно хорошо пахло здоровьем.Когда на ногу или на плечо садилась муха, он звонко шлепал ее ладонью, и на теле оставалось розовое пятно.
Тувинский: Ачазы дерин соодуп алгаш, сугже кирбес, кончуг чиик, чидиг чыттыг саваң алгаш, тайгыр, ногаан балар дуй алы берген чаданы куду ожаарымчалыы-биле баткаш, эштир черже кире бээр, – ында сугнуң тереңи эмиг чедип турар, – бажын, салын аажок саваңнап, үрдүнмүшаан чугаалаар:
– Эки-дир оо, кончуг эки.
Русский: Остынув, отец брал душистое мыло, очень легкое, не тонущее в воде, осторожно сходил по скользкой от зеленой плесени лесенке в купальню, – вода была ему по грудь, – и начинал шибко мылить голову и бороду, фыркая и приговаривая:
– Хорошо, отлично.
Тувинский: Өрүлдүр, эштир чер кырында көк чырыкта сээктер көстүп тургулаан. Инээлик ужуп кирип келгеш, сирилевишаан, уштунчак ногаан карактары-биле Василий Никитьевичиниң саваңныг бажын көрүп туруп-туруп, доора ийинче ужуп үне берген. 
Русский: Вверху, над купальней, в солнечном синем свете, стояли мушки. Залетело коромысло, трепеща глядело изумрудными выпученными глазами на мыльную голову Василия Никитьевича и уносилось боком.
Тувинский: Аркадий Иванович ол үеде ыяды аарак, дүрген хевин уштуп, будунуң шала ыргак-ыргак узун салааларын дыгдынмышаан, эштир черниң даштыкы эжиин ажыткаш, эрик кырында көрүп турар кижи чок бе деп, ыңай-бээр көрзүнгеш, чоон үнү-биле чугааланган: «Ийет ыңар, эки-дир ыңар,» – оон иштин мурнадыр хөлчүкче калбаш барып дүшкен.
Русский: Аркадий Иванович в это время поспешно и стыдливо раздевался, поджимая длинные пальцы на ногах, несколько кривоватых, отворял наружную дверцу купальни, оглядывался – не видит ли его кто-нибудь с берега, – басом говорил: "Ну-с, хорошо-с", – и бросался животом в пруд.
Тувинский: Суг чаштавышаан чалдандыр чарлы берген, хойган тааннар талдардан ужуп үнген, а Аркадий Иванович көксүмээр суг иштинде сарыг дүктүг арган мага-бодун дыйлаңнатпышаан, кулажылап харбанып бар чыткап.
Русский: Вода с плеском расступалась, взлетали с ветел испуганные грачи, а он плыл саженками, вилял под синеватой водой худым рыжеволосым телом.
Тувинский: Аркадий Иванович хөлчүктүң ортузунга чедир эшти бергеш, аңдарлып-дүңдерлип, шымнып, суг ээзи коргунчуг амытан дег: «Ух-брррр...» – деп киңгирткайнып турган.
Русский: Заплыв на середину пруда, Аркадий Иванович начинал перекувыркиваться, нырял и ухал, как водяное чудовище: "Ух-брррр..."
Тувинский: Никита чуксуг узун сандай кырынга маспактанып алгаш, ачазының чунуп алырын манап олурган. 
Русский: Никита сидел калачиком на смолистой лавке и поджидал, когда отец кончит мыться.
Тувинский: Василий Никитьевич чада кырынга саваңын, эът-дүрбүүрүн салып кааш, кулактарыи дуй туткаш, үш ка- тап шымны каапкан, – бажының өл дүктери чыпшынчып калган, салы шиштее берген, бүгү бодун көөрге, элеп-түреп, падын бараан чүве дег болган, ону харын ынча деп адаар турган: «Түреңги Васяның хевинге кирер».
Русский: Василий Никитьевич клал на лесенку мыло и мочалку, затыкал уши и окунался три раза – мокрые волосы у него прилипали, борода отвисала клином, весь вид становился несчастный, это так и называлось: "Делать несчастного Васю".
Тувинский: – Че, эштиилем – деп чугаалааш, ачазы даштыкы көвүрүгге үнүп келген, оон хөлчүкче мээш барып дүшкеш, кылаң суг иштинге холдарын, буттарын оожум дыгдынып, көзүлбүшаан, пага дег, эштип чоруп каан.
Русский: – Ну, поплыли, – говорил он, вылезал на наружные мостки, тяжело кидался в пруд и плыл по-лягушиному, медленно разводя руками и ногами в прозрачной воде.
Тувинский: Никита сугже караш кылынгаш, ачазынга чедир эшти бергеш, ооң мактаарын манап, кожа эштип чораан: бо чайын Никита Чагра хемге оолдар-биле эки эштип өөренип алган – ийленип чыдып-даа алгаш, ооргазынга ойталап-даа алгаш, бут кырынга тура-даа, суг иштинге дыгдынып-даа алгаш эштип билир.
Русский: Никита кувырком летел в пруд и, догнав отца, плыл рядом с ним, ожидая, когда отец похвалит: за это лето Никита ловко научился плавать, купаясь с мальчиками в Чагре, – умел боком, и на спине, и стоя, и колесом под водой. Отец говорил шепотом:
Тувинский: Ачазы мынча деп сымыранган:
– Аркадийни барып сугже киир идиптээл. Ийи тарай эжингеш, Аркадий Ивановичиге ийи таладан чеде бергеннер, а Аркадий Иванович караа ыракта чүвээ четпес болгаш, бүзээледип алганын эскербээн. Чоокшулап келгеш, кулажылап харбанмышаан, ооң кырында барганнар. 
Русский: Отец говорил шепотом:
– Аркадия топить.
Они разделялись и плыли с двух сторон к Аркадию Ивановичу, который по близорукости не замечал окружения. Подплыв, они кидались к нему на саженках.
Тувинский: Аркадий Иванович алгырыпкаш, ол-бо былдап, курлак чедир сугдан ушта халып, шымнып туруп берген. Ооң будундан сегирип алганнар, кичигеден чүүден-даа артык коргар. Ону тудуп алыры ындыг-ла белен эвес, алдырбайн барган. 
Русский: Аркадий Иванович, взревев, начинал метаться, высовываясь по пояс, и нырял. Его ловили за ноги, – он больше всего на свете боялся щекотки. Но поймать его было нелегко, – чаще всего он уходил.
Тувинский: Василий Никитьевич биле Никита эштир черге чедип кээрге, Аркадий Иванович иштики хевин, көстүүн кедип алган, узун сандайда хораныы кончуг каттырбышаан, чугаалаан:
– Эштип, эки эштип өөренир херек, дээргилер.
Русский: Когда Василий Никитьевич и Никита возвращались в купальню, Аркадий Иванович уже сидел на лавке в белье и очках и говорил с обидным хохотом:
– Плавать, плавать надо учиться, господа.
Тувинский: Хөлчүктен чанып кээрге, Александра Леонтьевна ак бөрт, дүктүгүр халат кедип алган ужуражып келген. Хүнден караан сыгдыйтып алгаш, хүлүмзүрбүшаан, чугаалаан:
– Чемни садта липа адаанда белеткеп каан. Барып шайлап алыңар, мени манаваңар, – бичии булкалар соой бээр.
Русский: Возвращаясь с пруда, обычно встречали Александру Леонтьевну в белом чепчике и в мохнатом халате. Матушка, щуря глаза от солнца и улыбаясь, говорила:
– Чай накрыт в саду, под липой. Садитесь, не ждите меня, – булочки остынут.
Тувинский: БАРОМЕТР СОГУНЧУГАЖЫ
Василий Никитьевич аяар кончуттунмушаан, дыргаа-биле барометр соктап келгенден бээр каш-даа хонган, – согунчугажы шимчевес: «кааң, кончуг кааң» дээн черде-ле турар. 
Русский: СТРЕЛКА БАРОМЕТРА
Василий Никитьевич вот уже несколько дней стучал ногтями по барометру и шепотом чертыхался, – стрелка стояла: "сухо, очень сухо".
Тувинский: Ийи неделя дургузунда чаңгыс дамды-даа чаашкын дүшпээн, а тараа быжар өй келген. 
Русский: За две недели не упало ни капли дождя, а хлебам было время зреть.
Тувинский: Чер чарлып, тигленгилей берген, изигден дээрниң өңү оңуп калган, ынаар ыракта горизонт кырында мал доюлдурган доозун дег, дүдүскек диргелген. 
Русский: Земля растрескалась, от зноя выцвело небо, и вдали, над горизонтом, висела мгла, похожая на пыль от стада.
Тувинский: Шынаалар саргарттыр кадып калган, ыяштар бүрүлери караргаш, дырыжа бергилээн, Василий Никитьевич барометр шилин чеже-даа соктаза, – согунчугаш кара-шору, чүгле: «кааң, кончуг кааң» деп чүвени көргүзүп алган турар.
Русский: Погорели луга, потускнели, стали свертываться листья на деревьях, и сколько Василий Никитьевич ни стучал в стекло барометра, – стрелка упорно показывала: "сухо, очень сухо".
Тувинский: Аал иштиниң улузу столга чыглып келгенде, мурнукузу дег оюн-баштак чок, ачазы биле авазының арыннарында сагыш човаан шинчи кирген. 
Русский: Собираясь за столом, домашние не шутили, как прежде, – лица у отца и матушки были озабоченные.
Тувинский: Аркадий Иванович база-ла чүве ыыттавастаан, аяар улуг тынганын чажырар дээн чүве дег, ында-хаая көстүүн эткилеп каап, таваанче көрүп алган олурар. Ындыг-даа болза ооң бодунуң чылдагааны бар турган: Сосновкага аалдап кээр болган хоорайда башкы Васса Ниловна: «аарыг авам орнундан турбастаан» деп бижээш, Аркадий Иванович-биле чүгле күзүн Самарага ужуражып болурунга идегеп турарын дыңнаткан болган.
Русский: Аркадий Иванович тоже молчал, глядел в тарелку и время от времени поправлял очки, стараясь скрыть этим сдержанный вздох. Но у него была своя причина: Васса Ниловна, городская учительница, обещавшая приехать погостить в Сосновку, написала, что "прикована к постели больной матери" и надеется повидаться с Аркадием Ивановичем только осенью в Самаре.
Тувинский: Ол Васса Ниловна Никитаның сагыжынга мынчаар көзүлген: шак баа тудуп алган, куу кофталыг, узун сынныг, муңгаргай херээжен кижи бир будун орун будунда чыпшыр кинчиледип алган олурар. Ылангыя бо кааң изиг, дунааргай хүннерде ол хоорайда херээжен башкыны куруг хана баарында демир орун чанында олурар кылдыр сактырга, муңгаранчыы мырыңай дендии.
Русский: Никита так и представлял эту Вассу Ниловну: сидит длинная унылая женщина в серой кофточке, со шнурком от часов, и одна нога ее прикована цепью к ножке кровати. В особенности в эти тусклые от сухой мглы, душные дни тоскливо было представлять себе городскую учительницу, сидящую у голой стены, у железной кровати.
Тувинский: Дүштеки чемде Василий Никитьевич салаазы-биле стол кыдыынга полька аялгазын согувушаан, мынча дээн:
– Бир эвес даарта чаашкын чагбас болза – дүжүт өлгени ол.

Русский: За обедом Василий Никитьевич, выбивая пальцами полечку по краю тарелки, сказал:
– Если завтра не будет дождя,- урожай погиб.
Тувинский: Авазы дораан-на куду көрнү берген. Үстүү бажы төгерик, кажан-даа чүлгүттүнмээн, ээремчигей дузаа долган, ийи каът шилдиг аажок улуг соңгада сээктиң дембээрел дег шиилээни дыңналып турган. 
Русский: Матушка сейчас же опустила голову. Слышно было, как, точно в бреду, звенела муха в огромном окне, в том месте, где наверху полукруглые двойные стекла, никогда не протиравшиеся, были затянуты паутиной.
Тувинский: Садтан изиг агаар кирбезин дээш, балконче үнер шил хаалганы хаап каан.
– Таан-даа, ам база аш чыл болуру ол чүве боорбе – деп, авазы чугаалаан, – бурган өршээ, ат чүве-дир аа!

Русский: Стеклянная дверь на балкон была закрыта, чтобы из сада не несло жаром.
– Неужели – опять голодный год, – проговорила матушка, – боже, как ужасно!
Тувинский: – Чүү дээрил аан, мындыг чүве-дир ийин: шагны манап олурар, ол-ла – дээш, ачазы холдарын чычыы чүвүрүнүң карманнарынче суп алгаш, соңга караанга келгеш, дээрже көрүп турган, – бо ханныг айыыл ам чаңгыс-ла хүн мынчаар өрттендир чиир болза – аш кыш дүжүп, тиф хамчык өөскүп, мал-маган чудап, ажы-төл өлүп кырылганы ол... Бодаар-даа арга чок.
Русский: – Да, вот так: сиди и жди казни, – отец подошел к окну и глядел на небо, засунув руки в карманы чесучовых панталон, – еще один день этого окаянного пекла, и – вот тебе голодная зима, тиф, падает скот, мрут дети... Непостижимо.
Тувинский: Дүштеки чем чугаа-соот чок доозулган. Ачазы удуур дээш, чоруй барган. Авазын хеп санаар дээш – паштаныр өрээлче кый дей берген. Аркадий Иванович шуут шаанга киир ундарап кудараар дээш, өрттенген ховуже чааскаан чорупкан.
Русский: Обед кончился в молчании. Отец ушел спать. Матушку позвали на кухню считать белье, Аркадий Иванович, чтобы уж совсем стало скверно на душе, отправился один гулять в раскаленную степь.
Тувинский: Дал-дүштүң чииренчиг ыржымында чүгле сээктер шиилээни дыңналыр, хамык-ла чүвениң кырын доозун шыва алган ышкаш. 
Русский: В комнатах, в полуденной зловещей тишине, только звенели мухи, все вещи были словно подернуты пылью.
Тувинский: Никита баш сугар чер тыппайн чоруп турган. Даштын эргинге келген. Бүлүргей, ындыг-даа болза бир-ле ындыг карак чылчырыктаар ак хүн чырыының адаанда делгем кодан ишти куруг болгаш ыржым болган, – хамык чүве өлүмзүреп, удуй берген. Ыржымдан, хүннүң изиинден баш ишти түүлээр.
Русский: Никита не знал, куда приткнуться. Пошел на крыльцо. Под мглистым, но особенно каким-то ослепительным белым светом солнца широкий двор был пустынен и тих, – все заснуло, замерло. От тишины, от зноя звенело в голове.
Тувинский: Никита садка келген, ынчалза-даа ында база амыдырал чок болган. Удумзургай ары өөңейнип эрткен. Демир дег апаргылаан, доозун үглээн бүрүлер шимчеш-даа дивес. Хөлчүкте суг кырында оңуп калган хеме турган, тааннар ону мылчак ак-ак кылдыр чүдедип каапкан.
Русский: Никита пошел в сад, но и там не было жизни. Прожужжала сонная пчела. Не шевелясь, висели пыльные листья, как жестяные. На пруду, врезанная в тусклую воду, стояла лодка, грачи засидели ее белыми пятнами.
Тувинский: Никита элеңейнип чанып келгеш, күске чыды сиңген бичии диван кырынга чыда дүшкен. 
Русский: Никита побрел домой и прилег на пахнущий мышами диванчик.
Тувинский: Зал ортузунда шывыын союп аппарган, кижи хөңнү чок, хөй буттуг стол турган. Чырык өртемчей кырында ол стол дег солун эвес чүве чок. 
Русский: Посредине зала стоял оголенный от скатерти со множеством противных тонких ножек обеденный стол. Ничего на свете не было скучнее этого стола.
Тувинский: Ынаар ырак паштаныр өрээлде паштанчының ырлаан үнү дыңналган, – чуура соктап каан тууйбу-биле бижиктер дүрбүп аштап турган боор оң, өлүр четкиже чалгаарааш, улуп, аяар улуп турары ол-дур ийин ооң.
Русский: Вдалеке на кухне негромко пела кухарка, – чистит, должно быть, толченым кирпичом, ножи и воет, воет вполголоса от смертной тоски.
Тувинский: Шала ажыдып каан соңга караанда аксын аазадып алган Сарыгбай көстүп келген, – изии ол хире болганы ол-дур. Кезек тынгаш, стол ажыр ушкаш, Никитаның эктинге кээп хонуп алган. Бажын борбаңнаткылааш, караанче ылавылап көргеш, Никитаның кастыгында, тараа ышкаш, кара меңниг черин ызыра каапкан, – шымчый каапкаш, ооң караанче база катап көрген.
Русский: Но вот в полураскрытом окне, на подоконнике, появился Желтухин, клюв у него был раскрыт, – до того жарко. Подышав, он пролетел над столом и сел Никите на плечо. Повертел головой, заглянул в глаза и клюнул в висок, в то место, где у Никиты была черненькая родинка, как зернышко, – ущипнул и опять заглянул в глаза.
Тувинский: – Анчыг кылынмайн көр, ыңай бар – дээш, Никита чалгаарап тургаш, кара-баарзыкка диизеге куткан суг салып берген.
Русский: – Отстань, пожалуйста, убирайся, – сказал ему Никита и лениво поднялся, налил скворцу водицы в блюдечко.
Тувинский: Сарыгбай сугну ижип алгаш, диизе иштинче кире халааш, сугну дөгерезин төп-чайып, эштип алгаш, омак-сергээ кончуг апарган, силгиленип, аштанып алыр чер дилеп ужуп чоруткаш, барометрниң ыяш хааржааның хоозунга хонуп алган.
Русский: Желтухин напился, прыгнул в блюдечко, выкупался, расплескал всю воду, повеселел и полетел искать места, где бы отряхнуться, почиститься, и сел на карнизик деревянного футляра барометра.
Тувинский: – Фюють – деп, Сарыгбай уян үнү-биле чугаа- лаан, – фюють, шуур-рган.
– Чүү дидир сен? – дээш, Никита барометрге келген.

Русский: – Фюить, – нежным голосом сказал Желтухин, – фюить, бур-ря.
– Что ты говоришь? – спросил Никита и подошел к барометру.
Тувинский: Сарыгбай хоода олурбушаан, мөгейип кааш, куш болгаш орус дыл кырынга бир-ле чүве чугааланып олурган. Таптыг-ла ол душта Никита көөрге, чурагай кырында көк согунчугаш алдын согунчугаштан ырай берген, «аралашкак» биле «шуурган» дээн черлерниң аразында сириңейнип турган.
Русский: Желтухин кланялся, сидя на карнизике, опускал крылья, бормотал что-то по-птичьи и по-русски. И в эту минуту Никита увидел, что синяя стрелка на циферблате, далеко отделившись от золотой стрелки, дрожит между "переменчиво" и "бурей".
Тувинский: Никита барометрниң шилинче согугулай каапкан, – согунчугаш «шуурган» дээн черже чыла берген. 
Русский: Никита забарабанил пальцами в стекло, – стрелка еще передвинулась на деление к "буре".
Тувинский: Никита библиотекада удуп чыткан ачазынга келген. Эжикти соктай каапкан. Ачазының удумзургай, шедиргеленчек үнү үнүп, далаш-биле айтырган:
– А чүл? Чүү болду?
– Ачай, бээр келем – барометрни барып көр... – Шаптык болба, Никита, мен удуп чыдыр мен.
Русский: Никита побежал в библиотеку, где спал отец. Постучал. Сонный, измятый голос отца спросил поспешно:
– А, что? Что такое?..
– Папа, поди - посмотри барометр... – Не мешай, Никита, я сплю.
Тувинский: – Барометрниң канчап турары ол, барып көрем, ачай...
Библиотека иштинде шимээн-даа чок, – ачазының оттуп чадап кааны-ла ол боор оң. Адак сөөлүнде ооң кызыл-даван буттары шылыраан, дүлгүүр хылырт дээн, оон шала ажыттынган эжиктен агбая берген сал бакылап келген:
– Мени чүге оттурдуң? Чүү болду?
Русский: – Посмотри, что с барометром делается, папа... 
В библиотеке было тихо, – очевидно, отец никак не мог проснуться. Наконец зашлепали его босые ноги, повернулся ключ, и в приоткрытую дверь просунулась всклоченная борода:
– Зачем меня разбудил?.. Что случилось?..
Тувинский: – Барометр шуурган көргүзүп тур.
– Мегелеве – деп, ачазы корткан үн-биле сымырангаш, залче маңнап чоруткаш, оон дораан-на бажың сыңмас кылдыр алгырып үнген: – Саша, Саша, шуурган!.. Ура!.. Амыраан-дыр бис!
Русский: – Барометр показывает бурю.
– Врешь, – испуганным шепотом проговорил отец и побежал в залу и сейчас же оттуда закричал на весь дом: – Саша, Саша, буря!.. Ура!.. Спасены!
Тувинский: Шылагзынчыы болгаш изии дам барган. 
Русский: Томление и зной усиливались. .
Тувинский: Куш үнү читкен, соңгада сээктер даамчырай берген. 
Русский: Замолкли птицы, мухи осоловели на окнах
Тувинский: Кежээ чавызаан хүн хан-кызыл хаяаже чиде берген.
Русский: К вечеру низкое солнце скрылось в раскаленной мгле.
Тувинский: Имир саадаваан.
Русский: Сумерки настали быстро.
Тувинский: Шуут караңгылап келген – чаңгыс-даа сылдыс чок. 
Русский: Было совсем темно – ни одной звезды.
Тувинский: Барометр согунчугажы «шуурганны» быжыы-биле айтып алган турган. 
Русский: Стрелка барометра твердо указывала "буря".
Тувинский: Бажың ишти шупту дөртен буттуг төгерик столда чыглып алган олурган. Аразында сымыранчып чугаалажып, көзүлбес садче, ажык балкон хаалгазынче көрүп каап олурганнар.
Русский: Все домашние собрались и сидели у круглого сороконожечного стола. Говорили шепотом, оглядывались на раскрытые в невидимый сад балконные двери.
Тувинский: Ол өлүг чүве дег ыржымда хөлчүк кыдыында улуг талдар хамыкты мурнап чоргаары-биле шооңайндыр шимээргеп үнгеннер, ооң-биле кады тааннарның корткан үнү дыңналып келген. 
Русский: И вот в мертвенной тишине первыми, глухо и важно, зашумели ветлы на пруду, долетели испуганные крики грачей.
Тувинский: Ачазы балконче, караңгы черже үне берген. Шоолаан шимээн улам дыңзыгып, байырланчыг бооп кел чыткан. Адак сөөлүнде, түлүк келген күштүг хат балкон баарында акация хараганны чыттыр базып эрткеш, эжиктен даштыкы бир-ле чидиг чытты киир хапкан, бир каш кургаг бүрүлер хат аайы-биле эстеп келген, ак лампаның чырыы чивеш дээн, оон түлүктеп келген хат сыгырып, хоолайларда болгаш бажың азыгларында улуп туруп берген. 
Русский: Отец ушел на балкон, в темноту. Шум становился все крепче, торжественнее, и, наконец, сильным порывом ветра примяло акации у балкона, пахнуло пахучим духом в дверь, внесло несколько сухих листьев, мигнул огонь в матовом шаре лампы, и налетевший ветер засвистал, завыл в трубах и в углах дома.
Тувинский: Бир черде соңга киңгирт дээш, бузулган шил кыңгырткайны берген. Ам бүгү сад шимээргеп, ыяштар уннары дызырткайнып, ыяштарның көзүлбес баштары эглиңейнип тургулаан. 
Русский: Где-то бухнуло окно, зазвенели разбитые стекла. Весь сад теперь шумел, скрипели стволы, качались невидимые вершины.
Тувинский: Балкондан семдерей берген Василий Никитьевич кирип келген, аксын аазадып алган, карактарын хере көрүп алган болган. 
Русский: Появился с балкона растрепанный Василий Никитьевич, рот его был раскрыт, глаза расширены.
Тувинский: Ынчап турда, хенертен – карак чылчырыктаар ак-көк чырыктан дүн арлы хона берген, черже чыткылапкан ыяштарның кара барааннары хензиг када көстү каапкан. 
Русский: И вот– бело-синим ослепительным светом раскрылась ночь, на мгновение черными очертаниями появились низко наклонившиеся деревья.
Тувинский: Оон катап-ла караңгы дүмбей апарган. Оон чыжырт дээн соонда, бүгү дээр кээп дүшкен ышкаш болган. Ол дааш-шимээнге чартыккаш, соңга шилдеринге чаашкын дамдылары кажан кээп дүшкенин, төктүп батканын кым-даа эскербейн барган. Күштүг, суггур чаашкын аккан хем дег, төктүп-ле баткан. 
Русский: И – снова тьма. И грохнуло, обрушилось все небо. За шумом никто не услышал, как упали и потекли капли дождя на стеклах. Хлынул дождь – сильный, обильный, потоком.
Тувинский: Авазы балкон эжиинге кээп туруп алган, – карактарының чажы бүлдеңейнип келген. 
Русский: Матушка стала в балконных дверях,глаза ее были полны слез.
Тувинский: Шык өл довурак, чаашкын болгаш оът-сиген чыды зал иштин дола берген.
Русский: Запах влаги, прели, дождя и травы наполнил зал.
Тувинский: ЧАГААЖЫГАШ
Никита аъттан дүже халааш, Клопчугун шокар адагашта кадагга баглап кааш, Утевка суурнуң базаар шөлүнде почта салбырынга кирип келген.

Русский: ПИСЬМЕЦО
Никита соскочил с седла, привязал Клопика за гвоздь у полосатого столба и вошел в почтовое отделение в селе Утевке на базарной площади.
Тувинский: Ажык узун баартактаныр чер артында бажынын дүгү салбарара берген, селгек арынныг почтмейстер чук өрттедип орган. Ооң столунуң кырын дөгерезин чук, будук мылчактап каапкан, таакпы хүлү өдектелген болган. 
Русский: За открытой загородкой сидел всклокоченный, с опухшим лицом, почтмейстер и жег на свечке сургуч. Весь стол у него был закапан сургучом и чернилами, засыпан табачным пеплом.
Тувинский: Хып турган чукту чагаа хавынче дамдылаткаш, дүктүгүр холу-биле таңма сегирип алгаш, дирт-ле кылыр, сактырга, чагаа чоруткан кижиниң бажын деже шааптар деп бодаан ышкаш. Ооң соонда стол хааржаандан марка уштуп эккелгеш, узун дылын ужулгаш, марканы чылгааш, чыпшыргаш, ческинип дүкпүрүпкеш, чүгле ооң соонда Никитаже хапыгыр карактары-биле көрүнген.
Русский: Накапав на конверт кучу пылающего сургуча, он схватил волосатой рукой печать и стукнул ею так, будто желал проломить череп отправителю. Затем полез в ящик стола, вынул марку, высунул большой язык, лизнул, наклеил, с отвращением сплюнул и уже только тогда покосился заплывшими глазами на Никиту.
Тувинский: Ол почтмейстерни Иван Иванович Ландышев дээр. Хамык-ла солуннар болгаш журналдарны номчууру аңаа чаң болган: эгезинден төнчүзүнге чедир номчуур, номчуп дооспаан шаанда, черле бербес. Ол дугайында улус Самараже чеже-даа хомудал киирген, ынчалза-даа почтмейстер улам хорадап, номчулгазын соксатпайн турган. 
Русский: Почтмейстера этого звали Иван Иванович Ландышев. У него было обыкновение читать все газеты и журналы: читал от доски до доски и, покуда не прочтет, ни за что не выдаст. Неоднократно на него жаловались в Самару, но он только хуже сердился, чтения же не прекращал. Шесть
Тувинский: Почтмейстер чылда алды катап арагалаар, ынчап барганда, улус почта салбырынче киреринден безин коргар. Ол хүннерде почтмейстер соңга караандан бакылап алгаш, бүгү шөлге дыңналдыр алгырар: «Сүнезиним чипкен силер, хуураан кулугурлар!»
Русский: Шесть раз в год он запивал, и тогда в почтовое отделение боялись даже заходить. В эти дни почтмейстер высовывался в окошко и кричал на всю площадь: "Душу мою съели, окаянные!"
Тувинский: – Ачам мени почта эккел дээш чорутту – деп, Никита чугаалаан.
Почтмейстер чүнү-даа харыылавайн, катап-ла чук өрттеди берген, ынчалза-даа холунуң кырынче дамдыладыпкаш, алгырып тура халааш, дедир олуруп алган.

Русский: – Меня папа прислал за почтой, – сказал Никита.
Почтмейстер ничего не ответил, опять разжег сургуч, но, капнув себе на руку, вскочил, зарычал и сел опять.
Тувинский: – Мен чүге билир ужурлуг кижи мен, – сээң адаң чүү кижил? – деп, дендии хөөнчок чугаалаан. – Мында кижи болганы-ла – ада, мында шупту – адалар боор ышкажыл... 
Русский: – Почему я должен знать – кто такой папа? – проговорил он крайне недоброжелательно. – Тут каждый – папа, тут все – папы...
Тувинский: – Чүү дидир силер?
– Адаларыңар муң-муң боор-дур дидир мен – дээш, почтмейстер мырыңай стол кырынче дүкпүрүвүткен. – Фамилиязы кымыл, ол адаңның фамилиязы кымыл?– деп айтырып ор мен – дээш, чугун октапкаш, чүгле Никита харыылаан соонда, стол иштинден бир бөлүк чагаалар уштуп эккелген.
Русский: – Что вы говорите?
– Что у вас тысячу пап – говорю, – почтмейстер даже плюнул под стол. Фамилия, фамилия, спрашиваю, этому папе-то как? – Он швырнул сургуч и только после ответа Никиты вытащил из стола пачку писем.
Тувинский: Никита оларны (чагааларны) саадаанга суп алгаш, дидим эвези-биле айтырган:
– А журналдар, солуннар бар эвес чүве бе?
Почтмейстер шыжыгып эгелээн. Никита харыызын албайн, үне берген.
Русский: Никита положил их (писем) в сумку, спросил робко:
– А журналов, газет разве нет? Почтмейстер начал надуваться. Никита,
не дожидаясь ответа, скрылся за дверью.
Тувинский: Почта баглаажында сээк-мааска үглеткен Клопчук чер тепсээн, кудуруу-биле бодун улдаан турган. Хендир дег сарыг баштыг, хымыс шаарынга борашкан ийи бичии оол аътты кайгаан турганнар.
– Ыңай тур! – деп, Никита аъттанмышаан, оларже алгырган.
Русский: У почтового столба Клопик топал ногой и обхлестывал себя хвостом, – до того его облепили мухи. Два маленьких, измазанных квасною гущей мальчика, с льняными волосами, глядели на лошадь.
– Посторонись! – крикнул им Никита, садясь в седло.
Тувинский: Оолдарның бирээзи довурак кырынга олура каапкан, бирээзи хая көрүнгеш, маңнап ыңай болган. Соңга өттүр көөрге, почтмейстерниң холунда катап-ла чук чалбыраан турган.
Русский: Один из мальчиков сел в пыль, другой повернулся и побежал. В окошко было видно, как в руке у почтмейстера опять пылал сургуч.
Тувинский: Суур кыдыында, бышкан тараадан изип келген алдын-сарыг ховуга үнүп келгеш, Клопчугажын суудадыр кылаштадыпкаш, Никита саадаан ажыткаш, почтаны көрген.
Русский: Выехав из села в степь, золотисто-желтую и горячую от спелых хлебов, пустив Клопика идти вольным шагом, Никита раскрыл сумку и пересмотрел почту.
Тувинский: Чагааларның бирээзи ак-кызыл хаптыг бичии чагааның даштын улуг-улуг үжүктер-биле мынча деп бижип каан болган: «Никитага дамчыдып бээр». Чагаажыгашты уулзалыг саазынга бижээн болган. Никита дүймээш, караан чивеңнетпишаан, номчаан:
Русский: Одно из писем было маленькое в светло-лиловом конвертике, надписанное большими буквами - "Передать Никите". Письмецо было на кружевной бумажке. Мигая от волнения, Никита прочел:
Тувинский: «Эргим Никита, мен силерни көңгүс утпаан мен. Мен силерге кончуг ынак мен. Бис чайлагда чурттап тур бис. Бистиң чайлаавыс хөлчок эки. Харын Виктор меңээ шорбажыр, мени анаа чоргуспас-тыр. Авамга хай диртпестээн. Ооң бажын үш катап машина-биле кыргаан, ам турган боду шыйбак апарган чоруур-дур. Мен бистиң садывыста чааскаан агаарлап чоруп тур мен. Бисте ааткыыш бар, амдыызында бышпаан яблоктар безин бар. Элдептиг арга дугайын утпаан боор силер але? Күзүн маңаа, Самарага келгеш барыңар. Силерниң билзээңерни ам-даа чидирбээн мен. Байырлыг. Лиля».
Русский: "Милый Никита, я вас совсем не забыла. Я вас очень люблю. Мы живем на даче. И наша дача очень хорошенькая. Хотя Виктор очень пристает, не дает мне жить. Он отбился у мамы от рук. Ему в третий раз обстригли машинкой волосы, и он ходит весь расцарапанный. Я гуляю одна в нашем саду. У нас есть качели и даже яблоки, которые еще не поспели. А помните про волшебный лес? Приезжайте осенью к нам в Самару. Ваше колечко я еще не потеряла. До свидания. Лиля".
Тувинский: Никита ол кайгамчыктыг чагааны каш-даа катап номчаан. Ужугуп чиде берген бодарал хүннериниң магалыг чаагайы ол чагаадан хенертен дирлип келген. Лаалар чайынналдыр чырый бергилээн. 
Русский: Несколько раз перечел Никита это удивительное письмо. Из него пахнуло вдруг прелестью отлетевших рождественских дней. Затеплились свечи.
Тувинский: Уругнуң кичээнгейлиг көк карактарының кырында улуг бант ханада чайганып турар хөлеге бооп көстүп келген, шивижигеш шимээн саазын илчирбелер шылырткайнып, доңган соңгада ай херели кылаңайны берген. Кырында харлыг бажыңнар серилери, ак-ак ыяштар, харлыг ховулар кырынче тоолзуг чырык чайт кылдыр төктү берген... Лампа адаанда төгерик столда Лиля катап чедип келген, бичии чудуруунда сегелин үстүрүп алган олурган... Элдептиг илби-шиди!..
Русский: Покачиваясь тенью на стене, появился большой бант над внимательными синими глазами девочки, зашуршали елочные цепи, заискрился лунный свет в замерзших окнах. Призрачным светом были залиты снежные крыши, белые деревья, снежные поля... Под лампой, у круглого стола, снова сидела Лиля, облокотившись на кулачок... Колдовство!..
Тувинский: Никита эзеңгизин хере тепкеш, кымчызын чая каапкан. Клопчук меңнеп хойгаш, бир ийинче чаштай дүшкеш, ыт даалыгы-биле даалыктап чорупкан. Кезээ шагның хады кулаанга сыгырып келген. Калбак хову, оюк-деликтеп кезип каан, бышкан тараалар, хемчигеш кыдыында дой-довурактыг шанчыг кырында эзир бедий берген салдап чораан. 
Русский: Никита привстал на стременах, взмахнул плетью, – Клопик от неожиданности шарахнулся в сторону и поскакал собачьим галопом. Вековечно засвистал ветер в ушах. Над широкой степью, над спелыми, кое-где уже сжатыми хлебами, высоко над глиняным обрывом речки – плавал орел.
Тувинский: Чоогада, кужурлуг хөлчүгеште чибис деп тулаа кужу – чалынганзыг, ээнзиргей үн-биле эдип турганнар. «Хап-ла ор, хап-ла ор, хап-ла ор! – деп, Никита боданган. Оон чүрээ өөрүшкүлүү-биле соп чораан. – Сыгыр, сыгыр, хат!.. Ужук-ла, ужук, эзир!.. Алгыр, алгыр, чибис, – мен сенден артык аас-кежиктиг мен. Хат биле мен, хат биле мен...»
Русский: В лощине, у солончакового озерца, кричали чибисы – жалобно, пустынно. "Скачи, скачи, скачи! – думал Никита. Сердце его радостно, сильно билось. – Свисти, свисти, ветер!.. Лети, лети, птица орел!.. Кричи, кричи, чибис, – я счастливее тебя. Ветер да я, ветер да я..."
Тувинский: ПЕСТРАВКАГА ЯРМАРКА
Ачазы биле авазы үш хондур алгыжып келген: ачазы Пестравкаже, ярмаркага кончуг барыксаан, авазы дээрге ынаар баарынга шуут удур.
– Пестравка улузу сен чогуңда-даа ажырбас-тыр ийин, күжүр өңнүүм.
Русский: ЯРМАРКА В ПЕСТРАВКЕ
Третий день Василий Никитьевич и матушка ссорились: отцу очень хотелось поехать на ярмарку в Пестравку, матушка же была решительно против этой поездки:
– В Пестравке прекрасно, мой друг, и без тебя обойдутся.
Тувинский: – Чиктиг-ле чүве-дир – деп, ачазы салын бөле адыштааш, оозун ызырып, эктин кыспышаан, харыылаан, – кончуг чиктиг чүве-ле-дир!
– Сеңээ чиктиг-даа болгай аан, күжүр өңнүүм.

Русский: – Странно,- отвечал отец, захватывая всею горстью бороду, кусая ее и пожимая плечами, – это очень странно!
– Ну пусть, мой друг, тебе странно.
Тувинский: – Чок, черле дендии чиктиг чүве-дир бо!
– Мен база катап чугаалап ор мен деп, авазы чугаалаан, – биске ам аъттың херээ чок: бурган авыра, аян-чорук кылыр, аалдаар аъттар кажаа сыңмас ышкажыл.

Русский: – Нет, это в высшей степени странно!
– А я еще раз повторяю, - говорила матушка, – что нам новые лошади не нужны: слава богу, выездных – полна конюшня.
Тувинский: – Сен черле бодап көрден, мен бо хайлыг Зарема деп бени садыптар дээш, ынаар баар деп турар кижи-дир мен.
– Хей ынчап турар-дыр сен, Зарема – тергиин эки бе боор.

Русский: – Пойми наконец, что я еду, чтобы продать эту проклятую кобылу Заремку.
– Напрасно, Заремка – прекрасная кобыла.
Тувинский: – Херек чок чүве чугаалава! – дээш, ачазы буттарын адыра баскаш, караан чара көрүп алган. – Зарема ызырар-даа, тевер-даа бе боор.
– Чок – деп, авазы чаныш чок харыылаан, – Зарема ызырбас-даа, теппес-даа бе чүве.

Русский: – Что ты мне говоришь! – Отец расставлял ноги и выпучивал глаза. Заремка кусается и бьет задом.
– Нет, – твердо отвечала матушка, – Заремка не кусается и не бьет задом.
Тувинский: – Ындыг болганда – дээш, ачазы бараалгаашкынның ёзулалын-даа кылган, – мен шуут сөглеп каайн: чок-ла болза ол хайлыг бе маңаа артып калзын, чок-ла болза мен!
Русский: – В таком случае, – отец даже расшаркивался, – я прямо заявляю: или эта проклятая кобыла в хозяйстве, или я!
Тувинский: Ынчап турза-турза, Никитаның бодааны ышкаш, авазы бениң орнунга ачазы артып калзын деп бодаан. Маргыжарын соксааш, эптежип, бот-боду удур-дедир хүндүткежи бергеннер: бени садар деп шиитпирлээннер, а адазы: «ярмаркага эңдерик акшаларны чарыгдавас» деп чыгаанга кирип берген.
Русский: В конце концов матушка, как и догадывался Никита, предпочла отца. Спор кончился примирением и уступками: кобылу решено было продать, отец же дал честное слово "не тратить сумасшедших денег на ярмарке".
Тувинский: Акша чарыгдавас дээш, Василий Никитьевич Пестравкаже боду дүшкен ийи терге яблок чоруткаш, – деңзилеп садар деп арга тып алган.
Русский: Чтобы не тратить денег, Василий Никитьевич придумал послать в Пестравку два воза яблок – падалицы – и продать их в развес.
Тувинский: Никита Мишка Коряшонок-биле кады тергеде чүък кырынга чоруур кылдыр дилеп алган.
Русский: Никита отпросился ехать на возах вместе с Мишкой Коряшонком.
Тувинский: Никита Мишка Коряшонок-биле кады тергеде чүък кырынга чоруур кылдыр дилеп алган.
Эртенден тура-ла шаптыктар тыптып эгелээн. Аъттар белен эвес болган, ынчангаш Мишка Коряшонок кожар аътты мунуп алгаш, хөлчүк ол чарыында ыйгылда эртенги дүдүскек аразында барааны көстүр-көзүлбес чылгыже тутсуп чорупкан. 
Русский: Никита отпросился ехать на возах вместе с Мишкой Коряшонком.
С утра начались препятствия. Оказалось, что лошади не были приготовлены, и Мишка Коряшонок залился на пристяжной в табун, который едва виднелся на дымящейся утренним паром низине за прудами.
Тувинский: Ооң соонда ак майыктарлыг Заремка дээр шилги бени чылгы кажаазындан үндүрүп келгеш, сивиртки демир-биле аштап турда, Сергей Ивановичини ызырып алгаш, – чип каар часкан. Ачазы ону соңгадан көрүп турган, оон дүнеки хеви-биле чылгы кажаазынче маңнап каан:
– Охаай, ызырып турар де!.. Че, чүл, силерге чугаалавайн чоончук мен, хайлыг шулбустар!..
Русский: Заремку и начали чистить ее скребницей, кобыла хватила зубами Сергея Ивановича, – едва не заела. Отец увидел это из окна и в ночном белье побежал в конюшню:
– Ага, кусается!.. Что, говорил я вам, черти окаянные!..
Тувинский: Зарема дедирленип чоруй, чулар дынындан тыртып турган Сергей Ивановичини сөөртпүшаан, ийи бут кырынга олурупкаш, киштей каапкаш, дынын ушта соп алгаш, бажын черже сунупкаш, дуюгларындан чаштаан борбак-борбак довураа терге, шанак серизин ажып барып дүжүп турар кылдыр тепкиленмишаан, чылгыже маңнап чорупкан.
Русский: Заремка начала пятиться, садиться, тащила Сергея Ивановича за недоуздок, завизжала, вырвалась и, опустив морду и брыкаясь так, что комья с копыт ее полетели выше каретника, поскакала к табуну.
Тувинский: Оон аңгыда, тергелерде чүък-биле кады чоруур болган Артем база чиде берген. Ол-бо дилээн – волостуң хоругдал чери – клоптуг бажыңда дүүн кежээ-ле олуртуп каан болган: хуусаазы эрткен үндүрүг төлээр өйү келген чүве-дир, а Артем үндүрүүн беш чыл иштинде төлевээн кижи-дир, ынчангаш – ону каяа-даа чорза, дарга-бошкалары туткаш, кайы-бир кижи ооң өрезин төлегиже, клоптар аразынче киир октап каар.
Русский: Затем пропал Артем, который должен был ехать с возами. Кинулись искать – оказалось, что он еще со вчерашнего вечера сидит при волостной избе, в клоповке: подошло время платить недоимки, а их у Артема набралось лет за пять неплаченных, поэтому, – где бы он ни находился,- начальство брало его и сажало в клоповку, пока его кто-нибудь не выкупит.
Тувинский: Василий Никитьевич суур даргазынче аъттыг кижи айбылаан. Артемну Василий Никитьевичиге дагдындыргаш, үндүрүпкен, келгеш, дораан-на аъттар тергелей берген, омак-хөглүү-даа сүргей. 
Русский: Василий Никитьевич послал к старосте верхового. Артема выпустили на поруки, и он явился запрягать воза, очень веселый.
Тувинский: Аъттарны дөгерезин тергелээш, Заремканы сөөлгү терге соонга баглап каан.
Русский: Воза запрягли, к задней телеге в распялах привязали Заремку.
Тувинский: Никита биле Мишка Коряшонок мурнуку тергеге олуруп алганнар. 
Русский: Никита и Мишка Коряшонок сели на переднюю телегу.
Тувинский: Артем дынының ужун чая каапкан, тергелиг аъттар шимчеп чорупкан... «Дугуюң, дугуюң» – деп, Сергей Иванович каткы үндүрер дээш, дугуйже айытпышаан, өжегээр алгырган. Артем дүшкеш, ылавылап көрген – дугуйлары анаа болган, чушкуузун дырбангаш, бажын чайгап каан... Адак сөөлүнде, ам-на шимчеп үнүпкеннер.
Русский: Артем замахал концами вожжей, воза тронулись... "Чокушка, чокушка", – нарочно, для смеху, закричал Сергей Иванович, указывая на колесо. Артем слез, осмотрел,– чокушки были в порядке. Почесался, покачал головой... Наконец выехали.
Тувинский: Чоруп орда, таптыы-даа кончуг. Чашпан болгаш кызыл-тас саваңы чыттыг салгын сырыннап каап, тараалар кыдыында кур черде узун-узун оортпактарны чайгап турган. 
Русский: Ехать было очень славно. Подувал ветерок, пахнущий полынью и пшеничной соломой, раскачивал на меже высокие репейники.
Тувинский: Дески ховуда карак-ла чедер черден бээр бөле-бөле салгылаан тараалардан хартыгалар дээрже оожум ужуп үнүп тургулаан. 
Русский: Со скирдов, стоявших, куда хватал глаз, на ровной степи, поднимался ястреб и медленно уходил в небо.
Тувинский: Ынаар ыракта көк ыш шөйлүп үнүп турган, – чер чарган улустуң үгек бажыңында кадык хайындырып турары ол боор оң.
Русский: Вдали синел дымок - это у плугарской будки варили кашу.
Тувинский: Дугуйлар кырында бажыңчыгашта турлагга чедип келгеш, Артем аъдын доктаадыпкан, оолдар ооң-биле кады доскаар чыды сиңген, инфузория долган хөлчүк суу ижер дээш доскаарга келгеннер. 
Русский: Доехав до стана – домика на колесах, Артем остановил лошадь, и он и мальчики пошли к бочке пить прудовую, пахнущую бочкой, полную инфузорий воду.
Тувинский: Чер чарган улуска кадык хайындырып берип турган чөнүк ирей тергелерге чедип келгеш, холун терге чаагынга салгаш, бөрт чок бажын сирилетпишаан, чугаалаан:
– Яблокчугаштар аппарып садарыңар ол бе? – Никита ашакка яблок ап берген. – Чок, юнкер, ону дайнаар чүвем чок.
Русский: Древний старик, варивший плугарям кашу, подошел к возам, положил руку на нахлестку телеги и сказал, тряся непокрытой головой:
– Яблочки продавать везете? – Никита подал ему яблоко. – Нет, юнкер, мне жевать нечем.
Тувинский: Турлагдан элээн ырап келгеш, дөрт андазынга ужурашкан; ыяш хомуттарлыг, тендиңнээн шарылар соонда бистерин өрү кылдыр аңдара каггылап каан андазыннар сөөртүнүп чораан, хир, дерге кадып калган хөйлеңнерлиг, дүктүгүр ашактар андазыннар чанында базып орган, – барып кадык чиири ол. Артем база-ла доктаай бергеш, – Пестравкаже ээр орукту айтырып, дыка-ла үр болган.
Русский: Отъехав от стана, встретили четыре цабана; за быками, покачивающимися в ярмах, тащились перевернутые вверх лемехами плуги, шли лохматые, в заскорузлых рубахах плугари – есть кашу. Артем опять остановился и долго расспрашивал – какой будет поворот на Пестравку.